Счастливчик

Глава 4. - Пушкарева! Ты что, изменила своему Жданову? - Почему это? – удивилась Катя, и поняв, что проговорилась, возмущенно набросилась на Зорькина, - Какой еще Жданов?! Нет у меня никого и изменять мне некому! Да и не с кем… - А Денис? Вы же с ним как… ну, как там - …тили-тили тесто… - А если и так? - Что-то не слышу радости в твоем голосе, подруга. Катя хотела шутки ради кинуть в Кольку подушкой – она сидела на своем диванчике, а он расположился на ковре, но передумала, стала вдруг серьезной. - Коль, Жданов – это нереально. Это сказка, это кино. В детстве мы все влюбляемся в артистов. Ты не влюблялся? - Было, - вздохнул Колька, в Тиффани Амбер Тиссен. Я и сейчас в нее влюблен… - Ты еще ребенок, Зорькин! А детство кончилось… - И причем здесь Денис? - А Денис – это реальность. - Ты его любишь? - Я ему нравлюсь и этого достаточно. - Разве? - Да, Коля, да! Это жизнь. И я рада, что он в ней появился! Денис появился в Катиной жизни неожиданно. После зимних каникул на первой же лекции он занял Колькино место рядом с ней. Колька отдыхал в подмосковном пансионате. И отец, и мать, будто соревнуясь между собой во внимании к сыну, купили ему путевки, хорошо хоть не на одно и то же время! Он воспользовался обеими, но в каникулярные дни не уложился, и опаздывал на несколько дней – вот его место и было свободно. А Катя на каникулы ездила к родителям – они все еще не переехали в Москву. Валерий Сергеевич начал оформлять пенсию, и оказалось, что если он прослужит еще полгода, то ему будут положены дополнительные льготы, и они с женой остались «дослуживать». Оставить его одного Елена Александровна никак не могла – не приспособлен он к быту, да и за здоровьем следить не приучен, пропадет без нее. Только встретившись с родителями, Катя поняла, как сильно она по ним скучала! И не только по ним, скучала она и по своей комнатке с обоями в цветочек, по письменному столу, за которым столько наук одолела! В Москве тоже был стол, правда на трех ножках – вместо четвертой была подложена стопка книг, но тот стол был чужой, за ним она чувствовала себя как в читальном зале библиотеки. И других, милых ее сердцу вещиц было много: настенная тарелочка с ее детской фотографией, фарфоровая статуэтка балерины, привезенная отцом из командировки в Германию, настольные часы, всегда бегущие вперед на пятнадцать минут… В прошлой жизни она их не замечала вовсе, а оказавшись без них скучала по ним – они олицетворяли ее счастливое детство. Кое-какие мелочи она взяла с собой, уезжая в Москву, но много на себе не увезешь, и все остальное ждало переезда родителей. Отец нарочито сурово ( а у самого голос перехватывало от волнения, от радости встречи) расспрашивал ее об учебе: успевает ли, нет ли задолжностей, на каком счету она у преподавателей. А мать все больше о личной жизни расспрашивала: как питается, хватает ли денег, и самое главное, подружилась ли с одногруппниками. Про дружбу они перед сном секретничали – Валерий Сергеевич хоть и отец, но он мужчина, да еще и военный. Не понять ему их женские разговоры. - Катенька, ты вот про Зорькина говорила… Вы с ним вместе… - Вместе, мам. Мы с ним всегда вместе: утром на лекции вместе едем, вечером – назад. И курсовые, и рефераты помогаем друг другу писать. Он мой самый хороший друг! - Катенька… Вы что же… и живете вместе? - Почти – он в соседнем подъезде живет, и тоже один. - Сирота что ли? Или приезжий? Нет, мам, он не сирота, и он москвич. У него родители в разводе, семьи у них, а он один… - Ну а вы…это… нравитесь друг другу? - Мам, мы только друзья! Ему совсем другие девушки нравятся: высокие, стройные и с ногами от ушей, а еще – брюнетки, с длинными волосами. Я ни по одному параметру не подхожу. - А тебе-то он как? - Мам, он тоже не в моем вкусе, успокойся. - Это как сказать… Успокаиваться, или наоборот… За время отдыха в родительском доме Катя расслабилась, вернулась в детство, где все вопросы решают взрослые, где все люди только хорошие, положительные – от плохих людей и негативных событий родители детей оберегают. В таком размягченном душевном состоянии она вернулась в Москву, пришла на занятия, и обнаружила рядом с собой незнакомого молодого человека. Познакомились. Не сидеть же, не зная имен друг друга. Катя ничего не ждала от этого знакомства – он такой красавец! Высокий, черноволосый, чем-то на Жданова похож, только глаза другие – и цвет непонятный, и взгляд отводит, не смотрит на собеседника - непонятно поэтому, как он к нему относится. Катя и не стремилось понять, ей это незачем. Вернется Зорькин, и все встанет на свои места. Денис пересядет на другое место, и их знакомство закончится. Но Денис не пересел! С Колькой они поговорили на повышенных тонах, причем Николай на нее посматривал, спрашивал как бы, чего она хочет, а она малодушно голову опустила, не стала отвечать взглядом на вопрос друга. Расценив это по-своему(правильно в принципе!), Зорькин место уступил, а вечером спросил прямо: - Пушкарева! Ты что, изменила своему Жданову? Так началась ее первая (или вторая?) любовь… Денис ухаживал по все правилам: назначал свидания, дарил подарки, провожал до дома. Свидания у них чаще всего были в читальном зале – Катя помогала ему догнать группу по некоторым предметам. Денис перевелся из другого института, в котором эти предметы не изучали. Подарки были из серии мягких игрушек: зайчики, собачки, котята. Иногда дарил цветы – если свидание было вне стен института, но не дорогие букеты, а один цветок в красивой упаковке. А чаще всего он приносил шоколадку, которую они съедали пополам. Проводы до дома вскоре стали заканчиваться поцелуями, но к себе Катя его не приглашала, и даже не говорила, что живет одна – побаивалась его активности… А активность его в плане влюбленности возрастала с каждым днем, он почему-то торопился… А иногда – Катя это чувствовала – обнимал и целовал ее без особого желания, как по принуждению. Но это было в начале их знакомства, а через месяц все изменилось – и поцелуи казались искренними, и объятия жаркими, и разговоры были нескончаемые. Кате уже и самой не хотелось расставаться с ним, и любопытство подстегивало: пора! Все девушки знакомые уже не девушки. И только она невинна. А кавалеры к ней в очередь не стоят! Да и родители скоро приедут, тогда отец устроит ей казарменное положение. На день святого Валентина Катя решилась – пригласила Дениса домой, отметить день влюбленных как положено влюбленным. Сказала мимоходом, что родителей не будет. Вечер удался! Денис был нежен и внимателен, особенно когда узнал, что он у нее первый мужчина. А Катя была просто счастлива. Они уснули под утро, взявшись за руки. Настойчивый звонок в дверь был неожиданным. В отличие от Дениса она знала, что это явно не родители! Да и Зорькина она предупредила… Денис Николаю не нравился, они так и не подружились, как Катя ни старалась, но он не лез не в свое дело – Катя имеет право любить кого угодно, тем более, по его мнению, девушки всегда любят не того, кого надо – его, например, почему-то не любят… Они вышли в прихожую вместе, и Катя открыла дверь. В квартиру буквально ввалилась группа подвыпивших, вернее, не совсем проспавшихся парней с их курса во главе со Стасом – самым неприятным человеком из их группы, циником и наглецом. Катя оглянулась на Дениса, ища его поддержки и защиты, но он опустил голову и отодвинулся от нее… - Ну что, Пушкарева, осчастливил тебя Денис? Радуйся, а то так и осталась бы в неведении, как это бывает. Кто же на тебя позарится, на такую? Миллион надо, не меньше! А мы добрые, мы почти даром! – компания загоготала, послышались скабрезные шутки. Катя покраснела, как помидор, растерянно смотрела на Дениса, и готова была расплакаться от обиды – почему они так ведут себя? Почему молчит Денис? А Стас между тем достал из кармана пачку мятых денежных купюр и подал ее Денису - Получай, товарищ! Ты честно их заработал! А мы, по правде говоря, не верили, что ты успеешь за месяц. Уж больно крепость казалась неприступной. Но сдалась вовремя. Молодец! И он стал совать деньги в руки Дениса… Катя все поняла - они поспорили на нее! Жалость к себе, злость на Дениса и отвращение ко всей компании овладели ею, и она неожиданно твердым, командным голосом проговорила: - Пошли вон! Все пошли вон! Для убедительности она распахнула дверь шире и стала выталкивать непрошенных гостей. Только Денис задержался на пороге - Кать, прости… Ты не думай, я только вначале действовал по их плану! А потом я влюбился! По настоящему, Кать! - Ложь, все ложь и неправда! Правда, только в том, что ты выиграл пари! Я, дура, поверила тебе. Да что там скрывать, полюбила тебя! А ты… Эх ты… - Кать, я все объясню! - Не нужны мне твои объяснения. Деньги получил? Ну и давай, топай отсюда! Видеть тебя не могу. Слезы уже готовы были пролиться, и чтобы он не увидел ее слез, она вытолкала его за порог и захлопнула дверь. Все! Больше она не поверит в любовь.