Судьба на "Amsterdam"

***

      Эбигейл встречает меня в аэропорту со счастливой улыбкой на лице и идет навстречу с распростертыми объятиями. Ощущая крепкие тиски рук мамы, меня прошибает на эмоции. Тоска по Лексе еще большим грузом наваливается на меня и мне даже немного стыдно перед Эбби, что даже разлучившись с ней на несколько недель, я ни разу не заскучала по ней так, как сейчас скучаю по своей девушке всего лишь по прошествии нескольких часов полета.       Возвратившись домой, я все же чувствую на некоторое время облегчение, надеясь, что родные стены помогут мне справиться с моими мыслями о расстоянии между мной и Лексой. Но как я заблуждалась, надеясь на то, что с началом четвертого курса университета я с головой погружусь в учебу и меньше буду думать о своей любимой зеленоглазой австралийке.       Ни один разговор по skype или whats app с Лексой не способен компенсировать острой нехватки под боком любимой, которая, знаю, скучает по мне не меньше моего. — Не грусти, родная, — улыбаясь в камеру, Лекса стучит по ней, шутливо передавая мне щелчок в лоб за мою грустную мордашку. — Мы выдержим. Тем более я уже вовсю занимаюсь документацией по филиалам в вашем городе, который скоро тоже станет моим. — Нашим, — я нахожу силы подарить улыбку веб-камере, то есть Лексе, уже представляя тот день, когда я встречу свою ненаглядную в аэропорту Лос-Анджелеса. — Как тебе начало учебного года? Успела уже выделиться чем-то особенным? — Лекса жует протеиновый батончик и посматривает на меня особенно любопытным взглядом, словно чувствует, что рядом со мной лежит тоже батончик, но вовсе не протеиновый и даже не мюсли, а обыкновенный шоколадный, за что меня бы отчитала Лекса непременно, уличив меня в нарушении солидарности с ней в правильном питании. — Я успела выделиться лишь тем, что постоянно витаю в облаках, думая о тебе, и даже Октавия, своими потряхиваниями меня за руку под столом, не всегда способна меня вывести из парения в мыслях. — Я тоже постоянно думаю о тебе, малышка, — почему-то улыбка резко покидает пухлые губы и зеленые глаза, в упор, стреляют в меня тоскующим взглядом. — И вроде бы куча дел не должна оставлять мне вообще свободного времени, но все равно мысли о тебе в голове железобетонно прописались в мой распорядок дня, — в этот момент я замечаю за спиной Лексы чью-то тень и мой лоб хмурится от прищуренных глаз, устремленных в экран ноутбука. — У тебя кто-то в гостях сейчас? — не сдерживаю любопытства, смотря на свою девушку с монитора, которая резко отворачивается от камеры и машет кому-то рукой. — Да… Рэйв? Ну подойди сюда, пожалуйста. Вам все равно рано или поздно придется познакомиться, — рядом с Лексой всплывает девушка латино-американской внешности и я нахожу ее достаточно привлекательной, чтобы ощутить острый укол ревности. — Это Кларк, о которой я тебе так много писала и рассказывала. — Привет, Кларк. Меня зовут Рэйвен. Мы с Лексой дружим еще с пеленок, поэтому могу сразу сказать, — Лекса толкает подругу в бок и грозно буравит своим взглядом, приказывая замолчать. — Да я и ничего, собственно.., — не люблю ложь в любой интерпретации, но эта лишь во благо. Однако, похоже, что глаза выдают меня с потрохами, потому что Лекса моментально реагирует на мое отрицание. — Милая, я абсолютна честна перед тобой. — А почему ты промолчала, что у тебя в гостях подруга? Созвонились бы тогда в другое время… — И ты думаешь, я смогла бы спокойно общаться с ней? — Лекса смотрит в сторону, куда отошла несколько секунд назад Рэйвен, и, видимо подруга, обидевшись на слова брюнетки, состроила той либо гримасу, либо показала фак, либо — и то и другое, потому что Лекса показывает в данный момент средний палец и свой длинный язык. — Не могу нормально реагировать на то, как ты выставляешь свой язык, — тихо проговорила я, стараясь, чтобы мои слова не были услышаны Рейвен. — Ты моя плохая девочка.., — Лекса прикусила нижнюю губу и устроила свой подбородок на совмещенные в замок пальцы рук, устремив свой взгляд прямо в камеру. Даже на расстоянии этой девушке удается возбудить меня, что я невольно уже начинаю елозить в кожаном кресле, которое неприятно захрустело. — Ты, пожалуй, права… Я сама с трудом держусь, Кларк… И Рейвен не хочется вводить в смущение нашим диалогом… Но... — Лекса приблизила микрофон максимально близко к губам и прошептала мне. — …ты меня заводишь безумно… — Кто бы говорил, — закатила я глаза, чувствуя, как спазмы скручивают низ живота. — Я все слышу! — громко смеясь за пределами камеры послышалась подруга Лексы. — Кстати, родная. Ты не заглядывала в мейл? Там я тебе кое-что прислала. Я уже это приспособила у себя на тумбочке возле кровати… — Интрига? — как же мне хотелось прямо через монитор затянуть к себе Лексу, чтобы ощутить её аромат, её дыхание. Моё богатое воображение уже воспроизводило присутствие девушки рядом и я почувствовала как мои глаза обжигают слёзы. — Всё в порядке? — обеспокоенно спросила Лекса, пристально всматриваясь в изображение на своём мониторе. — Да. Просто я очень скучаю… — И я по тебе скучаю, милая. А сейчас загляни в почту., — я раскрыла браузер и вошла в свой мейл. Вложенный файл изображения в письме от lexstrat@mail.ru. — Откуда эта фотография? — я любовалась кадром, который кто-то сделал, оставшись незамеченным. Тот день, когда я едва не свалилась за борт от того, что Лекса приобняла меня неожиданно со спины, а я стояла в позе Розы Дьюитт Бьюкейтер на баке лайнера. — Какой-то парень-корреспондент, путешествующий по миру и делающий случайные кадры. Отец его застукал, как тебя, в носовой части корабля и тот предъявил свой фотоаппарат, где были запечатлены мы с тобой. Он хотел, чтобы и нас нашли и наказали, но паренёк же не в курсе, что на фото была дочь самого владельца «Амстердам»., — Лекса так радовала сейчас меня своей улыбкой во все 32, а я не прекращала рассматривать фотографию. — Так ты говоришь, что ты пристроила фото у себя на тумбочке? — я приподняла бровь, вопросительно обращаясь к любимой. — Дааа., — Лекса на пару секунд исчезла с моего экрана, а затем появилась с серебристой фото-рамкой и вытянулась в улыбке, разворачивая ко мне изображение. — А мы здесь с тобой прямо действительно как в Титанике. — Да. Кадр очень удачный. Надеюсь, он не сфотографировал тот момент, где я чуть не вылетела за борт? — я улыбнулась, а Лекса прыснула смехом. — Я представила и это был бы ещё более живой кадр. — Между прочим, не смешно, — буркнула я, а у самой улыбка не сходила с лица. Стоило нам с Лексой разговориться, в дверь позвонили. — Подожди секунду. Кого-то там принесло ко мне на ночь глядя., — я в одно мгновение оказалась уже у двери, а на пороге стояла Октавия с Линкольном. — Оууу! Какой сюрприз! А мы тут… с Лексой разговариваем по скайпу., — Линкольн округлил глаза, удивляясь, что я знакома с его сестрой. — Неужели моя сестрёнка наконец нашла хорошую девушку и не повелась на очередную стерву., — улыбнулся парень, продвигаясь в направлении комнаты, куда я пригласила их с Окти. — Привет, систр, — увидев на мониторе Лексу, Линкольн устроился поудобнее на стуле и я поняла, что теперь мой диалог с любимой скоро завершится. — Привет старшему брату и его невесте, — улыбнулась брюнетка, кивая парню и Октавии в знак приветствия. — Решили в гости к Кларк зайти. Соскучились по ней, пока она бороздила моря? — Дааа! — Октавия притянула меня к себе очень крепко, а я смотрела всё время в монитор и заметила, что Лекса поджала губу и на её лице проскользнула грусть. — Мы никогда так на долго не разлучались с Кларки.       Мы около часа втроём общались по скайпу с Лексой, которая поделилась с нами своими ближайшими планами на неделю. Мне же предстояло на выходных выехать на природу с одногруппниками и делать разнообразные зарисовки для университетской творческой газеты. Я могла бы справиться с заданием и без этой совместной коллективной вылазки на природу, но всё же пришлось не выделяться в этот раз из толпы.       Все дни до поездки я витала в облаках, представляя, что чем быстрее я вольюсь в этот университетский проект, тем раньше Лекса прилетит в Лос-Анджелес. — Кларк! — кричала Эбби из гостиной, поторапливая меня к уже стоявшему возле дома микроавтобусу. — Ты там скоро? — Да, мам. Уже выхожу… — Осторожнее там на природе. — Ну сколько мне лет-то, в самом деле? Не маленькая. Всё будет хорошо, — я быстро поцеловала Эбигейл в щёку и выбежала из дома. — Мы уже собирались уезжать без тебя, — улыбалась Октавия, придерживая для меня сидение рядом с собой. Я плюхнулась в кресло и бросила рюкзак в ноги. — Не уехали бы вы без меня., — закатила я глаза в возмущении.       Всю дорогу до каньона я то и дело поглядывала в экран смартфона в ожидании смс от Лексы. Но мы уже даже когда приехали на место, я так и не дождалась сообщения от любимой. В расстроенных чувствах я приступила уже к первой зарисовке. Начиная уже рисовать второй эскиз, меня стали подзадоривать одногруппники, чтобы я пошла на разведку в горы. Я долго сопротивлялась и Октавия также была против подобного рода прогулки, но стоило под вечер всем увлечься выпивкой, так во мне пробудилась какая-то сумасбродная тяга к приключениям и вот я уже иду в глубь лесной чащи с парнями, а Октавия меня старается отговорить, с жалобными глазами оттягивая меня за рукав толстовки. — Я пожалуюсь на тебя Лексе., — Окти прекрасно знала на что можно надавить, но сейчас упоминание Лексы резануло меня и я с ещё большим энтузиазмом пустилась с одногруппниками на разведку. — Тебе точно не сдобровать! — Она мне за сегодня даже ничего не написала и не ответила на моё пожелание с добрым утром. А я устала весь день пялиться в телефон, надеясь увидеть от неё смс. — Ну она девушка деловая, наверняка разрешает дела с бизнесом. Уж точно не из-за нежелания она не пишет. — Понимаю это, но мне нужно отвлечься, О., — я уже не оборачивалась на подругу, а шла за парнями. — Как знаешь… — печально сказала Октавия уже вслед мне.       Парни начали дурачиться и Беллами Блейк резко подхватил меня на руки и не желал отпускать. Я знаю давно о его чувствах ко мне и пожалуй, пойти гулять в горы в компании, где был шатен — было моей наихудшей идеей. Когда наконец мои ноги вновь почувствовали землю, то я обогнала Блейка, чтобы у него не было возможности отделиться от остальных со мной наедине. — Вон там! Я уже слышу горную реку! — довольно крикнул Джаспер Джордан и пустился со всех ног на шум воды. Остальные парни рванули следом наперегонки. Я не обладала такой атлетической легкостью и просто ускорила шаг. Бежать сейчас мне хотелось меньше всего. — Принцесса! — неожиданно в меня влетает Беллами и подхватывает на руки, когда я почти дошла до парней, разглядывающих каменистый обрыв, под которым бушевала горная река. — Бля! Отпусти уже, Блейк! — я брыкаюсь в тисках парня, но потом чувствую как его ноги не совсем уверенно держатся и под нами обрушивается рыхлая полу-каменистая земля. Я слышу крики парней, когда мы с Беллами уже летим прямо в горную реку. Но понимаю происходящее я лишь с пару секунд, потому что дальше была лишь темнота.       Высота обрыва была примерно с десятиэтажный дом и я не знаю, как моё сердце не остановилось еще на первых метрах полёта. Но я очнулась от противного ощущения чужих губ на своих. Беллами Блейк в мокрой до нитке одежде делал мне искусственное дыхание, потому что я наглоталась воды, пока моё тело, находившееся без сознания, барахталось в быстрых водах горной реки.       Искривившись в гримасе от того, что брат моей лучшей подруги своим ртом прикасался к моему, я приподнялась на локтях, но ощутила головокружение. — Ты жива, Принцесса., — выдохнул парень, обессиленно опустившись рядом со мной. На долю секунды мне даже стало его немного жалко. Он всё-таки спас мне жизнь. Но и из-за его дурной привычки поднимать меня на руки мы и встряли в неприятности. — А куда я денусь? Блять! — я расстегнула молнию кармана толстовки и вытащила оттуда свой телефон, за экран которого можно было подселить теперь рыбок, ибо там плюхалась вода. Разумеется, телефон был мёртв и я с досадой опустила голову вниз. — Не расстраивайся из-за такой мелочи… — Ты — придурок, Блейк! Мне не телефон чёртов жалко, а то, что он мне просто нужен! — Я куплю тебе новый… — Нахер мне не сдались твои подношения! — мои мысли крутились сейчас вокруг Лексы, а точнее — вдруг она что-то написала мне или пыталась звонить, а я недоступна.       Я снова попыталась сделать попытку встать на ноги, но теперь помимо головокружения я ощутила резкую боль в лопатке и щиколотке. Я ощупала пальцами ногу и сморщилась от боли. Похоже я нехило побилась о подводные камни, пока тонула. — Нам нужно найти обратный путь отсюда… — Только хер знает как мы отсюда поднимемся. Ты в курсе, что я пока не замечаю никакого подъёма, никакой тропы наверх! И мы не имеем средств связи. Замечательно! — Не паникуй, Принцесса. — И прекрати меня уже так называть! — Кларк… А ты не думаешь, что мы сейчас с тобой оказались вдвоём наедине, в такой накаляющей обстановке неспроста? — Серьёзно, блять? Ты ещё умудряешься мне сейчас говорить, что всё это, блять, романтично?! — я ужасно злилась на Беллами, я ужасно злилась на свою боль в теле, и ужасно злилась на Лексу, от которой, до моего падения с обрыва, так и не дождалась ни единого сообщения. — Прости, что так вышло. Ну дурак я. — Полный придурок., — процедила я уже не со злостью, а скорее с отчаянием в голосе.       Беллами помог мне встать на ноги, а я морщилась от боли. Пришлось опираться на плечо парня, пока мы пытались найти хоть какой-то вариант подняться наверх. Очень скоро остальные ребята занервничают, что нас нет. И Октавия, наверняка, как только мы увидимся снова, начнёт с фразы «я же предупреждала…». — Постой., — Беллами вытащил платок из куртки и приложил его к моему виску. — Кровь снова пошла. Ты ударилась…       Я промолчала, медленно передвигаясь, не без помощи Беллами, на больной ноге. Мы шли в таком темпе, наверное, часа два — не меньше. Я прикрыла глаза, чувствуя как моя ключица неприятно начала болеть. Опустившись на землю, приняла удобное положение сидя и приоткрыла край толстовки, под которой моя прошлая сквозная рана покраснела. Это показалось мне странным. Уже продолжительное время она меня не беспокоила. Бедро до сих пор побаливает, но ключица точно уже зажила. Видимо удар пришелся и по ней. — Всё в порядке? — спросил тихо Беллами, внимательно наблюдая за мной. — Что это у тебя за шрам? — Неважно., — я быстро прикрыла край толстовки и поспешила встать на ноги. — Может быть расскажешь? — Не хочу, — процедила я, проворачивая в своей голове тот день предательства Чарльза Пайка.       Мы с трудом добрались до извилистой каменистой тропы, ведущей наверх, уже ближе к закату. Солнце очень быстро садилось за линию горизонта и становилось всё сложнее пробираться сквозь лесную чащу без фонарей, без огня. Через полчаса мы уже шли практически на ощупь и сейчас я радовалась тому, что я здесь хотя бы не одна. Как только мы добрались наверх, услышали голоса наших ребят, которые уже искали нас. Мы окликнулись и шли уже на свет, пробивающийся сквозь густые лесные заросли. — Слава Богу! — Октавия бросилась мне на шею, крепко обнимая. — Я так переживала! Ребята рассказали, как вы слетели с обрыва. — Со мной всё в порядке, правда, — соврала я подруге, пытаясь её успокоить. — Лекса мне написала, представь себе? Она написала тебе смс, но оповещения о доставке не пришло, поэтому пыталась до тебя дозвониться. — Ты не рассказала ей, надеюсь.? — я прищурилась, глядя на Октавию, которая уже виновато опускала вниз свой взгляд. — Вообще-то, мне пришлось. Иначе бы всё выглядело так, будто ты обиделась на неё. Я врать не умею, да и., — телефон Октавии заорал, проигрывая песню --- Raign — Empire Of Own --- — Это Лекса, — с волнением в голосе, сказала Октавия и по моему кивку-согласию, провела по сенсору «принять вызов». — Да, они вернулись. С ней всё в порядке. По крайней мере, она мне так сказала… Да. Передаю!       Сколько же эмоциональных слов скатилось с языка Лексы в мой адрес. Девушка уже невесть что себе понапридумывала и в её голосе я слышала нотку надрыва слёз. Она переживала за меня и жалела, что не находится рядом, чтобы «понадавать» мне «по голове» — цитирую Лексу.       Возвращались мы в Лос-Анджелес уже по глубокой ночи и я прикорнула на заднем сидении микроавтобуса, пристроив голову на плече Октавии. Проснулась я от лёгкого расталкивания меня в предплечье. Сонно плетясь к дому, я уже с огромным трудом передвигала свою травмированную ногу и поняла, что завтра я вообще не смогу на неё встать. Эбигейл встретила меня на пороге взволнованная, уже приготовив эластичный бинт и мазь. — Тебе сообщила всё Октавия? — я искривилась в недовольной гримасе, уже усаживаясь на диван и вытягивая перед собой ногу. — Ведь ты бы сама промолчала. Знаем мы все тебя прекрасно… Терпи, — приказала мне Эбигейл, пульпацией проходясь по моей уже разбухшей щиколотке.       Пропрыгав почти на одной ноге до своей спальни, меня вырубило в мгновение. Я даже не сняла с себя всю одежду, оставшись в джинсах и майке. Сил хватило лишь на то, чтобы сбросить толстовку.       Я проснулась от пульсирующего по моим векам солнечного света и с болью в мышцах, при потягивании в постели, поморщилась. Меня печалило, что теперь единственное портативное средство связи с моей любимой девушки — «утопленник». Я потянулась за ноутбуком, но разумеется, утром увидеть «онлайн» Лексы в скайпе было невозможно. Мне ужасно не хватало моей любимой и я просто готова была лезть на стену от несправедливости жизни, что и без того находясь на бешеном расстоянии, у меня отняли ещё и телефон. — Вставай, соня! — улыбнулась мать, застряв в дверном проёме моей спальни. — Держи, — и словно моя тоска была услышана самим Всевышним, в моих руках уже сжимается коробка нового смартфона. — Спасибо, мам! — я притянула к себе Эбигейл и поцеловала ту в щёчку. — Я же знаю, как ты скучаешь по Лексе., — пожала плечами мать и я поняла, что эта женщина по-настоящему святая.        Вставив новую сим-карту в телефон, я поняла, что не помню номера телефона ни Октавии, ни Лексы и проматерилась про себя. Благо, что номер Октавии был у Эбигейл и я могла теперь через подругу добыть и номер телефона любимой. Буквально через пять минут я уже набирала сообщение Лексе, которая мне уже моментально ответила. Вчера я зря на неё была в обиде и у девушки действительно было множество юридической волокиты по развертыванию филиалов фитнес-клуба в Лос-Анджелесе. Моя нога, как и предполагалось, жутко изнывала от боли и сегодня мне пришлось остаться даже дома, пропустив лекции в университете. Октавия весь день чатилась со мной в вотсапе, а Лекса снова крутилась как белка в колесе, расправляясь с вопросами по бизнесу. Уже через пару недель девушка обещалась прилететь ко мне в Лос-Анджелес, но пока лишь для урегулирования некоторых моментов по филиалам, поэтому нам побыть вместе вряд ли удастся достаточно долго. Но уже после этого, в случае успеха, Лекса вернётся в ЛА уже на постоянное время и мы будем наконец вместе.

***

      Две недели тянулись для меня особенно медленно, потому что я буквально отсчитывала минуты до встречи с моей любимой девушкой. Сегодня она приземлится в международном аэропорту Лос-Анджелеса и я смогу её обнять и поцеловать. Моя заветная мечта сбудется и несколько дней я буду самой счастливой, пока брюнетка снова не вылетит в Сидней, чтобы вновь оставить меня. Об этом я старалась не думать, чтобы не грузить свою голову печальными мыслями, но как оказалось — это достаточно сложно.       Расплатившись с водителем такси, я выползла из машины и прихрамывая до сих пор на незажившую ногу, направилась в сторону терминала, откуда я смогла бы увидеть свою Лексу, выплывавшую с толпой других пассажиров.       Меня слегка пробивал мандраж. Немного отвыкнув от общества Лексы, я боялась снова быстро к нему привыкнуть. Вот я вижу её, направляющуюся уверенным шагом, но с несколько растерянным взглядом, который рыскал в толпе народа, очевидно, в поисках меня. Я попрыгала на месте, делая упор на здоровую ногу, размахивая руками и выглядела, скорее всего, как чокнутая, но мнение окружающих меня заботило меньше всего, а особенно — в данный момент. Лекса уже ускорила шаг и полубегом добирается до меня, затягивая в крепкие объятия и целуя в губы. Толпе было наплевать — все торопились, приветствовали своих родственников, гостей. Мы стояли посреди этого столпотворения счастливые и влюбленные. Я не верила в присутствие наконец-то рядом со мной Лексы, отчего у меня на глаза пробивались слёзы счастья, а брюнетка сдерживалась старательно от проявления излишних эмоций. Она держала меня крепко за руку, пока мы пробивались сквозь поток людей. Проделав путь через всё здание аэропорта, мы наконец оказались на улице и вдохнули полной грудью от облегчения. — Ну и дурдом же, оказывается., — улыбалась счастливая Лекса, не отпуская моей руки из своей, а я уже вызывала такси, которое подъехало к нам уже через пару минут. Эбигейл была не против, чтобы Лекса осталась у нас на время пребывания в Лос-Анджелесе, чему я несказанно была благодарна матери.       К сожалению, брюнетке пришлось через пару часов уехать по делам насчёт филиалов, и до вечера нам пришлось попрощаться друг с другом. Времени действительно было категорически мало, чтобы мы смогли бы хоть как-то компенсировать нашу долгую разлуку. Лишь мысль о том, что Лекса в итоге переберётся окончательно в ЛА, грела меня.       Я приготовила к возвращению Лексы ужин и как же я радовалась, что вовремя расправилась с готовкой. Брюнетка приехала где-то через двадцать минут после того, как я вытащила из духового шкафа мясной рулет. Эбигейл стала всё чаще оставаться у Маркуса, но теперь меня это не напрягало и я радовалась за то, что мама наконец счастлива. Я приглашала на ужин Эбби, но она деликатно отказалась и я понимала почему — она не хотела мешать нам с Лексой побыть наедине. — А ты прямо шеф-повар, милая, — Лекса сидела напротив меня за столом и мы всё же спустя продолжительное время без спиртного, выпили по бокалу вина, а дальше просто кушали и баловались фруктовыми напитками. — Всё очень вкусно. Не жена, а просто сокровище у меня, — улыбнулась девушка, притягивая меня к себе, когда мы уже распластались на диване напротив телевизора. — Даже жена? — я лежала на коленях Лексы, а пальцы девушки ныряли в мои волосы, нежно их разглаживая. — Ну ведь ты согласилась выйти за меня, а значит ты практически неизбежно моя, — вытянулась в улыбке довольная Лекса, но которая уже была утомленной от сегодняшнего насыщенного дня. — Как продвигаются дела по филиалам? — я запрокинула голову назад, устроившись на спине всё ещё на коленях Лексы, и посмотрела на неё снизу-вверх. — Продвигаются и даже быстрее, чем я могла предполагать. Так что, думаю, что уже через месяц я окончательно сюда перетянусь, — Лексы склонилась над моим лицом и я почувствовала резкую жажду…не воды, а того, насколько я желаю эту девушку. Но я знала, насколько за сегодня Лекса вымоталась и я попридержала своих борзых на упругих ремешках.       Пухлые губы накрыли мои влажным горячим поцелуем и от этого мне становилось всё сложнее контролировать себя. Моё тело, от единственного этого невинного, казалось бы, поцелуя, изогнулось в дуге и с моих губ сорвался томный выдох, который сопрождался придыхательным хрипом. Лекса тоже тяжело дышала, её желваки на скулах пульсировали, а ноздри раздувались как в гневе, но я понимала, что всё в поведении брюнетки выдаёт схожее с моим желание. — Я хочу тебя…прямо сейчас., — выдохнула мне в губы горячим воздухом Лекса, вжимая моё тело в диван, а запястья сдерживая по моим бокам. — Прямо здесь? — я точно также, в губы Лексы, задала вопрос. — Как хочешь… Но я буду не против, если прямо здесь и сейчас… — Я так тебя хочу… Тоже… --- Dua Lipa — Bad Together --- Oh, no, I don't care what's been done here before me I don't give a damn just as long as you care 'Cause, baby, I've been bad, but the heavens forgave me You don't need to ask 'cause I'm already there Let's be bad together, baby, you and I Let's be bad together, if only for a while Let's be bad together, make the devil smile Let's be bad together, let's be bad together       После этих слов мои запястья плотнее вбиваются в диван, а Лекса уже всем корпусом наседает на меня. Мои руки вырываются из тисков брюнетки и я, неожиданно для себя, издаю какой-то хищный рык, а брови Лексы приподнимаются игриво, её взгляд выражает огромную заинтересованность — что будет дальше? А дальше мы меняемся положениями и девушка оказывается подо мной. Я стягиваю со своих брюк узкий кожаный ремень и резко завожу руки Лексы ей за голову. Девушка прикусывает нижнюю губу, а её взгляд, распалённый разыгрывающейся между нами страстью, метается из угла в угол, а зеленоватые глаза становятся слегка затуманенными, словно их окутывает какая-то призрачная дымка, что случается с человеком при алкогольном опьянении. Но наше опьянение было взаимным и друг от друга. Удары моего сердца и пульсации тела проходили через всё моё тело, а низ живота сводило сладкой негой.       Когда руки Лексы оказываются стянуты ремнем за её головой, мои губы грубо затыкают рот девушки поцелуем, когда та хочет что-то сказать. Разорвав поцелуй, губы Лексы двигались уже вниз, тонкой дорожкой поцелуев по моей шее, касаясь горячим влажным языком моей оголившейся из-под майки ключицы со шрамом. С моих губ слетает полу-стон и я прогибаюсь в спине, выпячивая свои бёдра вперёд. Лекса выкручивает руки из-за головы и её пальцы ловкими движениями расстёгивают пуговицы моей рубашки, открывая позже обзор на мою грудь, которой бюстгальтер уже явно мешал, чтобы показать моё возбуждение посредством вставших затвердевших сосков. — Освободи меня., — хрипловатым голосом обратилась ко мне Лекса, разворачивая свои связанные запястья, пытаясь ослабить хватку ремня. — Так быстро? — Я позволю тебе связать меня ещё раз, обещаю., — взгляд брюнетки был возбужденным и она явно что-то задумала. Я опасалась даже освобождать её, не зная, чего можно ожидать от Лексы в подобном состоянии.       Я всё же ослабила ремень, стягивающий запястья девушки и она поспешила удалиться из комнаты, хотя я думала, что как только освобожу её, то она набросится на меня в порыве животной страсти. Несколько позже я уже было расслабилась, но в дверном проёме моей спальни появляется Лекса… Я сглатываю ком возбуждения, пропуская его, кажется, массивной ледяной глыбой по своему горлу. Брюнетка одета…в портупею из натуральной кожи, со множеством мелких и широких ремешков, а на месте, где полагается находиться трусикам, я замечаю латексный фаллос, закрепленный ремешками на бёдрах Лексы. Кожа брюнетки слегка мерцает и я понимаю, что она намазалась каким-то маслом.       Лекса приближается ко мне, а мои ручонки безвольно тянутся к её бёдрам и притягивают к себе. Я не заметила, что в руках девушки был снейк и моя спина получает пару обжигающих ударов и моя нижняя губа оказывается прокушенной до крови от возбуждения, накатившего на меня ядерной волной.       Брюнетка отталкивает меня на спину, а затем стягивает с портупеи закрепленные сзади наручники, которые я тоже не заметила. В одно мгновение браслеты оказываются на моих запястьях и руки уже пристёгнуты к изголовью кровати. Я снова прикусываю губу, а Лекса практически пожирает меня своим хищным взглядом, нанося размашистый удар снейком прямо по моей взбудоражившейся груди. Моё тело прогибается в дуге и руки изо всех сил бьют по металлическому изголовью кровати металлом наручников. Запястья слегка покалывало и обжигало, но всё это ещё больше заводило меня в плен страсти. — Ты обещала, что я смогу тебя снова., — Лекса прикладывает указательный палец к моим губам, повелевая замолчать. — Тсс, Принцесса…ни слова, — и снова из ниоткуда в руках брюнетки уже шариковый кляп на кожаных ремешках, которые защёлкиваются на моём затылке. Я дёргаюсь и пальцы сжимают металлический прут изголовья до такой степени, что я чувствую, как вены на руках вздуваются. Лекса насядает на меня прямо промеж ног, раздвигая их шире резковатыми движениями, а мой клитор жалобно уже просит новой порции, став твёрдым. Уже не в силах сдерживаться, я снова дергаюсь, потому что становлюсь влажной всё сильнее. Лекса чувствует моё сексуальное напряжение и направляет латексный фаллос так, чтобы он надавливал на клитор сквозь ткань моих джинс. Я сквозь зажатый между зубами шарик буквально умоляю брюнетку, чтобы она стянула с меня уже наконец эти треклятые брюки и вошла в меня. Сквозь шарик моя мольба походила на рычание хищного зверя, на что Лексы ухмыльнулась и вытянулась в какой-то коварной улыбке. Она определенно вела игру по измождению моего либидо и я уже стонала. Наконец мои молитвы были услышаны и Лекса грубо, по-варварски даже, стягивает с меня джинсы, а мои ноги помогают быстрее от них избавиться и замечая моё желание, девушка нарочно затягивает процесс. Стянув ровно до колен джинсы, два пальца Лексы надавливают на мой клитор сквозь влажную ткань трусиков танга и с моих губ срывается мычание. Брюнетка снова коварно улыбается, а затем прикусывая нижнюю губу, сбрасывает с меня полностью брюки, стягивая следом моё нижнее бельё. Лекса присаживается сверху моей влажной зоны бикини и трётся фаллосом о мой клитор. Затем зажимая его с боков пальцами, направляет прямо внутрь и моя спина прогибается в дуге. Губы стараются ловить воздух, но из-за кляпа я едва могу приоткрыть рот. Когда красивая упругая грудь в портупее, с наклеенными крестообразно поверх сосков черными полосками изоленты, касается моего лица, нарочно обтираясь об него, я снова желаю избавиться от треклятого шарика между зубами. Лекса, замечая мои мучения, вытаскивает кляп и мой рот с долю секунды остаётся приоткрытым от затёкших лицевых мышц. — Ты хотела что-то сказать, Принцесса? — улыбалась коварной хищной улыбкой Лекса, подхватывая пальцами моё лицо за подбородок. — Освободи., — неузнаваемым для меня самой голосом произнесла я, на что брюнетка лишь отрицательно покачала головой, а затем неожиданно, но плавно ввела фаллос в меня, на что с моих губ вырвался хрипловатый стон. — Чёёёёёрт… Я не… Продолжай… Пожалуйс… Бляяяяять! — смачно выругавшись, я изо всех сил ударяю скованными запястьями по изголовья, а Лекса довольно вытягивается в улыбке, понимая, что я только что кончила. Девушка отстегнула наручники и сняла их с моих запястий. Я притворилась уставшей, а сама уже прокручивала сценарий, как я сделаю Лексу своей заложницей. Моя улыбка до ушей вызвала подозрения у брюнетки, поэтому, пока она ни о чём не догадалась, я схватила наручники, лежавшие сбоку от Лексы и завалив девушку лицом в подушку, защёлкнула браслеты на запястьях. — А ты великий стратег, Кларк., — прикусив губу, брюнетка уже явно ожидала от меня дальнейших действий. Я выдвинула ящик из прикроватной тумбочки и вытащила моток верёвки. Пододвинув Лексу ближе к изголовью, я завела её руки за голову и начала обвязывать в локтях руки девушки, привязывая её к кровати. Затем я раздвинула на ширину плеч ноги Лексы и села между ними, привязывая каждую ногу к металлической конструкции кровати. Когда девушка была полностью обездвижена и находилась в моей власти, я довольно потёрла ладоши. Взгляд Лексы метался по сторонам. Она явно нервничала, не зная чего от меня сейчас ожидать. А моя рука уже тянулась к ремешках на бёдрах брюнетки, желая заполучить латексный фаллоимитатор. Я закрепила его теперь на своих бёдрах и продефилировала на пару секунд перед зеркалом, а Лекса, казалось, прокусит сейчас до крови свою нижнюю губу, уже размечтавшись о дальнейшем ходе нашей игры.        Я уселась напротив Лексы, сжимая в руках снейк и метнула им размашисто по воздуху, который пропустил свист. Затем я нависла над лицом девушки, заткнув её рот намеренно небрежным поцелуем. Мои пальцы сжимали бёдра Лексы, которые слегка дёргались, а мои вены на шее начинали пульсировать от накатывавшего новой волной желания обладать этим телом подо мной…таким покорным телом… Я направила фаллос к напряженному клитору Лексы, который напрягся после моего прикосновения пальцами. Я обхватила фаллос и начала его медленно вводить в брюнетку. Признаюсь, меня слегка прошибала испарина, потому что я никогда не проделывала подобного и боялась причинить Лексе боль, но когда её губы подёрнулись не гримасой боли, а наслаждения, я поняла, что всё делаю правильно. И вот я начинаю управлять своими бёдрами, туда-сюда проталкивая фаллос внутри моей девушки, которая начала издавать стоны и я хотела было сначала заткнуть её кляпом, но решила просто зажать рот Лексы ладонью. Она прикусила мою ладонь и от этого милого невинного жеста у меня по всей коже пробежалось будто разом десять, минимум, табунов мурашек. Когда фаллос снова оказался снаружи, я плюхнулась рядом с Лексой, которая несколько учащенно дышала и её тело блестело уже не только от масла, но и от пота. Я освободила её от верёвок и наручников и наши пальцы рук сжались в замок и мы лежали продолжительное время даже не шевелясь, а просто наслаждаясь прошедшим моментом единения.

***

      Три дня Лексы в Лос-Анджелесе пролетели как один час и вот уже прошло почти три недели, как моя девушка вернулась в Сидней, покинув меня снова и оставив на попечительство одиночеству и грусти. Я снова как ненормальная вычеркивала числа в календаре до нашей новой встречи, которая уже должна была состояться через шесть дней, которые тянулись особенно медленно от моего усиливавшегося ожидания. — Ты только не встречай меня в аэропорту, окей? — сказала Лекса вечером по скайпу, а мои брови вопросительно взметнулись почти на лоб. — Но как же? — Не нужно. Поверь, — брюнетка как-то загадочно улыбалась и я почему-то слегка сейчас побаивалась, что может учудить моя девушка.        На утро следующего дня мне нужно было ехать за город, чтобы привезти снимки моей клиентке, которой пару недель назад я устроила фотосессию. Эти фотографии вышли достаточно «живыми» и я рада была тому, что моё портфолио благодаря новым кадрам несколько также «оживилось». Когда я вышла из дома, то не обнаружила автомобиля Октавии, которая согласилась на сегодня побыть моим водителем. Я озиралась по сторонам и пожала плечами, не понимая происходящего. Посмотрела на наручные часы. 10.20. Уже пора бы подруге было быть на месте, при учёте её безумной пунктуальности. Когда я собралась уже вернуться в дом, мой рот и нос накрывает тряпка с хлороформом и мои ноги теряют под ними почву, а тело становится ватным.       Я открываю глаза, но ничего не вижу из-за повязки на глазах. Руки связаны за спиной, ноги тоже. Зубы зажимают завязанную вокруг головы тряпку. В моей голове прокручивались почему-то не совсем радужные сценарии. Что если меня везут куда-то, чтобы убить. И почему похититель ничего не говорит, ведь наверняка он должен был заметить как я пришла в чувства. Судя по тому, как потряхивало меня, лёжа на мягком сидении, это был весьма комфортабельный, вместительный автомобиль. Я сжала плотнее зубы, попытавшись что-то сказать, но вырвалось лишь нечленораздельное нечто. Тишина. Словно меня на замечают. Машина тормозит. Пассажирская дверь открывается и меня вытаскивают из салона, подхватив под локти и волоча по земле мои ноги. Я уже приготовилась к тому, что меня сейчас со всей силой швырнут лицом в эту самую землю, но этого не происходит. Меня тащат куда-то вверх, а ноги уже болтаются сзади. Я сжала плотнее зубы от боли, почувствовав как мои пальцы ног отбиваются о твёрдую поверхность. Куда-то заводят — судя по всему, это было небольшое помещение. В нос ударил какой-то знакомый аромат. Мои поджилки напряглись, когда с глаз стягивается повязка. Передо мной довольное лицо Лексы и я громко выдыхаю уже сквозь кляп. — Удивлена? — Ты хотела, чтобы у меня сердце остановилось? — я несколько разозлилась сейчас на девушку, которая хотела устроить мне розыгрыш-сюрприз. — Прости. Так было надо., — Лекса сглотнула, подавляя ком в горле. Я оглянулась по сторонам и моё сердце пропускало сейчас словно тысячи ударов в секунду, хотя такое было просто физически невозможно. Мы находились в каюте Лексы и на меня накатили воспоминания. Мы снова на борту «Amsterdam» и на мои глаза наворачиваются слёзы счастья. Только сейчас я заметила, что Лекса была одета в элегантный брючный костюм светло-кремового цвета, белоснежную сорочку с галстуком-бабочкой, а её тёмные локоны были забраны сзади в переплетенные между собой косички. — Что… Как вообще ты оказалась здесь…раньше запланированного времени нашей встречи и ещё на лайнере… Я просто не понимаю. — Ты не рада, что мы встретились раньше? — с разочарованием в голосе спросила Лекса, а я тут же поспешила исправить положение. — Наоборот! Я…ты не видишь эти чёртовы слёзы? — я размахивала ладонями перед своим лицом, позволяя слезам немного высыхать. — Я люблю тебя., — хриплым голосом произнесла Лекса, а к моему горлу подступил ком и я, казалось, просто умру сейчас от испытываемого во мне счастья, что меня разорвёт к херам на кусочки. — Я тебя тоже очень люблю., — я притянула к себе девушку, затягивая её губы в томный, сладкий поцелуй, который смешивался с моими солёными слезами. Пальцы Лексы смахнули с моих ресниц новые слёзы и я уже тонула в изумрудном море глаз брюнетки. — Я тебя ненадолго оставлю здесь. И да… Загляни в гардеробный шкаф., — Лекса покинула каюту, а я на ватных ногах подошла к шкафу и раскрыла его дверцы. На меня смотрело шикарное приталенное, кремового цвета, платье в пол. Я вздрогнула, когда дверь позади меня захлопнулась. — Привет, пленница, — улыбались Октавия с Линкольном, а затем по очереди обняли меня. — Не понимаю, что происходит., — я потёрла кончиками пальцев виски, пытаясь осознать реальность. — А по-моему, понимаешь, — подруга улыбалась до ушей, а я осматривала красивое платье. — Это мы подбирали его с Рейвен — подругой Лексы. — Она тоже здесь? — Конечно, ведь нельзя же пропустить свадьбу лучшей подруги, — тут у меня глаза всё же округлились, а брови взметнулись до самого лба. — Значит, действительно свадьба? Разве можно вот так спонтанно организовать такое мероприятие? — Моя сестра очень способная, — улыбнулся Линкольн, положив свою ладонь мне на плечо. — Да я уж не сомневалась в её способностях устраивать сюрпризы, но сегодня я особенно потрясена, честно… — Скоро и Эбби с Маркусом будут., — тихо произнесла Октавия, словно боясь моей реакции и не зря. Мои глаза, казалось бы, уже не могли округлиться еще больше. — И как она отреагировала? Я же ей даже не говорила про то, что мы собираемся жениться… Лекса очень рисковала, приглашая мою мать…       Действительно, я до последнего не верила, что Эбигейл придёт на свадьбу. На мои глаза навернулись слёзы, когда мама подошла ко мне со спины и положила свои ладони мне на плечи. Я уже надела свадебное платье и от этого трогательного момента теперь и глазах Эбби замерли слёзы.       Я не представляла пока что, какой получится наша с Лексой свадьба, но то, что эта девушка устроила такой масштабный сюрприз, означало лишь основательную подготовку её к данному событию. Над моим образом невесты суетилась Рейвен с Октавией. Первая занималась моим макияжем, вторая — причёской. Моё сердце бешено молотило в грудную клетку и дыхание спирало. Я то сжимала, то разжимала пальцы рук в волнении, испытывая беспредельно смешанные эмоции — от восторга до страха. — Милая? Ты уже готова? — заглянула в каюту Эбигейл, но увидев наведенную подругами красоту, зажала ладонью рот, удерживая поток слёз, который стремился прорваться с её глаз. — Ты такая сегодня по-особенному красивая… Я никогда тебя такой не видела ведь… Дай я полюбуюсь пару минут, прежде чем ты пойдёшь к алтарю., — Эбби в итоге не выдержала и расплакалась. — Маааам… Пожалуйста, остановись, иначе и я расплачусь, а Рейвен убьёт меня за напрасный труд в мейк-апе, — я смахнула уже первую слезу с правого глаза тыльной стороной ладони и поспешила уже покинуть каюту. Следом за мной устремились Октавия с Рейвен. — А Лекса не обиделась, что вы провели со мной время до свадьбы? — Между прочим, она нас к тебе и приставила, так что., — улыбнулась, пожав плечами, Рейвен. --- John Legend — All Of Me --- «Я словно под водой Но могу дышать. И ты сумасшедшая и я не в своём уме Потому что я всем своим существом Люблю всё в тебе: Люблю каждый изгиб твоего тела и каждую угловатость, Все твои идеальные несовершенства. Отдай мне всю себя, И я отдам всего себя тебе. Ты — мой конец и моё начало. И, даже проигрывая, я побеждаю, Потому что я отдаю тебе всего себя, А ты отдаёшь мне всю себя».       Я направлялась медленно к пурпурной дорожке, проложенной к арке бракосочетания, а шлейф платья тянулся за мной. Казалось, что я от волнения запутаюсь в этой невесомой ткани, свалившись с каблуков, на которых я так редко вообще в своей жизни ходила.       Стоило мне увидеть на противоположном конце палубы, стоявшую прямо в арке Лексу в кремового цвета брючном костюме, я едва не споткнулась, но Октавия, которая вела меня под руку, исполняя роль подружки невесты, спасла меня от казусной ситуации. Наконец оказавшись напротив Лексы, губы брюнетки приподнялись в уголках, обнажая затем белоснежную улыбку, которая до сих пор сводила меня с ума. Я нервно сглотнула, чувствуя напряжение от сладкого волнения — ведь я не просто исполняла мечту любой маленькой девочки — надеть самое красивое свадебное платье, а я женилась на самой красивой, самой любимой девушке…на борту того самого лайнера «Amsterdam», где нас и свела сама судьба. То, что говорил пастор, я определенно слышала сквозь какой-то волнительный гул, стоявший не только в моих ушах, но будто где-то глубоко в моей голове. Вот тонкие длинные пальцы Лексы, которые почему-то сейчас прохладные, берут меня аккуратно за мои пальцы, а взгляд изумрудных глаз устремлён прямо мне в душу. Мы с Лексой одновременно сглатываем тугие комки в наших пересохших от волнения горлах. Мои ладони начинают слегка дрожать и потеть в руках Лексы и она крепче сжимает их, ещё пристальнее вглядываясь в мои глаза, которые я от страха опускаю вниз. Девушка слегка оттягивает мою руку вниз, привлекая лишь моё внимание, но не гостей, и удивленно приподнимает брови в вопросе «что-то не так?», а я лишь вытягиваюсь в улыбке и едва не плачу от счастья, качая отрицательно головой, убеждая Лексу, что всё хорошо. — А теперь, если у вас заготовлены клятвы, можете ими обменяться., — произносит, улыбаясь, пастор, сведя руки перед собой в замок и бросая взгляд в сторону Лексы, которая не отпускала моих рук из своих и собралась произнести свою клятву. Я лупаю глазами от страха, что всё слишком для меня спонтанно, и несмотря на мою огромную любовь к Лексе, без подготовки текста я просто напросто не смогу красиво изложить в словах свои чувства в клятве. — Кларк… Ты знаешь, насколько сильно я успела полюбить тебя и насколько крепко мы оказались связаны душевно друг с другом. Едва я увидела тебя, во мне случился тот бешеный скачок напряжения, что можно сравнить с резким выбросом инсулина в кровь, которая приливает к мозгу. Ты — мой инсулин, без которого моя кровь уже просто не мыслит своего циркулирования по моим венам. Я безумно сейчас похожа на тех влюбленных, как я раньше говорила, «идиотов». Я ненавидела любить, я не хотела любить, но лишь до встречи с тобой. Мы с тобой ещё не так долго вместе и наш путь только начинается, но я хочу пройти его до самого конца лишь с тобой одной. Хочу пройти с тобой через все испытания, которые выпадут на наши души, держась за руку и не разжимая твоих пальчиков в своей ладони. Хочу засыпать и просыпаться с тобой в обнимку, слышать как твой курносый носик мило посапывает, уткнувшись в подушку, а лучше — прямо в мою шею. Да-даааа… Пап. Я вижу как ты и Эбигейл на этом моменте скорчились в гримасах, но любовь она такая любовь — она не имеет пола. Я люблю эту нашу с тобой любовь, Кларк Гриффин. Данная тавтология теперь часто будет всплывать в моей речи, потому что ты и есть — само воплощение любви. Ты — моя любовь. И я люблю любить тебя. До самого конца…       Чёрт, меня сейчас так потряхивало и я просто расплакалась как маленькая девочка. Лекса настолько зацепила меня своей клятвой, что казалось я сейчас просто задохнусь от накатывавших слёз. Брюнетка притянула на мгновение меня к себе, я услышала как гулко бьётся её сердце и собравшись духом, я «отклеилась» от своей любимой. С минуту воцарилась полнейшая тишина на лайнере, будто все гости даже забыли как дышать. Я сначала опустила глаза в пол, а позже встретилась с изумрудными, в которых бегали огоньки переживания. — Этот день стал для меня во всех смыслах самым непредсказуемым и радостным за мою жизнь., — начала я, но моё горло пересохло и голос хрипел. Октавия быстро подала мне стакан с водой и я сделала пару глотков, кивком поблагодарив подругу за то, что без слов моих и просьбы выручила меня. — Я действительно дико волнуюсь, но я хочу всё же произнести и свою клятву, которая, конечно, ввиду спонтанной свадьбы, оказалась у меня не подготовленной., — Лекса на этом моменте моей речи поджала губу, изображая на лице сожаление, но я теперь крепче сжала её пальцы в своих ладонях и наконец смогла улыбнуться без напряжения, просто чувствуя себя самой счастливой на свете. — Я помню каждую минуту с нашей первой встречи на борту этого самого лайнера, на котором мы с моей мамой отправились в наше первое большое путешествие, наш первый круиз. И в моей памяти навсегда отпечатался тот момент, когда Николас Стратус обнаружил меня в запретной для пассажиров части лайнера и как он спустя несколько минут привёл ко мне свою дочь, чтобы я нарисовала её портрет. Это было для меня огромной честью — рисовать дочь уважаемого человека и самого хозяина «Амстердама». НО как только я увидела тебя, Лекса, я поняла, что не знала себя абсолютно, не знала, что влюблюсь в девушку с первого взгляда. Ты меня сразу взволновала и я какое-то время злилась сама на себя за свою бесхребетность. Мне хотелось какое-то время противостоять чувствам к тебе, которые нахлынули на меня мощной волной впервые в жизни. Я никогда ни в кого так не влюблялась, как влюбилась в тебя. Божеее… Я наверное сейчас несу полную околесицу, но надеюсь, все присутствующие здесь простят меня за моё волнение., — Лекса сильнее сжала мою руку в своей и взглядом сказала «всё хорошо, я с тобой». — Я люблю тебя, Александрия Стратус, больше жизни. И если разрешишь украсть твою цитату и на неё не распространяются авторские права, а если нет — и чёрт с ними — я готова понести наказание, но… Я люблю тебя любить…от макушки до самых пяточек. Каждый твой миллиметр дорог мне и я буду беречь тебя от всякой неприятности, встречающейся на нашем с тобой пути. Ты всегда готова подставить под пули себя ради меня… И помни — ради тебя я тоже готова лечь под пули. Любовь — это что-то вроде спасения для человеческой души. И я знаю, что теперь мы в безопасности, потому что мы вместе и потому что мы любим друг друга., — мой голос начинал дрожать от накатывавших слёз, которые словно застревали в горле. — Моя любовь к тебе, Лекса — это знак бесконечности. Ты — моя инфинити навечно. И снова процитирую тебя… «Я люблю эту нашу с тобой любовь», Александрия Стратус. «И я люблю любить тебя. До самого конца»…       Наши губы слились в поцелуе ещё до слов пастора, который испытав некоторую неловкость и упущенный момент, произнес «а теперь, невесты можете поцеловаться…». Дальше для меня всё словно плыло в тумане одурманивания. Лекса очаровывала меня лишь сильнее с каждой минутой…каждой секундой. Мы оставили гостей веселиться, а сами пошли в носовую часть корабля, где впервые когда-то встретились. — Позволь? — Лекса протянула мне руку, стоя на форштевне, приглашая подняться к ней. Я боялась из-за длинного шлейфа платья поскользнуться, но брюнетка дерзко крепко прижала меня к себе и её пухлые горячие губы накрыли мои сладким продолжительным поцелуем. Затем Лекса выставила меня впереди себя и бриз освежил моё распаленное от волнения лицо и я подставляла его под лёгкие, будто изморосью доносившиеся до моей кожи, брызги соленой воды. Лайнер медленно бороздил воды океана и я не знала, куда сейчас следует «Amsterdam», что собственно совсем не имело никакого значения. С Лексой я готова уйти хоть на край света. С этими мыслями я доверилась рукам брюнетки, которые обхватывали меня за талию и развела свои руки в стороны, как в Титанике, а Лекса громко закричала, что казалось, до всего мира донеслись её слова. — Я люблю тебя, Кларк! Теперь ты официально МОЯ! Я люблю тебя больше жизни! — я развернулась к Лексе, которая светилась счастьем. Я позабыла о своём страхе вывалиться за борт из-за длинного шлейфа платья. Я забыла обо всём на свете, кроме той девушки, которую сейчас обнимала и в чьих объятиях находилась прямо на форштевне лайнера, который свёл два одиночества, превратив их в единое целое, соединив их маленькие бесконечности в вечность. — Навсегда., — прошептала я уже в губы Лексы, сливаясь в поцелуе. — Навсегда., — губы Лексы, я почувствовала, вытянулись в довольной улыбке, а распалённый горячий язык брюнетки уже нырял к моему, играясь теперь уже в дуэте.