Приключения Ская

Оказавшись в просторной гостиной, Макгонагалл уселась в кресло, продолжая прижимать дрожащего Ская к себе. Он был весь побитый, помятый, с порванной футболкой, через которую просматривались многочисленные порезы и ссадины. Пятна крови были заметны на его шерсти, и от этого он выглядел ещё более жалким и уязвимым. — Северус, нужно приготовить зелья, — мягко, но настойчиво сказала она. Снейп не ответил, но быстро развернулся и направился в другую комнату, где хранились его запасы. Тем временем Скай, всё ещё чувствуя тепло от рук Макгонагалл, прошептал: — Извините… я… я не хотел… Я просто прятался от них… Его голос дрожал от смеси стыда и страха, но он не мог больше держать это в себе. Он чувствовал, что должен объясниться, хотя понимал, что его могут не понять. Макгонагалл улыбнулась ему мягко, её глаза сияли теплом и пониманием. — Не волнуйся, маленький. Сейчас мы тебя вылечим, — её голос был полон нежности, как у заботливой матери. Когда Северус вернулся с зельями, его лицо всё ещё было суровым, но в его движениях ощущалась точность и спокойствие. Он подошёл к Макгонагалл и, посмотрев на котёнка, сказал: — Дай я его осмотрю. Однако, как только Снейп приблизился, Скай весь напрягся. Он инстинктивно прижался к Макгонагалл, словно она была его единственным щитом. Ему было слишком страшно покидать её тёплые объятия. Несмотря на то, что Северус спас его, его чёрный образ всё ещё вызывал у Ская ужас. Тёмная мантия, острые черты лица, суровый голос — всё это внушало ему страх. Макгонагалл тихо вздохнула и позволила Севу забрать Ская, хотя котёнок цеплялся за неё, как за спасительную соломинку. Северус аккуратно усадил Ская к себе на колени. Его движения были точными, но осторожными. Он достал палочку и провёл ею по воздуху над Скаем, пробормотав несколько заклинаний. Магические слова тихо эхом отдавались в комнате, наполняя её странным, но успокаивающим звуком. Скай сидел, не двигаясь, его глаза были полны ужаса и отчаяния. Весь его маленький мир рухнул. Он не понимал, чего ожидать от этих взрослых, а слова Снейпа звучали сурово и властно, как приговор. Он видел в Северусе не просто волшебника, а чёрную пантеру — грозную и беспощадную. Сердце котёнка колотилось в груди, словно пытаясь вырваться наружу. Его лапы едва держали его, и всё тело тряслось от напряжения. Ему было не по себе — этот странный, холодный человек выглядел пугающе, но его движения не были резкими. Северус нахмурился, доставая пузырёк с зельем, которое должно было помочь обезболить раны котёнка. И протянул ему пузырёк с зельем. — Выпей это, — его голос был резким, но в нем не было угрозы. Скай с трудом взял пузырёк в лапы. Стекло было холодным, едва не выскальзывало из-за дрожи. Он посмотрел на жидкость внутри — она была густой и тёмной, как будто нечто неведомое и магическое пряталось в её глубинах. Но что-то в настойчивом взгляде Снейпа заставило Ская поднести пузырёк к губам и сделать глоток. Вкус оказался горьким, но странным образом обволакивающим. Тепло разлилось по его телу, постепенно затопляя боль и унося с собой напряжение в лапах и спине. Котёнок почувствовал, как мышцы немного расслабились, хотя страх всё ещё не отпускал его сознание. Едва допив зелье, он посмотрел на Снейпа, который молча продолжал осмотр, иногда махая, не пойми зачем палочкой. Снейп наблюдал за ним, нахмурив брови. Он сел рядом, выдавив из тюбика мазь и медленно начал наносить её на лапы Ская. От прикосновений мази котёнок сначала вздрогнул, но потом почувствовал, как холодок облегчения начал распространяться по его телу. Это было не больно, а даже приятно. Мазь казалась волшебной — она мгновенно успокаивала ожоги и порезы. Когда Снейп аккуратно перевернул его, чтобы лучше осмотреть, он вдруг заметил тёмные пятна на спине котёнка. Нахмурившись, он слегка раздвинул длинную шерсть и увидел большой синяк. Снейп медленно поднял футболку Ская, обнажая ещё больше синяков и ссадин, которые покрывали тело ребёнка, будто карта его боли и страданий. Профессор аккуратно раздвинул шерсть на его лапах и начал мазать заживляющей мазью каждую ссадину и синяк. Когда его пальцы коснулись одного из глубоких порезов, Скай зашипел от боли, инстинктивно дёрнув лапу. Но Северус держал её уверенно, продолжая свою работу, как врач, который знает своё дело. С каждым мазком, мазь постепенно охладила раны, оставляя за собой чувство лёгкого покалывания, как будто кожа под ней постепенно начинала регенерировать. Скай почувствовал, что боль отступает, но всё ещё оставалась тяжесть в душе — страх не исчезал, несмотря на то, что волшебник не делал ничего плохого. — Сними свою футболку, — приказал Снейп холодным тоном, который не терпел возражений. Скай замер. От страха его лапки задрожали ещё сильнее. В голове всплывали сцены прошлого, когда ему приказывали снять одежду перед наказанием. Котёнок испуганно посмотрел на Северуса, но тот стоял неподвижно, ожидая, пока его приказ будет выполнен. Скай, медленно и нерешительно, начал стягивать футболку через голову. Его пальцы дрожали, и он едва мог справиться с простым движением. Когда ткань наконец слетела с его тела, он почувствовал, как холодный воздух коснулся его кожи. Он чувствовал себя маленьким и беззащитным, особенно под пристальным взглядом взрослого. Снейп осматривал его тело внимательно. С каждой секундой его лицо становилось всё более мрачным, а брови сходились на лбу. Он увидел синяки, ссадины, порезы и старые шрамы. Как опытный врач, он не мог не заметить, что некоторые из этих шрамов были старыми, они давно уже зажили, но остались напоминанием о боли и страданиях, которые испытывал этот маленький котёнок. Скай видел, как волшебник нахмурился, бормоча что-то себе под нос, и это ещё больше усиливало его страх. «Что, если он рассердится? Что, если это всё моя вина?» — мысли метались в его голове, как раненые птицы, бьющиеся в клетке. Когда Северус попросил его снять штаны, мир котёнка рухнул окончательно. Это было слишком. Всё его тело напряглось, и слёзы сами по себе хлынули из глаз. Он начал дрожать сильнее, всхлипывая и шепча: «Простите… Простите… Я больше не буду…» Он не понимал, за что его наказывают, но был готов умолять о прощении. Снейп, видя это состояние, настоял: — Быстро, — его голос был твёрдым, но не злым. Это не помогло. В панике Скай попытался убежать. Он спрыгнул с дивана, стремясь укрыться где-то, где его никто не найдёт. Но Снейп оказался быстрее. Он мгновенно схватил его, прежде чем тот успел скрыться под мебелью. — Снимай сейчас же, или я сниму их сам, — его голос звучал как приказ, но в нём сквозило понимание. Он видел, что мальчик напуган, но знал, что его нужно лечить. Котенок замер, когда услышал тихий, но уверенный голос: — Успокойся. Никто не будет тебя бить. Но Скай не мог поверить этим словам. Его опыт говорил ему обратное.

***

Теперь, когда Северус увидел всё состояние его тела, он с трудом сдержал гнев. Это был гнев не на котёнка, а на тех, кто допустил, чтобы с ним так обращались. Тонкие, истощённые руки, покрытые синяками, ссадинами и шрамами, будто всё его детство было одним сплошным полем битвы. Его руки уверенно продолжали лечить раны — мазь нежно ложилась на кожу, оставляя за собой ощущение прохлады и облегчения. — Теперь сними всё, и штаны тоже, — приказал Снейп. Скай сильно задрожал. Он не мог поверить, что этот суровый человек приказывает ему снять всё. Его разум мгновенно заполнили ужасные воспоминания, в которых всегда за такими словами следовало наказание, унижение. В его глазах засверкали слёзы, и он тихо забормотал: — Простите… Простите… Я больше не буду… — его голос дрожал, становясь всё тише. Слова звучали почти неразличимо. Снейп нахмурился ещё больше. — Быстро, — приказал он снова, не оставляя места для обсуждений. Скай, не выдержав давления, бросился вниз с дивана, в попытке убежать под него, спрятаться от этой ситуации, но Северус мгновенно схватил его за шкирку и подтянул к себе, держа его плотно. Его холодные слова прозвучали как грозовая туча: — Снимай сейчас же, или я их сниму сам. В этот момент Скай уже не мог сдерживаться. Всхлипывая, он разрыдался, его маленькое тело содрогалось от рыданий. Волшебник, видя этот отчаянный страх, замер на мгновение. Он никогда не знал, как успокаивать детей, особенно таких травмированных. Он аккуратно прижал Ская к себе, ощущая, как котёнок продолжает дрожать в его руках. Снейп не хотел его пугать, но у него не было терпения и умения справляться с такими ситуациями. — Успокойся, — неожиданно мягко произнёс он, хотя его голос всё ещё оставался хриплым и резким. — Никто не будет тебя бить. Но Скай не поверил ему. Он лишь ещё сильнее сжался в его руках, не понимая, как ему верить кому-то, когда так часто его обманывали. Северус вздохнул, но понимал, что ему нужно действовать. Он аккуратно, но решительно снял с Ская штаны, и увидел ещё больше шрамов и синяков на его тоненьком теле. Снейп нахмурился ещё сильнее, злясь на тех, кто позволил этому ребёнку пережить столько боли. Как могли так относиться к малышу, которого никто не защищал? Северус осторожно начал наносить мазь на новые раны. Скай вздрагивал от каждого прикосновения, его тело оставалось напряжённым, но постепенно волна боли, сменяющаяся холодком мази, начала смягчать его сопротивление. Скай больше не плакал, но в голове его были сотни мыслей. Он пытался понять, что происходит. Почему эти маги так заботятся о нём? Почему они не причиняют ему вреда, как это делали другие? Он смотрел на палочку в руках Снейпа, не отрывая взгляда. Это был первый раз, когда он видел магию так близко. Когда Макгонагалл вошла в комнату с кружкой тёплого молока, она сразу заметила, как тяжело Скаю даются эти процедуры. Она мягко забрала исцеленного котёнка из рук Северуса, понимая, что мальчику нужно больше тепла и заботы. — Иди сюда, малыш, — прошептала она, прижимая Ская к себе и обнимая его так, будто её объятия могли исцелить все его раны. — Ты больше в безопасности. Никто тебя не обидит. Её тёплое объятие было чем-то новым и удивительным для него. В его прошлом не было много любви или тепла. Но сейчас, когда его держали так нежно, он впервые почувствовал себя по-настоящему защищённым. Макгонагалл мягко поднесла к его губам кружку молока. — Хочешь молока, малыш? — спросила она мягко. Скай медленно кивнул, хотя был слишком измотан, чтобы сказать хоть слово. Она помогла ему выпить несколько глотков, а зелье сна без сновидений, смешанное с молоком, медленно начало убаюкивать его. Глаза котёнка начали закрываться, и он, чувствуя себя в безопасности, уснул прямо на руках у Макгонагалл. Когда котёнок уснул, Макгонагалл тихо уложила его на мягкий диван, укрыла одеялом и, погладив по голове, села рядом.