Счастливчик

Глава 2. А в Москве начались хлопоты уже другого характера. Трудные разговоры предстояли им в Москве! Во-первых, они посетили Пушкаревых, сообщили о возвращении Кати и о своем намерении пожениться как можно скорее. Елена Александровна восприняла эту новость довольно спокойно. Она давно подозревала, что дочка не забыла Жданова и продолжает любить его, а вовсе не Мишу. Она тут же принялась накрывать на стол – надо же покормить будущего зятя! Ее жизненный опыт подсказывал ей, что мужчина должен быть сытым, тогда с ним легче договариваться. А договариваться предстояло о свадьбе! А для Валерия Сергеевича новость оказалась неожиданной. Он в душе уже сроднился с Михаилом, не раз представлял, как они вместе смотрят футбол, травят армейские анекдоты за кружкой пива, или с заветной бутылочкой настойки. - Катерина! А как же Миша? - Пап, с Мишей я поговорила, он все понял, мы остались друзьями. - Теперь Вы ответьте, молодой человек! У Вас же жена есть? - Формально есть, но мы уже не живем вместе, и в ближайшее время разведемся. - И все равно я не понимаю, как это получилось – вдруг! - Пап, это не вдруг. Мы знакомы давно! Я же работала в Зималетто. - Когда это было…Кстати, а почему ты тогда ушла? - Ну, так получилось… Андрей …Павлович должен был жениться, и я ушла. - А потом мы встретились с Катей и поняли, что любим друг друга! - Зачем же она в Питер тогда уехала? - Это…Это просто недоразумение… - Да, крякнул Пушкарев, похоже, что какая-то часть жизни прошла мимо меня… Без бутылки тут не разберешься…Мать, доставай рюмки! Но и после наливки, Валерий Сергеевич не мог успокоиться. - Ребята, а вы хорошо подумали? - Мы очень хорошо подумали! – ответили Катя и Андрей хором, -лучше нас никто никогда не думал! - Катенька, а где вы жить будете? - Конечно у нас! – не дал дочери ответить Пушкарев, - квартира у нас хорошая, комнаты раздельные. - Валерий Сергеевич, Елена Александровна! Дело в том, что мы с Катей уже купили квартиру, и собираемся там жить прямо сейчас…Кать, ты вещи хотела собрать… - Как!? Никуда она не пойдет! До свадьбы – ни шагу из дома! - Валера, успокойся. Сейчас время другое. Раз они решили… - Пап, я буду вас навещать! Часто! - Мы вместе будем навещать вас, тут совсем близко, двадцать минут езды… - Не пущу! - Папа! Я взрослая! Я так решила! И вообще, мы уже там живем…давно… Пушкарев замолчал на полуслове, только хватал ртом воздух, а потом опустил руки, сгорбился и сел на стул у окна. Катя подошла к нему, обняла за плечи, поцеловала в щеку - Пап, не сердись. Я очень тебя люблю, и маму люблю, но это моя жизнь. Я хочу ее прожить сама! - Делайте, что хотите, - махнул рукой бывший командующий в семье, чья власть так неожиданно кончилась. Елена Александровна вынесла из Катиной комнаты чемодан – пока отец бушевал, она собрала дочкины вещи, самое необходимое, а остальное потом заберет, когда утихнет отцовский гнев Второй трудный разговор предстоял Андрею - с Кирой. В Лондоне она пробыла недолго – гнев ее утих, она трезво взвесила все «за» и «против», и решила сменить тактику воздействия на мужа, взять его лаской, а не истериками. Но вернувшись в Москву, Андрея дома не нашла, и на работе его не было – уехал в командировку, в Питер. Ясно, какая это командировка, называется она «Катя», - зло подумала Кира, и ее добрые намерения улетучились как дым, а ненависть и к мужу, и к этой девице, которая украла его сердце, давно тлела горячими угольями. Достаточно небольшой искры, дуновения ветерка, и пламя начнет бушевать с новой силой. Долго ждать Кире не пришлось, ветер дунул – пришел Андрей! Еще и цветы принес… Может помиримся, - мелькнула у Киры мысль, но он даже не разделся, устало сел на стул возле кровати, где она лежала поверх лилового покрывала, в окружении фотографий, запечатлевших этапы их совместной жизни. Она уже изрядно выпила, и продолжала прикладываться к бокалу с вином, доливая в него из бутылки, стоявшей на полу у изголовья. - Выпьешь со мной? - Нет, не хочу. Поговорить надо, - он снял очки и провел ладонью по лицу, стирая с него счастливое выражение, оставшееся от пребывания с Катей. - Говори, я слушаю тебя внимательно. - Нам надо развестись, Кира. - Зачем? - Мы ошиблись. Не получилось построить семью – без любви это невозможно, а мы не любили друг друга. - Говори за себя! - Кира, Кира.… Ну признай, что я прав! Тебе же самой станет легче без меня. Ты будешь свободна и встретишь человека, который будет любить тебя, и которого ты полюбишь. Любовь существует, Кира! Любовь, а не то, что мы себе придумали. - Надо думать, ты нашел ее? - Нашел, Кирюш. И не хочу больше терять. - Это Катя? - Да, это Катя. И это любовь! - Андрей, - Кира придвинулась на самый край постели, схватила Андрея за плечи, и стала торопливо говорить, жарко дыша ему в затылок, - ты пожалеешь! Ты очень скоро увидишь, что она примитивная женщина, ей далеко до нашего круга! Она выросла в среде недалеких людей, у которых все интересы замкнуты на доме, детях, и шести сотках огорода. И она будет такой же! Она изведет тебя разговорами о детях, заставит взять на воспитание сироту из детдома, а еще хуже, нагуляет с кем-нибудь, и выдаст за твоего – ах, чудо! Ах, врачи ошиблись… Опомнись, Андрей! Останься, я все прощу! Будем жить, как прежде. Нам же было хорошо вместе…и без детей… - Кира, я прошу тебя, перестань! Я не хочу жить как прежде! - А если тебе не хватит голосов, чтобы остаться президентом? - Значит, буду рядовым акционером. - А если акции Воропаевых уйдут из компании? - Значит, компания развалится. - Но ведь это дело жизни твоего отца? - И твоего тоже! Не шантажируй меня, Кира, не унижайся, самой будет стыдно. Ты же не такая! Ты гордая и благородная! Ты достойна лучшего мужчины. - Ну, раз ты твердо решил расстаться, уходи! Вещи я потом соберу, тогда и заберешь. - Хорошо. Спасибо. Кира! Разводом займется адвокат. Я завтра же передам ему документы. - Иди уже, Жданов! - В голосе Киры звенели слезы, она сдерживала их из последних сил. Когда Андрей был уже у двери, она допила бокал и швырнула вслед уходящему навсегда мужу букет алых роз, с которыми он пришел. На улице Жданов вздохнул свободно, сел в машину, но долго еще сидел, положив руки на руль и смотря прямо перед собой – кончилась одна семейная жизнь, впереди другая… Какой она будет? В словах Киры была и доля правды…