Беременность

Переступив порог квартиры, Лёша погрузился в лёгкий мрак. Жалюзи на окнах были закрыты. Стояла тишина. Это было так странно. Странно, что с дальней комнаты не выбегает Мими, громко цокая лапками по ламинату, а из душа не доносится шум воды и шикарный голос любимой. Снимая обувь, Потап проходит, заглядывая в каждую комнату и надеясь застать Настю. Ему было не важно, будет она спать или сидеть угрюмо, глядя в окно, лить слезы и кричать, обвиняя его во всём, или просто спокойной поговорит, всё это было не важно. Главное — её присутствие в этой квартире. Очередь дошла до последней комнаты, в которой вчера заперлась Настя, пытаясь найти укромное местечко, где проблемы никогда бы не потревожили её. Дверь со скрипом открывается, и лёгкий холодок пробегает по коже — всё дело в открытом нараспашку окне. О вчерашнем скандале, помимо паршивого душевного состояния, напоминал полный бедлам и хаос. Мельком оглянув спальню, Лёша краем глаза увидел свернутый в несколько раз листок бумаги. Казалось бы, ничего особенного, ну лежит и пусть лежит себе дальше, но мужчина сразу понял, что это предназначено для него. Чутьё? Развернув записку, он заметил частые и некрупные пятна на листке, такие обычно оставляют слёзы, и на удивление бумага всё прекрасно впитала: те слёзы и эмоции, ту боль и раны, что были у брюнетки в ту самую секунду. Через минуту он был полностью погружен в оставленное ею письмо. Неужели прощальное? Прости, что не дождалась тебя, это было выше моих сил. Я бы не смогла смотреть в твои глаза и говорить эти слова, поэтому мне приходится писать записочки, как в начальной школе. Лёш, помнишь, ты обещал быть со мной до конца. Обещал, что ни за что меня не предашь, что мы будем бороться, твердил, что мы справимся со всеми невзгодами, а что получается в итоге? Я сижу сейчас в замкнутом пространстве, одна со своими кровоточащими ранами, слышу отдаляющиеся шаги и хлопок входной двери. Ты просто ушёл… Я отчётливо запомнила каждое слово, сказанное тобой вчера. Ты кричал, что любишь, что был пьян, а я хочу тебе сказать одно — человек, который любит, никогда бы, слышишь, НИКОГДА, даже в пьяном состоянии не лёг бы в постель с другой женщиной. В ту ночь ты удалил меня из своей жизни, теперь это сделаю я, вот только жаль, что из сердца тебя не вырвать так же быстро. Пожалею ли я об этом? Сама не знаю. Но знаю точно, что видеть тебя, смотреть в твои глаза и чувствовать твои прикосновения — я не смогу. Больше нету «нас». Есть я, есть ты и твоя семья, по отдельности. Лёш, я знаю, что ты сейчас злишься, что ты не понимаешь меня, я больше чем уверена, что обвиняешь в том, что я решила это всё за двоих. Но я ведь не каменная, к сожалению. Ты сломал меня…сломал морально, сломал физически, сломал душевно — называй как хочешь. Я не хочу и не буду притворяться сильной. Я буду плакать, пока не пропадёт вся жидкость, я буду плакать до головной боли, но я отпущу тебя. Отпущу, потому что я не смогла сделать тебя счастливым, не смогла исполнить твою мечту, как это сделала Ира. Скоро у тебя появится второй малыш и крепкая, дружная семья — всё, как ты хотел. Только не повторяй ошибок, не наступай на те же грабли. Береги, цени и люби то, что имеешь. P.s. И пожалуйста, не пытайся искать встречи со мной. Потап не верил что всему пришёл конец, началась стадия отрицания. Он перебегал из одной комнаты в другую, в поисках хоть какой-нибудь Настиной вещицы, но дом был пуст. Она не оставила ровным счётом ничего, просто ушла, забрав с собой абсолютно всё, заодно прихватив и сердце мужчины. Он судорожно, уже в двадцатый раз, набирал её номер, но на том конце провода звучала, уже заученная фраза: «Абонент тимчасово недоступний». Лёша уже ненавидел этот женский голос, но не терял надежду, что рано или поздно, кроме коротких гудков услышит такой родной, пусть обиженный или злой, равнодушный или слегка дрожащий, но излюбленный голос своей жены. Было отправлено множество сообщений, которые оставались не прочитаны. Он обзвонил всех близких друзей, знакомых и просто людей, которые могли хоть что-то знать, но все лишь сочувственно пожимали плечами и вешали трубки. Кажется, только сейчас он постепенно начал осознавать, что потерял. Лёша понял, что упустил человека, который его любил и которого он любил. По которому скучал днём, находясь на другом конце города, и чувствовал, что и она по нему скучает. А что теперь? А теперь пустота. Алексей сидел в пустой квартире, в пустой комнате, с большой огромной пропастью на душе, заполненной пустотой. От осознания всего этого он находился в ярости, глаза накрывала непонятная белая пелена. Хотелось просто закричать. Закричать, чтобы весь мир услышал, но он продолжал сидеть молча, тяжело дыша. Лёша резко вскочил. Швырнул телефон в стену. Эмоции захватили его, но он не пытался их сдержать, а наоборот, дал им свободу. Замахнувшись, Лёша ударил, что есть силы по столу. Затем ещё раз. И ещё. Разбитый кулак был уже весь в крови, но это не останавливало мужчину. Наоборот, он стал бить ещё сильней. Ещё яростней. Он потерялся, заблудился, запутался, не мог найти выход без неё. …Ведь он не знал, что их встреча была не последней…