Strong

      Вкус Этери любила во всем, начиная обстановкой в квартире и заканчивая еженедельным ритуалом в ванной, чтобы привести себя в тонус перед важными событиями или к началу новой рабочей недели. Женя близко познакомилась со всеми ее слабостями, за те несколько лет, что они были вместе. Она и сама была одной из них, той которой почти невозможно отказать. Женя любила помогать, вот и сегодня, отделяя лепестки от бутонов и ополаскивая их в прохладной воде, чтобы избежать попадания мусора и всякой ненужной шелухи, она готовила ванну. Пара капель масла, пушистое полотенце, запотевшее зеркало. Вода набиралась приглушенно за счет пены, что ароматным облаком вырастала под краном. Белые, бордовые и розовые лепестки разлетаются вокруг, мягко опускаясь на белоснежные пенные хлопья. Все благоухает сладостью и вызывает чувство наслаждения. Словно сад, где под присмотром садовника и его бережным уходом живут десятки кустов с розами, источающими медовое удовольствие и неизбывную нежность. Беззаботное время, которое всецело можно посвятить себе, отрешившись от мирских забот и от работы. В такие моменты Этери не позволяла даже брать с собой телефон, чтобы никто не нарушил уединение. Хотя Женя довольно долго не могла отучить ее от этой вредной привычки. – Твоя ванна готова. – Ммм, а ты знаешь, чем помочь женщине после тяжелого дня. – Почти мурлычет довольная Этери, переступая порог комнаты, где царит жар от воды вперемешку с пеной для ванны, цветочное благоухание и ароматические свечи. – Я всегда знаю, что нужно моей женщине. – Подчеркивает Женя, улыбаясь. Она помнит, что на кухне уже ждет охлажденное вино, которое надо разлить в два бокала, иначе этот водный ритуал потеряет как минимум одну приятную составляющую. – Останешься? – Этери ловит ее за руку, не давая ускользнуть в дверь. Поворачивает к себе и прижимает ее руки к своему животу, – помочь мне. Женя, не раздумывая развязывает халат, позволяя поясу упасть к босым ногам. Она любит иногда устраивать беспорядок, и эта мелочь отлично вклинится в идеальный ритуал. Ладони Жени распахивают полы и заключают в кольцо рук, что смыкаются на пояснице. Без всех каблуков они почти одного роста. Она прижимается ближе к теплу женского тела, и, понижая голос, отвечает: – Конечно, только добавлю для общей картины кое - что недостающее. Начинай без меня. – Хорошо, только не задерживайся. – Этери нехотя выскальзывает из тесноты объятий, поворачивается спиной и медленно спускает халат. Она оборачивается через плечо и призывно улыбается, прекрасно зная, что Женя будет смотреть до последнего. Вначале открываются плечи, потом лопатки, спина, поясница, а после все, что ниже. Халат скатывается по ногам и остается лежать на полу бесформенной грудой. – Не посмею, – выдыхает Женя, оглядывая ее с ног до головы. Одно дело думать об этом, а совсем другое созерцать. Вкус есть во всем, в женщине, которую она любит. В жизни, которая их окружает. Даже на лепестках цветов, которые Женя сама же и выбирала, где теперь искрятся кружева пены и капельки воды. Стройные ноги неспешно погружаются в воду, а лепестки расступаются, впуская в свой рай из пены, масла и благоухающих роз. Аромат щекочет ноздри и заполняет все внутри сластью. Вода обволакивает и ласково тревожит уставшее тело. Обнимает, позволяя согреть каждую клеточку. Баюкает своим мерным плеском и волнующим медленным движением. Подстраивается под тебя абсолютно и укрывает в своих успокоительных объятиях. Вода позволяет расслабиться и не думать ни о чем, кроме удовольствия. Легкий всплеск наполняющего бокал вина и звенящее касание двух бокалов. Женя делает несколько глотков из своего, крутя его за тонкую ножку. Полупрозрачный отпечаток помады остается на ободке. – Ты знала, что однажды Пино - нуар получило дерзкую характеристику «секс в бокале». – Этери легко проходится языком по губам, собирая сорвавшиеся капли напитка. Ее влажные волосы собраны наверх и капли воды сползают по длинной шее, пропадая на коже. Пара слегка потемневших выпавших прядок липнет чуть пониже уха рядом с маленькой каплей идеально круглой формы, на которую похожа темная родинка. – Секс в бокале звучит красиво, но слишком мелко. – На донышке бокала Жени остается вина буквально на пару глотков, но она не спешит его допивать. Вместо этого девушка подходит и опускается на колени у бортика ванной, устраиваясь максимально удобно и облокачиваясь на него. – Что ты предлагаешь? – Секс в ванной. – Женя улыбается самой соблазнительной улыбкой и выплескивает эти остатки прямо в ванную, позволяя рубиновым каплям смешаться с содержимым. – Перестань, – лениво протестует Этери. – Или я не посмотрю, что ты в платье и затащу тебя в воду. – Попробуй. – Женя даже не думает остановиться. Она набирает в ладонь теплую воду вместе с пеной и лепестками, неторопливо обливая плечи женщины, сначала одно, а потом другое. Лепестки с движением воды скользят обратно в ванную, а остатки воздушной и легкой пены тают на ее коже, словно сахарная вата в теплых пальцах. Этери медленно облизывает губы. Они блестят, словно сверкающие капли воды на поверхности лепестков. Хрупкая красота, которая тянет прикоснуться и не позволяет остаться равнодушным. Женя подается ближе, чтобы поцеловать. Медленно, оттягивая нижнюю губу, вторгаясь языком в рот и смешивая два дыхания до тех пор, пока его не перестает хватать обеим. Тут тебе секс уже не в бокале, а на кончиках губ со вкусом хорошего вина. Этери нравится смотреть за тем, как лепестки расступаются пока, Женя погружает руки в воду, а потом смыкаются вокруг ее запястья кольцом. Она тревожит воду ладонью, заставляя ее плескаться о стенки ванной, а после касается женской ступни. Нежно и мягко разминая кожу вначале на одной, а потом и на второй. Этери закрывает глаза от приятных ощущений. Разомлевшее тело подчиняется слабо, гораздо охотнее отзываясь на ласку Жени, которая всегда знает, как лучше. В воздухе аромат масел и стойкий запах роз, а еще тонкий шлейф будоражащей нежности, что трепещет вокруг, словно дрожащие фитильки на свечках. – Я бы хотела быть ближе. – Так присоединяйся. – Позже и не здесь. Вода почти остыла, а я горячую желаю. – Многообещающе отвечает Женя. – Ты все горячее любишь. – В тон ей отзывается Этери. – Особенно тебя. – Шепчет Женя и прижимается губами к виску, чувствуя влагу на своей коже. – А сейчас ты куда горячее содержимого ванны. Давление воды и движение ладоней усиливает желание в несколько раз, сосредотачивая его в самом низу живота. Кожа, не скрытая водой, покрывается мурашками. Капли мерцают на шее, плечах и ключицах, ползут вниз к груди, окруженной тонким слоем пены и лепестков, что щекочут чувствительные соски, стоит только чуть сдвинуться над поверхностью воды. Вода обволакивает, а нежные руки Жени вольно путешествуют по телу. Вода расслабляет, лаская тело в своих объятиях, а прикосновения Жени дарят ласку другого рода. Этери вцепляется тонкими пальцами в бортики ванной, потому что слабость и возбуждение в теле все сильнее. Она закусывает губу, медленно перекатывая ее между зубов. Женя ловит горстку лепестков, зажимая их между ладонью и телом женщины, и медленно ведет вниз. Оглаживая грудь, спускаясь на живот, задевая бедренные косточки, плавно раздвигая ноги, а потом отпуская эту горстку в свободное плавание. Пальцы двигаются медленно, поглаживая, вжимаясь и мягко надавливая на чувствительную плоть, где и без того невыносимо горячо от нахлынувшего желания. Бедрами Этери подается еще ближе, а ее дыхание сбивается. Чувство наполненности обещает массу удовольствия впереди, но Женя не торопится. Двигаясь глубже, то ускоряясь, то замедляясь и не спеша подвести к разрядке. Так искусно играть на желании с возбуждением, не у каждого хватит терпения. Этери цепляется пальцами за ее запястье и прижимает руку вплотную к себе. Хватает нескольких резких толчков, чтобы все закончить. Женя мягко растирает по чуть подрагивающей спине пену, пробегает кончиками мыльных пальцев по позвонкам и мягко помогает отклониться на бортик ванной, поддерживая за затылок. Тело непослушное, но в нем царит настолько приятная расслабленность, что Этери не хочется даже говорить. Вода почти остыла совсем, и в ней становится не уютно. Женя набирает в ладонь остатки пены и сдувает этот ворох, словно пыль. – Давай ты продолжишь нежиться уже в спальне. – Она включает душ, делая погорячее. Вода бьет по плечам, согревает и снимает остатки слабости. – Подай полотенце. – Вставай так, – в глазах Жени жажда, которую надо еще постараться удовлетворить. – А тебе все мало! – ухмыляется женщина и поднимается в полный рост. Кое-где на мокрую кожу причудливо налипли лепестки. Они похожи на маленькие поцелуи, разбросанные по всему телу. Женя цепляет их кончиками пальцев и тащит по коже вниз, словно расчерчивая бока и ноги этими поцелуями, отдавшими воде все свое благоухание. – Ополаскивайся. – Ласка слышится даже в самом этом слове. Капли катятся по коже, переливаясь новым узором на подтянутом животе, на груди и плечах. А потом становится зябко, от чего женщина резко поводит плечами. Этери ступает босыми ногами на мягкий коврик и притягивает Женю к себе, бессовестно прижимаясь мокрой к ее платью и целуя, медленно и чувственно. Это очень даже согревает сейчас. – Эй, ты всю меня намочила. – Сама виновата, надо было сразу дать полотенце. – По лицу видно, что ей нисколько не жаль. – Да вот оно, – Женя заботливо кутает Этери в мягкое чистое полотенце и подталкивает на выход из ванной. – А ты? – Я все закончу и скоро к тебе присоединюсь. Маленькие огонечки от свечей, мелькающие там и тут в спальне, подогревают взаимное желание близости. Они танцуют по стенам, отвлекая взгляд. Бликами причудливо рисуют даже на коже, обсохшей после ванны. Мягкий ворс ковра приятен под босыми ногами, только Женя не спешит. – Давай, я помогу. – Она вынимает из женских рук бутылочку с лосьоном для увлажнения кожи, щедро капая себе на ладони ароматную субстанцию. – Я бы сама справилась. – Ты же знаешь, как мне нравится о тебе заботиться. – Вместо ответа с губ Этери срывается вдох, когда Женя ласково касается кожи. Ладони гуляют по длинной шее, обхватывая ее пальцами и растирая. Опускаются на плечи, разминая и втирая лосьон. Ей нравится смотреть, как Этери сводит лопатки, когда тонкие пальцы Жени легко пробегают по ним. Кожа лоснится и блестит, но быстро впитывает в себя лосьон. Спина, тонкие руки, а потом прикосновения Жени исчезают совсем, зато женщина чувствует, как ее губы легко прижимаются к шее, к плечу, а ладони замирают на пояснице. – Ты поразительна. – Стройное женское тело в окружении бликующего освещения создает иллюзию, словно у нее вместо кожи холст, на бархате которого вырисовывается плавность линий и неприкрытая откровенность. Взгляд Жени скользит по нему, пока Этери позволяет вволю налюбоваться собой. Сколько необходимо поцелуев, чтобы покрыть каждый сантиметр ее кожи? Много, и вся ночь впереди. – Тогда прикоснись ко мне. Свежесть перестеленной утром постели принимает в свои объятия два тела, полные страстных соблазнов. Танец первых прикосновений приносит нарастающее наслаждение каждой, лениво расползаясь мурашками по теплу тесно соприкасающейся кожи. Россыпь путаных желаний манит и заставляет трепетать два тела. Расслабляющие неторопливые поцелуи, словно изучая и пробуя на вкус, как в самый первый раз. Два потемневших взгляда, выдающих самое неприкрытое вожделение. – Чего тебе хочется? – Ласкать тебя. – А потом? – Продолжать до тех пор, пока ты не останешься без сил. – Мне нравится… Легкие движения ладоней, сжимающих, накрывающих и блуждающих по коже мимолетной лаской. Этери не любит ждать, а Жене хочется сегодня растягивать манящее приближение…не только для себя, но и для той, чье тело нежится на простыни прямо под ней. По телу гуляет желание, которое под каждым новым прикосновением проявляет себя разными оттенками от пылкой нежности до грубоватой ласки с намерением взять свое. Возбуждение, что призывает слушать и чувствовать желания своей партнерши. Женя любит слушать, особенно когда любимые губы отвечают стонами и хриплыми тихими фразами. Или тело Этери льнет ближе к ее прикосновениям и ласке…слишком заманчивое зрелище. Играя ощущениями на поверхности кожи, что отражаются в сознании пронизывающими вспышками, Женя и сама прогибается сильнее, подаваясь ближе. Потому что Этери умеет создавать удовольствие, пробегая языком по теплу кожи и оставляя влагу. Нарочито медленно, словно штрих касания, что создает в каждом теле приятное томление. Она любит этот момент, когда у Жени в приливе удовольствия натягивается кожа, резко очерчивая ребра и выступающие бедренные косточки. Как она сбивчиво и часто дышит, а потом шумно выдыхает между поцелуями. Прищуривает глаза от прохлады влаги, оставленной на коже языком, и жаром, что разрастается внутри собственного тела. Женя впитывает в себя ощущения, омывающие сознания. Это близость, приносящая намного больше, чем одно лишь телесное удовольствие, именно поэтому Женя предпочитает никуда не спешить, растягивая предвкушение удовольствия. Владеешь ли ты собой или тобой владеет та, что прижимается так близко к твоему телу, словно в желании слиться в одно целое. Вспыхивающая с новой силой жажда во взгляде, которая заводит не меньше словесных обещаний. Чувствительный бархат кожи, мягкие расслабленные жесты, искусные и тонкие прикосновения, демонстрирующие различные грани ощущений. Как тело Этери выдает нетерпение, а лицо отражает не меньшее желание, вплетая в атмосферу происходящего новый виток желания и страсти, притягивая к себе взгляд и больше не отпуская. Прикосновение языка, дразнящее грудь. Губы на запястье и аромат кожи, вновь коснувшийся обоняния. Томная сладость и жар, обволакивающий сознание. Позволяя этим чувствам опутать все внутри, растворяя в себе. Чувствуя напряжение другого тела, что подстегивает собственное возбуждение. Наслаждение, набирающее силу и заполняющее все пространство, распаляет сильнее, словно вся сила желания стремится немедленно вырваться на свободу. Только еще не время. Тепло ладони замирает у самого сердца, учащенно бьющегося под кожей. Безо всякой недосказанности гулким выдохом между поцелуем. Тело, прошивающее дрожью или тонко чувствующее дрожь другого тела. Касание ладони к бедру, что отпечатывается в сознании, побуждая и пробуждая. Ответ собственного тела. Губы, целующие кожу, полуприкрытые глаза и протяжный стон. Несказанная, но правильно истолкованная нежность. Обжигающий взгляд, будоражащий сознание утомительным восторгом. Царапая спину кончиками пальцев и раздразнивая еще сильнее. Упиваясь взаимностью и завораживая. Хриплые стоны, что теряются в поцелуях. Непослушные пальцы, комкающие простынь. Кончик языка, очерчивающий пересохшие губы. Делать вдох и задерживать дыхание, когда пальцы движутся в привычном ритме, сменяя вереницу ощущений. Подаваясь бедрами и прижимаясь ближе, в стремлении продлить удовольствие и разделить этот миг. Замирая совсем близко и тихим шепотом, вплетая в сознание имя. Плавно и медленно опускаясь, заключая в кольцо своих рук. Мягкостью волос сквозь пальцы, что укрывают плечо или ладонью прижимающей голову к себе. Два чуть подрагивающих тела в отголосках пережитого удовольствия. Но даже у него есть предел – достигнув вершины, все перестает играть такими красками, как до этого. – Остановись и престань быть такой жадной, как будто видишь меня в последний раз. – Бархатные нотки тихого голоса Этери нарушают тишину. – Всю неделю ты будешь, как обычно, изменять мне со своей работой. – Всю неделю я буду, как обычно, возвращаться к тебе в теплую постель. Согласись, это звучит, куда лучше. – Согласна, а чтобы ты точно не забыла, как со мной хорошо… – Женечка, разве тебя можно забыть? – впрочем, когда она целует так напористо и чувственно, кажется, что забыть можно все на свете. Отношения между ними нельзя было назвать безупречными, все как у всех, но они с Женей идеально дополняли друг друга. А вкус Этери любила во всем, даже в тех редких людях, которых впускала в свою жизнь.