Она боится

      Шелест бумаги нарушил гробовую тишину в палате, взгляд тёмно-карих глаз снова скользнул по девушке, мило посапывающей на белоснежных простынях. Недлинные темные пряди её волос аккуратно лежали на подушке, а веки в обрамлении пушистых ресниц были опущены. Она была симпатичной, даже очень, и Дазаю не хотелось отводить взгляд от её чуть бледноватого лица, даже для того чтобы в сотый раз прочесть очередную уже выученную наизусть инструкцию по самоубийству. А ведь она сама виновата, что сейчас лежит без сознания, сама не послушала его. Он взглянул на часы и устало вздохнул. Девушка всегда тяжело переносила лечение Акико, и если остальным членам детективного агентства хватало пяти минут, дабы оклематься после волшебного исцеления, то ей всегда на это нужно было больше времени.       Так она пролежала в обмороке ещё часа два. И вот, хотя бы сейчас, когда она без сознания, он может спокойно побыть с ней, внутренне не раздражаясь и не огорчаясь от того, что она снова от него убежала под каким-то нелепым предлогом. Раньше такого не было. Как только она вступила в вооружённое детективное агентство, как ни странно, она сразу сдружилась с маньяком-суицидником. Он и сам не знал почему же ему так нравится общаться с этой барышней. Её толчки локтем в бок, тихий смех и уголки губ, которые всегда были приподняты. Всё это очень привлекало Дазая.       Девушка что-то тихо пробурчала и перевернулась на бок, заставляя Дазая отвлечься от книги и, подняв голову, посмотреть на нее, точнее на её спину, которой она к нему повернулась. Его губ коснулась хитрая улыбка. Она начала подавать признаки жизни, а значит уже окрепла. Бесшумно встав со стула, Дазай наклонился к одарённой, легонько надавив на плечо, дабы она вновь легла на спину. А после, обхватив пальцами её тонкие плечи, он несильно потряс ее, и по палате разнесся его громкий и беззаботный голос:       — Просыпайся, спящая красавица! Слишком много спать вредно для здоровья!       Девушка мгновенно раскрыла глаза и посмотрела на детектива ошалевшим и слегка встревоженным взглядом. Только через пять секунд она окончательно проснулась и осознала в каком положении находится. Она резко, но аккуратно, смахнула руки Дазая со своих плеч и, быстро сев, немного отползла от парня к спинке койки. В ее глазах проскочил страх. В последнее время она опрометчиво стала забывать скрывать его.       — Д-Дазай? — произнесла девушка, прижимая одеяло к груди.       Такая переменчивая. То он её друг, то она его боится. А ведь первопричина ее фобии под названием «Дазай», как он считал, совсем нелепа. Когда девушка узнала, что он работал в Портовой Мафии, она вначале не придала этому большого значения. Просто удивилась, пару раз подколола его и всё. Но всё изменилось, когда она поговорила с этим Рампо, который, видимо, не знает, когда нужно держать язык за зубами. Они вместе пошли на задание и она решила спросить этого «великого» детектива, что тот знает о тёмной стороне Дазая и он ей ответил. Рассказал ей все что знал, и как Дазай зверски пытал людей, и что он был наставником Акутагавы, которого она побаивалась и потому избегала, и какие методы он использовал для тренировки своего подчинённого.       — Дазай Осаму к вашим услугам, миледи, — всё таким же непринуждённым голосом отозвался детектив, скрывая раздражение, появившееся после воспоминаний о Рампо, разрушившего все его планы по завоеванию девушки, в которую он впервые по-настоящему влюбился.       Девушка молчала, не решаясь что-либо сказать, и Осаму спокойно продолжил диалог:       — Хочешь чего-нибудь? — он присел на стул, одарив внимательным взглядом коллегу.       — Нет, спасибо. — кротко ответила она. Дазай шумно вздохнул, заставляя одарённую поднять на него глаза. Этого разговора уже не избежать. Он слишком долго держался, но он человек, и к сожалению, железными нервами не обладает.       — Нам надо серьезно поговорить, — холодно произнес Дазай. Вся непринуждённость вмиг пропала. Взгляд детектива стал серьёзным и ледяным, а девушка почувствовала как ее сердце на секунду замерло.       — Извини, давай не сегодня. Я.!       — Тихо, — тон детектива стал властным и пугающим. — Знаешь, если бы ты не была такой упрямой и пошла бы на задание со мной, сейчас бы, может, и не было бы этого разговора, но это было последней каплей.       Сердце девушки быстро забилось, а губы чуть приоткрылись, втягивая воздух в легкие. Она сидела напротив Дазая, напуганная его властным тоном и ледяным пробирающем до мурашек взглядом шоколадных глаз.       — Я же говорил как будет лучше, но ты не послушала меня, — голос Дазая переменил краски. На место властности пришла раздраженность, сочившаяся в каждом его слове. Он засунул руки в карманы пальто, но только чтобы она не увидела, как он сжал их в кулак.       — Если бы мы действовали по моему плану, мы бы поймали того преступника за пять минут. Но ты отказалась. Придумала очередную глупую отговорку. Договорив, он замолчал, и ответом ему была тишина. Он обречённо вздохнул и перевел взгляд на одарённую, смотревшую на него, как зайчик, загнанный в угол большим серым волком.       — Ответь, я когда-либо делал тебе больно? Почему ты боишься меня? — встав со стула и делая шаг навстречу девушке, успокаивающе и мягко произнес Дазай.       — Не подходи! — резко вскрикнула она. Он замер, не смея двинуться. Её голос током прошёлся по венам и артериям его тела, остановившись в сердце и превратясь в иглы, колющие и больно пронзающие стенки. Он поднял встревоженный взгляд на девушку. Уголки её глаз были влажными, губы превратились в тонкую линию, а руки нервно сжимали простынь.       — Оставь меня одну, пожалуйста, — тихо произнесла она, уставившись вниз, скрывая лицо.       Дазай все также стоял на месте. Одарённая сейчас в его глазах выглядела такой хрупкой, что ему было страшно к ней даже подойти. Ужасное чувство. Хочется приблизиться, обнять, успокоить и нежно коснуться ее губ. Губ девушки, в которую по-настоящему и искренне влюблен до боли в сердце. Но руки связывает страх испугать ее ещё больше, заставить затрястись, захлебываясь слезами. И уже непонятно кто же из них боится сильнее. Дазай, боящийся напугать девушку ещё больше, или сама девушка. Но всё-таки он сделал медленный и осторожный шаг вперед и очень тихо, почти шепотом, сказал:       — Не бойся меня, я тебе не причиню боли, — с каждым шагом девушка всё плотнее прижималась к спинке койки, упорно смотря вниз, лишь бы не видеть Дазая. Он аккуратно присел возле неё на колено, девушка замерла. Она завороженно проследила, как его большая ладонь аккуратно легла на её, а после приподняла, приближая к его губам, оставившим лёгкий, совсем невесомый поцелуй на тыльной стороне её ладони.       — Ведь я люблю тебя, — брови одарённой приподнялись, а губы приоткрылись.       Детектив, приложил её руку к своей щеке, накрывая маленькую и слегка вспотевшую от волнения ручку девушки, своей, замотанной бинтами.       — Люблю, — шёпотом повторил он, уже более уверенно целуя запястье девушки, вызывая на её щеках милый и еле заметный румянец.       Встав, детектив взял её за подбородок, аккуратно приподнимая её румяное личико, целуя столь желанные розоватые губы, которые так его манили всё это время.