Операция: «выгнать училку с работы»

      Эльза       Проснулась с мыслью, что Анна наверняка уже приготовила кофе и думает каким бы способом меня разбудить, чтобы ей при этом было «весело». Наверное, именно поэтому я резко обернулась, едва дрогнув ещё и от начавшего трезвонить будильника.       «Даже при том, что ты не рядом, всё равно умудрилась напомнить о себе», — хмыкнув, отмечаю, отключая будильник.       А ведь только шесть утра…

***

      Пятница. Осталось два дня до окончания карантина и возобновления учебного процесса.       Эмили       Осознав свою ошибку, я умудрилась быстро её справить.       Когда Ганс снова замышлял что-то против нашей преподавательницы, я тут же звонила Анне — пускай один раз был рано утром, когда мой ещё не начавшийся день был испорчен звонком Ганса и я ещё, никого не трогая, мирно себе спала — и сообщала о предстоящих планах хулиганов.       В свою очередь, Анна сама предлагала совершать покупки, говорить на девичьи темы и даже несколько раз пробовала — пускай и не без давления с моей стороны — надеть чёртово платье! Я была, конечно, бесконечно рада небесам за такое стечение обстоятельств, однако ощущение, что у Анны таким образом просто появлялась возможность защитить училку на расстоянии, и то грустное осознание, которое твердило: «Ей со мной скучно. Она и так постоянно ходит задумчивая», — не покидало мои мысли, пока однажды не произошёл тот случай, заставивший меня подумать о материнской, казалось бы, заботе Анны к нашей преподше и посмотреть на все другими глазами.

***

      Анна       — Дедуль, попробуй-ка. — впервые сделав кашу, подаю дедушке, а тот на меня косо смотрит. — Чего? — нахмурившись, почему-то напрягаюсь.       — Просто ты впервые за долгое время питаешься дома. А тут ещё...кашу...приготовила, — он посмотрел на моё творение, взял ложку и спросил: — А себе?       Я помотала головой и с хитрой рожей выдала:       — Только для здоровья моего дедушки.       «А ещё потому, что я такую гадость не ем, а для тебя это полезно. И также, из-за того прошлого раза, когда ты привёл бабулю по моему следу в больнице. Давай, сожри это всё теперь», — посещали меня ужасные мысли, которые я не могла контролировать ни разумом, ни даже физиономией, по которой мой старик сразу определил:       — Анна, за что ты меня так ненавидишь? — после чего, будто победитель, он набрал в ложку каши и съел.       Блин! Не думала, что меня будет беспокоить его мнение. Однако, моё раскачивающееся то вправо, то влево тело говорило само за себя.       — Неплохо. Хотя у твоей бабки получается всё равно лучше, — с улыбкой отметил дедушка так, словно я впервые приготовила ему что-то съедобное.       Что ж, решив дать ему фору, иду на кухню за своей чуть подгоревшей яичницей, которую, я, вдобавок ко всему, ещё и пересолила.       — Предупреждаю сразу: моё творение пересолено, так что… — я воткнула вилку в белок и как понеслась… Начались гонки: кто быстрее съест свой завтрак.

***

      — Учись, пока я жив, — с ухмылкой отметив свою победу, улыбнулся дедушка, потирая щеку полотенцем.       — Да ты вечный, не меньше, — тяжело вздохнув, заявляю, после чего вспоминаю, что осталось два дня до начала учёбы, так что бегу играть в игры, товариться чипсами и, конечно же, противником, который… Блин, и почему в голову влез ОН?       Повернувшись обратно лицом к спине пьющего чай дедули, я тихо предлагаю:       — Слушай, хочешь сыграть со мной… У меня есть игры на диске…       Дедуля, естественно с ничего непонимающим лицом обернулся ко мне.       Да, пока объясняла ему что к чему в современном мире и убеждала посоревноваться в играх и клялась, что дам ему фору, он долго раздумывал, изучал диски и постоянно хмурился, выбирая между, по моему мнению, самыми фиговыми играми: гонки на машинках для детей и гонки на мотоциклах...тоже для малышни.       С волнением убегая в магазин, по пути встречаю Эмили и Стэна.       — А он ещё такой думает и говорит мне… О, Анна, —заметив меня, улыбается мой друг.       — Что? Он тебе сказал… — а вот его подружка не договорила. Стэн насильно повернул голову Эмили ко мне, влево, и та, надувшись, резко освободилась от хватки своего собеседника и поразила последнего пощёчиной.       — Это ещё слабо, — повернувшись к бедному другу спиной, фыркнула куртизанка, массируя кисть, которой нанесла удар, в то время как Стэн покорно, матерясь про себя, потирал рукой болевшую щеку, на которой теперь отпечаток остался.       Полагаю, я могу быть благодарна сдержанности Эмили за то, что она просто огрела меня гневным взглядом и на этом успокоилась, с усилием читая нотации нам несчастным.       Что ж, теперь я иду не одна, а с двумя слугами...кхм...друзьями сзади, яро испытывающими мои нервы на прочность, поскольку слушать, как Стэн рассказывает историю с открыванием пива глазом уже третий раз так, словно это было вчера, и никто кроме него подробностей не знает, на удивление, пока не сильно бесило, хотя симптомы уже стали появляться на моём угрюмом лице.       И тем не менее, стоило рассказать этой парочке про визит в магаз за чипсами (ключевое слово чипсы), так те разом оживились… Нет, я понимаю ради чего оживился Стэн, потому что нажраться за чужой счёт, когда у вас одна цель — чипсы и видео-игры — я ещё понимаю. Но в какие ворота лезет вот Эмили со своим предложением попутно смотаться в ближайший бутик уже непонятно. Наверное, это потому что я знаю какую навязчивую, возможно, в некотором смысле и корыстную цель, эта ночная бабочка преследует.       В общем, было решено проголосовать: идём с Эмили или нет. Большинство — Я и Стэн — были против. Наша...подруга решила не заморачиваться: повернулась к нам спиной, бросила резкое «неандертальцы» и ушла с грацией величавой стервы!       Что ж, может значение её грубого слова мы не поняли, но точно знали, что это что-то оскорбительное.       Решив не звать куртизанку с нами, мы ушли, мол, Эмили этого не понять.       Чёрт. И почему в груди витает с самого утра такое тёплое ощущение? Может, потому что я скоро встречу её? Ведь уже два дня осталось и тогда мы с ней встретимся? А ещё…солнце наконец выглянуло, с дедушкой вот сегодня сыграю в игры впервые в жизни, да и к тому же…       — Сегодня ничто не предвещает беды! — выпалив это перед тем, как зайти в магазин, заставляю Стэна дёрнуться.

***

      Эльза       Весь день пролетел так быстро. Едва позавтракав, я села за чтение книги и совсем потеряла чувство времени. А когда очнулась, то часы показывали восемь вечера, а на руках была четвёртая книга по счёту за сегодняшний день.       Медленно, с особой осторожностью к своим конечностям, направляюсь на кухню с мыслями, что вроде в холодильнике пусто. И как только открываю… Да, всё-таки придётся выйти из тёплого дома на холодную улицу, где скользко и в такую темень уже опасно.       Однако вспомнив, что мне самой необходимо быть сильнее, я, набравшись смелости, пошла переодеваться.       Ничего же...не случится, правда?       В магазине так мало людей, что две кассы уже закрыты и свободна только одна. Решив, что можно закупаться не торопясь, я медленно прохожу между рядами и, осматриваясь, наклоняюсь, чтобы взять хлеб, как слышу знакомый насмехающийся голос по другую сторону ряда.       — А потом он такой встаёт, и я его ногой. Ну и дурак, — закончив начатую речь, начинает смеяться Ганс, а за ним следом его друзья.       — Кстати, а что с учителем-то? Хоть красивая? — вдруг затронул кто-то из них эту тему.       — А, да. Правда глупая какая-то что ли. Не пойму, как ей удалось уговорить Анну защищать себя аж целую неделю. Представляю, как она себя сдерживала, чтобы не натворить чего по привычке, — ухмыльнулся Ганс, добавив: — Но я же куда умнее. Просто настиг её дома и уговорил уйти из школы. Теперь точно не сунется к моей подружке.       — Что? — протянул возмущённый голос кого-то из друзей моего недруга. — Она ещё не твоя подружка. Ты же сам говорил, что она не воспринимает всерьёз твои подкаты.       — Вот именно. Так о какой подружке может идти речь? — поддержал другой парень.       — Вообще-то, когда я ей всё объясню, она удивится и сама предложит встречаться. Я же ради неё всё это делаю: каждый день, даже сейчас, когда школа на карантине, просыпаюсь с мыслями, как бы запугать на этот раз училку ещё сильнее, чтобы мысли о том, как сбежать из школы, не уходили из её головы как можно дольше, — с уверенностью в тоне отмечает Ганс, продолжая: — Правда, в последнее время мне постоянно кто-то мешает. То сирены завоют, когда мы едва ли встретимся с этой преподшей, то ей позвонят, и она свернёт в сторону какого-нибудь здания, и тогда пиши пропало, потому что найти её потом не представляется возможности. А тут ещё и слишком часто на горизонте появляется Кристоф со своей бандой и тоже именно в момент, когда я было поймал училку. Знаете какая это трудная задача, не приходить к ней, чтобы она не заорала на весь дом, будто её насилуют, но хотя бы присылать письма с угрозами, м?       — Да уж, вот это надрываешься из-за девушки. Аж завидно, что ты так влюбился в хулиганку, — с усмешкой подначивает кто-то из парней.       — А что тут удивительного? — фыркнул Ганс, аргументируя: — Я красив, хитёр, умён и к тому же очень сильный. А Анна — смелая, грубая и ничего не боится… Ну? Всё ведь сходится?       — Да, вот только она-то тебя совсем не любит. Куда трепетнее относится к училке. Кстати, а преподша девственница ещё? — спрашивает заинтересованно кто-то из дружков Ганса.       — Не знаю, — честно признался мой неприятель. — Мне это неинтересно. Но знаешь, Анна даже со мной поделилась планом нападения на эту особу, как именно в этот же день эта сучка заставила её стать своей слугой на неделю.       — Да, дальше мы и так знаем. Ты решил исполнить план этой хулиганки сам, но не вышло, потому что она сорвала тебе его, да? — сначала хмыкнув, а после и засмеявшись, поддел друга кто-то из парней.       — Молчи. Мы сюда пришли за чем вообще? Ты сигареты брать будешь или нет? Хотя, судя по твоему набору сухариков и коллы, это маловероятно, — спокойно отметил Ганс…       Минутку! Они сюда идут! Нужно скорее уходить!       «Зачем я вообще подслушивала?! Это же так нелепо и..!»       — О, привет, — настигнув-таки меня, совсем на секунду удивившись, тут же приободрился Ганс. — А мы тут о тебе говорили.

***

      Эмили       — Та-а-ак, а теперь вторая ресничка, — осторожно держа тушь, сосредоточенно глядя в зеркало одним глазом, я старалась не промахнуться, поскольку наносить тушь в одиночку для меня пока всё ещё трудно и мучительно. Однако экспериментировать с макияжем…ну, этого у меня просто не отобрать.       И тут, получается, весь макияж оказывается загубленным всего из-за одного звонка, который в этой полной тишине заставил меня вздрогнуть и помахать рукой. Так что теперь моё лицо выглядит так, словно на моём лбу чёрный обод.       С ненавистью потянувшись к трубке, замечаю надпись: «Ганс».       «О, ты у меня сейчас доиграешься, скотина. Итак трезвонишь всякий раз, как застанешь нашу преподшу, так теперь ещё и срываешь мне идеальный макияж? Ну ты сейчас попляшешь!»       — Жизнь не дорога, а?! — только начинаю освобождать себя от негатива, как Ганс вставляет своё:       — Эмили, знаешь что я сейчас делаю?       — Да мне плевать! Я тебя просто…       — Эта сучка у нас, представляешь? То есть она выходит из магаза под нашим прицелом. Короче, мы её наконец поймали!       — И что ты...собираешься делать? — блять, теперь сама переживаю за эту наивную дуру.       — Ну, я лично хочу её запугать и только. А вот у моих пацанов свои на неё планы.       — Например?       — Ну, не знаю. Она им нравится, так что я просто поболтаю чутка грубо с училкой и пойду куда шёл. А они пусть сами…       — Тупица! Вы где?!       — А. На заброшку собирались, а теперь думаем у меня дома лучше.       — Вот как. Ну ладно. Позвони, как закончите, — едва сдержавшись, говорю максимально отчуждённым тоном, собираясь отклонить «вызов», как Ганс успевает добавить:       — Конечно!       Тут же набрав Анну, которая, к слову, сначала обматерила меня, видите ли, у неё там какой-то гоночный матч был что ли, удостоила меня своим вниманием.       — Слушай, сейчас училка…

***

      Анна       — Ты куда это? — повернув ко мне голову, спросил дедушка, добавив: — Уже сдаёшься?       Фыркнув, я парирую, натягивая зимние кроссовки:       — Да нет. Я просто ухожу к кое-кому. Это срочно.       — Одевайся теплее. На улице холодно.       — Как раз наоборот. За то время, что был карантин, снег заметно растаял. Так что не беспокойся.       Пулей выбежав из дома, мысленно матерюсь и думаю, как бы теперь успеть догнать этих… Точно!       Набрав Лео, докладываю, передавая ему временно эстафету:       — Слушай, за тобой всегда нужно делать грязную работу, а?       Везёт, что мой умный одноклассник живёт неподалёку от дома Ганса. Остаётся лишь надеяться, что он сможет задержать этого придурка как можно дольше. А там я подоспею и разберусь с тем, что осталось.

***

      Лео       С минут семь, может, чуть больше выбегая из дома вдоль тротуара, наконец натыкаюсь на спокойно бредущую по улице шайку Ганса.       В попытках разглядеть учительницу привлекаю к себе излишнее внимание, которое заставляет обернуться кого-то из незнакомых мне членов банды Ганса.       — Тебе чего, планктон? — засунув руки в карманы, с усмешкой выпалил мне тот, который обернулся. Его красная бандана, перекошенная на право, заставляла думать, что он одноглазый.       — Моя девушка. Отойдите, пожалуйста., — протолкнувшись мимо этого удивлённого чувака, действительно замечаю сгорбленную спину преподавательницы.       Услышав мой, голос она повернулась, распахнув глаза шире.       — Чего вы смотрите? Она моя девушка, — беря учительницу за руку, стараюсь уйти, добавляя: — Расступитесь. Вы мешаете, — при этом держусь максимально спокойно и уверенно.       Насчёт того, что я назвал учительницу своей девушкой… Этот план я придумал на случай, если мне всё же придётся столкнуться с Гансом напрямую. Однако…       — Постой-ка.       …это не сработало.       — А не слишком ли она взрослая для тебя? — этот холодный тон их главаря…       Похоже, ничего не остаётся, кроме как сделать последнее.       — Бежим! — крепче сжимая руку учительницы, тяну за собой, ускоряя тем самым ритм своего и без того от страха бешено колотящегося сердца.       В конечном итоге они нас догнали. Да ещё и на заброшке! И зачем я только бежал куда глаза глядят?! Что теперь…что теперь делать?!       — Ну, и? Доигрался? — медленно приближаясь ко мне, с ухмылкой выдавил Ганс.       — Ещё нет, — выдохнув, подбираю палку с влажной земли.       Да, снег практически отошёл, однако грязь ещё осталась.       — Хмф, вот как. Ну тогда ладно.       Тот, что с красной банданой, вышел вперёд и, выпалив:       — Я тебя и голыми руками уделаю! — помчался на меня.

***

      Анна       «Сука. И где их носит?» — резко притормозив на перекрёстке, сначала оглядываюсь, будучи раздражённой, а после звоню Лео.       «Чёрт, недоступен».       Пришлось беспокоить Эмили.       Сказав, что спросит сейчас у Ганса, отклоняет «вызов», а спустя пару секунд перезванивает и даёт координаты...второй заброшки?!

***

      Лео       Если честно, то мне очень страшно. Но если не постараюсь защитить её, то какой из меня мужчина?       — Лео, постой, — подойдя ко мне, взяла меня за руку учительница. — Они пришли за мной. Я сама с ними справлюсь.       — Ага. Пойдёте с ними? — нахмурившись, грубо бросаю, получая в ответ:       — Нет, — она подняла с земли прутик и, направив его на того, что был с банданой, продолжила: — Ты же не убежишь, даже если я тебя попрошу. Так что мне остаётся только защищаться вместе с тобой.       Да, я было думал она сейчас начнёт им махаться, а, нет, только старалась уклониться, кричала и, зажмурив глаза, размахивала своим «оружием» без разбору. Хотя, если посмотреть на это с другой стороны, то она здорово напугала эту шайку, чем выиграла немного времени мне для удара их главарю.       Атака палки пришлась ему по плечу, так как он резко обернулся и только от удивления успел разинуть рот. А дальше, спустя пару минут он отобрал моё средство защиты и начал душить.       — О чём ты думал, пацан? Нахрена лез куда не следовало? — обнимая локтём меня за горло, довольный отзывался Ганс, добавив: — Не волнуйся. Я не убийца какой. Просто так ты быстрее потеряешь сознание. Мне же легче будет.       И его слова оказались правдивы.       Я долго сопротивлялся, дёргая ногами, крутя головой, пытаясь глотнуть кислорода, однако, единственное, что я понял, когда в глазах потемнело, так это как Эльза Андерссон пытается ко мне подобраться, но отвлекается на липовые атаки ребят из шайки Ганса, которые просто подначивают её грозными рыками и видами, мол, они её боятся.

***

      Ганс       Отлично. Один уже без сознания. Осталась только эта сучка.       — Парни, заканчивайте, — отстранённо выдавив, заставляю ребят подчиниться.       И те набрасываются на неё: кто сзади, кто спереди, лишая эту наивную женщину сначала палки, а потом и возможности двигаться, поскольку та была схвачена за руки, а к одному из моих дурачков даже прижата сзади.       — Слушай, можем сначала мы с ней «поболтать» и только ты потом? — предложил державший училку за правую кисть Мелвин.       — Да, а то я походу завёлся, — прижимая мою жертву за талию как можно ближе к своему телу, поддержал Мелвина Томас. — Ты бы знал как мой «дружок» сейчас трётся о её попу. Не думал, что она будет настолько возбуждающей. А ведь и правда красивая.       Я только было решил дать добро, как это глупое создание резко наступило на ногу моему другу, после чего укусила его за всплеснутую от боли руку.       Я чуть захихикал, после чего было решил попросить её успокоиться, как она с пощёчиной налетела на Томаса. И поразительно: никто из моих пацанов не смог её удержать в этот момент.       — Ах ты шлюха! — не выдержал Томас, остановив пощёчину этой дуры и выдав ответный удар кулаком ей в живот.       Согнувшись, женщина сидела на грязных остатках снега и, заключив руки в кулаки, пыталась подняться.       — Оу, ты ещё морально жива? Знаешь, если бы ты только не переехала сюда… — с усмешкой высказался я, когда училку снова схватили за руки мои ребята.       Она снова пыталась вырваться, но у неё не получалось.       — П-почему…       — А? — не понимая о чём она, деланным удивлённым взглядом и фальшивой заинтересованностью, только из приличия, спрашиваю.       — Почему вы все…так хотите избавиться от меня? — что это за полу крик полу стон отчаяния в её голосе? Она что, действительно дошла до такого состояния?       Так, нужно ей помочь.       — Что я вам сделала?       — Да много чего, — беззаботно отвечаю, приближаясь к женщине. — Анна же тебя предупреждала, разве нет? И ты всё равно её не послушалась.       При имени моей будущей девушки губы этой дуры дрогнули.       «А? Чего это она так среагировала? Что это за плачевное, блять, выражение лица?»       — А-Анна… — выдавила она из себя, начиная…сука, плачет! Блять!       — Что, плачешь потому что она больше не придёт к тебе на помощь, да? Я же прав?       — А-Анна…

***

      Эльза       «За что? Что я сделала не так? В чём ошиблась? Зачем…зачем я снова...зову её..? Если бы я только молча уехала, то Лео бы не пострадал. С Лео бы такого не произошло. А Анна…ей бы не пришлось так часто за меня беспокоиться. Почему я такая проблемная? Совсем не могу ничего одна? Вечно приходится кому-то защищать меня. И самое ужасное, единственное, чьё имя я вымолвила первым, было не отец или хоть кто-нибудь, а Анна. Я...снова в беде. И я снова…зову её. Но она не придёт, ни сейчас. Ни когда-нибудь ещё».

***

      Ганс       — Эй, хватит уже ныть. Ты мне надоела. Я просто скажу тебе кое-что и всё, ладно? — наконец высказался я, продолжая свою победную речь: — Мне ничего от тебя не нужно. Просто убирайся отсюда и всё. Тебя никто не приглашал, ясно?       Наклонившись к ней, не получаю должного ответа.       «Игнорирует или просто сумасшедшая?»       — Видимо, ты меня не поняла. Скажи, ты в понедельник пошла давать заявление об увольнении, как и говорила в тот раз у себя дома?       Снова никакого ответа.       — Так, понятно. Парни, займитесь ею что ли. А то пачкать руки об женщину слишком некультурно для меня, — бросив это ребятам, слышу возгласы в свой адрес:       — А ты многое упускаешь.       — Точно! Она же такая красивая! Давай с нами!       — Дурак. Отказываться от такого удовольствия…       Оставалось только не глядя им парировать:       — К вашему сожалению, у меня уже есть фаворитка. А другими не интересуюсь.       Да, после такого заявления они ещё больше начали досаждать своими комментариями.       Чтобы не видеть этого бесчинства, я отвернулся, хотя и знал, что звуков удара моим ушам не избежать. Однако вместо них я лишь слышал звуки приспускающихся молний и опущенных дубинок.       Пришлось повернуться и лицезреть следующее: они обступили эту дуру со всех сторон и все как один спорили, кто будет её «первым», при этом сами уже расстёгивали штаны, чего говорить об открытых куртках.       — Эй, не закрывай глаза и лучше не дёргайся, — решил быть первым Томас. Видимо, это из-за того, что она на него набросилась тогда. — Если будешь сопротивляться или укусишь моего «друга», то я тебя изобью до полусмерти и изнасилую. Поняла?! — приподняв вверх подбородок женщины, высказал он свои условия.       Снова молчит. Жмурит глаза и старается отвести взгляд.       — Значит, любишь насильно? — освободившись от ремня, суёт руку в трусы и достаёт своё хозяйство. — Ну как знаешь, — фыркнув, направляет на училку, которая, резко закричав, сильнее задёргалась, из-за чего Майклу пришлось её ударить снова в живот.       Да, теперь не так сильно сопротивляется.       — Ну, начнём уже что ли, — заметно возбудившись, теперь не в рот этой дуры целится своей «штукой» Томас, а ей между ног, из-за чего наклоняется, и ребята, обступая его так, чтобы на всякий пожарный его никто не увидел, начинают поддерживать его возгласами.       Понимая, что таким образом ситуация может выйти из-под контроля, было молвлю:       — Хва…       — Хватит! — перебивает меня чей-то до ужаса спокойный голос справа метрах в десяти.       С испугом обращая внимание на знакомый силуэт, я стараюсь переубедить себя, что это не она, что мне так только кажется. Однако мои мысли развеиваются, как только «незнакомка» снимает капюшон куртки. ю       — Доигрался… Томас..? — прожигая моего друга презирающим вперемешку с гневным взглядом, приближается к нам Анна, открывая замок своей куртки.       Оцепенев от страха, Томас, лежавший на преподше, не думает и шелохнуться, в то время как училка, замерев также от испуга перед действиями моего друга, не думает и повернуть взгляд в сторону хулиганки.       — Ну-ну? Ты даже поприветствовать меня не хочешь, да? Какое неуважение, — разминая руки и шею, холодным тоном молвила Анна, делая шаги по направлению к Томасу.       Не растерявшись, мои ребята быстро схватились за дубинки и перочинные ножи, стремглав несясь на мою подругу, как та, уклоняясь от их атак, стала наносить им встречные строго между ног.       Майклу, правда, удалось пару раз увернуться и даже парировать, однако страх всей школы раздавил его простым захватом указательного пальца, грозясь его сломать, после чего так и сделала, когда мой друг проигнорировал её предупреждение.       — Эй, я к тебе обращаюсь, если что. Может уже скажешь что-нибудь, а? Или мне это вытрясти из тебя? — остановившись, стоя над ним, сверху-вниз смотрела на раскинувшуюся перед ней картину Анна, уже явно теряя контроль, поскольку её оскал и горевшие ненавистью глаза давали на то весьма веский повод.

***

      Томас       — П-пожалуйста, н-не надо, — с трудом хрипло выдавив, я всё ещё смотрю в оцепенении мёртвыми глазами рыбки на ту, что сейчас подо мной на грязных остатках снега. И если честно, я хоть и видел силу гнева Анны, но никогда не думал, что буду испытывать его на себе. И сейчас я задумываюсь, всем телом дрожа: «Я же мужичина, так какого х*я я боюсь какую-то тёлку? Она же всего лишь дура, которой надо показать её место? Но…тогда какого хера я дрожу? Почему мои *банные зубы стучат, а я сам боюсь открыть *бало? Почему я так сильно…боюсь её? А тем более умоляю… Какого чёрта я вообще согласился на эту затею с тупой училкой? Я просто возбудился, когда прижимал её к себе и даже начал тереться о её попу, а теперь должен быть за это наказан? Кто сказал?! Кто такое установил?! И вообще, сука, почему какая-то баба смеет меня наказывать?! Почему она сильнее нас?! Что в ней такого, что я…»       Резкое столкновение моего лба с влажной землёй было неизбежен. Кровь потекла и окрасила асфальт, чем заставила меня только грустно хмыкнуть и подняться с колен.       — Блять, какого х*я ты защищаешь её? Она же для тебя никто, разве нет?! — выставив руки вперёд, начинаю бить боксёрскими ударами, однако эта тварь… Как у неё получается так спокойно уворачиваться?!       — Вот именно, что никто, — отвечает мне Анна, добавляя: — И потому, издеваться над ней могу только я, — после этой фразы я получил подобранной с пола палкой, которую эта сучка прихватила, пока уворачивалась, и я упал на землю, стоило мне приподнять ногу для удара.       Эта и была моя фатальная ошибка, на которой эта блядь сыграла.       — А теперь вопрос: ты сунул своё хозяйство ей между ног или толком не успел? — схватив меня за волосы, ещё более притихшим и холодным голосом выдавила чёртова сука, заставляя меня ответить:       — Толком...не успел. Только коснулся и…       Мне не дали договорить, снова шлёпнув мою голову о землю. И после этого я уже ничего не помнил.

***

      Ганс       Было решив, что она сейчас и меня шарахнет, я встал в боевую позу, приготовив кулаки. Однако она, одарив Лео секундным взглядом…спокойно прошла мимо, что я аж замер, после чего резко поток ветра хлынул мне в лицо, однако то был неожиданный поворот Анны ко мне лицом, в то время как я стоял к ней в этот момент спиной, чем хулиганка отлично воспользовалась.       Зажав моё горло одной рукой, она выдавила мне в ухо, скрежеща зубами:       — Кажется, так ты усмирил Лео, да? — после чего натиски стали сильнее и дышать было невозможно. — Я более чем разочарована в тебе…Ганс.

***

      Эльза       Глядя на такую Анну, мне становилось почему-то только наоборот страшно. Со столькими ребятами справилась за пару минут, а теперь ко мне приближается...       Невольно начинаю зажмуривать глаза, поджимать губы и закрывать лицо руками.       Однако в ответ я лишь услышала капли дождя и голос Анны в трубку:       — Давай быстрее, Стэн. Ты всё равно недалеко живёшь. Ага, заберёшь тут Лео. Нет, сама не могу. Давай. Пока, — отклоняет «вызов», с секунды три спокойно смотрит на меня, а потом спрашивает:       — Ты ещё долго будешь там лежать?       — А? — едва ли часто заморгав, начинаю только убирать руки с лица, как Анна, пользуясь этим моментом, резко хватает меня за руку и тянет на себя, отчего моя кисть отдаёт характерным хрустом. — Л-Лео. Он...       — Я знаю, — перебивая мою сбивчивую речь, отмечает хулиганка, осторожно проводя пальцами по моей талии. — Кто-то уже успел сделать с тобой..?       — Нет, — теперь я обрываю её на полуслове, мотая головой, отвечая на вопрос так, будто желая успокоить её. Словно никто кроме неё..никто кроме неё..не имеет на меня...прав?       Боже, так хочется расплакаться сейчас. Всего один раз. Можно же всего один раз? Последний..раз?       — Слушай, сейчас подъедет байк, угнанный Стэном, и ты сядешь на него вместе со мной, поняла? Я отвезу тебя домой. Так что не реви, ясно? Иначе мне придётся применить силу, — с ничего не выражающим лицом объясняя мне, гладила по волосам моя спасительница.       И всё же, не удержав слёз, я вцепилась пальцами в куртку Анны и, приложив лицо к ложбинке меж её грудей, заплакала, стараясь не всхлипнуть. А она сначала удивилась, потом, видимо, сжалилась, продолжая дальше гладить меня по волосам.       — Когда придём, я обязательно тебя помою, — эти её тёплые слова... И отчего я такая дурочка, что ведусь на них? Что кто бы не говорил со мной, я пытаюсь найти в них что-то хорошее, но всегда получаю обратное?       А сейчас... Сейчас я, кажется, впервые так крепко кого-то обнимаю, протискивая руки сквозь ложбинки Анны, сжимая пальцы на её куртке и продолжая лить слёзы, доверяя эти солёные капли только её спортивке, красующейся сквозь открытую молнию куртки.       — Было так страшно. Не бросай меня больше. Пожалуйста, не бросай меня...больше. — от собственных слов становилось горько на душе. А она в ответ лишь сильнее прижимала к себе ничего не говоря.

***

      Стэн       — Ну? Кого тут подобрать надо? — вертя ключ на пальце, приближаюсь к затемнённой, светлой лишь от света фонарных столбов заброшке.       — Стэн, справа, в метрах пятнадцати от тебя, находится Лео. Я отвезу училку, а ты сам решай, что делать с пацанами. Только о Лео не забудь, — отступив от преподши, проходит ко мне моя одноклассница, спокойно забирая мой ключ, усаживая училку на багажное место, а сама располагаясь впереди, подаёт голос:       — Держись крепче, — говорит преподше, а после того, как та кивает, обращает наконец внимание на меня. — Давай. Разрули тут всё. Можешь забрать всё что найдёшь в их карманах. Байк верну завтра. Пока, — и помахав рукой, валит, оставляя меня одного.       Первые пару секунд я не понял ничего. А потом...       — Блять, Анна! Я тебя грохну, когда мы встретимся! Ты..! — и тут я понял настоящую ценность того, кто вокруг меня. А посему, приблизившись к придуркам, которые пошли против Анны, я, глядя на этих беспомощных, отчего-то хватающихся за своё хозяйство, со злодейской ухмылкой констатирую: — Ну что, поговорим?       И так как только Эмили знает обо всём, что Анна говорит и не говорит ей, звоню ночной бабочке, которая отвечает спустя секунд десять, не меньше.       — Эмили, что произошло? Анна тут всех..избила.       — А? А ты там что делаешь? — чем-то хрустя, интересуется эта любопытная Варвара.       — Она попросила отвезти Лео домой, а сама с училкой уехала на угнанном мной байке. Вот я и думаю, — присев на корточки перед Гансом, с ухмылкой продолжаю: — на каком основании я должен их обокрасть?       — Ну, понимаешь, у них там тёрки были... И в общем там учил..ка... — эта бабочка явно сейчас что-то уронила. — Постой...ты что, бесишься так из-за байка или потому, что она тебя позвала...так поздно?       — Неважно. Просто расскажи, что за вечеринка тут проходила, а меня на ней не было?       — Ну...понимаешь...