Destroyer

      Кое-как собрав мысли в кучу, я поборола эмоции и, выйдя из машины, неосознанно громко хлопнула дверью, на что автомобиль обиженно заплакал сигнализацией. Собаки, охраняющие территорию, среагировали быстро, подняв лай. Громко крикнув на них, чтобы успокоились, я пошла в дом, готовясь к разборкам. Я не знала, что говорить Хёнвону. Да и Кихён в восторге не будет. Особенно Кихён, как самый старший в клане.       Неосознанно проверив небольшой пистолет в кармане куртки, я вошла в дом. Везде было тихо. Все были на заданиях, а мы с Вонхо были первыми, кто вернулся. Лишь на кухне слышался приглушенный звук от телевизора. Смутно догадываясь, кто там мог быть, я пошла по коридору вглубь, надеясь, что меня не заметят и мне удастся проскользнуть.       — Вы что-то быстро. Все оказалось так просто? Или кто-то снова налажал, сорвавшись? — донеслось из глубины кухни. — На футболке Хосока была кровь.       Затормозив, я обернулась на голос. На кухне, прислонившись к краю стола, стоял Чжухон с тарелкой пельменей в руке. Жующий и беззаботный, он быстро сменился в лице, став серьезным.       Сказки и легенды про вампиров — всего лишь сказки. Выдумки для запугивания детей и создания любовных фильмов для большинства. На самом деле, они мало чем отличались от людей, разве что силой и долголетием. К этому я привыкала долго, сопоставляя все рассказы с тем, что происходило в реальности. Иногда от этого ломался мозг.       Дело в том, что как бы они не пили кровь и как бы ее не хотели 24/7, эти вампиры могли изредка есть и человеческую еду, но при условии, что организм реально ее требовал. Мы называли это «человеческий запас сил». Он включался редко, но метко. Но стоило тебе попытаться впихнуть еду насильно — выворачивало наизнанку.       Из-за мутаций, скрещивания видов, новое поколение вампиров сохранило в себе почти все человеческое: те же желания, как спать и есть. Они спокойно находились на солнце, не скрываясь от человеческих глаз. Отличала их лишь неимоверная сила, бледность, холодная кожа, обостренные инстинкты и отсутствие сердцебиения напополам с бессмертием, или, как я называла, замедленным практически до минимума старением. Конечно, их можно было убить обычной пулей с серебром, но нужно было постараться попасть в очень быстро бегающий разозленный объект… Судя по большой популяции, попадали единицы.       Поэтому, смотря на Чжухона, я иногда удивлялась тому, как разнились легенды и реальность. И эта тарелка с пельменями… Она выбивала меня из колеи. Один из грозных участников банды стоит и беззаботно жует, язвительно щурясь.       На нервной почве, я честно попыталась скрыть улыбку, но вышло плохо. Пришлось закашляться в руку, чтобы замаскировать свой смешок. Подобного обращения он не простит. Особенно мне. Для всех он грозный вампир, а не вечерний пожиратель пельменей.       — Лучше кушай, пока желание есть, — буркнула я, думая, как бы пройти быстрее наверх, к Вонхо, который явно уже был у Хёнвона в кабинете. И самый короткий путь был все же через кухню. А раз уж меня обнаружили, то нужно просто побыстрее свалить. Хотя бы попытаться это сделать быстро, но разговор явно намечался долгим и неприятным.       — Я не услышал ответа на свой вопрос.       В его голосе было столько недовольства, что я чувствовала это кожей. От него хотелось спрятаться, заныкавшись куда-нибудь в темный угол.       — Слышал такую поговорку: «Когда я ем, я глух и нем?» Советую к ней прислушаться, — нервно парировала я, обходя кухню по краю.       Ли с грохотом отставил в сторону тарелку, скрещивая руки на груди:       — Стоять!       Парень резко рванул с места, в два шага пересекая расстояние между нами. Крепко схватив меня за руку, он с тихой яростью произнес:       — Не надоело, м?       Ли подбородком указал на экран телевизора, где новостные ленты рассказывали про очередное убийство невинной девушки… Да, он был разозлен. Очень сильно разозлен происходящим. И я его понимала. Все это ставило весь клан в не очень выгодное положение, которое могло выйти нам боком — нас могли устранить другие, более сильные кланы из-за того, что мы могли раскрыться. Если люди узнают, кто на самом деле мафия в этом городе, начнется война. Да и если люди узнают про их существование, нас даже ИСБЕС* не спасет.       — С чего ты решил, что это мы? И без нас убийц хватает, — я закосила под дуру.       — Прекрати, Рэй, — Чжухон поморщился. — Как долго ты будешь прикрывать его?       Я резко выдохнула, борясь с эмоциями.       — До последнего вздоха. Он мой брат, — отчеканила я давно заученную мантру.       Ох, как много раз мне приходилось говорить это. Особенно Чжухону. Его от этой фразы чуть ли не тошнит.       — Брат? — парень усмехнулся. — Мне-то хоть не ври, а. Брат… Ваши отношения давно уже не семейные. И это понимают все, особенно я.       — Ты знаешь, о чем я говорю.       — Врать ты никогда не умела, хоть и пытаешься. Тем более мне, — он покачал головой.       — Что, задевает?       — Бесит. Неимоверно.       — Бесись в стороне, — я постаралась вырвать руку из его мертвой хватки. — Может, отпустишь?       — Куда, наверх? Чтобы ты его снова оправдала?       — Мы оба виноваты. И если нужно будет, оба понесем наказание.       — Снова врешь. Виноват он, а не ты. Это он не сдержался.       — Боишься, что он угроза?       — Он и есть угроза. Пойми ты это. Для тебя. Меня. Для клана!       — На данный момент, он угроза лишь для тебя.       — Ты же знаешь, что я все равно добьюсь того, чего хочу. Во всех смыслах.       — Уйдет он, уйду и я.       — Вас так просто не отпустят…       — А если ты станешь для меня угрозой?       — Я? Не ври себе, Рэй. Все знают, что я тебе не угроза, в отличие от твоего «брата».       — Не заставляй меня поднимать шум, — я сощурила глаза, снова пытаясь вырвать руку.       — Все на заданиях. Наверху только Шону и Хёнвон с твоим братцем.       — Мне плевать. Я не намерена сейчас выяснять отношения, Ли. В особенности с тобой.       Он прошелся по мне внимательным взглядом, постепенно отпуская руку. Кажется, дошло, что сейчас не лучшее время для выяснения отношений.       Кинув на него злой взгляд и получив в ответ такой же, я быстро направилась к лестнице.       — Был бы Хосок поумней, давно бы тебя обратил, — проговорил он мне в спину.       — Это ты к чему?       — Правила игры меняются, Рэй. Скоро многое поменяется…       Я развернулась к нему.       — Хёнвон тебе все расскажет. Просто подумай о том, кто сможет тебя защитить. Хосока может рядом и не оказаться в нужный момент.       Сжав кулаки, я рванула наверх. Слова Ли мне не понравились. Внутри что-то неприятно защемило. Вонхо. Один на один с главой клана. Каким бы Хёнвон не был рассудительным, если он погорячится, то головы полетят с плеч только так.       Подбежав к двери в кабинет, я, не дожидаясь приглашения, с шумом открыла ее, вваливаясь в комнату.       — А вот и Рэй.       Резко затормозив на месте, я посмотрела на тех, кто был в кабинете: Хёнвон сидел за столом, расслабленно, но серьезно смотря на происходящее. На лице практически ни единой эмоции. Только глаза выдавали раздраженность и, пожалуй, какую-то досаду. Шону сидел рядом со столом, в кресле, беззаботно вертя брелок в руках. Мистер спокойствие, ровно до того момента, пока не получит команду «Фас!», от которой никому не спастись. Вонхо же стоял посередине комнаты, прямо напротив них, скрестив руки на груди. Подавленный. Раздосадованный. И на мою радость, не было Кихёна. С ним бы разговор давно уже мог перейти в другое русло.       Вздрогнув от хлопка двери позади себя, я снова с немым вопросом посмотрела на главу клана.       — Почему ты так любишь вваливаться в мой кабинет без стука? — он сощурил глаза.       — Так ведь же… — замялась я, абсолютно теряясь в ответе.       — Последний раз, Рэй, — Хёнвон покачал головой. — Проходи.       — Просто здесь Вонхо. Мы с Тамарой ходим парой, — хмыкнул Шону, улыбаясь уголками губ. — В такие моменты ее не сдержишь.       — Очень смешно, — я прыснула, подходя к брату.       — Итак, вернемся к нашим баранам, — Че призвал нас к спокойствию. — С заданием вы справились. Молодцы, но Хосок… Что за срыв?       Я переглянулась с Вонхо. Как он это объяснит?       — Та девушка, — начала я, беря все снова в свои руки.       — Нет, Рэй, — Хёнвон покачал головой. — Хватит отвечать за брата. Ты ему не мать. Я даже опущу то, что ты его младше, и что ты вообще человек. Пусть объясняется сам.       — Я сорвался, потому что давно не пил кровь, — Хосок сжал челюсть.       — Почему? — Брови Че взметнулись вверх. — В доме ее достаточно.       — Я хотел отойти от вампирской сущности.       — Ты до сих пор пытаешься противиться? — глава клана был явно удивлен ответом. — Спустя годы?       — Да.       Я нервно выдохнула, пытаясь убить в себе желание стукнуть себя рукой по лицу. Более тупой отмазки я не слышала.       — Ходят слухи, что если раз за разом стараться минимизировать употребление крови, заменяя ее едой, то вампирский ген пойдет на спад. Я решил попробовать, но оказался не прав. Готов понести наказание.       Я выпучила глаза, смотря то на него, то на Хёнвона. Зная наказание, дальнейшие события могли окончиться битвой за его жизнь и мою. Но Че, хмыкнув, произнес:       — Шону, выйди, пожалуйста, из кабинета. Мне нужно поговорить с этой парочкой наедине.       Сон, обведя нас внимательным взглядом, вышел. Противиться приказу он не имел права. Дверь с грохотом закрылась, заставив меня в очередной раз вздрогнуть.       — Сядьте.       Переглянувшись с Хосоком, мы сделали то, что нам велели, слабо понимая, что происходит. С немым вопросом я посмотрела на него.       — Пока расслабьтесь. Убивать вас я не буду. По крайней мере, сегодня. Если бы я это делал каждый раз на подобные провинности, от клана бы давно ничего не осталось. Слишком долго подбирали нужных людей, — Че потер рукой лицо. — Сейчас будет последний разговор-предупреждение. На этот раз точно последнее. Больше шанса на исправление не будет. Раньше я мог закрывать на подобное глаза, но на данный момент обстановка в городе сильно обострилась.       — В смысле? — Вонхо нахмурился.       — Теперь ИСБЕС берет на контроль все дела с непонятными убийствами. И дело даже не только в твоих преступлениях, Хосок. В городе разбушевались вампиры. Без клана. Непонятно откуда взявшиеся. Очень много убийств невинных людей. Сейчас идут разборки и поиск того, кто их создает. Клан ругается с кланом из-за страха быть свергнутыми в своих сферах. Оборотни в напряжении, потому что боятся очередного сдвига по «карьерной лестнице», если не вообще геноцида, как это было пару лет тому назад, когда тебя обратили. Вы же знаете всю ту подноготную истории: была не просто война кланов за власть. Именно вампиры начали первыми создавать новый приток обращенных, чтобы подвинуть на тот момент царивших в городе оборотней.       — Да, — я кивнула. — Новых вампиров создавали бездумно, но все же их сумели забрать и собрать в кланы, с помощью чего и были подвинуты оборотни.       — Именно, — Хёнвон кивнул. — - Тогда ИСБЕС не успел ничего предпринять. Да и мы смогли провернуть это дело быстро с минимальным, заметьте, числом жертв и новообращенных. Сейчас же дело идет о десятке убитых в день. Пока что, — он вздохнул. — Сколько вампиров орудует просто так, никто не может понять. Поэтому, наша «любимая» организация начала некую перепись. В том числе и вампиров, чтобы просчитать. И то, что ты сделал, Хосок, добавит нам проблем, если они узнают, что это сделал ты. Скажи мне, чем ты руководствовался, когда поверил этим слухам? Рядом с тобой Рэй. Она человек. В первую очередь, ты поставил под угрозу ее существование. Что бы ты делал, если бы случайно убил ее, ты не подумал?       — Я ее не трону. Никогда.       — Вонхо, ты слишком сильно самоуверен. Вампирский ген не заглушить. Иначе бы вампиры давным-давно вымерли. Не мне тебе объяснять. Если снесет крышу, то убить ты ее сможешь на раз-два, — глава клана был серьезен, как никогда. — Да и я не для этого согласился взять человека в клан, чтобы беспокоиться о ее безопасности. Каких мне тогда сил стоило уговорить Кихёна согласиться на этот абсурд: человек в клане вампиров. Хорошо, что у нас не отбитые на всю голову вампиры, а понимающие, что иметь человека в клане выгодно: дела можно провести так, что никто и не подумает, что это сделали вампиры.       — Но вы взяли меня не из-за этого, — я качнула головой, морщась от воспоминаний, — а потому, что Кихён знал моих родителей, которые как раз и погибли от рук другого клана, когда они перешли на вашу сторону. После чего именно они убили семью Вонхо и обратили его. Я козырь в ваших руках, который помог вам уничтожить тот клан за счет нашей ненависти и подняться по статусу выше. Мне напомнить, кто именно перерезал глотку главарю? Вы многое делали и делаете нашими руками. Моими руками.       — Твои способности в быстром обучении и «заслуги» перед кланом никто не уменьшает, Рэй. Я лишь пытаюсь донести до Вас то, что последующие выходки могут выйти боком абсолютно всем. Я даже не говорю про то, какой скандал может раздуться из-за того, что у нас в клане человек на протяжении двух лет, хотя ты должна была быть давно обращена. Насчет этого, кстати, я советую уже тебе задуматься. Если начнется война, ты будешь первой, кого захотят убить, чтобы нанести клану вред. Ты ценна для всех нас, я не буду этого отрицать. На удивление того же Кихёна, ты достаточно хорошо влилась в наши ряды, выполняя задания и принося нам пользу. Только поэтому у тебя было время пробыть человеком так долго, как и есть выбор в том, кто тебя обратит. Пока я на этом не настаиваю, но советую задуматься. Если обстановка не улучшится, вопрос встанет ребром. И первым его поставит Кихён. Какое бы к тебе не было отношение, клан превыше всего. Да и насильного обращения никто не желает.       В ответ я лишь кивнула, сжав зубы. Вонхо напрягся.       — А ты, Хосок, — Че посмотрел на него, — на данный момент отстранен от заданий. Будешь сидеть в доме и набираться сил. Увижу, что не употребляешь кровь, буду вливать насильно. Мне срывы больше не нужны. Можешь меня не есть глазами. Я все уже решил. Рэй походит на задания с Минхеком или Чжухоном. Уж они, если что, смогут ее защитить.       Я поежилась. Перспектива ходить на задания с последним мне не очень нравилась.       — Почему Вы нас просто не убьете? — вырвалось у меня. — Это же проще, чем вот так вот нянчиться.       Хёнвон рассмеялся на вопрос.       — На это я ответил ранее: теперь я не могу просто так разбрасываться нужными кадрами — раз. Мы больше не можем обращать людей и расширять количество, так как ИСБЕС следит — два. Мы не настолько большой клан, который может позволить подобное, пока не дойдет совсем до горячего. К тому же, я предпочитаю решать все дипломатично. Двадцать первый век все же. Убивать удел средневековья. Будет интересно, попросите Кихёна рассказать про наш бывший клан, который пошел вразнос. Да и вообще про те времена. Думаю, ему эта затея понравится. Его всегда забавляло проваливаться во воспоминания… Вопросы еще есть?       Мы покачали головой.       — Идите. Отдыхайте. Занимайтесь своими делами. Рэй, насчет последующих заданий узнаешь завтра.       Кивнув, я быстро вышла за дверь. Вонхо за мной следом. Я спиной чувствовала, что парень был раздражен и зол. Я была не в лучшем состоянии. И все, что мне хотелось на данный момент, это спать, но судя по состоянию брата, мне еще полночи придется выслушивать его негодование насчет отстранения, а также наблюдать за яростными выдохами на тему моего обращения. Он вообще эту тему ненавидел.       Оказавшись в коридоре, я направилась в сторону лестницы, ведущей на третий этаж, где находилось большинство спальных комнат. В том числе и моя. Хосок шел следом, не отставая. Даже успел зацепиться своим мизинцем за мой, давая понять, что просто так я не отделаюсь от него. Но на самом деле он просто хотел успокоиться. Ему очень часто требовался телесный контакт, чтобы прийти в себя. И зачастую он делал это неосознанно.       Завернув за угол, мы наткнулись на Шону и Чжухона, разговаривающих о чем-то своем возле окна в конце коридора. Сон был спокоен и расслаблен, как и всегда. За все время, я никогда не видела его злым, чему была рада. О его ярости на заданиях ходили легенды. И видеть мне это как-то не хотелось. Ли же был раздраженным и недовольным. Парень яростно жестикулировал и пыхтел.       Завидев нас, они резко замолчали.       — Все в порядке? — поинтересовался Шону.       — Да, вполне, — я кивнула, наблюдая боковым зрением легкую ухмылку Вонхо.       Проследив взглядом за его взором, я поняла, почему он улыбался: Чжухон заметил, как Хосок переплел наши пальцы после торможения. От этого у Ли раздулись ноздри и сжались губы. Такими действиями мой братец очень любил побесить собрата каждый раз, когда ему прилетала такая возможность.       Не выдержав, я слегка дала локтем ему в живот, чтобы успокоился. Очередных разборок сейчас мне не хотелось.       — Я так понимаю, Хосок уж точно отстранен от заданий, раз вы вышли живыми и целыми, — язвительно подметил Чжухон.       — Ненадолго, — парировал он.       — Кто знает, — все не успокаивался первый.       В этот момент дверь в середине коридора распахнулась, и из кабинета Кихёна вышли Чангюн с Минхёком, прерывая так и не начавшуюся перепалку.       — Вернулись! — выдохнула я, замечая парней.       — Ты все время так выдыхаешь, словно мы можем и не вернуться, — хохотнул Мин, подбегая ко мне, и заключая в объятия. — Привет, сестрюня!       — Она просто боится оборотней, поэтому, так и трясется за нас, — добавил Чангюн, давая мне пятюню, когда Минхёк отошел от меня. — Вы сами как? Все прошло удачно?       — Нормально, — я улыбнулась.       — Терпимо, — хмыкнул Хосок, пожимая руки парней.       Шону и Чжухон подошли к нам.       — Все как всегда ребят, — добавил Ли, приветствуя ребят. — Самое интересное узнаете из программы новостей.       Кажется, Чжухон все пытался нарваться на разборки. Лишь рука Шону, которая легла на его плечо, прервала его готовящуюся тираду.       — Думаю, нам надо подкрепиться, — произнес Минхёк, смотря на обстановку. — К тому же, всем, ибо вы какие-то нервные.       — Только не Чжухону. От него пельменями разит за версту, — Чангюн понюхал Ли. — Почему пельмени именно с чесноком, а?       — Не знаю… — парень растерялся, а остальные засмеялись.       — Просто кто-то хочет побыть один, — вставил Шону, — решив распугать запахом всех остальных.       Компания разразилась смехом.       — Рэй! Зайди ко мне, — раздалось из-за двери.       Все разом умолкли. Я же вытянулась по струнке. Если Кихён звал в кабинет, то это было неспроста.       — Сейчас, — донеслось из кабинета.       Посмотрев на парней и пожав плечами, я открыла дверь и вошла вовнутрь.       — Ждем тебя на кухне, — успел мне шепнуть Минхёк перед тем, как дверь захлопнулась.       Оказавшись в кабинете, я огляделась. Если кабинет Хёнвона был в светлых тонах, обставленный в современном стиле, то кабинет Кихёна был абсолютной противоположностью. Все украшено в старом, даже в средневековом антураже: темные стены, строгая, классическая мебель, тяжелые, бархатные шторы на карнизе, дубовый, большой стол, за которым и восседал Ю. Сразу было видно и понятно, кто в клане самый старший и главный, даже если в основном всеми делами занимался Хёнвон, будучи правой рукой.       — Здравствуйте! — промямлила я.       — Привет! Проходи, садись, — он указал на стул, стоящий напротив его стола.       Нервно сглотнув, я сделала то, что меня просили, чувствуя себя не в своей тарелке. Если к Хёнвону я относилась спокойно, то Кихёна побаивалась и по сей день.       — Как прошло задание?       — Хорошо. Объект устранен.       — А Вонхо как справился?       — Он… — я кашлянула, — снова сорвался.       Ю покачал головой.       — Что сказал господин Че?       — Он отстранен от заданий на неопределенный срок.       — А поподробнее?       Поняв, что не отвертеться, я рассказала ему почти весь разговор, все же опустив некоторые детали.       — Дипломат, — Кихён хмыкнул, выслушав мой рассказ, — но он прав. Конечно, это уже не первое нарушение, но очень надеюсь, что последнее. Мне не очень хочется его убивать. Он ценное лицо в нашем клане.       Я кивнула, нервно теребя край футболки.       — Рэй, расслабься, — Ю спокойно взглянул на меня, откидываясь на спинку кресла. — Неужели ты спустя столько лет до сих пор меня боишься?       — С чего вы решили?       — Твой пульс бьется, как у пташки. Его я слышу даже за километр. Чего ты так боишься?       — Ну, э… — я замялась, — Вы старше всех, и вообще… — заблеяла я.       — Я не на много старше Хёнвона. Лишь на сто лет. Конечно, мне приятно, что ты с таким уважением, смешанным со страхом, относишься ко мне, и в старые века это бы тебя спасло, даже помогло подняться бы по карьерной лестнице в клане, но сейчас это излишне. На данный момент я хочу поговорить с тобой чисто и открыто.       — О чем? — я посмотрела на него впервые за все время нахождения в кабинете.       — Обо всем. В том числе, о твоем обращении. Как бы Вонхо ни противился этому, тебе придется это сделать.       — Я знаю.       — Он трепетно к тебе относится, однако, вряд ли сам тебя обратит.       — Почему?       — Не мне тебе объяснять, почему. Ты сама все прекрасно знаешь. Мне припомнить, как он нервничал, когда ты была одним единственным человеком в клане, стоило вам здесь появиться? Или попытаться объяснить все его чувства к тебе и реакцию на твой запах? Он может и не остановиться. Вот почему. Можешь не смотреть на меня такими глазами. Я давно понял, почему он срывается. Ты его небольшой триггер. От твоего запаха он теряет контроль. Пытается держаться, но с каждым разом ему сложнее. Если Хёнвон делает вид, что этого нет, то я это вижу за версту. Можешь не скрывать, потому что я его понимаю. Сам пару раз чувствовал подобное, и это не очень хорошо заканчивалось. Девушки, в конце концов, оказывались убитыми моими же руками, выпитыми до дна. Раньше я смотрел на это спокойно. Большинство людей, убитых им, мне не жалко. Для меня они всего лишь мясо, уж прости. Сейчас же, в связи с этой нервной обстановкой, данную проблему придется решить. Поэтому, реши, кто тебя обратит. Кому больше ты веришь из клана. Захочешь, могу обратить я. Уж в этом я мастер, сама видишь, — он улыбнулся уголками губ. — По крайней мере, ты моим триггером не являешься, иначе бы в клан я тебя не пустил.       — Спасибо, — буркнула я, закусывая губу.       — Можешь попросить Чжухона, — Кихён засмеялся. — Он тебе явно не откажет.       Я тяжелым взглядом посмотрела на Ю.       — Не злись. Я просто предлагаю варианты, основываясь на том, что происходит в этом доме. Видишь ли, дорогая моя, этот последний клан, создавал я. И все их тайны, эмоции и чувства, я знаю уже тогда, когда они о них только начинают задумываться, потому что я их обратил. Ты же в курсе, что между обратителем и обращенным имеется некая связь? Больше интуитивная. Все потому, что один передает ген другому. Мысли, конечно, мы не читаем, но очень хорошо чувствуем друг друга.       — Но Вонхо вы не обращали.       — Нет, но я обратил того перебежчика, который обратил Вонхо. Поэтому, легкая связь имеется.       — В смысле? — я не поняла смысл сказанного.       — Ты же знаешь только часть истории, да. Я и забыл…       — Мистер Ю?       — Рэй, зови меня Кихёном. И хватит выкать, — он поморщился.       — Может, расскажете?       Взгляд в мою сторону.       — Расскажешь?       — Видишь ли, когда в семнадцатом веке я ушел из своего клана из-за некоторых разногласий на тему войны с оборотнями, я решил создать свой клан. Искал я долго. Выбирал из множества людей. Спустя век, я наткнулся на Хёнвона: достаточно умного паренька, воспитанного в хорошей, богатой семье, с мозгами в голове, а не серой жидкостью. В то время ходила чума. Его болезнь тоже не обошла стороной. Семья умерла, а я решил обратить паренька, до этого хорошо с ним подружившись. Опущу все его эмоции и переживания, но он привык быстро. Слово за слово, идея за идеей, и мы решили создать свой клан. Достаточно большой. В нем было больше двадцати пяти вампиров. Все шло гладко, но в то время революции, войны, другие идеи, перестройки на новые режимы… Убирали ненужных мы быстро, как и создавали новых. К концу девятнадцатого века, остался лишь Шону. Мы ушли в тень. Существовать втроем было проще, чем контролировать большой клан. Но времена шли, все снова менялось. Прибыв обратно в Сеул к концу двадцатого века, мы поняли, что есть шанс вырваться «в люди», став частью мафии, потому что она-то здесь и рулила в основном. Тогда мы вышли заново на идею с кланом, где будет превышать качество, а не количество. К началу двадцать первого века к нам прибыли Минхёк, Чжухон, Чангюн и Джин-Хо. Нас было семеро. Позиция укрепилась. Мы заняли достаточно хорошую нишу в киллерском деле. Да и ИСБЕС особо не вставлял палки в колеса, в отличие от тех кланов, где особей было за дцать. И тут новая война. Именно кланов, с оттеснением оборотней. Многие перепрыгивали из клана в клан, чтобы выжить, так как большинство просто вырезали. Люди, еще давно поняв фишку, сотрудничали с нежитью, чтобы не только выжить и быть под защитой, но и иметь очень хорошие деньги. Твои родители были не исключением. Они перебежали к нам в клан ровно в тот момент, когда Джин-Хо нас предал, перейдя в клан врагов. В то время, я уже был, скорее, как основатель клана, а исполнитель и руководитель Хёнвон, так как за все время своего существования, я очень устал всеми руководить. Мне было проще отдать бразды правления в его руки, так как я ему верю и по сей день. Может быть, это отчасти и сыграло роль в том, что твоих родителей убили. Мы просто не успели их спасти. Они были неплохими людьми, поэтому, от части, я себя чувствую даже виноватым. Твой отец и мать сделали для нас немало вещей, способствовавших нам укрепиться в этом мире. Единственное, что я смог сделать тогда, по дани памяти, успеть прикрыть тебя. Ты не помнишь этого, но Шону лично охранял тебя так, что ты об этом даже не догадывалась. В это время, Джин-Хо вырвался в кресло руководителя того клана. Была очень серьезная заварушка, в которой пострадала семья Вонхо, и сам парень от его рук. Я не буду описывать все те разборки, но итог один: мы забрали вас к себе. И чтобы там не говорил Хёнвон, тебя нужно было забрать к нам в первую очередь. Вонхо уже следом. И именно к вашей парочке такое отношение — я вас понимаю. Как вам сложно устроиться в этом мире. Как вам сложно было все это пережить и свыкнуться. Вы просто два человека, которые попали в не очень хорошую историю, так как я сам такой же. Меня обратили против воли. Назло моему отцу, которого и убили в последующем. Мне пришлось искать клан, чтобы отомстить, а дальше ты знаешь.       Я сидела после этой истории, как в воду опущенная. Такого поворота я не ожидала. Сейчас стало все абсолютно понятным. Все отношения клана к нам, почему нам многое спускали с рук.       — Как видишь, я не настолько чёрствый вампир, как ты думала. Просто я многое скрываю, так как не хочу заставлять вас грузиться.       — Но, тем не менее, ты мне это рассказал.       — Рассказал затем, чтобы прояснить ситуацию, дабы ты не наделала глупостей. Я не знаю, какие мысли у тебя роились в голове, но ход я предугадать мог. К тому же, как ни крути, я вас ценю. Не знаю, как ты будешь относиться ко мне после этого рассказа, но, надеюсь, осиновый кол в спине я у себя не обнаружу.       — Ты не виноват, что моих родителей убили, — выдавила я из себя, спустя минуту молчания. — Просто так сложились обстоятельства.       — Ты же ведь не знала, чем они занимаются?       — Не знала. Работали и работали, — я вздохнула. — По крайней мере, в этой войне, я смогла отомстить тому, кто на самом деле их убил — Джин-Хо. Остальное не важно.       — Сейчас важно одно: пока ты человек, в новой, завязывающийся войне, ты находишься в опасности. Если начнут вырезать кланы, ты первая, кто может погибнуть. Так что задумайся над своим обращением. Даю тебе неделю. Максимум. Можешь поговорить с Вонхо. Объяснить ему всю ситуацию. Здесь скрывать особо нечего. Да и полученную от тебя информацию он воспримет куда спокойнее. Не получится, я сам с ним поговорю.       — Он не захочет обращать меня из-за триггера.       — Укус не обязателен. Сделаем переливание крови. Конечно, тебе будет немного тяжелее, да и дело это муторное, но, по крайней мере, ваша связь, за которую он так держится, будет сильнее. Можешь сыграть на этой теме.       Я кивнула.       — Извини, если загрузил. Но тебе нужно было знать. Мне не очень хочется разногласий в клане.       — Знаю. Я могу идти?       — Да.       Встав и поклонившись, я в задумчивости вышла из кабинета. Тихо пройдя по лестнице, я прислушалась к звукам на кухне. Ребята смеялись и что-то весело обсуждали. Слегка улыбнувшись, я быстро поднялась в свою комнату, чуть ли не на ходу сбрасывая одежду. Мне хотелось в душ остудить голову, которая горела от избытка информации.       Быстро стянув с себя одежду и оставив ее на полу, я прошла в ванную комнату, забираясь в душевую кабину. Холодная вода заставляла покрываться кожу мурашками, но я терпела.       Мысли роились в голове в хаотичном порядке. Всю свою жизнь я привыкала к новой информации и обстановке. Но каждый раз мне не хватало какого-то пазла, который позволил бы сложить картину жизни воедино. Сейчас же все встало на свои места. Правда, от этого не становилось легче. Я всего лишь жертва определенных обстоятельств, в которые, по сути, меня втянули родители. Но их было можно понять. Им хотелось не только хорошо жить, но и содержать меня, чтобы я ни в чем себе не отказывала. Никто не мог предсказать, что будет так. На мою радость, я восприняла все это спокойно только потому, что первоначальные убийцы моей семьи и семьи Хосока были уже мертвы. Я очень хорошо помню все те чувства и эмоции: ненависть и злость поглощали меня. И я даже немного благодарна тому, что Кихён и Хёнвон позволили мне и Вонхо отомстить, пускай и имея с этого свои плюсы. Это грязный бизнес, в конце концов. О человеческой морали и этике уже давно не шло речи. К тому же, я понимала, что понятие «марать руки» у меня было в крови. Может, чуть позже, расспрошу Кихёна на тот счет, чем занимались родители.       С этими мыслями я вышла из ванной, не заметив в комнате Хосока.       — Вонхо! — я дернулась, прикрываясь полотенцем, заметив его.       Парень сидел на кровати, смотря в стену. Мои разбросанные вещи были собраны и висели на спинке стула. Кровать была расстелена.       — Как поговорила с мистером Ю? — он внимательно посмотрел на меня, пробегаясь по телу глазами.       — Это терпит до завтра? — я поморщилась, представляя, сколько придется ему сейчас рассказывать.       — Не думаю, — он поднялся с кровати, вставая напротив.       — Я очень хочу спать.       — Десять минут. Обещаю не доканывать тебя бухтением, — он улыбнулся.       Вздохнув, я быстро и очень ёмко поведала ему все, что рассказал мне Кихён. Эмоции парня менялись на глазах: от шока до злости.       — И после этого он будет говорить, что не виноват?       — Это был выбор моих родителей, — с нажимом ответила я. — Все уже давно решено. Виновные наказаны. Объяснение отношения клана к нам тоже найдено. Все! Здесь обсуждать больше нечего. Мне — нормально. А прежде чем поговорить о виновности, лучше подумай насчет моего обращения, чтобы я была не только в безопасности, о которой ты часто говоришь, но и том, чтобы не было больше лишних жертв. У меня неделя на точный ответ, кто это сделает. Не сделаешь ты, попрошу Кихёна, ну, или Чжухона… — выдохнула я. — В конце концов, если ты меня так любишь, мог бы попытаться сделать это и сам.       С этими словами я повернулась к нему спиной, чтобы достать из шкафа белье.       — Тебе так не дает покоя разговор в машине? — раздалось позади меня. — Люблю, сама же знаешь.       — Так сделай это, черт бы тебя побрал! — вспыхнула я, с шумом захлопывая дверцу шкафчика, собираясь повернуться к нему для дальнейших разборок. Спать мне уже не хотелось. Хотелось покончить со всем этим раз и навсегда, так как Вонхо удавалось играть на моих нервах удивительно просто.       Но повернуться мне не дали. Сильные руки обхватили сзади, не давая пошевелиться. Горячее дыхание обожгло чувствительную кожу на шее. Меня бросило в жар, а сердце предательски застучало где-то в горле.       — Сделать что? Обратить? — тихо прошелестел он, нежно целуя шею.       — Д-да, — запнулась я, понимая, что колени немного подкашиваются.       — Или сделать что-то другое? — еще тише произнес он, аккуратно снимая с меня полотенце, которое бесшумно упало на пол, оставляя меня полностью обнаженной.       Я ничего не ответила.       Вонхо невесомо провел ладонями по талии, очерчивая фигуру, погладил живот, грудь.       — Твое сердце давно говорит за тебя. Ты в курсе?       — Если такое творить с человеком, у любого сердце будет бешено биться, — прохрипела я.       — Не. Ври. Мне.       Его ладонь прошлась снова до низа живота.       — Ты же знаешь, почему я не хочу твоего обращения. Ты живая. Теплая. Настоящая. — с этими словами он раздвинул мне ноги ладонью, от чего мне пришлось упереться лопатками в его стальную холодную грудь, нервно выдохнув.       — Это не оправдание, — я попыталась мыслить здраво, но голова затуманивалась от его действий.       — Ровно, как и твое молчание на мои вопросы.       Горячая ладонь соскользнула с живота вниз, и я не смогла сдержать тихого стона, когда пальцы проникли внутрь, надавливая и слегка раззадоривая.       Шумно выдохнув, я нервно вздохнула.       — Еще скажи, что ты против. — все также тихо говорил Вонхо, двигая пальцами внутри.       — Хосок…       — Или тебе не нравится? — прокомментировал он через несколько минут, видя моё возбужденное состояние: меня бросило в жар, стало тяжело дышать.        Неосознанно, я поддавалась слегка вперёд, давая проникнуть ему как можно глубже. Прикрыв глаза, я тонула в сладких ощущениях, вцепившись одной рукой в его колено.       — Впервые за долгое время, я вижу тебя столь открытой. И мне это безумно нравится, — промурлыкал он, надавливая ещё сильнее.        Вместо ответа я издала громкий стон.       — Твои действия говорят сами за себя. Можешь мне больше ничего не объяснять и не отнекиваться, — медленно проговорил он, с лёгкой улыбкой смотря на меня.        Зажмурившись, я попыталась сосредоточиться на его словах, но мои мысли уплывали куда-то далеко. В основном, благодаря его пальцам, которые быстро нагревались от контакта с разгоряченной плотью. Поначалу контраст приносил остроту ощущений, но после мне стало совершенно не до этого.       Громко застонав после того, как Хосок свободной рукой сжал мою грудь, начав играть с соском, я сама дернулась вперед, стараясь принести себе больше удовольствия. Хосок мог довести меня до исступления одними пальцами, но его легкие поцелуи по шее и шумное дыхание в чувствительное ухо лишь ускоряли процесс.       Резко сжав чувствительный сосок пальцами, Вонхо толкнул пальцы сильнее, прямо навстречу моему бессознательному движению, и меня выгнуло волной удовольствия, от которой свело все мышцы, а ноги задрожали, перестав меня держать.        В ушах зазвенело, перед глазами немного плыло, а я все пыталась вернуть перехватившееся дыхание в норму. Только внимательный и довольный взгляд Шина смог вывести меня из этого состояния. На его устах блуждала довольная улыбка.       Тяжело задышав, я попыталась прийти в себя.       — Это все равно не уведет тебя от темы обращения, — выдохнула я.       — Это мы обсудим завтра. В любом случае, я обдумаю твое предложение. У меня нет желания подпускать к тебе кого-либо. Обратить имею право только я… А теперь, кто-то хотел спать, нет?       Меня аккуратно взяли на руки, следом относя и укладывая в кровать.       Хосок лег рядом, прижимая к себе.       — Я тебя ненавижу… — выдохнула я, наваливаясь сверху на Вонхо, крепко обнимая.       — Ненавидишь так, что любишь, знаю, — он кивнул, — спи.       Уткнувшись ему в шею, я провалилась в какой-то странный сон: с одной стороны тревожный, с другой стороны сладкий, где я чувствовала, что Шин снова не спит. Вместо этого он уткнулся мне в макушку, вдыхая запах, при этом нежно проводя пальцами по спине, явно думая о чем-то своем.