Хватит причинять мне боль.

Я замерла, не успев ещё открыть дверь подъезда. Мне было страшно. После моих многочисленных нервных срывов из-за произошедшей ситуации, я не могла, да и не хотела видеть Даню сейчас. Для меня он никто. Для меня он умер. И все те чувства, что я держала в себе, все ушло. Может, это лишь иллюзия? Мне было противно его лицо, был противен его голос. Я не верила, что этот мерзавец способен на что-то большее, чем издевательство и шантаж. Я открыла дверь. Вышла на крыльцо, преодолев пару ступеней. Вижу его, стоявшего ко мне сначала спиной. Он резко повернулся. — Я рад, что ты согласилась поговорить со мной. — Давай без прелюдий, пока я не передумала. — Я хотел кое-что вернуть тебе. Из кармана своей голубой толстовки он достает тот самый брелок, который я с яростью выбросила во время нашего похода. Он отдал мне его. — Ты его ведь сохранила, я тоже. Он показывает свою половинку нашего с ним брелка. Непрошенные слезы, воспоминания прошлого просачиваются в мою душу раскрывая недавно затянувшиеся раны. — Даня, ты больной на всю голову? Ты столько месяцев, дней не давал мне спокойно жить, разрушал все, ненавидел, а сам сохранил брелок? Ты хоть понимаешь, что это ненормально? Я убрала брелок с ключами в карман, наконец высказав то, что я хотела сказать. Но это было лишь малой частью. — Я не знаю, может, у меня уже крыша поехала, не знаю. Папа водит меня до психолога. — Меня тоже водили, после., — я замешкалась, вспоминая то, что сделала чуть больше года назад, — я задам тебе ещё один вопрос. За что ты меня так ненавидел? Зачем не давал спокойно жить? — После смерти матери моя жизнь изменилась. Я винил себя в ее смерти, винил себя. Помнишь, ты позвала меня на ту вечеринку, комиккон или что там, в тот вечер мама впала в кому и если бы я не пошел туда, возможно, мы бы поговорили. — Если бы я знала, что это случится с твоей мамой, я бы никогда, слышишь, никогда не повела бы тебя на ту вечеринку. — Я понял это. И еще.Прости меня за то, что не поверил в твою невиновность в той ситуации.с фотографиями. Слезы хлынули из моих глаз. Я снова будто пережила весь тот ужас. — Я правда не изменяла тебе тогда. И в мыслях не было. Виновата лишь в том, что пошла на ту вечеринку без тебя… — Я понял, каким дураком был, отравляя твою жизнь. Я испугался себя, вдруг понял, что моя ненависть стала сильнее всего. Мир? — Не знаю, что из этого получится, может, я совершаю ошибку, но давай попробуем. И ещё, я правда не знала, что такое может случиться с твоей мамой. Все. Проехали? Я протягиваю ему свой брелок, который должен соединяться с его брелком. Он протягивает мне свой в ответ. Я улыбаюсь, так бесконечно сладко и безмятежно. А он в ответ. Неловко, неуклюже он подходит ко мне ближе и обнимает за плечи. Я прижимаюсь к нему так нежно, будто всю жизнь мечтала об этом. И ненависть ушла.