Побег.

      

***

      Когда мне исполнилось семь, а моей маме надоело моё постоянное нытьё из-за исчезновения брата, она села передо мной на колени и хорошенько встряхнула за плечи, будто я ничего ни весила. Вместо того, чтобы попытаться успокоить и объяснить мне происходящее, мама посмотрела на меня таким взглядом, от которого волосы встают дыбом. В тот день я впервые почувствовала настоящую угрозу исходящую от этой женщины. Её глаза полыхающие злостью заставили меня всю сжаться и задрожать мелкой дрожью. С того времени прошло много лет, но я по-прежнему помню леденящий душу страх и то, как в один миг мне резко пришлось повзрослеть против собственной воли. С тех самых пор я жила с ощущением того, что это не родители пытаются меня защитить, а я должна защититься от них. Во мне больше не вызывала доверие и глупое детское ликование мамина тёплая улыбка, больше не хотелось бросится в папины медвежьи объятия, в которых ранее я чувствовала себя как за стенами большой и надёжной крепости. В семь лет я ощутила себя преданной и брошенной, но вместо того, чтобы развеять все недопонимания, родители лишь делали то, что заставляло моё недоверие к ним расти всё больше и больше.       Первое чему я научилась за следующий год — это прятать слёзы. Я смеялась, когда упав с лестницы содрала колени в кровь, с пониманием кивала, когда мама раз за разом отказывала мне в поездке в город, улыбалась, когда в подарок вместо билетов в аквапарк, получала очередную книгу. Я гордилась тем, как мама радостно хвасталась друзьям, какая умная, понимающая и не по годам развитая растёт у неё дочь. Тогда я хотела сделать её счастливой, и в то же время показать, что я достаточно взрослая, чтобы знать правду о пропаже своего брата.       Я продолжала играть роль хорошей и послушной дочери. Так прошёл ещё один год, и стоило только наступить моему восьмому дню рождения, как первый вопрос, который я задала родителям, испортил всё, чего я успела добиться за этот не очень короткий промежуток времени. «Приедет ли сегодня Ник?»       Думаю моя матушка сошла с ума именно в тот момент. Меня совсем не волновали их дорогие подарки, моё всё ещё по-детски наивное лицо замерло в ожидании чуда. Чудо не случилось, за то у моей матери случилась истерика. В свои восемь я с ужасом наблюдала за тем, как Сабина Дюпен-Чен пытается вырвать собственные волосы. Она отчаянно хваталась за голову, оттягивая волосы у корней, бормотала что-то странное, билась в непонятных для меня конвульсиях. Женщина то трясла меня за плечи, крича о том, какая я бесчувственная и неблагодарная дочь, то прижимала к груди и зацеловывала лицо, шепча слова любви и то, что никогда и никому меня не отдаст. Я была глубоко шокирована таким её поведением. Позже, спустя несколько дней, когда мама пришла в привычное для меня состояние, родители решили сообщить мне страшную тайну. С большим опасением они поведали мне о том, что Ник — никто иной, как мой воображаемый друг.       Следующие пару лет я не спрашивала родителей о Николасе. Во-первых, я боялась, что снова случится что-то подобное, не хотелось, чтобы мамино психическое здоровье снова пошатнулось. Во-вторых, на некоторое время я поверила в сказку родителей о вымышленном друге. В то время со мной поработал психолог, он многое мне рассказал и объяснил, что несуществующие друзья для моего возраста нормально, что это просто период моего взросления и социализации. Но это было сложно. Сложно было отбросить все воспоминания о Николасе и принять то, что его никогда не существовало. Я честно пыталась сжиться с этой мыслью, но чем больше об этом думала, тем больше у меня было сомнений.       Почему так мало моих детских фотографий? Не потому ли, что на большинстве из них я всегда держала за руку своего «вымышленного друга»? Откуда этот шрам за ухом, о котором никто не знает, если я чётко помню, как Николас вынял осколок стекла и обрабатывал рану? После он почти целый месяц сам заплетал и расчесывал мои волосы, чтобы родители ни в коем случае не узнали о нашей небольшой неудачной шалости. И в конце концов, почему папа и мама так странно себя ведут стоит мне задать им вопрос о моем брате?!       Все следующие года я ощущала себя цирковым эквилибристом, пересекающим пропасть по канату. Один неверный шаг, секундная потеря равновесия — и я упаду вниз. Я пыталась балансировать всё это время, держа в своих руках перш, пока на одном его конце расположилось желание довериться родителям и спокойно жить вместе с ними, а на другом — вера в себя и в то, что Николас не мог быть ненастоящим. То и дело склоняясь то в одну, то в другую сторону, я рисковала провалиться в эту тёмную, неизвестную бездну, но произошло это только в мои восемнадцать.       Я осознанно сделала шаг в ту сторону, которую считала верной с самого начала. Если бы Николас в самом деле был всего лишь моей фантазией, то вряд ли бы родители стали так сильно оберегать меня до самого совершеннолетия, а может и дольше. За этим определённо кроется что-то более глубокое и серьезное, и если я не возьму всё в свои руки, то так и останусь безвольной куклой для окружающих меня людей.       За четыре с половиной дня, за которые я смогла полностью изменить курс направления своей жизни, мне удалось многое переосмыслить и понять. Во-первых, не всегда стоит доверять человеку, которого считаешь лучшим другом, во-вторых, людей на которых я могла бы по-настоящему положиться у меня совсем не оказалось, в-третьих, даже имея очень ограниченный круг знакомых, можно встретить одного из них в столь многолюдном городе, как Париж. Учитывая, что на данный момент я нахожусь в так называемых «бегах», я надеялась что вероятность такой встречи равна примерно одной сотой процента, но буквально на пятый день пребывания в Париже опровергла собственную теорию.       Ещё раз на всякий случай оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что рядом нет ещё каких-нибудь знакомых личностей, я неуверенно поднимаю взгляд на возвышающегося надо мной парня. В это время он с беспокойством осматривает моё лицо. Моя настороженность не осталась для него незамеченной, и теперь я явно вызываю у него намного больше вопросов, чем это могло показаться изначально.       — Ты в порядке?       — Ах, да, Лука, не ожидала тебя встретить! — я наигранно улыбаюсь, стараясь изо всех сил выглядеть непринуждённо. Хотя, честно говоря, от страха у меня трясутся руки и все внутренности. — Ты тут один?       Мой вопрос заставляет Куффена в подозрении сощурить глаза. Нервно сглатываю, ощущая себя загнанной в угол мышкой, но выдавливаю из себя очередную улыбку. Молодой человек опасливо оглядывается по сторонам, будто мы вдвоём попали на съёмки какого-нибудь остросюжетного детектива, а наша встреча сейчас является либо совсем незаконной, либо крайне опасной. Наша встреча в любом случае является большой угрозой, но пока только для меня. Повторяю за Лукой и ещё раз старательно всматриваюсь в лица проходящих мимо людей.       — Ты ведёшь себя странно, Маринетт. — заключает мой знакомый, от чего я невольно вздрагиваю. Лука, прошу тебя, не делай столь поспешных и страшных выводов. — Как ты здесь оказалась?       — А почему меня не может здесь быть? — мгновенно отвечаю вопросом на вопрос, готовясь принять оборонительную позицию. Более уверенно поднимаю голову, чтобы посмотреть прямо в глаза парня, после чего слегка выгибаю бровь.       — Просто… — Лука прерывается на мгновение, чтобы правильнее сформулировать мысли. — Ты же живёшь с родителями в том городке, и… вроде как никогда не покидаешь его одна.       Походу изменений эмоций на моём лице, Лука становится менее уверенным в своём утверждении. Пока мы стоим посреди оживлённой улицы, а мимо нас проплывает бесчисленное количество людей, я пытаюсь трезво осмыслить ситуацию и при этом не выдать себя с потрохами. Нельзя, чтобы друг Ляйфа понял насколько сильно меня беспокоит наша неожиданная встреча.       Если эти двое парней хорошие друзья, то Нино определённо должен был рассказать другу о том, кто я такая и что происходит в моей жизни. Хотя бы в общих чертах. И если это так, то Лука уже в любом случае должен знать о том, что произошло между мной и Ляйфом за эти несколько дней. Однако по реакции молодого человека легко понять, что он понятия не имеет о моём побеге от родителей, а потом и от так называемого друга. Какова вероятность того, что он сообщит Нино, где нужно меня искать?!       На некоторое время я перестаю существовать в этом мире, и даже не замечаю, как знакомый оттаскивает меня чуть ближе к зданию, где проходящих мимо людей становится меньше. Мы перестаём мешать остальным горожанам, но вокруг по-прежнему слишком шумно, чтобы я могла разобраться с мыслями в своей голове. Куффен терпеливо ждёт от меня какого-то ответа, скользя взглядом своих серо-голубых глаз по моей фигуре.       — Как хорошо ты знаешь Нино? — наконец отбросив сомнения, я поднимаю на парня максимально серьёзный взгляд.       Лука задумчиво молчит, в то время как я нагло рассматриваю его в ответ на то, что он занимался тем же самым секундой ранее. Это не очень удобно, учитывая, что молодой человек значительно выше меня и мне приходится задрать голову вверх. Я мало знаю о Луке, лишь предполагаю, что он старше Нино года на два-три, возможно он даже ровесник моего брата. Несмотря на образ современного рок-музыканта Лука выглядит взрослее нас. Это заметно по его спокойному поведению, по умению вовремя брать эмоции под контроль, по серьёзности, отражающейся в его глазах. Этот парень определённо умеет веселиться и жить на полную, но это не мешает ему осознанно подходить ко всему происходящему.       — Моя сестра училась вместе с ним ещё в коллеже. — спустя минуту раздумий отвечает Куффен. — С того времени мы часто зависаем вместе.       — Что конкретно Нино говорил тебе обо мне? — сразу задаю свой следующий вопрос.       — Что происходит, Маринетт, я не совсем понимаю? Вы двое поссорились?       В голосе парня слышится настоящее беспокойство, но это не уменьшает количество моих подозрений к нему. Лука не создаёт впечатление парня, который не понимает происходящего. Либо он ещё и хороший актёр, либо я всё-таки плохо разбираюсь в людях. Либо и то, и другое сразу.       — Ммм… можно и так сказать. — уклончиво тяну я, отводя взгляд в сторону.       — Ляйф говорил лишь, что ты дочь богатых родителей и по их прихоти живёшь в загородном доме и не покидаешь его приделы. Это всё. Я не вдавался в подробности, мне было просто приятно проводить время в твоей компании.       Молодой человек невесомо касается моей руки, которую я невольно сжала в кулак, но я буквально тут же отшатываюсь от него. Лука смотрит с на меня с удивлением и неподдельным волнением. Или всё же поддельным? Он делает шаг вперёд, наклоняется ближе, аккуратно кладёт руки на мои плечи, а я вся сжимаюсь и начинаю мелко дрожать. Закрываю глаза и пытаюсь побороть внутреннее я, которое буквально вопит об опасности и предлагает бежать со всех ног, пока откуда-нибудь не появились мои родители.       — Не знаю чего ты так сильно боишься, Маринетт, но я тебе не враг, клянусь. — проговаривает парень, слегка поглаживая мои предплечья, чтобы я успокоилась.       Делаю пару вдохов и выдохов, после чего открываю глаза и поднимаю голову выше. Лицо Луки оказывается неожиданно близко и я невольно замираю рассматривая ровный ряд густых чёрных ресниц. Глаза знакомого перестают мне казаться холодно-голубыми, и чем дольше в них всматриваюсь, тем больше ловлю в них отголоски цвета морской волны. Более глубокие и живые, сейчас глаза Луки кажутся мне тёплым пристанищем. В капкане его рук, я теряю связь с внешним миром. Меня больше не волнуют проходящие мимо люди, не заботит возможное предательство Нино, не пугает будущее и настоящее. Стоя лицом к лицу с Куффеном, я забываю даже то, о чём мы говорили секундой ранее. Значит ли это, что я легкомысленная?       — Может вместе поедем к Нино и там всё обсудим? — ладони парня медленно скользят по моим рукам вниз, после чего слегка сжимают мои пальцы.       Я снова дёргаюсь, как от пощёчины, и пытаюсь высвободить свои руки, но Лука держит слишком крепко. Тревога в моей груди возрастает с новой силой, но я стараюсь оставаться спокойной снаружи. Не знаю, что руководит моим знакомым, когда он поднимает руки выше и крепче обхватывает мои запястья. В ту же секунду я безуспешно пытаюсь вырваться.       — Отпусти! — строгим голосом приказываю я, на что в ответ Лука лишь поджимает губы.       — Не хочешь видеться с Нино, давай поговорим вдвоём. Ты всё расскажешь мне, только в другом месте, идёт?! — парень старается выглядеть дружелюбно, и его совсем не смущает паника так явно отражающаяся на моём лице.       — Поговорим в другой раз, а сейчас отпусти меня. Мне больно.       Я дёргаюсь чуть сильнее и мне удаётся освободить одну свою руку. Сердце ускоряет свой ритм, подсказывая, что я на полпути к успеху. Делаю шаг назад и наступаю кому-то на ногу, после чего врезаюсь спиной в этого самого человека. Снова съёживаюсь, готовясь слушать ругательства в свой адрес но этого не происходит, и даже более — человек стоящий позади меня не отступает, а напротив сильнее прижимается грудью к моей спине. Я удивлённо распахиваю глаза, когда одна его рука ложится на моё горящее запястье, а вторая слегка касается талии. Чуть поворачиваю голову вбок и едва не сталкиваюсь носом с носом обнимающего меня человека. Моё сердце пропускает несколько ударов, а время в очередной раз замирает.       — Почему при каждой нашей встрече ты пытаешься меня покалечить?! — его шёпот касается моего слуха, и от того, насколько интимным показался мне этот момент, я чувствую, как краснеют мои щёки.       — Я же не нарочно… — выдавливаю полушёпотом, слегка облизнув пересохшие губы.       Адриан обнимающий меня сзади удовлетворённо хмыкает, из-за чего его горячее дыхание касается кожи на моей шее, пробуждая все остальные рецепторы в моём теле и в разы усиливая осязание. Я слишком явно ощущаю ладонь Агреста, так спокойно покоящуюся на моей талии чуть ближе к животу, будто так и должно быть. Чувствую спиной, как вздумается грудь парня практически в унисон с моей. Чувствую поглаживание его холодных пальцев по горящему запястью, что мгновением ранее я вырвала из рук другого своего знакомого.       — Что происходит?       Поднимаю взгляд на нахмурившегося Куффена, продолжающего крепко держать мою левую руку. Больше Лука не кажется мне таким мягким и добрым, как было до этого. От него исходят волны негатива, причины которых мне непонятны так же, как и поступки всех близких людей в моём окружении. Я сглатываю вязкую слюну, пока в голове один за другим проносятся варианты выхода из столь неловкой ситуации.       — Я потерял тебя, Маринетт. Отвернулся всего на секунду, чтобы поздороваться с другом, а тебя уже нет. — снова почти над самым моим ухом произносит Адриан. — Оказывается ты тоже встретила своего друга.       Парень выделяет обращение к Луке, пока я пытаюсь не выглядеть слишком ошарашенной. Уж не знаю, что он там успел себе напридумывать, но я не планирую участвовать в подобном спектакле. Набираю в грудь побольше воздуха, чтобы разом осадить обоих парней, но вновь напрягаюсь всем телом, когда рука Адриана скользит вперёд и чуть сильнее надавливает мне на живот.       — Вы знакомы? — спрашивает Лука, пока я теряюсь в собственных мыслях.       — Почему тебя это так удивляет?       — Откуда ты знаешь Адриана Агреста, Маринетт? Разве Нино не единственный твой друг? Ты сама бесчисленное количество раз это упоминала.       — Вот это самоуверенность! — хмыкаю я, прекрасно слыша, как мой голос наполняется ядом. — Ты же не думал, что вы единственные, кто что-то скрывает? Или может действительно воспринимали всё это время меня за дуру?       Лука в непонимании крутит головой. Вижу, как сложно ему прятать эмоции, и поэтому сама не понимаю, какие из них настоящие. У меня много вопросов ко всем людям, что посещали мой дом вместе с Нино, но сейчас не самое удачное время и место для них. Сейчас мне нужно снова сбежать, чтобы в следующий раз подготовиться к такого рода встречам более основательно. Всё же перцовый баллончик в кармане не помешает.       — Давай поговорим наедине, Маринетт. Мне нужно убедиться, что ты в безопасности, и никакие подозрительные парни, не пытаются тебе навредить.       — Подозрительно ведёшь себя только ты, и я не уверена, что наедине с тобой буду в большей безопасности.       Я смотрю на знакомого прямо, не страшась и не отводя взгляд. Находящийся за моей спиной Адриан придаёт мне сил и уверенности, поэтому сейчас я ощущаю, что могу не боятся сказать правду в лицо человеку, который запросто может скрутить меня, посадить в машину и увезти туда, откуда я с большим трудом убежала. Я практически не знаю этого парня, но он ощущается, как крылья за спиной, как долгожданный вдох свежего воздуха, как вновь обретённая свобода. Пока сложно объяснить причины этих чувств, но я уже благодарна Адриану за то, что он так внезапно, но так вовремя появился рядом со мной.       — Нам пора.       После затяжной паузы Агрест берёт всё в свои руки в прямом смысле слова. Он кладёт ладонь поверх руки Луки, сжимающей моё левое запястье. Атмосфера тут же накаляется, и я в страхе невольно до боли прикусываю нижнюю губу. Но ничего не происходит. Двое парней несколько секунд сверлят друг друга угрожающими взглядами.       — Маринетт не пойдёт с тобой.       — Отпусти, если не хочешь проблем.       Мы стоим так ещё с минуту, после чего Куффен отступает и отпускает меня. Я тут же прижимаю руку к груди, мысленно благодаря Бога за то, что всё это наконец прекратилось. Не успеваю даже сообразить, как Адриан перехватывает другую мою руку и утаскивает с собой в толпу людей. Я послушно следую за ним, даже не оборачиваясь назад, но чувствую, как другой знакомый безотрывно смотрит мне в спину.       Останавливаемся мы только минут через десять, когда оказываемся на другой улице, подальше от провожающего нас взгляда Луки. Стоя рядом с припаркованными автомобилями, я и Адриан в молчании переводим дыхание после быстрой ходьбы.       — Откуда у тебя в окружении такой мутный парень, вроде него? — первый подаёт голос Агрест, а я усмехаюсь с того, как он называет Луку. — Так ещё, как я понимаю, он такой не один.       — Сама порой задаюсь тем же вопросом. — пожимаю плечами я, хотя прекрасно понимаю, что одного такого достаточно, чтобы подтянулись остальные.       Молодой человек, выручивший меня из опасной ситуации, тяжело вздыхает, одной рукой взлохмачивая светлые волосы, а другой опираясь на припаркованный рядом автомобиль. Я некоторое время наблюдаю за его действиями и эмоциями на лице. Он смотрит куда-то перед собой, явно анализируя всю эту ситуацию. Одну свою руку прячет в карман джинс, а указательным пальцем другой руки начинает тихо постукивать по корпусу машины.       — Наверное, я должна сказать тебе спасибо за помощь. — прерываю я его раздумия, понимая, что пора возвращаться домой.       — Да, было бы неплохо. — усмехается блондин в ответ.       — Ты очень помог мне, и я безмерно тебе благодарна.       — Продолжай. — самодовольно ухмыляется Адриан, а я начинаю жалеть, что решила его поблагодарить, а не отчитать за самовольство.       — Хотя лапать меня было необязательно, но на этот раз я прощу такую наглость.       — Всегда пожалуйста, красавица. — парень весело мне подмигивает, показывая тем самым, что упрекнуть его у меня не получилось, на что я тяжело вздыхаю и складываю руки на груди.       — Ладно… правда, спасибо.       — Правда, пожалуйста. — Адриан ещё раз одаривает меня своей улыбкой, более спокойной и менее пафасной, и я так же улыбаюсь ему в ответ.       Возможно я ошибалась на его счёт, или же ошибаюсь сейчас, но в этот момент Адриан Агрест показался мне неплохим человеком. Каким бы он не был в глазах жёлтой прессы, каким бы его не показывали разные телеканалы, передо мной был всё равно совершенно другой Адриан, и от того, что таким его вижу именно я, душа моя почему-то хочет петь.       Какой-то промежуток времени мы перебрасываемся только взглядами, которые без слов говорят о заинтересованности друг в друге. Однако время уже близится к десяти часам вечера, поэтому паузу приходится прервать мне. Нужно добраться до дома без происшествий, потому оттягивать свой уход больше нельзя.       — Тогда я пойду. — проговариваю я, пытаясь поймать взглядом реакцию парня. — Уже поздно, а неприятности и так следуют за мной по пятам.       — Совсем не хочешь рассказать о том, что это только что между вами двумя было? — интересуется Агрест, чуть склоняя голову набок, после чего на его лице появляется хитрая улыбка. — Или снова спешишь от меня сбежать?!       Я давлюсь воздухом и поднимаю на парня округлившиеся глаза. На самом деле я совру, если скажу, что не хочу остаться, поскольку наша близость с ним в момент, когда он пришёл мне на помощь, всё ещё будоражит моё сознание. Нос по-прежнему щекочет аромат исходящий от его тела, который я почувствовала, когда Адриан обнял меня сзади. Сначала это был окутывающий меня запах лаванды и, возможно, бергамота, который быстро сменился россыпью специй, преврашаясь в тонкий шлейф ванили. Этот долгоиграющий аромат осел где-то у меня в горле.       Кроме этого меня сильно волнует чувство защищённости и безопасности, которое я ощутила и по-прежнему ощущаю рядом с этим человеком. Чувство которое я давно забыла и которое так жаждала вернуть, сейчас я не хочу отпускать. Интересно насколько сумасшедшей сочтёт меня Адриан, если я вдруг попрошу его обнять меня ещё на пару минут?!       — Так что, тебя больше не напрягает мой интерес? — вдруг произносит молодой человек, заставляя меня покинуть укромный уголок из своих мыслей.       — Я… — не нахожу что ответить и покрываюсь густым румянцем до кончиков ушей.       Адриан слегка смеётся с моего сконфуженного ответа и я невольно повторяю за ним. Всё это так противоречиво. Не помню, что ощутила в первую нашу встречу, но тогда в парке мне действительно было некомфортно находиться рядом с ним, а сейчас всё наоборот. Возможно я просто запуталась и устала от происходящего, но сегодня с Адрианом я чувствую лёгкость.       — Слушай, я… скорее всего покажусь тебе странной, но… — предпринимаю попытку хоть как-то объяснить своё поведение, но парень меня прерывает.       — У меня идея. — с улыбкой Адриан указывает мне на пасажирское место машины, у которой он всё это время стоял.       Я не двигаюсь с места и с некоторым сомнением смотрю, как он открывает дверь и придерживает её для меня.       — Может прокатимся? — прокрутив на пальце ключи от авто, парень в очередной раз подмигивает мне.       Раздумываю не более секунды, а потом принимаю возможно очередное ошибочное решение — киваю и сажусь в автомобиль.