Уничтоженная истина

За обеденным столом мрачной вуалью повисла тишина, нарушаемая только скрипами вилки о тарелку в руках криворукого идиота. У эмоционального блока Ярика был свой предел. –... так что со следующего месяца начнутся стабильные поставки в Nск, - вещал Михаил Сергеевич, обращаясь к Николаю Александровичу. – Лара, мясо просто великолепно, - отвесил комплимент с барского плеча он и Ларисе Михайловне. Женщина скромно улыбнулась, и не собираясь отрицать очевидное. Мясо и впрямь было вкусным, зачем краснеть и бормотать, что это получилось случайно? Не само же оно себя замариновало. – Ярослав, могу я поинтересоваться, чем ты собираешься заниматься в ближайшее время? Донской наконец перестал скрести вилкой по тарелке и поднял взгляд. – Думаю, пока отец справляется сам, я могу отдохнуть и поискать себя в чём-то кроме бизнеса, - вежливо улыбнулся Яр. – Михаил Сергеевич, у вас же двое сыновей, - словно невзначай произнёс парень, и улыбка исчезла, как не бывало. – Чем занимаются они? Это был укор в сторону Влада. Князев знал о нём многое, а вот Ярик - только количество сахара, которое тот добавляет в чай. Это было в некотором смысле нечестно. Но говорить об этом в лицо было бы крайне... – Старший, Сашка, работает в дочерней фирме, готовится принять в скором времени управление на себя, - мужчина улыбнулся так, что Яр без труда понял - в семье Князевых Александр занимает первое место во всем, в том числе и по количеству получаемой от отца любви. – А Влад, как ты знаешь, бездельничает и "ищет себя". – Знаю? - притворно удивился Донской, но кроме Влада и Николая Александровича никто не усомнился в правдивости его слов. – Мы с вашим сыном познакомились полчаса назад, откуда мне было знать? – Странно, Влад говорил, что вы соседи и общаетесь... К тому же, сегодня увязался со мной, потому что хотел увидеть тебя. – А, прошу прощения, как я мог забыть, - Ярик закинул ногу на ногу. – Так значит, тот хам, что живёт в квартире этажом выше - ваш сын? Извините, не признал. При встрече, когда я вежливо пытался попросить не сверлить после десяти вечера, он слишком быстро захлопнул дверь у меня перед носом, не успел разглядеть, - парень мазнул по удивленному лицу Князева равнодушным взглядом. – А, да, теперь, когда вы сказали, я, кажется, припоминаю. «И этот пацан вчера ныл, как девчонка, наматывая сопли на кулак, что влюблен. Хороша любовь. Так и знал, что между двумя мужиками никакой любви быть не может», - думал Николай Александрович, пряча улыбку в бокале красного вина. Кощунством будет не заметить, что такой гордости по отношению к сыну он не испытывал никогда. – Яр, что за ребячество? - возмутился Влад, поджав губы, и встал, отодвинув стул. Раздражение сквозило в каждом его движении. – Идём, нужно поговорить. Ярику даже двигаться не нужно было, чтобы окружающие прочувствовали всю глубину его раздражения. – Молодой человек, да вы присядьте. Вроде в гостях, а ведёте себя, как будто дома. Донской-старший знал своего сына довольно неплохо. К тому же, с раздражением парня он сталкивался так часто, так что мог с уверенностью сказать, что для самого же Влада будет лучше, если он познакомится с восьмизарядной винтовкой, нежели пойдёт куда-то с рассерженным Яром. Влад как встал, так и сел. Ярик, не меняясь в лице, продолжил завтракать тяжёлым для желудка мясом. Нет, он не был готов говорить с Князевым наедине, лицом к лицу. Внутренний голос говорил, что вероятность убийства в особо жестокой форме по неосторожности в состоянии аффекта* выше вероятности счастливого исхода с хэппи-эндом и свадьбой на Карибах. Они оба были слишком взвинчены и недовольны друг другом и сами собой, чтобы провести продуктивный диалог. Яр, например, с большим удовольствием впечатал бы эту мерзкую рожу в бетонную стену. А Влад... В мыслях Влада всё было иначе. Бросить на кровать, разорвать нахер одежду, развести колени и... Да, лирики там было очень мало. – Если хочешь, чтобы все слышали, пожалуйста, я могу говорить и здесь, - процедил сквозь зубы Князев. Михаил Сергеевич прищурился, и уголки его губ растянулись в хитрющей полуулыбке. Кажется, одна лишь хозяйка дома оставалась в блаженном неведении. Ярик, не отрываясь от еды, взмахнул ладонью в жесте "Валяй". Если бы Влад сказал тоже самое в присутствии Лёхи, Ярик непременно подумал бы несколько раз перед тем, как принять решение. Но за столом находились люди, которые знали всю Ярову подноготную. А перед Князевым-старшим ему стыдно не было. – Ты думаешь, у меня кишка тонка? - кажется, Влад сам себя загнал в угол. Тяжело вздохнув и отложив в сторону приборы, Донской поднялся из-за стола. – Тонка... Ладно, идём. Поговорим, дипломат. – Не боишься, что родители узнают наш с тобой маленький секрет? - оказавшись с внешне невозмутимым Яром наедине, Влад вдруг превратился в обыкновенного бабуина. В глазах Донского он мог оставаться животным максимум минут пять, а потом перед глазами снова всё поплыло бы от слёз. Родовой выдержки едва ли хватало на то, чтобы удержать лицо человека, рожденного с позолоченной ручкой-пером в руках. – А ты не боишься, что я всё-таки притащу из сейфа восьмизарядку? Послушай, мой отец раз в неделю занимается в тире со своей охраной, и стреляет он не то чтобы профессионально, но с пятнадцати метров может без проблем прострелить тебе самое дорогое. – Не очень-то мастерство заметно, - хмыкнул Князев, скрещивая руки на груди. С винтовкой ему знакомиться точно не хотелось, но он держал круговую оборону, как мог. – В твоём возрасте уже пора отличать, когда тебя действительно хотят пристрелить, а когда лишь пугают выстрелами в воздух. – Думаю, после того, что я расскажу, бегать по дому от разъяренного отца придётся уже тебе, - сделал последний выпад Влад. Ярик не стал расстраивать его, говоря о том, что отец уже всё-всё знает. Не просто же так он встретил Владика не хлебом-солью, а пистолетом. – Чего ты хочешь? - не выдержал Яр. Говорить хотелось всё меньше, а вот желание отвязаться от Князева крепло с каждой секундой. – Зачем приехал сюда? – Ты не брал трубку, в квартире не появлялся. Естественно, меня заботит, где шляется мой раб. – Шляются девки, а я приехал погостить у родителей на новогодние выходные. Ты здесь лишний. Если принципиально, прибавь пару-тройку дней к моему сроку неволи, а теперь будь добр обуться и уйти из моего дома нахер. «И скажи спасибо, что не послал дальше, было бы труднее вернуться потом», - мысленно прибавил к отповеди Донской. – По-моему, ты забыл, в чьих руках находится ситуация! – По-моему, ты забыл, что в этом доме ты нет никто и звать тебя никак! Яр развернулся на пятках, но тут же был рывком отдернут назад и пришпилен к стене. Влад смотрел со злостью, одна рука надавливала на плечо, прижимая к стене, вторая почему-то легла на пояс. – Скажи мне, - обманчиво мягко шепнул он, склонившись к уху Ярика. – Какого чёрта тебе надо, а? Что я с тобой как с писанной торбой таскаюсь по всей области? - под конец фразы его голос превратился в шипение. – Что мне ещё сделать, чтобы ты проявил хоть немного чувств? – Ещё сильнее надавишь на плечо, и я покажу тебе свой гнев во всей красе, - прошипел в той же тональности Донской. – Какие ещё чувства тебе спонадобились, придурок?! – Хочу, чтобы ты любил меня, - и на лице Влада появилась болезненная гримаса. Яру на секунду показалось даже, что время остановилось. Времени больше не существовало. Был только он, прижатый к холодной стене, и эти глаза напротив - глаза побитой собаки, загнанного в угол бродячего пса. У Ярика подкосились ноги. Кажется, впервые за свою жизнь он на полном серьёзе переспросил: – Что? - ослабшим голосом. Больше хрипящих звуков издавал только курильщик-паровоз с двадцатилетним стажем. – Донской, мать твою, ты оглох, что ли? Люблю я тебя, говорю, - сквозь зубы произнёс Влад, отводя взгляд. – Со всем дерьмом твоим и гадским характером - люблю. – Ты тоже не подарочек на Новый год, знаешь ли, - выдавил из себя Яр спустя долгих две минуты. За это время он, кажется, успел вспомнить все самые неожиданные повороты событий, случавшиеся с ним за жизнь. – Заставил ты меня, конечно, струхнуть малость… – Яр? - обеспокоенно спросил Князев, снова впиваясь взглядом в лицо Донского. Что же он там такого увидел? – Ты чего? – В смысле «чего»? - удивился Ярик. – Да ты же плачешь, Яр, - удивленно протараторил Влад, аккуратно стирая слёзы со щёк Лиса. – Прости, если обидел… Я не думал, что ты умеешь плакать, - кажется, этими словами парень сам себя ошарашил. – А ещё не ем, не сплю… Плакать не умею, как же! – Так, всё, не нужно начинать отношения с ссоры, - успокаивающе улыбнулся Князев. – Какие отношения? - надулся Донской, усиленно пытаясь скрыть стыд по поводу проявления позорных бабских слабостей перед любимым человеком. – Потребительские? – Семейные, - рассмеялся Влад. – Ведь я могу принять твои слёзы за «Да»? – Смотря на какой вопрос, - задумчиво выдал Ярик. – Вопрос всё тот же - ты меня любишь? - парню не удалось скрыть волнения - руки, обхватившие Ярово лицо, подрагивали от нервного напряжения и желания услышать ответ поскорее. – Н-н, - губы Донского скривились, словно он снова собирался начать плакать. Уткнувшись носом в ямочку между ключицами Князева, Лис пробормотал: – Ненавижу тебя… сильно-сильно.

***

За столом стояла напряженная тишина. У Ярика даже чувство дежавю возникло, но и оно было настолько мимолётным и не имеющим никакого значения в сложившейся ситуации, что хоть вешайся. У Донского было не так уж много друзей и близких приятелей, поэтому, приглашая на день рождения всех из раздела «Избранное» в списке телефонных контактов, он наивно полагал, что всё будет отлично. А если что-нибудь и случится, то ему удастся уладить даже зачатки назревающих конфликтов. Но уж лучше бы они дрались, честное слово, там уж хоть какой-то драйв, а так - тухло за столом, как в Кировом морге. Вот кстати, он-то как раз мог бы Яра и поддержать, попытавшись завязать даже самый идиотский разговор. Например, как в прошлый раз - начать со своего отвратительного профессионального юмора. Анекдотов о профессии у Резцова, к сожалению, было не так уж и много - работать он начал всего полгода назад. Но тем не менее! Однако патологоанатом ковырялся в тарелке, периодически прикладываясь к бокалу с вином (как он это делал, люди, аристократы-чистоплюи позавидовали бы грации и изяществу!), и спасать никого не собирался, полагая, надо заметить, совершенно справедливо, что спасение утопающих - дело рук самих утопающих. О Сашке Фролове и говорить было нечего - Яру казалось, что блондину доставляет видеть находящегося меж двух огней именинника. Ксандр даже периодически подливал маслица в этот костёр, упоминая все грехи тёмного прошлого Донского. За это с счастливого (как планировалось) дня рождения парня хотелось выгнать взашей, но рука не поднималась. Как ни странно, Лёха с Фроловым был очень дружен, и если бы не подколки белобрысого, Ланнов уже давно разнёс бы к чертям этот дом вместе со всеми приглашенными. Ярик умер бы под завалами, став невинной жертвой чужого плохого настроения. Конечно, причиной дурного настроя Алексея был Влад - кто бы сомневался. Эти двое друг друга на дух не переносили. Стоило Князеву услышать из уст имя Лёхи, как он делал стойку и зачинал скандал мирового масштаба. Немудрено, учитывая, что Ярик сам (дурень) признался ему в когда-то безумной влюбленности в Ланнова. Да и запароленное видео, хранящееся в памяти телефона Влада, мягко говоря, не внушало доверия. Но сегодня был особенный день, и если Яр сказал - Лёху надо звать, значит, его надо звать. И плевать, что там этот самовлюблённый павлин думает!.. – Влад. Вла-ад, - Донской настиг смурного Влада возле туалета. – Подожди, - Лис схватил парня за руку и развернул к себе лицом. – Ну что за ребячество? Влад! Что мне теперь сделать? Выгнать их всех? Признаться, такого результата я не ждал и не думал, что моя днюха превратится в… это, - Влад молчал. – Чёрт! Скоро Паша приедет, а ты всё никак с Ланновым смириться не можешь. Пойми ты уже, мои чувства и к тому и к другому в прошлом. Сейчас у меня есть только ты, и никто другой не нужен мне. Князев тяжело вздохнул, закатывая глаза. – Ладно. Я… Мне просто нужно не поддаваться на его провокации, верно? Можешь быть спокоен, бить друг другу лица мы сегодня не будем. Но и друзьями с ним я становиться не намерен. – От тебя это и не требуется, - довольно улыбнулся Яр. К тому же, провокаций быть не должно - Антон, приехавший с Лёшей, обещал отвесить ему далеко не дружеский подзатыльник, если того опять занесёт на поворотах. Видимо, было совестно, что в прошлый раз, когда Ланнов опускал честь и достоинство Князева, Глубоковских предпочёл промолчать. – Лис, где ты там трёшься, не заставляй гостей стоять на пороге, это невежливо! - раздался окрик из коридора. Донской едва успел отвесить себе ментального леща, чтобы по-идиотски не заулыбаться, услышав знакомый голос. – Так, всё, - серьёзно взглянул на Влада именинник. – Мы договорились. Слово не нарушать, иначе… Награды вечером не получишь, хо-зя-ин, - последние слова Ярик прошептал Князеву на ухо и, хихикнув, поскакал в коридор. – Бревнище! - с воплями накинулся он на Рому, мрачной тенью стоящего за плечами Павла. Хотелось кинуться на Нефёдова (Акимова, конечно, Акимова), но совесть не позволила, после произнесённых-то совсем недавно слов об отсутствии каких-либо чувств к Паше. – Идол пидористый! - наигранно весело протянул Ромашка, железной хваткой вцепившись в плечи Яра. – С днём рождения, старикан, желаю поскорее сдохнуть. – И тебе долго не жить, - растянул губы в широченной улыбке Донской. – Где подарок? – Лучший твой подарок - дожить до сегодняшнего дня, не сторчавшись, не спившись, и не попав в секс-рабство к какому-нибудь извращенцу, - позади раздалось резкое «Кхе-кхе» и полузадушенное «Попил водички, блять». Это Влад решил, значит, расслабить нервишки стаканчиком чистой воды из-под крана. Ярик, углядев весь комизм ситуации, заржал, отцепившись от Ромы. – Что ж тебя так все любят-то, - тяжело выдохнул на ухо Яру Князев, пока они семимильными шагами перемещались в столовую. Паша настороженно осматривался, словно в любой момент собирался по-быстрому смотаться в неизвестном направлении. Рома разговаривал уже сам с собой, потому что Донской не имел дурной привычки ввязываться в споры с твердолобыми лбами вроде него - поприветствовали друг друга, убедившись, что до сих пор в силах и в настроении ненавидеть, и разошлись по разным углам. Раунд, так сказать. – Как видишь, у нас это всё на основании полнейшей взаимности. Ромашка всё никак не может мне простить, что я однажды признался Паше, - Влад страдальчески поморщился - ему было неприятно даже слышать об этом. – Так-так, прелесть моя, а ну-ка успокойся. Слушай внимательно, я сейчас уничтожу все твои подозрения. Яр нагнал Нефёдова и положил руку ему на плечо, заслужив два пронзительных уничижающих взгляда. – Ну и как тебе? - шухериться Донской явно не собирался, а посему говорил в полный голос. – Странно осознавать, что мама когда-то здесь жила, - меланхолично произнёс Паша, продолжая осматривать окружающую обстановку. – После нашей маленькой однушки в жопе мира этот дом кажется замком. Это словно… из принцесс в нищенки. Только теперь понимаю, как тяжело ей было отказаться от всего этого ради меня. За спиной стояла подозрительная тишина, и шаги идущих позади парней перестали быть слышны, однако Ярик поначалу не обратил на это внимания. А когда обернулся, было уже поздно - Рома и Влад уже подняли руки и невежливо тыкали друг в друга пальцами. – Ты, - первым сумел совладать с чувствами Влад. – Ты же тот самый, да? "Его зовут Марина, и на самом деле он - переодетый транс"*, - произнеся странную фразу, понятную, вероятно, одному лишь Роме, Князев торжествующе ухмыльнулся. – Вот уж не думал, что мы вновь встретимся. В Москве. Шесть... или семь лет спустя. – Меня больше удивляет, как ты умудрился нас вспомнить, - Паша, скинув руку Яра со своего плеча, подошёл к Ромашке вплотную и грозно посмотрел на Влада. – Надеюсь, сегодня проблем не будет, Влад. Справедливости ради - Нефёдов едва ли помнил того странного парня, подкатывающего к нему на побережье Чёрного моря. В то время у него были заботы и важнее каких-то подозрительных типов с доминантно-садистскими замашками. Князев вскинул руки в жесте капитуляции и даже сделал один демонстративный шаг назад. – Извините, я парень занятой, у меня нет времени, чтобы причинять кому-то неудобства. Яра нервировала прежде всего собственная неосведомленность. Злило то, что у Влада было прошлое, не имеющее к нему, к Яру, абсолютно никакого отношения. И ещё то, что Влад так быстро успокоился. Да, было очевидно, что парень абсолютно перестал ревновать и беспокоиться. Насчёт Паши, так точно. Расслабился, начал улыбаться, даже взгляд потеплел. С чего бы? – Если вы всё обсудили, - каким-то деревянным голосом произнёс Донской, глядя сквозь своих гостей. – Пойдёмте за стол. – Яр? - беспокойство Влада вернулось. – Так, вы идите, а нам с Яром нужно отойти, - отдал он распоряжения парням, застывшим рядом друг с другом почти в обнимку, и, схватив Донского за руку, потащил в сторону туалета, который на ближайший вечер грозился превратиться в дипломатическую переговорную. – Так, а теперь ты мне объясни, что произошло? – Ты был влюблён в Пашу? - Ярик смотрел куда угодно, только не в глаза Князеву. – С чего ты взял? – Ты так по-дебильному лыбился, когда узнал его. – Да, история, конечно, презабавная. И, не буду скрывать, он мне понравился тогда, - Яр помрачнел окончательно и напряженно нахмурился. – Лис, харе шашни крутить, миловаться ночью будете, когда мы уедем, а сейчас пошли развлекаться! - заорал из столовой порядком выпивший Лёха. – Лёха, завались! - раздался следом голос не менее пьяного Антона. – Донской, не торопитесь, мы подождё-о-о-м! – Яр, это было чёртову кучу лет назад и продолжалось всего два дня! Вот уж не думал, что когда-то буду оправдываться за эту глупость перед своим любимым человеком. Мы с тобой в то время и знакомы-то не были!.. Донской уткнулся виском в холодную стену, прикрыв глаза. – Допустим. Ты поэтому ревновать перестал? – Нет, не поэтому, - спокойно ответил Князев. Ярик взглянул на него из-под чёлки. Серые глаза блеснули интересом. – Просто я понял кое-что... – До тебя наконец дошло, что твоя ревность абсолютно беспочвенна? - с надеждой спросил Яр. – Нет, - улыбнулся Влад. – Я понял, что нет смысла ревновать свою девушку к её подружке. – Блять, Князев, беги, пока ещё можешь, - зарычал Ярик, как только до него дошло, о чём хотел сказать парень. – А я пошёл за восьмизарядкой!

***

– Вам обязательно нужно завести собаку, - пьяным шепотом выдал Лёха, стоя на пороге, придерживаемый Антоном, который, впрочем, тоже стоял на ногах некрепко. Хорошо, что Рома и Кир не пили и теперь могли развезти всех пьянчужек по домам. – Зачем? - прав был отец - пару выстрелов из пневматики под ноги бесящему тебя объекту, и раздражения как не бывало. Он после этого даже повеселиться смог от души (после приезда Паши атмосфера заметно изменилась в лучшую сторону, и они смогли отлично отпраздновать) после импровизированной стрельбы по движущейся цели. – Назовёте его Димкой, - продолжал лепетать Ланнов, потирая глаза и зевая. – Всё ещё не понял сути, - улыбался Яр. – Тогда ваш тандем с уверенностью можно будет назвать полным. Да. Я буду звать вас КДД - Князь Дмитрий Донской. Нет. Всё-таки расслабляющий эффект от беспорядочной пальбы мощный, но не длительный.