Я нашёл себя в Чукуре

Тишина. Всё что я слышу — это тишина. Но вслед за тишиной я чувствую сильную боль в левой руке. Открываю глаза и вижу перед собой Ямача. Он с гордостью смотрит на меня. Оглядываюсь и понимаю, я в кафе. Значит, сегодня мне не суждено было умереть. Оборачиваюсь и вижу, как рядом с моими ногами сидит Азер, всё ещё держа меня за руку. Не обращая ни на что внимания, Ямач протягивает правую руку. — Selamün aleiküm — говорит Ямач. Я целую его руку и прикладываю ее ко лбу. — Aleyküm selam — выдыхаю я. Неужели я прошла? Опять оборачиваюсь к Азеру. Тот уже встал. В глазах стояли слёзы. Он подходит ко мне и обнимает. — Ты адская девочка! Беда в моей голове — шепчет он, так чтобы никто не услышал. — Селин? — обращается ко мне Джумали. Я поворачиваюсь и смотрю на него. Если он сейчас скажет хотя бы одно слово против меня, я могу и выстрелить. — Что? — Добро пожаловать — он подходит ко мне и обнимает. Первые пару секунд я не знаю, что делать, но потом тоже обнимаю. Почему-то одной рукой. Опускаю взгляд и вижу, что мою левую руку всё еще сжимает Азер. — Азер ты, мне кажется, сломал пару пальцев — немного смеюсь я. Только после этого он отпускает мою руку. — Извини. — Всё хорошо. Главное не правая — шучу я. И от этой тупой шутки все в кафе начинают смеяться. Будто кто-то впустил в помещение веселящий газ. Либо это была просто коллективная истерика. — Тебя лучше отвезти в больницу — через минут десять, когда все более менее успокоились, заговорил Азер. — Да всё нормально — успокаиваю я его. — Нет уж! — начинает Ямач. — Ты также говорила, когда ходила с дыркой от пули в бедре. А потом чуть от потери крови не умерла. Так что езжай в нашу больницу! Тебе хоть гипс наложат. — Мне с ней можно? — спрашивает Азер. — Да. Ты можешь заезжать в район с Селин. Но без оружия и охраны. Мы тебя не тронем — Ямач явно смягчился по отношению к Азеру. Неужели из-за моей проверки? — Хорошо. — Селин — мы уже практически вышли из кафе, но Ямач меня остановил. — Договор я принимаю. Основные пункты мы будем исполнять. Всё остальное по договорённости. Звони, и мы всё решим. — Хорошо. Я согласна. — А теперь езжай. Меня волнует твоя рука. В больнице нас встретил мой доктор, который лечил практически все мои раны. — Сколько лет, Селин! — он обнимает меня, стоит ему меня увидеть. — Брат Хасан, рада тебя видеть! — Я тоже. Хотя не в больнице такое говорить. Ну, что на этот раз? — Кажется, пальцы сломаны — улыбаюсь я. — Ох! И как же это так произошло? — он уже начал рассматривать мою повреждённую руку. — Да ерунда, переволновались. — То есть ты не сама так? — Это я — подал голос Азер, который всё время стоял за спиной. — Я немного занервничал и не рассчитал силу — брат Хасан оценивающе смотрит на него и гудит. — Ох, ну такой бык и не такое может сделать — с улыбкой говорит Хасан. — Это точно! — подтверждаю я его слова. В итоге, после рентгена у меня обнаружили, что сломаны средний и указательный пальцы. А в мизинце трещина. Хасан наложил гипс. И сказал, что снимать его будет только через минимум месяц. — Селин, зная тебя, я бы не рекомендовал брать в эту руку оружие. Попытайся обойтись только правой. — Постараюсь. — Хорошо. Жду тебя на осмотр через две недели. По пути домой Азер каждые пару минут выпрашивал у меня прощения. — Я уже в миллионный раз говорю, я не обижена! Я бы на твоём месте, наверное, ещё хуже сделала. Ты же знаешь, я мастерски ломаю руки — рассмеялась я. Домой мы зашли уже под утро. — Селин, ты спать? — Азер посмотрел на меня обеспокоенно. — Вряд ли я смогу уснуть. Адреналин до сих пор стучит по голове — я стянула с себя кожанку и рубашку, оставшись в одной майке и джинсах. — Ненавижу эту рубашку. Её сжечь надо! — У меня есть один способ, чтобы снять это напряжение. — Ты же лучше всех знаешь, что когда я напьюсь, наоборот уснуть не могу. — А я не про алкоголь говорю. У меня есть трава. — Я даже не удивлена. — А вот я удивлён, что у тебя её нет. Ты наркоторговец, она у нас априори есть. Ну, так что скажешь? — А и чёрт с ним. Сегодня можно! — Тогда накинь что-нибудь и пошли в сад. Пока я одевала кофту, Азер взял мою рубашку и вышел в сад. Я последовала за ним. Там мы сели на диван. — Эта моя кофта? — удивляется Азер. — Если ты не заметил, я часто тырю твои вещи. — Так я и знал, что не просто так они пропадают. — Просто мне в них удобней — извиняющееся пожимаю я плечами. Тем временем Азер раскурил косяк и передал его мне. — Ты раньше это делала? — после первой моей затяжки, спросил Азер. — Только у себя на родине. — В Измире? — удивился Азер. — Ты так и не узнал? — О чём ты? — Азер развёл небольшой огонь в мангале. — Я из Болгарии. Сбежала из-за того, что попала в розыск. — Значит, тебя зовут не Селин? — Зовут. Просто раньше я была Мариной. Сейчас это имя считается табу. Я уже давным-давно не она. — Так вот откуда этот акцент! — смеётся Азер. — Нет у меня акцента — наиграно хмурюсь я. — Есть-есть, я же слышу. — Вот кто бы говорил. Бык из Аданы — хихикаю я. — Hele bak ya (посмотри на это*) — возмутился он. — Bakmak, bakmak (смотрю, смотрю*) — уже не сдерживаюсь и хохочу в голос. Азер не долго терпит и тоже начинает смеяться. — Держи — когда мы немного успокоились, Азер подаёт мне мою рубашку. — И что мне с ней делать? — кручу её в руках. — Что хотела сделать. Я что, просто так развёл огонь? Я смотрю сначала на рубашку, потом на огонь, а потом со всей злости кидаю её в огонь. — Сгори сволочь! — рычу я. Меня немного ведёт, голова стала тяжёлой. Но мне было так хорошо и спокойно, как не было уже очень давно. — А травка реально хорошая! — бормочу я, уже сидя на диване и делая очередную затяжку. — Контактами поделиться? — спокойно интересуется Азер. — Обязательно. Но завтра. Я сейчас вряд ли что-то запомню. — Наверняка. — Наверняка — шепчу я, и меня отключает. Я скатываюсь по спинке и ложусь на диван, головой на колени Азера. — Спи — Азер аккуратно гладит меня по спине.