Октагон.

      Положив ладонь на терминал, я притушил оптику. Человек исчез в телепорте, и у меня словно появилась вторая жизнь — спокойная, безмятежная. Только нежный, еле уловимый запах остался висеть в воздухе, раздражая.       Мои системы тихо зарокотали.       — Следи за ней, — тихо поручил я солдату, что стоял в дверях и следил за нами.       — Так точно, — отчеканил он, стоя прямо и не дрогнув. — Есть еще поручения?       Зависнув на мгновение, я кивнул.       — Да. Найди о ней все.       Развернувшись и посмотрев ему прямо в белые оптосенсоры, я почему-то твердо решил заняться слежкой за этим существом. Доверия она не вызывала. Теперь девушка представляла прямую угрозу для существования моего экипажа. И моей гордости.       Вернувшись на свой пост, я принялся вновь мониторить ближайшие космические просторы на активность врага. Пока что на наш след никто не вышел.       Солдаты зашевелились, сменяя посты один за другим. Местная звезда появилась, освещая планету и наш штаб. И почему-то в процессоре проскочила мысль о человеке: она где-то там, занимается своими делами, и сомневаюсь, что обдумывает недавние события. А может, она боится? Двери позади с шипением уходят в пазы.       — Лагдонеры не появились?       Я повернулся к пятому, утвердительно кивнув. Ученый задумчиво стукнул когтями по шлему, подходя ближе ко мне. Уступив место у терминала, я наблюдал за его оранжевой оптикой, что беспокойно мерцала.       — У седьмого опять тишина?       — Верно, офицер, — ответил мне пятый, смотря на Солнце, что освещало Землю. — Возможно наш штаб единственный выживший.       Самые неприятные новости, которые только можно было услышать.       Седьмой главный по штабу — политик, отвечающий за связь с остальными штабами — безуспешно пытался связаться с остальными уже как два земных месяца. Командующий обеспокоен, поэтому так цепляется за эту крошечную планету. Призрачная надежда на дом. Пусть и ценой нашего оборудования.       — Командующий не позволит бросить эту планету на растерзание, ведь так? — прямо спросил я у учёного, на что тот растерянно кивнул.       Я всегда считал, что пятый работает бок о бок с людьми больше, чем кто-либо другой из нас. Главный по вооружению нашего штаба — пятый — был единственным попавшим на борт ученым данного вида. С ним были лишь пару сотен учеников, но даже среди них уже были те, кто готов продолжить его дело в любой момент.       — А что, если люди нас используют?       — Ты как всегда — недоверчив и предусмотрителен, офицер, — проигнорировав мой вопрос, учёный лишь наклонился к терминалу, смотря за показателями сканеров. — Наверное, мы живы только потому, что у нас есть настолько параноидальный процессор.       — Мои доводы не без основания.       Ну, неужели так сложно хоть раз ко мне прислушаться?       — Мы скоро вновь пойдем на встречу к людям, — продолжил он, косо посмотрев на меня. — Правительство Земли ожидает, девятый.       Фыркнув, я сложил руки на грудных пластинах, блестнув своей оптикой.       — Это так важно?       — Люди опасаются тебя, офицер, — пятый прищурил оранжевые оптосенсоры, ткнув когтем в мои брюшные пластины. — Ты ни разу не появился на совещаниях; люди вообще о твоем существовании узнали полгода назад и не понимают, почему ты игнорируешь их просьбы об аудиенции.       — Первое, что они сделают при виде меня — испугаются, — констатировал факт я, вздернув голову. Оптика учёного искривилась в усмешке.       — Конечно испугаются. Ты самый большой среди нас, да и просто упичкан оружием. Но ты — самый рассудительный из всех на этом штабе. Надеюсь, когда нас найдет враг, то ты сделаешь правильный выбор.       Пятый развернулся, уходя из моего командного пункта.       — Какой выбор? — кинул я вслед ученому.       Он остановился, немного шевеля кабелями, выдавая своё беспокойство.       — Бежать дальше, — двери ушли в пазы, и он вышел, напоследок оглянувшись через плечевые сегменты. — Или же дать последний бой, защищая землян.       Двери закрылись и я остался один, обдумывая разговор с пятым.       Сев на выступ стены, я наблюдал, как свет от звезды освещает мой командный пункт. И снова я уловил призрачный запах человека, что умудрился потрепать мои платы за несколько земных часов.       Мне срочно нужен третий.       Выйдя из отсека, я направился на нижние этажи, где обычно обитал тот, кто знает все о других расах.

***

      — Надеюсь, я не отвлекаю от важных исследований?       Я стоял в дверях, не силясь пройти внутрь без разрешения третьего. Учёный, специализирующийся на изучении чужих рас, был известен своим скверным характером, и лишний раз его никто никогда не беспокоил. Кроме меня, наверное.       — Офицер, — мрачно отозвался с другого конца отсека третий, и что-то упало на пол.       — Расценю это, как приглашение войти в вашу скромную обитель, учёный.       В последние полгода я стал реже его посещать. В стену были вставлены какие-то образцы, повсюду было разбросанно оборудование и какой-то другой, непонятный мне хлам.       — Что на этот раз тебя интересует? — в таком же духе продолжал он, появившись на моей оптике. — Заранее повторюсь — спрятанного внутри тела оружия у человека быть не может! Они, в отличии от нас, полностью мягкотелые, да и подобным из всех нас страдаешь только ты. И если ты по поводу: «стоит ли прийти на собеседование к людям, не взяв при это с собой кучу оружия для безопасности?», то да — стоит.       Низкого роста — он едва доставал мне до грудных пластин, — ученый был, по нашим меркам, очень древним. Скорее всего из-за этого его нрав настолько скверный — надоела молодежь, что путается под ногами.       — А ты все такой же противный, — ответил я, похлопав его по плечевым сегментам.       От веса моей руки он чуть согнулся, и расправил свои кабеля в сторону, угрожающе зашипев.       — Я хочу узнать про человеческий запах.       Мне даже не нужно видеть его лицо. И так было понятно, что оранжевая оптика нервно замерцала, а аудиосенсоры уловили, как учёный стравил воздух.       — Он не ядовит.       — Но дурманящий?       Учёный посмотрел на меня, сузив оптосенсоры.       — А-а-а, так действительно кто-то умудрился напороться и отхватить по лицу, — уже хитро начал он, и теперь настал мой черёд мерцать оптикой. Сложив руки на грудных пластинах, я посмотрел на учёного сверху вниз, но его это нисколько ни смутило. — Уж на всякого успел подумать, и шестого лжецом обозвать. А нет, прав оказался политик. Сам офицер вляпался в историю! И получил незабываемый опыт.       — Запах, третий, — напомнил я, даже не обратив на подколы внимания.       — Дурманящий запах, говоришь? Возможно, он тебе просто понравился из-за необычности. Запах людей — уникальный. У каждого он свой, и никогда не повторяется в человеческой природе. Как и никогда не встречался среди нас, или других рас.       — Не опасен? — скептично переспросил я, наблюдая, как учёный перебирает инструменты.       — Нет. Возможно, это была особенность организма, с которым ты контактировал. Чаще всего дурманящий запах — по нашим меркам — появляется, когда человек испускает феромоны и ждёт своего партнёра для дальнейшего времяпровождения.       — Чего? — в непонятках переспросил я, начиная раздражаться от того, что учёный не может сказать все прямо.       — Возможно, самка хотела спариться, — наконец-то сказал он, поднимая на меня взгляд. — Возможно с тобой. Но это вряд ли, ты же страшный для людей, как смерть.       Резко стравив воздух, я развернулся, покидая помещение учёного.       — Отличная шутка. Вероятнее всего ты ошибаешься, третий.       Двери закрылись, и я широким шагом направился обратно к себе. Уже в командном пункте я разжал когтистые ладони, успокаивая системы. Терминал по прежнему молчал. Ни следов лагдонеров, ни хотя бы одного из наших штабов. Космос молчал, и это удручало.       Двери ушли в пазы, и в командный пункт вошёл солдат. Обратив на него внимание, я кивнул, позволяя подойти.       Передав накопитель с данными, он быстро отдал честь и скрылся в коридорах.       Загрузив данные, я бегло окинул взглядом информацию.       — Так у тебя есть имя, — вдумчиво проговорил я, прищурив оптику.

***

      После этой непонятной штуки мой желудок скрутило, и я чуть не выплюнула свой орган, просто потому что со вчерашнего вечера он был пустой.       Неподалёку был пригород, и я почувствовала облегчение — этот ужас на тараканьих ножках действительно сократил мой путь, ну, на шесть километров точно.       «— Это твое, — октагон протянул мне мою сумку, в которой лежала кувалда.       — А… Да, спасибо, — ответила я, забирая своё из его рук, случайно касаясь теплого металла.»       Посмотрев на руку, я потëрла пальцы, словно до сих пор ощущала прикосновение большого существа, что мог раздавить меня одной рукой. Да что там — одним кабелем шею свернуть!       Вещи пахли чем-то непонятным, но несомненно приятным для меня. Лёгкий запах был таким неизвестным, и мне так хотелось сохранить его, как можно дольше.       Лицо вновь залилось краской, и я невольно прижала холодные ладони к горячим щекам. Он видел меня обнаженной…       Тряхнув головой, я потопала в пригород, намереваясь отдать дяде чёртову штуковину, из-за которой я вляпалась по самое «не хочу». И заставить брата подбросить меня до моей машины с заменой для треснувшего чего-то там непонятного, я в машинах не разбираюсь.       Солнце только-только начало вставать, и я могла неспеша насладиться красивым рассветом. Очень романтично, но встречать подобную красоту мне было не с кем. А в прочем, оно мне и не надо.       В пригороде уже кипела жизнь. Дом дяди был на самой окраине, и я мысленно возликовала, что мне не придется тащиться через всех к черту на куличики.       — Ты опоздала! — возмущенно гаркнул дядя, выглядывая из-за забора.       Как будто я виновата, что на меня октагон набросился!       — У меня машина сломалась, я пошла короткой дорогой через лес, но заблудилась и вот, да…       Он подозрительно посмотрел на меня, впуская внутрь. Ну не умею я врать! Господи, лишь бы не стал допытывать…       — Аха-ха-ха! Заблудилась? В трёх ëлках? — засмеялся брат, что сидел на крыльце, попивая горячее кофе.       Желудок неприятно скрутило, и двор наполнился воплем китов.       — Ещё и голодная! Всю живность поди распугала! — заворчал дядя, заталкивая меня в дом.       В нос ударил запах ароматных панкеек с банановым пюре, и я улыбнулась, прикрыв глаза. Я сейчас пое-е-ем…       — Марк, подбросишь меня до машины? — спросила я брата, уже сидя за столом и набивая рот вкусняшками, запивая все горячим чаем.       — Не, не могу, сестрица, — грустно отказал мне он, и я вздохнула. — Ну, чего ты… Давай без жирных вздохов сожаления! Я попрошу друга, чтобы помог.       Обрадовавшись, что меня все-таки не кинут на произвол судьбы, я поблагодарила Марка с набитым ртом, на что он лишь коротко рассмеялся, а дядя стукнул его ложкой по голове. До меня он не дотянулся.       Зачем ему понадобилась кувалда — загадка, которую не знает даже сам Марк. Дядьке иногда приспичивала всякая хрень, и если ему было что-то нужно для этой хрени, то лучше принести это немедленно. Набив желудок, мне стало казаться, что ещё немного, и я буду перекатываться, а не ходить, как нормальный человек.       Интересно, а чем питается октагон?       Захлебнувшись водой, я пыталась прокашляться. С чего бы мне вдруг задаваться такими вопросами?       — Эу, тут за тобой уже подъехали! — гаркнул брат, и я, быстренько приведя себя в порядок, вышла из дома.       Возле ворот стоял старенький потрëпанный джип, а возле него стоял Марк и ещё один парень, которого я не знала.       Взрослый. Высокий. Симпатичный.       — А это моя сестренка, ну, я тебе про неё рассказывал, — брат махнул в мою сторону, и я неуклюже помахала рукой. Боже, я ведь лохматая, как бабайка из страшилок для детей.       — Привет. Я Руф, — парень улыбнулся, глянув на меня оценивающим взглядом.       Так… неловко.       — Ага… А меня зов…       — Я знаю, — прервал он меня, и сел за руль. — Садись, подвезу, красавица.       Попрощавшись с дядькой и Марком, я плюхнулась на пассажирское сидение. Мотор плавно завелся, и мы тронулись в сторону моего посёлка.       Стройный, но не мускулистого телосложения парень почти не отводил взгляда с дороги, изредка поглядывая в зеркало заднего вида. Руф был постарше меня; лет 25 ему точно можно было дать — выдавала легкая щетина и уставший взгляд. Наверняка много работает, а тут я отвлекаю.       — У тебя сегодня выходной? — тихо спросила я, сжимая подол юбки руками.       Парень угукнул, проезжая мимо полей и лесов. Солнце начало припекать.       — Марк сказал, ты ночью в лесу потерялась.       Неожидая, что он что-то мне скажет, я слегка дернулась. Его голос был ровным, без хрипотцы. Совсем не такой, как у октагона.       И почему этот инопланетянин опять посещает мои мысли?       — Да, я просто… Залюбовалась небом и свернула не туда.       — Ночью их корабль особенно виден. Завораживает, не правда ли?       Я лишь кивнула головой. Было бы интересно посмотреть на его реакцию, если бы он узнал, что буквально пару часов назад я была там.       О, а вот и моя развалюха.       Остановившись возле неё, мы вышли, и пошли копаться в движке. Ну, он копаться, а я рядышком постоять.       — Не разбираешься во всем этом?       — Ну да, есть такое…       — Показывай, что там у тебя не так, — весело хмыкнул он, открывая капот.       — Вот тут ремешок порвался, — сказала я, наклоняясь ниже, чтобы показать конкретное место.       Руф странно втянул воздух, а потом посмотрел на меня.       — У тебя… довольно специфичный запах.       — А? — не поняла я, а после, слегка стушевавшись, выпрямилась, заправляя прядь волос за ухо. — Да купила какой-то порошок и вот, постирала вчера. Вещи имею ввиду постирала, а не саму себя. Себя не стирают, а в общем… Ну… Черт…       Я закрыла лицо ладонью, заметив, как парень покосился на меня. Инопланетный запах разительно отличается от любого запаха на земле, и это очень неудобно.       — Не волнуйся, он просто… Не обычный… Немного, я бы сказал, мужской. Заметить его у такой красавицы — редкость.       Ну что за неуклюжие подкаты?       Я подняла взгляд вверх, смотря на полупрозрачную тень инопланетного корабля. А ведь где-то там он занимается своими повседневными делами, забыв меня, как страшный сон. Ну, я надеюсь, что забыл. Не хотелось бы снова встречаться с ним, если он все же решит убить меня. Или съесть.       — Все готово! — радостно завопил он, и я развернулась к нему.       — Спасибо большое, — искренне одарив его улыбкой, я пошла к водительской двери.       — Слушай… — Руф наклонился к открытому окну. Я уже завела мотор, и в ожидании уставилась на молодого человека. — Мы могли бы как нибудь… Прогуляться?       — Я… Не знаю, честно, — замявшись, мои глаза опять упали на корабль.       — Ну, я если что позвоню? Стрельну номерок у Марка.       На этой ноте и разошлись. Ветер залетал в открытое окно, теребя мои волосы. Вот он — вкус свободы. За моей машиной тянулся пыльный шлейф, я расслабленно растекаюсь в водительском сидении, возвращаясь домой невероятно быстро.       Дом был по-прежнему пуст. Не вымытая вчерашняя посуда горой стояла в раковине; в открытое в зале окно надуло пыли, а в комнате меня встретила не заправленная постель.       Сходив в туалет и умывшись, я плюхнулась в кроватку, заворачиваясь в одеяло. Не такое большое и теплое, как в его комнате...       Да что за хрень?!       Почему мысли вечно возвращаются к этой наглой гадине? Фыркнув, я отвернулась от окна, чтобы солнце не светило на лицо. Мне нужно было отдохнуть. Хотя бы немножко. Ночь была тяжелой, встреча была ужасной, подкаты были нелепыми. Всё не так и всё не то!

«Что-то зашелестело, и я открыла глаза, смотря на бесконечное количество звёзд, рассыпанных в небе. Встав с мягкой травы, я увидела неподалёку мощную фигуру, что стояла ко мне полубоком. Кабеля извивались за спиной, а голубые глаза светились в полутьме. Что-то испуганно рухнуло прямо в желудок, и я невольно сжалась.

— Октагон?

Я отряхнула с себя пыль, подходя немного ближе. Ну, может это и было опрометчиво, но я уже научена горьким опытом - не удрать мне от этого ужаса. Лучше подойти и попробовать решить проблему мирным путём.

Высокое существо склонило голову вбок, и двинулось в мою сторону неспеша. Широкий шаг неправильной формы ног; броня, что поблескивала от ночного неба; мощные плечи и когтистые руки — все это было так гармонично сложено, что фигура приобретала изящность и величность. Почему-то сейчас он показался мне до безумия страшно красивым. Красивым, и очень-очень опасным.

Я застыла подле него, задирая голову вверх. Светящиеся неоном глаза смотрели на меня, и октагон присел на колено, чтобы быть со мной хотя бы на одном уровне. И все равно был выше. Ведет себя не агрессивно, это уже хорошо.

Нерешительно коснувшись его брони, я не встретила сопротивления со стороны. Он слегка урчит, как-будто ему любопытно, ято я пытаюсь сделать. И я наглею, обхватываю его крепкую шею руками, прижимаясь к тëплому корпусу существа. Когтистая рука аккуратно подхватила мою спину, легонько прижимая к себе. Стало тепло и уютно. Какого черта я творю?!»

      Разлепив глаза, я развернулась к окну, наблюдая уходящее за горизонт солнце.       Тупой инопланетянин, тупое солнце, тупая ситуация и не менее тупой, просто тупорылый сон!       Встав с кровати вместе с одеялом, я потопала на кухню. Взяв в руки печеньки и молоко из холодильника, неспеша прошлепала в зал, включая телевизор. Пролистав пару каналов и не найдя ничего интересного, я оставила новости, так как уж лучше это, чем смотреть какую-нибудь фигню. Предупрежден - значит вооружён, да?       Я жевала хрустящие печенюшки, запивая их молоком. Бубнели что-то про новое вооружение; про какой-то контракт двух стран; бабушка ограбила чей-то магазин; малолеток поймали с наркотой в туалете школы и прочее, прочее, прочее.       — А теперь переходим к срочным новостям: два часа назад было очередное совещание с братьями по разуму, и нас наконец-то посетил Девятый по важности на их штабе! Напоминаем, что о существовании девятого узнали только полгода назад и люди слегка оскорбились, что он ни разу не удосужил нас своим присутствием.       Мужчина так энергично что-то рассказывал, что я даже передумала выключать телевизор. Ну давай, послушаем про них. Интересно же всё-таки. Я отхлебнула молочка, запихивая в рот очередное печенье. Что это за девятый?       — Здравствуйте. С Вами на связи Химера Олкотт, и мы находимся на очередном заседании людей и октагонов. Сегодня решаются такие проблемы, как проживание инопланетных существ среди нас и военное вооружение двух рас.       Женщина явно была перевозбуждена — повидать октагонов в близи та ещё роскошь для таких, как она. Я задумчиво долила молока в стакан, перейдя уже на другое печенье. М-м-м, с шоколадной крошкой…       — … нас так же посетил Девятый их штаба. Честно говоря, такую громадину среди них Вы никогда не видели.       Поперхнувшись, печенье встало поперек горла, а молоко потекло черезк нос. Профыркавшись и прокашлявшись, я слезными глазами смотрела на экран, уже не слушая, что она там несла. Тот самый октагон, с которым мне удалось пересечься по воле случая…       — Девятый?.. — хрипло выдохнула я, утирая молоко с подбородка. Ну вот, весь журнальный столик усвинякала!       На его фоне все остальные были мелковатые. Он действительно был самым большим октагоном из всех, которых мы видели. И, как оказалось, единственным октагоном, имеющий такой красивый цвет глаз. Хотя, может быть среди их гражданских есть голубоглазики? Нет, вроде бы у них это что-то вроде иерархии...       — Что можешь сказать по поводу этого мощного существа, Химера?       Мужчина явно был на веселе.       — Честно говоря, его размеры и внешний вид просто впечатляющие! Максимально скрытый, максимально молчаливый, сильный и рассудительный — мечта любой женщины.       Она мечтательно вздохнула, и я потушила телевизор.       Как же — мечта!       Значит сегодня ночью я не то, что просто наткнулась на октагона. Я наткнулась на шишку, о которой узнали полгода назад, а увидели только сегодня.       Весьма… впечатляюще. Могу считать себя особенной!       А что там они по итогам нарешали?       Зайдя в интернет, я решила просто найти ответы на вопросы, без лишней болтовни и прочего дерьма.       «Октагонам разрешено гулять среди людей, но не более одних земных суток».       «Было принято решение разработать единое оружие, при возглавлении Пятого из Девяти главных».       Хмыкнув, я кинула телефон на стол, а сама полностью легла на диван.       — Девятый… Как некрасиво! Тебе следует подобрать другое имя…       С этими мыслями я широко зевнула. Усталости было еще много, поэтому я вновь погрузилась в безмятежный сон, совершенно незаметно для самой себя.

***

      Собрание было… утомительным. Излишнее внимание людей я привлек исключительно своим внешним видом. Более высокий рост, наряду с ним более объемная броня, напиханное туда, куда надо и не надо, оружие, спрятанное лицо. Представители правительства Земли были определенно ошарашены моим внешним видом.       И моей не разговорчивостью.       Интересно, а она смотрит Земные новости?       Командный пункт встретил своим одиночеством и прохладой. Солнце скрывалось за другой частью планеты, а значит, я могу поручить слежку другому солдату и пойти отдохнуть.       А вот комната отчетливо пропиталась её запахом... Нужно все продезинфицировать, очистить, убрать любой след, который она могла оставить.       Девушка оказалась очень молодой. Пара штрафов от превышения скорости, создатели в отъезде, да и в принципе все. Обычный гражданский. Доступ ко всем существующим аккаунтам, все номера, данные примитивной техники, что называют телефоном, адреса — все это почти не заняло места в хранилище.       Отсек погрузился во тьму, и я притушил свою слишком яркую оптику.       — А-а-айва, — произнес я, смакуя имя землянки на вкус.       И звучало это имя вкусно.