Улыбайся, пока жив

«Я поднимаюсь над землёй, ведь мне так хорошо с тобой. Держи меня, не отпускай. Между нами рай»*.

      На улице стояла глубокая ночь. Дождь отстукивал по крыше свою, по-своему таинственную и успокаивающую, мелодию.       Катя лежала в постеле, смотря в потолок. Навязчивые мысли лезли в голову, не давая уснуть: неужели она теперь такой же монстр, каких сталкеры безжалостно убивают?       «Я не мутант», — подумала Катя.       — Я не мутант, — прошептала, с навернувшимися на глаза слезами.       Она зажмурила глаза, закрыла рот ладонью, чтобы заглушить рыдания. За стеной спит Док — нельзя, чтобы он это услышал.       От сдерживаемой боли её разрывало — слишком тяжело. Всё, что накопилось за долгие годы уходило вместе со слезами.       — Я не могу так больше, — шептала она, сквозь сжатые зубы. — Почему я? Зачем это всё мне?!       Смерть друзей, в которой Катя считала виноватой себя, не давала ей покоя. Хоть изменить уже ничего не получится, но она корила себя в том, что не попыталась их спасти. В её памяти навсегда остались их постепенно смазывающиеся счастливые лица.       Вечно хмурый Клык, который редко улыбался даже в кругу своих. Его внимательный взгляд, моментально замечающий изменение обстановки. Его чёткие отточенные движения во время тренировок и то, как он держал свои излюбленные ножи. Это всё ей не забыть при всём желании.       И постоянные нравоучения Призрака… Катя так жалела, что не слушала его. Сейчас она бы всё отдала, чтобы просто услышать его голос. Его смех. Даже почувствовать те лёгкие подзатыльники, которые он ей щедро отвешивал за провинности. Хотя бы что-нибудь…       Стрелок… Тот самый Стрелок, которого Катя знала ещё до походов к ЧАЭС. Как она им восхищалась. Чего только стоила его целеустремлённость. Катерина знала, что если бы не пошла на поводу эмоций в ту ночь, то он бы всё равно нашёл способ уберечь её от похода. Каким бы подонком он не хотел показаться, он никогда не хотел причинять боль близким людям. Те чувства, похожие на любовь, которые он ей показал… Катя была готова умолять его быть рядом. Хотя и понимала, что он ради цели скорее всего откажет, не потому что он плохой, а потому что эмоции в случае его гибели, которые ей придётся пережить будут слишком болезненными. Наверное, поэтому Стрелок и избрал такой путь — быть для неё последней тварью, чтобы она не страдала.       После последнего похода Катя долго не могла понять его поступок, но поняла и приняла. Этой ночью она его простила за всё, что он ей сделал…       Катя почувствовала себя одинокой только сейчас — в доме, где прежде дружно собиралась вся группа — пришло чёткое осознание — она осталась одна.       Сердце больно защемило от мысли, что Меченого она тоже может потерять своим бездействием. Плевать на то, что он её не помнит, она сблизится с ним снова. В нём должно остаться что-то от прежнего Стрелка, просто нужно немного времени, пока он вспомнит.       Для себя Катерина решила, что найдёт Меченого и постарается не терять его из виду. Конечно, сначала нужно поговорить с отцом. Меченый подождёт, он всё равно пока не занят чем-то серьёзным.       Вина за смерть друзей грызла её изнутри. Обида на отца за утаивание правды давила сверху. Никак не удавалось принять новую себя, да и что делать дальше Катерина не представляла.       Вытерая мокрые глаза, она не хотела думать ни о чем. Просто слушать шум дождя. Слушать и засыпать. Как можно быстрее.

***

      — Катерина, просыпайся!       Девушка вздрогнула, резко вскочила с кровати. Рука рефлекторно нащупала пистолет, лежащий на краю кровати.       — Док, что случилось? — Катя, осознав, что угрозы для жизни нет, потёрла ладонями лицо.       — Проводник написал, что один сталкер хочет со мной встретиться. Всё произошло так, я ожидал: Стрелок всё вспомнил. Но я не понимаю, почему ты не рассказывала мне о вашей встрече. Это же кардинально всё меняет. Контакт с человеком из прошлого, вероятно, стимулировал проявлению некоторых связанных тобой воспоминаний, — он улыбался.       Впервые за столько времени после исчезновения Стрелка, Док улыбался. В его глазах было столько радости и надежды, что девушка передумала говорить ему, что Стрелок навсегда остался в Центре Зоны.       Катерина невозмутимо облачалась в свой комбез. У неё не было желания оправдываться. Она честно хотела рассказать Доктору о нём раньше, но вчера ей было не до этого.       Похоже, Меченый зашёл слишком далеко в попытках найти Стрелка, раз уж достучался до Болотного Доктора. А ведь весь его путь мог закончиться даже не начавшись, стоило лишь прямо рассказать ему правду. Верить в это или нет решал бы сам. Но что сделано, то уже не изменить. Сейчас стоит думать о себе и своих проблемах.       — Катерина, — тихо позвал Доктор, — что между вами произошло?       — Ну, как тебе сказать… — растерялась девушка. — Я же почти смирилась со смертью Стрелка. А когда случайно встретила Меченого, испугалась. Думала, что ловлю глюки или схожу с ума. Как оказалось, Он просто потерял память. Что произошло? Да, собственно, ничего. Пару раз на задания вместе ходили, — Катя смотрела куда-то в сторону, кусая нижнюю губу, мысли путались, не давая рассказать всё полноценно.       Она старательно обходила детали этих заданий: то, что труп Призрака был найден ими обоими, и то, что случилось ночью в бункере учёных. А главное, делала вид, будто ей всё равно.       Ей самой вдруг стало смешно. Кого пытается обмануть? Неужели Болотный Доктор не заподозрит недосказанностей? Заметит, конечно. Но виду не подаст, потому что понимает, как сложно ей смириться с происходящим в её жизни. И Катя была благодарна Доку за это понимание.       — Ты идёшь на встречу с ним? Я тебя одного с ним не оставлю, — сказала она.       Девушка серьёзно посмотрела на Доктора, решив для себя, что потерять последнего близкого человека, она себе не позволит. Из кожи вон будет лезть, но сделает всё возможное, чтобы помочь Меченому в его делах. И всё-таки была совсем крохотная надежда, что он сможет что-то вспомнить, ведь они столько вместе прошли, столько пережили.       Катя поморщилась. Когда она стала настолько сентиментальной? Вспомнит — хорошо, не вспомнит — ничего, на этом жизнь не заканчивается.       Она сжала руки в кулак, вдавила ногти в ладонь. Противоречивые мысли раздражали.       — А как же твои проблемы? — спросил Док, наблюдая за девушкой.       Он медленно подошёл и аккуратно прикоснулся к её рукам, заставляя их разжать. Когда она покорно поддалась, Доктор ласково улыбнулся и заглянул ей в глаза, ожидая ответа.       — Мне просто интересно, чем закончится этот спектакль, — уклончиво ответила она, лукаво улыбнувшись.       — Значит дело совсем не в ваших чувствах? — девушка услышала в словах Доктора насмешку. Это кольнуло лёгкой обидой. Неужели он решил, что она решила идти с ним только чтобы воссоединиться с любимым? Даже звучит чересчур приторно.       — О каких чувствах идёт речь, Док? — маскируя раздражение под улыбкой, спросила Катерина. — Столько времени прошло. Между нами уже ничего нет и не будет. Я просто хочу ему помочь. У меня же, кроме него, никого не осталось.       Она поднялась с кровати и её шатнуло в сторону. Голова гудела, тело болело так, будто ночью совсем не спала.       Схватившись одной рукой за прикроватную тумбу, а другой за голову, она ждала, когда пройдёт потемнение в глазах.       — Думаю, тебе лучше отправиться к отцу. Побеспокойся о себе. Не иди по пути Стрелка. Ты не такая сильная как он, — сказал Док и вышел из комнаты. Это была точка в разговоре, дальше можно было даже не пытаться с ним спорить.       Катя, всё ещё приходя в себя, не могла понять, почему в её жизни всё идёт наперекосяк. Вроде совсем недавно ходила в школу, общалась с друзьями, а сейчас топчет землю, поражённую радиацией и друзей уже, как таковых, нет.       Зажмурив глаза и глубоко вздохнув, она отогнала эти мысли. Некогда размышлять о тяжёлой судьбе, нужно отправляться на базу «Долга» или эти мысли её доканают.

***

      На территории группировки ничего не изменилось. Всё тот же жадный Прапор на пропускной, всё те же бесчисленные стаи собак-мутантов и скучающие долговцы на блокпостах.       Катя вдруг поняла, что ей надоело смотреть на одну и ту же обстановку, надоело постоянно ссориться с Прапором из-за его поборов, надоела бессмысленная жизнь сталкера. Вечные поиски денег, чтобы было, где поесть и поспать, считать патроны и убивать, постоянно оглядываться и бояться.       «Клык бы меня выслушал. Я бы ему рассказала — он бы понял. Всегда понимал», — подумала Катерина, проходя мимо бара.       — Какие люди посетили нашу базу! Сама Невидимка!       Девушка обернулась. Позади неё, у входа в бар, стоял Должанский. Лучезарная улыбка застыла на покрытом щетиной лице.       — Черт возьми, мы не виделись хренову кучу времени! Где ты была? — он раскрыл руки, направляясь к Кате.       — Долгая история, — она обняла мужчину, только сейчас заметив на нём боевой комбинезон «Долга». — Куда намылился в полном обмундировании?       — А… Это, — Должанский посмотрел на свой комбез. — Дык у нас полная боеготовность. Камикадзе один Выжигатель отключать отправился. Начальство в него верит и планируют Центр взять. Меня в отряд определили, тоже пойду.       Мужчина говорил об этом на амбициозе. Создавалось впечатление, что он вовсе не понимает, что может твориться Центре.       — Подожди, какой камикадзе? — всрепенулась Катя, понимая, что таковым скорее всего является Меченый.       — Ну, а какой нормальный человек туда сунется?       — А ты понимаешь, что ты можешь не вернуться? Это же не прогулка.       — Ого, неужели ты переживаешь за меня? — Должанский провел рукой по своим коротко стриженым волосам и посмотрел на девушку заинтересованным нежным взглядом.       — Дурак, — Катя, наиграно обидевшись, толкнула его плечом.       Мужчина так непринуждённо засмеялся, что девушка не заметила, как засмотрелась на его счастливое лицо. В голову закрались мысли о том, что это, возможно, последний раз, когда она его видит. Такой весёлый, добрый, отважный и немного балбес — он не заслуживает смерти.       — Эй, принцесса, чего такая грустная? — он щелкнул пальцами перед лицом девушки, заметив её отстраненноть.       — Я же не смогу отговорить тебя идти, да? — тихо спросила она.       Парень нежно погладил её по щеке и заглянул в её печальные карие глаза:       — Я не смогу выполнить твою просьбу… Прости. Партия сказала: «Надо», комсомол ответил: «Есть».       Катя опустила голову. Она понимала, что над ним стоит начальство. Даже если бы он не хотел идти в Центр, его бы заставили. В «Долге» особо не церемонятся.       Скорее всего Должанский гоняется за званием, поэтому и идёт. Или хочет помочь сослуживцам. Или же увидеть неизведанные земли. От него всё что угодно можно ожидать, но только не того, что он прогнется под начальством. Катерина сама была свидетелем, их отношений с начальством. И они терпят все его выходки. Девушка всегда задавалась вопросом, почему такие как он вылетают из «Долга» сразу же, а Должанского до сих пор терпят. Впрочем, задавая ему этот вопрос, парень всегда отшучивался или уходил от ответа.       — А мой отец? — испугалась девушка, вспомнив, что квады первыми посылают на опасные задания из-за уровня их подготовки.       — Да не ссы. Квад его на базе остаётся. Должен же кто-то бар охранять, пока пол группировки в Центре Зоны, — Должанский посмотрел за спину девушки. — Слушай, мне пора уже. Ладно, Катюх, не расстраивайся. Вернусь — поженимся.       Долговец посмеялся, на прощание потрепал девушку по голове и отправился к сослуживцу, который ждал его.       Катя всей душой хотела, чтобы он вернулся. Такого позитивного человека она ещё не встречала. Будет очень тяжело потом вспоминать его улыбку и эти глупые шутки, от которых и вправду становилось легче.       Оглядевшись вокруг, девушка отметила, что долговцев на улице стало больше. Похоже, скоро отправятся в путь.       Катерина попыталась вспомнить, говорил ли ей Меченый что-то о Выжигателе, ЧАЭС или Припяти, но в памяти всплыло лишь то, что он ищет Стрелка. А целью Стрелка был Центр Зоны. Выходит, что сталкер и впрямь мог уйти к Саркофагу.       — Идиот, — прошептала девушка, задумчиво глядя на вывеску бара «Сто рентген». — Бармен должен что-то об этом знать.

***

      Сегодня в баре оказалось необычно людно. Все столики заняты. Резкие смешанные запахи пота и курева ударили в нос. Катерина поморщилась, разглядывая сталкеров, подошла к барной стойке.       — Ого, какие люди! Какими судьбами? — Бармен, вытеравший стойку, махнул ей грязной тряпкой, не отвлекаясь от своего занятия.       — Что за история с Выжигателем? — она не стала ходить вокруг да около. Если Меченый действительно направился в Центр Зоны, то каждая минута на счету.       — Меченый — сталкер толковый и с хорошей репутацией, на него местные и поставили. Он Выжигатель отключить скоро должен, вот все и сидят в боевой готовности. Отряд мастеров уже у блокпоста долговского собирается, в Припять пойдут, а затем к станции. В Центре, знаешь, кто не успел, тот опаздал. Все артефакты разберут и все желания загадают, как бы Исполнитель Желаний этот не лопнул от желающих загадать.       Катя глубоко вздохнула, потерая лоб. Её опасения подтвердились. Он правда камикадзе. Когда в прошлый раз он пошёл к Центру в одиночку, это ничем хорошим не закончилось. В живых, конечно, остался, но второй раз вряд-ли так фартанёт.       — И что мне делать? — спросила девушка у самой себя.       — Тебе остаётся только сидеть и ждать, — сказал Бармен, занимаясь своими делами.       — А если он там сдохнет? Мы, Клыка потеряли, Призрака потеряли, а он всё равно туда же лезет. Чего ему там мёдом намазано?! Не сидится на жопе? Не-ет, разгадаем загадку Зоны! А о других он подумал? Не, я ему сдохнуть не дам. Я его, сука, с того света достану. Будет жить и мучиться. Перехвачу его в Центре! — Катя натянула капюшон и ломанулась к выходу, помахала Бармену рукой на прощание. — Спасибо! — Да не за что, — Бармен пожал плечами и продолжил протерать стойку.

***

      В голове девушки билась одна мысль: «Лишь бы успеть!». Наплевав на свои проблемы, она хотела лишь быть с тем последним оставшимся человеком, даже если это будет последний день их жизни. Если ничего не выйдет, то она будет знать, что сделала всё, что было в её силах.       Не смотря по сторонам она бежала к блокпосту. Несколько раз чуть не сбила с ног мимо проходящих сталкеров.       Она увидела впереди кучку мужчин, упакованных в экзоскелеты. Вероятно — те самые мастера.       — Расшибёшься так лететь! — крикнул один, подхватывая девушку под руки, когда та чуть случайно не влетела в него.       — Вы… в Центр Зоны? — пытаясь отдышаться, спросила Катя. — Я с вами.       Сталкеры переглянулись. Их взгляды проскользили по фигуре девушки. Было в них что-то такое, что заставило её смутиться.       Катерина ожидала смех, неприятные шутки, агрессию с их стороны, но они просто молчали. Её это очень удивило. Со дня попадания в Зону, с ней нормально общались лишь единицы сталкеров. И сейчас группа смотрела на неё как на равного себе.       — Невидимка, нам приятно работать в одной связке с таким человеком, как вы, — они один за другим протягивали ей руки для приветствия.       Катерина не понимала, что происходит, но руки пожала.       — С чего бы такое уважение? — спросила она, пытаясь разобраться в ситуации. Её не покидало ощущение, что сталкеры разыгрывают сценку, смеха ради.       — Бармен связался с нами и рассказал, что к нам в помощь отправил опытного снайпера, который работал в группе Стрелка.       — Так вот оно что, — уныло усмехнулась Катя.       Выходит, Бармен снова помог ей, потому что понимал, что сталкеры просто посмеются и отправят её обратно. Другой вопрос: как они вообще поверили в это? Скорее всего, слову Бармена они свято верят.       Катя надеялась на то, что они не будут трепаться об этом на каждом углу, потому что «Наёмники» всё ещё ищут её. Они не оставят невыполненным контракт.       — Меня зовут Рыжий, я поведу группу, — представился рослый мужчина. — Обсудим план действий и выдвигаемся.