...
Что общего у старого сапера и явно проклятого всеми Богами героя гаремника, который сам ещё толком не смог определиться с собственным жанром и возрастным рейтингом? Осознание простого факта, что иногда от "плохой концовки" с элементами боли, страданий и неоправданных жертв, тебя отделяет лишь один неправильный вариант действий. Несмотря на всю свою "сюжетную броню" — Жон никогда не был идиотом. За годы странствий, объездив Ремнант из конца в конец, подросток успел повидать такое, что человека с более хрупкой психикой давно бы окончательно свело с ума. Подземные руины достигших невероятных высот древних протоцивилизаций со все ещё функционирующими механическими стражами, мрачные культы направляющие историю Ремнанта из тени, древние как само мироздание Гримм живущие где-то меж времени и пространства, стремящиеся к абсолютному разрушению всего до чего смогут добраться, а также людей, что смогли подчинить эту силу своей воле. В подобных экстремальных условиях, когда твоя жизнь постоянно висит на тонком волоске "сюжетной линии", любой начнет невольно расширять свой кругозор. Пусть наследника семейства Арк трудно было назвать прозорливым, всё же многочисленные слои "сюжетной брони" крайне негативно сказывались на инерции мышления, но основы культуры четырех королевств, а также основных "групп по интересам", он благополучно освоил. Это помогало подростку хоть немного уменьшить количество ультранасилия на уровне. В частности, Жон прекрасно знал о небольшом... пунктике коренных Мистральцев по поводу поцелуев и других проявлений близости. До Великой Войны некоторые пары прожившие добрые полвека вместе, успевшие породить пару тройку детей и воспитать дюжину внуков, все ещё краснели не решаясь настолько грубо влезать в личное пространство партнера. И пусть вслед за технической революцией, за последние восемьдесят лет в данной области ситуация сдвинулась с мертвой точки, отбросив большую часть древнего уклада, но всё равно поцелуи в данном обществе остались чем-то интимным, окутанным почти сакральным смыслом, который не следовало выставлять на всеобщее обозрение. Это звучало особенно парадоксально если вспомнить тот факт, что большая часть материалов с пометкой "для взрослых" было родом именно из данного королевства. Впрочем, Жон не горел желанием погружаться в подобные заморочки иностранной культуры, прекрасно понимая, что чужаку этого не понять. Но даже без подобного понимания, блондин четко осознавал чем может закончиться его бездействие. Зачитывать похоронную речь над урной с прахом своего Партнера или подруги детства в ближайшее столетие он был не намерен, а значит нужно было пресечь возможный конфликт на корню. Вот только сделать это было несколько сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. Тут нужна была изрядная доля деликатности... Качества, которое не пристало настоящему "Герою". Именно такие мысли крутились в голове стоящего у двери раздевалки Жона, который в очередной раз мысленно досчитал до десяти, не решаясь сделать последний рывок в неизвестность. Ещё раз мысленно прокляв свое Проявление, которое постоянно ставило его в подобные положения, наследник семейства Арк решительно, пока эта самая решимость не покинула его окончательно, с силой распахнул дверь раздевалки, чтобы в следующий момент изобразить "задний мост" чудом избежав тесного знакомства своего лица с Мейло. Несмотря на произошедшее Пирра не растеряла своих навыков. И на незванного гостя его Партнер отреагировала соответственно. Глядя на голую девушку судорожно прикрывающуюся полотенцем Жон лишь мысленно вздохнул даже не пытаясь разогнуться. Более неудачного начала разговора с находящейся в не самом лучшем распоряжении духа Пиррой придумать было сложно. Впрочем, неужели он ожидал чего-то другого? Это был классический штамп, в который он вляпался. Ну, Мантл тоже не за один день строился. Нужно будет пересмотреть тактику. В этот момент реальность вокруг пошла трещинами, выплевывая инородное тело обратно к проклятой двери. Поборов чувство тошноты, головокружения и ощущение пустоты в груди, возникшее из-за резкого снижения концентрации Ауры, Жон снова шагнул в ближайший "Триггер". Предстояло ещё много работы для создания "идеальной стратегии". Да, у профессии сапера и "Героя" было много общего, вот только у последних иногда попадалась функция сохранения....
События после случившегося на арене прошли для Пирры как в тумане. Молодая Охотница лишь смутно помнила, как на автомате добралась до раздевалки и залезла в душ. Девушка не могла даже толком сказать была в душе горячая или холодная вода... Да и была ли она там вообще. Что значат подобные мелочи, когда весь мир вокруг становится каким-то нереальным? Плоским? Словно выцветшая фотоаппаратная пленка или плохо нарисованный мультфильм. Как будто она всё ещё находилась в окружении иллюзии этой мерзкой девчонки. Из состояния своеобразного транса Пирру вывел раздавшийся деликатный стук в дверь раздевалки. — Можно войти? — прозвучал из-за двери голос её Партнера, который одновременно заставил душу воительницы стратегически отступить куда-то в район пяток, а сердце пропустить удар. — Подожди минуту. Я сейчас! — Вынырнув из собственных мыслей произнесла девушка, неожиданно четко осознав тот факт, что все это время стояла перед зеркалом лишь в одном полотенце. К счастью, школьная форма в отличие от её боевого наряда не имела каких-то хитрых застежек, отчего привести себя в относительный порядок рыжеволосая красавица успела менее чем за три минуты. Правда, некоторые части гардероба остались забыты за ненадобностью в этом пазле, но Пирре было сейчас не до столь... незначительных деталей. — Можешь войти. — Закончив со скоростным облачением, произнесла воительница, старательно давя внутреннюю дрожь. Сейчас было не то место и время, чтобы демонстрировать свою слабость. Жон не заставил себя долго ждать. Уже через секунду натуральный голубоглазый блондин оказался в раздевалке, предусмотрительно закрыв за собой дверь, после чего крайне осторожно, словно готовый в любую секунду залечь за ближайшей скамейкой, спросил: — Пирра, ты как? — От голоса полного беспокойства и участия Партнера в голове девушки что-то замкнуло. — А как ты думаешь?! — Чувствуя, как с каждой секундой в груди сильнее разгорается пламя горечи и обиды сорвавшись почти прокричала знаменитая спортсменка. — Меня всего лишь на глазах всего класса поцеловала твоя подружка, а так я в полном порядке, Жон! Мистралка понимала, что её несет и нужно взять себя в руки, как её учили, но остановить надвигающуюся истерику уже не могла. Глаза обожгли горячие слезы. — Пирра... — Тихо произнес блондин, намереваясь положить руку на плечо девушки. Дальнейшее произошло само собой и совершенно неожиданно для самой Охотницы. Вбитые с детства рефлексы вместе с чувством обиды на мгновение взяли верх. Идеально выполненный захват и многократно усиленный Аурой бросок через плечо фактически впечатали тело её Партнера в ближайший шкафчик. От грохота прогибающегося под силой удара двери шкафчика и сползающего вниз головой под треск сломанных костей тела Жона, Пирра на секунду впала в ступор. Истерика закончилась также внезапно, как и началась, а на её место пришел первобытный страх. На мгновение ей даже показалось, что она собственноручно убила своего Партнера. Прежде чем девушка успела что-то сделать, переломанная масса в виде её первого настоящего друга закряхтела и начала чуть заметно дрожать. — Жон держись! Я... я позову мисс Гудвич! — Не... к-хе... надо. — Выдавил из себя переломанный блондин, заваливаясь на бок. — Это пустяки... Я сейчас... Лучше отвернись... И заткни уши. В подтверждение его слов тело подростка начало окутывать золотое сияние. После чего под аккомпанемент крайне неаппетитных звуков переломанное тело стало дрожать и вибрировать. Не прошло и минуты, как абсолютно здоровый блондин, будто ничего не случилось, уже спокойно стоял рядом с ней. — Жон... Я не хотела... Я — Начала было извиняться окончательно сбитая с толку и потерявшая самоконтроль Пирра. Последние полчаса были слишком богаты на события для бедной девушки. — Ничего страшного. Сам виноват. Мне не следовало отключать Ауру. — Отмахнулся от попытки самобичевания своего Партнера подросток. — Лучше скажи, ты сама-то в порядке? Или мне дать ещё пару раз швырнуть себя в стену, чтобы ты пришла в себя? — Какой же ты всё-таки идиот! — Только и смогла выдавить из себя Пирра, после чего будто готовясь прыгнуть в жерло вулкана, глубоко вздохнула и пока остатки решимости не покинули её, стремительно притянула к себе незадачливого Героя. Если весь мир вокруг сходит с ума, то почему бы ей не последовать его примеру?...
— Жо... Жон! — Как будто сквозь вату пробился смутно знакомый голос в сознание подростка. — Что произошло? — Сделав невероятное волевое усилие над собой, с трудом открыв глаза спросил наследник семейства Арк глядя на обеспокоенное лицо своего Партнера. — Не знаю. — Со странной смесью растерянности и все нарастающего смущения ответила Пирра прикладывая всю свою выдержку для того, чтобы не залиться краской и не начать ерзать по скамейке. Сделать это было особенно сложно с учетом того чья именно голова сейчас лежала у неё на коленях и к чему чуть не привел её недавний срыв. — Ты просто потерял сознание. — Наверное, я просто немного переутомился. — После нескольких секунд молчания, криво улыбнувшись предположил подросток, мысленно посыпая голову Прахом. — Извини, видимо я переоценил свои силы. Аура иногда играет с организмом странные шутки. Долго я пролежал здесь? — Минут десять. Это из-за вчерашнего? — Предположила самый очевидный вариант Пирра. — Утомился помогая с переездом? Услышав предположение девушки, Жон лишь неопределенно пожал плечами. Блондин совершенно не горел желанием посвящать своего Партнера в некоторые... детали прошлой ночи, но и врать как-то не хотелось. Легенда же, созданная его матерью, была ничем не хуже любой другой и достаточно банальной, чтобы в неё можно было поверить. Правда же, конкретно в данной ситуации, могла лишь ещё сильнее навредить состоянию рыжей воительницы, так что блондин не горел желанием переубеждать подругу. А правда она в том, что Жон прекрасно понимал чем был вызван этот внезапный обморок. Он даже не соврал на счет его причины. И выводы, сделанные из его слов Пиррой, были крайне далеки от реальности. Вся проблема заключалась в сути его Проявления. Оно было столь же могущественным, сколь и требовательным к своему владельцу. Использование даже одного Триггера могло стать серьезным испытанием для среднестатистического взрослого Охотника. Более талантливые и могущественные владельцы Ауры могли бы использовать эти врата в нереальность три, пять, а самые могущественные монстры добрую дюжину раз. Жон волей своего Проявления был настоящим "Героем", но даже его запасы "Ауры" были далеко не бесконечны. Приблизительно после пятидесятой попытки проложить "Идеальный Маршрут" даже его запасы Ауры начали истощаться. Лишь загнав себя в состояние транса и вызвав "Резонанс" — хрупкое состояние гармонического слияния между духовной и физической составляющей Ауры на самом краю беспамятства, блондин всё же сумел завершить свой "Маршрут". На это у него ушло в сумме около семидесяти восьми попыток. Не так много, когда сама реальность играет против тебя, постоянно подбрасывая все новые вызовы, но более чем достаточно, чтобы окончательно довести самого подростка до состояния говорящий куклы вплоть до долей секунды выполняющей заложенную программу. Ну, а дальше финал более чем предсказуем. Выполнив все поставленные перед ним задачи, своеобразный автопилот благополучно отключился, а истинный хозяин тела был малость не в том состоянии, чтобы вернуть себе управление. Да... Некрасиво вышло. И очень глупо. Но всяко лучше визита мисс Гудвич, Вайс или влетающей в окно в поисках Рена Норы. Да, и смайлики от директора Озпина не то, что хотела бы увидеть Пирра в подобной ситуации. Теперь бы понять, что ему со всем этим делать... Одно было понятно точно. Нельзя было бросать происходящее на самотек. Впрочем, специально на подобный случай у него была старая и надежная как Крацеа Морс тактика: Если ты не знаешь, что делать, то импровизируй! Пусть противник почувствует себя на твоем месте. — Пирра, как насчет того, чтобы на выходных прогуляться по Вейлу? — И не дожидаясь реакции своего Партнера добавил со знаменитой улыбкой полного Героя. — Можешь считать это свиданием....
— Как интересно... Мел, Нио-ни прислала нам фотографии из Академии! — Оторвавшись от сообщения на Свитке, позвала старшую сестру черноволосая девушка-подросток. Та одетая в простые джинсы и блузку как раз сейчас следила за тем, чтобы бар был готов к моменту открытия. — Что там Милша? — С любопытством отозвалась та, одетая в совершенно стандартный рабочий костюм, за исключением белого платка на шее, после чего изящно перепрыгнула барную стойку и заглянула через плечо младшей Мэлакайт. — Вау...Нио как всегда в своем репертуаре. Милшайадес лишь согласно кивнула, стараясь скрыть легкое смущение. Даже для фактически выросший в ночном клубе девушки, зрелище подвешенного вверх ногами полуголого блондина с крайне рельефной мускулатурой по которой тонким ручейком стекает пот, смешанный с кровью из затягивающихся царапин от ногтей, выглядело крайне... возбуждающе. Особенно с учетом ясного понимания того факта, что данная "жертва" просто за счет своей Ауры в любой момент могла вырваться из оков "пленительницы". Это было сравни попытки поймать Левиафана с помощью удочки. Столь же волнительно сколь и безумно по своей природе. Но когда Неополитан останавливали подобные мелочи? — Это так романтично. — Чуть смущенно произнесла обладательница красного платка на шее, при этом покосившись на сестру. — Правда они отлично смотрятся вместе? — Согласна, Милша. — Кивнула старшая из сестер Милшайадес. — Хотя лично мне больше нравятся рыженькие. Как думаешь, нам уже следует готовиться к тому, чтобы стать тетями или Нио-ни не будет спешить с этим? — Маленькая чиби Нио называющая меня тетей Ми... — Мечтательно протянула черноволосая красавица. — Жду с нетерпением. — Так, есть ещё что-нибудь интересное? — Поняв, что разговор заходит куда-то не туда, спросила у сестры Мел. — Сейчас посмотрим... Сказав это сестры Милшайадес погрузились в просмотр присланной им подборки фотографий. Чаще всего на снимках мелькал уже знакомый сестрам блондин и, как ни странно, миловидная девочка с серебряными глазами на вид явно несколько... юная для обучения в Биконе. — Стоп! Это же та психованная баба, что порвала мне платье! — Указала пальцем на одну из фотографий, где была изображена желтоволосая девушка на фоне леса, которая буквально тащила на себе парня и девушку. Что самое странное обе жертвы были рыжими. — Ты хотела сказать "разгромила бар", сестра? — Тут же поправила разошедшуюся девушку Милша. — Точно! Слегка оговорилась. — Не стала развивать спор брюнетка. — Сестренка, дай, пожалуйста, сюда свой Свиток. — Что ты задумала, Мел? — Всего лишь закажу нам ковер из редкого вида желтых горилл. Как думаешь, босс согласится месяц кормить Нио-ни за счет заведения? Что-то ответить Милша не успела, поскольку именно в этот момент над танцполом разнесся мощный бас Джуниора. — Мел, Милша, собирайтесь. Для вас появилась работа. — Их босс, как всегда, был деликатен. — Кучка яйцеголовых хочет установить какой-то свой металлолом в городе. И для этого им нужны крепкие парни, не задающие лишних вопросов. Ваша задача проследить, чтобы эти дебилы ничего не сломали, а также, что эта хрень не разнесет мне половину Вейла. Всё понятно? После подставы Торчвика мне новые неприятности не нужны. Сестры переглянулись и синхронно направились в сторону выхода, покачивая бедрами. До открытия клуба, было ещё достаточно времени, чтобы закончить со всеми делами и успеть привести себя в порядок, а к подобной подработке двум пользовательницам Ауры было не привыкать. В конечном счете, именно они следили за тем, чтобы "Малыш Джуниор" мог и дальше изображать из себя Биг Босса....
— Ты действительно посмел предположить, что сможешь прийти и купить "Белый Клык"? — Гордо выпятив вперед объемную грудь, с праведным гневом начала чеканить каждое слово командующая Таурус. — До тебя было много отбросов, думавших, будто своими обещаниями смогут купить нас! Их всех ждала неудача! Не смейте смотреть на нас сверху вниз! Мои братья и сёстры сражаются во имя освобождения из рабства! Мы первые всполохи Великой Революции, пожрущей всех рабовладельцев и угнетателей! Мы карающий меч справедливости, кулак праведной ярости, а не жалкие наёмники! Данное заявление своего лидера было горячо встречено полутора десятками боевиков "Белого Клыка" выступающих сейчас в роли почетного эскорта и боевого охранения. — Значит, это можно расценивать как отказ от сотрудничества? — Меланхолично спросил одетый в национальный вакуоский костюм фавн-кот. У того с собой было всего трое сопровождающих, двое из которых были закутаны в черные балахоны и держали в руках открытые чемоданы со стопками льен и кристаллами Праха, а последняя представляла из себя черноволосую девушку, чья смуглая кожа и скудность одежды явственно указывала на то, что она родом откуда-то из южного Вакуо. Подобный состав сопровождения был в высшей мере странным с учетом того, что встреча происходила в районе доков, где ограбления и даже убийства были в целом обычным делом. Что уж говорить о тайной встрече с главой организации, что балансировала на грани между профсоюзом, радикализмом, экстремизмом и терроризмом. — Да! Пока я жива свободные фавны не станут очередными игрушками прогнившего режима! — Полные несгибаемой веры в речь их красноволосого лидера, ликующие боевики "Белого Клыка" встретили выкриками со стороны. — И благодари своих предков, что ты фавн. Лишь поэтому я позволю тебе уйти отсюда живым. Кровь фавнов слишком ценна, чтобы проливать её просто так... Даже такого предателя как ты! — Да как ты смеешь так разговаривать с.... — Договорить Чиаре не дала мощная оплеуха со стороны её хозяина, которая буквально сбила девушку с ног. — Ну, что же... Это печально. Я надеялся на большее... понимание с вашей стороны. — Как будто ничего не произошло пожал плечами Куджа, презрительно глядя на старающуюся подняться помощницу. — Все же, "Белый Клык" — это организация, созданная для помощи фавнам. Я надеялся, что вы окажетесь достаточно разумны, чтобы согласиться на мое предложение. — И позволить использовать нас для "черной работы"? Если ты думаешь, что я могла на такое купиться, то ты ещё глупее, чем выглядишь. — Презрительно усмехнулась глава террористической ячейки, не отрывая правой руки от рукояти меча на поясе, а взгляда от собеседника. Было видно, что рыжая предводительница фавнов-радикалов была готова в любую секунду ринуться в бой на неприятеля. — Нет... Скорее позволить вам использовать меня ради своих корыстных, эгоистичных интересов, командующий Таурус. Ведь как и у любого разумного существа у вас есть маленькие, грязные тайны. Слабости, что отделяют вас от прочего стада. — Ухмылка блондина не предвещала ничего хорошего. — Осталось лишь назвать правильную цену. — Не стоит играть с огнем, предатель! — Прорычала огненно-рыжая воительница. — Мое терпение далеко не бесконечно! Я обещала отпустить тебя живым, но не сказала, что целым! — Никаких игр, принцесса. Просто одно имя. — Выдержав драматическую паузу, Куджа тихо произнес. — Филимон. Реакция "Алой Буренки Погибели" на заветное имя оказалась молниеносной. Меньше, чем за один удар сердца, фавна-кота буквально сбило с ног и со всей силы впечатало в стену склада. Для обычного человека или фавна подобное столкновение было бы смертельным, но сам виновник буйства, казалось был совершенно спокоен, как будто это не им только что запустили на добрый десяток метров, с легким пренебрежением во взгляде наблюдая за пылающей яростью Евой приставившей к его горлу клинок. — Где ты услышал это имя?! Отвечай или клянусь, ты пожалеешь, что родился на свет. — Прорычала глава Вейлского отделения "Белого Клыка". — Зачем такие сложности, принцесса? Я не собирался делать из этого какой-то этого тайны. — Все ещё с пренебрежительной ухмылкой протянул Куджа. — Вот только, кажется, ты кое-что перепутала. В этот момент тело фавна-коровы скрутили мощные судороги. Казалось, каждая мышца, каждая клетка в её теле стала жить своей жизнью. Несмотря на все усилия воительницы клинок выскользнул из её пальцев, после чего пожираемая болью медленно осела на колени. Она была настолько сильной, что Ева почти не почувствовала, как её схватили за волосы и подняли с пола на уровень глаз. — Ты не в том положении, принцесса, чтобы ставить мне условия. — Сквозь невыносимую боль и звуки творящийся вокруг битвы различила девушка голос фавна-кота. — Что же касается твоего вопроса, принцесса... "Чистые" пришли в движение и начали стягивать силы в Вейл не просто так. Он здесь. Да... Тот, кого ты так жаждешь, в этом городе. Совсем близко. И он так же знает о твоем прибытии. Осталось лишь дать ему достойную наживку. И я даже знаю где её добыть. Впрочем, решай сама. Ты же у нас "гордая принцесса"......
Мистраль. Место, где по мнению части историков зародилась нынешняя цивилизация. Страна, пережившая за свою историю многочисленные взлеты и падения. А также, несмотря на поражение в Великой Войне, это до сих пор самое большое государство в мире как по территории так и по населению. Королевство которое из-за стремительного развития технологий в последние несколько столетий постепенно теряло свои клыки, ветшая и приходило в упадок, уступая место под солнцем своей вчерашней колонии. Многие уже и не помнили, с чего начиналась первая волна колонизации Солитаса, но в пыльных манускриптах ещё хранили в себе следы тех давних событий. Тех, кто в далекие времена основали то, что через несколько столетий назовет себя Мантлом, объявив о суверенитете от вчерашнего сюзерена. Это было давно. Здешние библиотеки сохранили в себе и последнюю попытку дряхлеющего государства вернуться в большую политику, пусть даже в роли младшего партнера своей бывшей колонии. Нынче древнее Королевство медленно гнило под грузом накопившихся многовековых проблем, почти смирившись с ролью ведомого более молодыми собратьями, постепенно теряя остатки былой гордости и величия. Как старающийся избежать потрясений старик, Мистраль медленно доживал свой век стараясь держаться подальше от большой политики. И как любой почтенный старец он повидал на своем веку очень много такого, что могло повергнуть неподготовленного человека в трепет и был готов рассказать об этом любому, кто умел, а главное, хотел слушать. Вот только древние мифы и легенды подчас не несут с собой ничего кроме боли, страданий и неоправданных жертв. Эту простую истину сидящий под кроной дерева на краю пруда черноволосый подросток в форме старшей школы "Благого Хермелина" узнал на личном опыте. Когда в один миг тихий провинциальный городок чье население не превышает пятидесяти тысяч разумных становится филиалом Бездны, те, кого ты знал всю свою жизнь начинают сходить с ума пытаясь разорвать окружающих на куски, а по улицам охотятся стаи привлеченных Негативом Гримм сражающиеся с группой чистильщиков "SEBEK" — остается лишь прятаться в тщетном ожидании чуда или взяв в руки оружие встать на пути у надвигающегося кошмара. Он не стремился стать героем. Обстоятельства просто не оставили им иного выбора. Сражайся, познавай искусство управления новообретенной Ауры, становись сильнее и хитрее или умри. В этот момент было не до философских размышлений. Когда кризис миновал, когда те, кого тебе удалось спасти превозносят тебя как героя, в душе остается только пустота и осознание того на что способна человеческая алчность и жажда власти вместе с полным отсутствием моральных норм. Власть развращает. Абсолютная власть, пусть даже в границах одного города, способна превратить в чудовище кого угодно. В этот момент кусты на противоположном берегу пришли в движение. Уже машинально потянувшись к прислонённому к дереву мечу, парень тут же расслабился увидев ту, кто нарушила его покой. Появившаяся на соседнем берегу девушка подросток в школьной форме серого цвета не могла похвастаться особыми внешними данными, рыжие длинные волосы и чуть заостренный нос были скорее нормой для этих широт, но на сердце парня стало чуть легче. Глядя на приближающуюся девушку в сопровождении двух её детских копий одетых в черное и белое платье на лице подростка невольно появилась чуть заметная улыбка. Лишь пройдя через все испытания, боль и смерти брюнет все же сумел разобраться в себе. Теперь он куда лучше понимал слова того странного человека в карнавальной маске. Герой действительно не тот, кто способен творить чудеса, герой — это тот, кто ради того, что ему действительно дорого, будет стоять даже тогда, когда это уже невозможно.