Любовь Ёкая

      Малыш Ацуши закашлялся и открыл глаза. В них всё плыло, но он чувствовал запах — пахло отварами, травами и ещё табаком. Когда в глазах прояснилось, он смог оглядеться и понять, где находится.       — Д-дедушка Рьюро? — тихо позвал он.       В ответ он услышал шорох и звук босых шагов по полу, а спустя несколько увидел самого ёкая-змея, который присел рядом с ним.       — С пробуждением, тигрёнок, — поприветствовал его старик с улыбкой. — Как себя чувствуешь?       — М-м-м, немного больно в теле и... А!       Внезапно мальчик резко сел на футон, на котором лежал, но его тут же уложили обратно.       — Дедушка, там! Там Рю-тян! Я должен его спасти! Чёрный Паук!       — Ш-ш-ш, тише, тише, успокойся. Чуя-кун отправился спасти твоего друга, — успокоил его Хироцу.       — П-правда?       — Правда. Твой отец подтвердит. Кстати, он ждёт не дождётся, когда ты придёшь в себя.       Мальчик моргнул. Папа наверняка переживает за него. Нужно поскорее сказать ему, что всё хорошо.       И, словно в ответ на его мысли, мимо проползла одна из змей Рюро и направилась ко входу в храм. Спустя несколько секунд внутрь вбежал Осаму и, увидев, что сын пришёл в себя, тут же упал возле него на колени и крепко обнял.       — Ацуши! Котёнок мой, ты в порядке? Голова не кружится? Рана не болит?       — Папа, всё хорошо, дедушка Рьюро меня вылечил. Не бойся, я в порядке. Пап, а Рю-тяна же спасли, правда?       — Ацуши-кун волнуется о своём друге, — ответил пожилой мужчина, поднимаясь с пола, и направился к столу, где стояла ёмкость с саке. — Тебе он точно поверит, Дазай-кун.       Шатен моргнул и, взглянув на сына, ответил:       — Ну, конечно, спасли. Чуя у нас сильный и ловкий! Этот Чёрный Паук ничего против него не сделает!       Похоже, такой ответ устроил беловолосого мальчика и тот кивнул тут же говоря, что их нужно навестить и принести обоим персиков. Дазай кивнул и потрепал сынишку по волосам. После он взвалил ребёнка на спину, несмотря на его протесты, что он может идти сам. Шатен же ответил, чтобы тот наслаждался моментом, ведь скоро отец не сможет вот так покатать его на спине.       Поблагодарив старика Хироцу за помощь, ёкай-тигр покинул храм со своей ношей.

***

      Накахара сидел на ступеньках храма и курил трубку. Все его мысли были лишь о Рюноске. Он спас его из лап Огая, но и ещё узнал, что его маленький подопечный не обычный ребёнок, а реинкарнация самого Расёмона — одного из великих божеств. И ёкай-паук мог заполучить в свои руки величайшую силу, но, к счастью, лис спас мальчишку и теперь уж точно глаз с него не спустит. И с завтрашнего дня они приступят к тренировкам, не всё сразу конечно, но Чуя научит его защищаться, чтобы не повторилось сегодняшнее происшествие.       Рыжеволосый юноша так увлёкся планированием, что не услышал позади топота детских ножек, а очнулся, когда к нему прижались, а его обхватили руки.       — Чуя-сан! — громко воскликнул темноволосый малыш. — Чуя-сан!       — Воу, полегче Рю, — ответил Накахара, чувствуя, что хватка на шее переходит к удушающей. — Ну всё, всё, перестань.       Ребёнок наконец отцепился от лиса, и тот смог развернуться и увидеть лицо Рюноске. Тот был одновременно напуган, но в большей степени рад. Похоже, сумев обнять голубоглазого ёкая, он смог понять, что это не сон.       — Чуя-сан, простите! — он резко поклонился. — Простите, я не хотел, чтобы так случилось!       Мальчик продолжал тараторить, что не хотел, что виноват, что заставил волноваться. И вот, наконец, на темноволосую голову легла рука в перчатке и потрепала растрёпанные волосы.       — А? Чуя-сан? — мальчик поднял голову и взглянул на лиса.       Тот глядел на него со строгостью, как родитель на ребёнка разбившего дорогую вазу.       Рюноске опустил взгляд на ступени храма, стыд бередил его душу и этим подогревал страх. Страх, что Накахара выгонит его: зачем ему такой проблемный груз?       — Рюноске, — произнёс ёкай. — Ты заставил меня волноваться.       — З-знаю. Прос...       — Я не закончил, — перебил его Чуя. — Я понимаю, что это произошло случайно. Но нет гарантий, что ты вновь не столкнёшься с Мори. Поэтому, я обучу тебя владению мечом.       Мальчик моргнул и раскрыл рот: настолько он был удивлён. Такого он точно не ожидал, чего-то другого, но не такого.       — Мечом? Вы... Вы научите меня драться мечом?!       — Именно! Я, может, и не выгляжу умелым воином, но я опасен и без своего пламени.       Хвостатый материализовал в руке катану и поднялся на ноги. Спрыгнув со ступенек вниз, он стал искусно танцевать с оружием. Мальчишка глядел как заворожённый, представляя, как этой катаной огневолосый ёкай разрубает мерзких пауков.       — Невероятно, — прошептал он. — Это… Просто невероятно! Чуя-сан невероятный!       Закончив представление, хвостатый повернулся к поражённому мальчишке, который смотрел на него, не скрывая восхищения.       — И ты так сможешь, — сказал Накахара, закрепляя эффект возвращением катаны в ножны с громким «щёлк». — Сперва будет деревянный меч, а там и до настоящей катаны дорастёшь.       — Я правда смогу так же?       — Если приложишь все силы на тренировках, то обязательно сможешь.       Огонёк решимости, что загорелся в серых глазёнках, Чуя никогда не забудет. Этот мальчик станет его лучшим учеником, и, возможно, когда-нибудь превзойдёт своего наставника.       И, ложась спать, Рюноске не мог дождаться утра, в уме отсчитывая, когда поднимется солнце.