Любовь Ёкая

Прошло два месяца. Чуя и Рюноске проснулись от того, что кто-то буквально прыгал и бегал по ним. Резко подскочив, они увидели, что это были лисята, которые громко тявкали, явно желая что-то сказать. Накахара всё ещё сонный спросил у них в чём дело. Малыши продолжили тявкать, но кицунэ понял о чём те говорили. - Правда? Это здорово, - сказал Чуя, чуть улыбнувшись и протерев сонные глаза. - Что там? - спросил Рюноске, поглаживая одного из лисят. - Говорят, первый снег выпал, - ответил рыжеволосый ёкай. Юноша моргнул. - Уже? Но ведь ещё рано, - удивился он. - Как видишь, в этом году придётся раньше теплее одеваться. Акутагава что-то пробурчал в ответ и улёгся обратно, накрываясь одеялом. Однако лисята снова затявкали. - Ммм, ну что ещё? Снег и снег, я его уже видел, - недовольно буркнул потомок Расёмона. Но услышал удивлённое "Ооо, правда?" от возлюбленного. - Рююю, тебе точно стоит выйти во двор и увидеть это~, - добавил Чуя. Снова недовольное бухтение. Рюноске всё же вылез из под тёплого одеяла, заправил футон и зевая покинул комнату. Выйдя наружу, он увидел, как весь двор и деревья покрылись небольшим слоем снега. Утренний холод взбодрил его, и он наконец проснулся. Обведя взглядом их дворик, юноша внезапно замер на месте, а на лице проступило удивление. А причиной его был Риэ, вернее, то, что рядом с Риэ была девушка. "Кто это?", - подумал он. Обувшись, Акутагава спустился по лестнице и направился к своему Стражу. Его приближение заметила незнакомка, потому как комодо стоял к хозяину спиной, и кивнула в сторону юноши. Риэ обернулся и улыбнулся, когда увидел господина. - Рюноске-сама, доброе утро, - поприветствовал его ящер. - Доброе, - кивнул Акутагава. - нам с Чуей тут доложили, что мы пропустили кое-что интересное. Риэ повернулся к девушке и взял её за руку. - Рюноске-сама, это Миура, - представил Риэ незнакомку. - она пришла сюда к нам. Ну, если точнее… ко мне. Рю моргнул, в непонимании. Пришла к Риэ? Что это значит? Тут Миура подошла чуть ближе и поклонилась защитнику Аматерасу. - Рюноске-сама, приветствую Вас, - произнесла она с улыбкой на губах. - госпожа Аматерасу прислала меня. Она решила, что время пришло. - Для чего? - спросил Рю, всё ещё недоумевая, что происходит. Риэ понял, что хозяин либо ещё не проснулся, либо забыл одну важную вещь, и решил помочь ему: - Рюноске-сама, Чуя-сан рассказывал Вам откуда появились его лисы? Темноволосый юноша моргнул, но принялся думать. Много времени не понадобилось, уже через минуту Акутагава уставился на парочку, в глазах небольшой шок, а на щеках румянец. - То есть, вы… вместе, а потом… потом, - бедолага не мог выговорить мысль. - Да, - решила помочь Миура. - потом появится много маленьких Риэ и Миур~. Юноша только кивнул, а затем сказал, что скоро вернётся. Он вбежал в храм, где на кухне уже хозяйничал Чуя. - Ну что, увидел? - спросил кицунэ, не отрываясь от готовки. Акутагава промолчал. Он подошёл к ёкаю сзади и обнял руками за талию, прижимаясь всем телом. Накахара вздрогнул, любимый был холодным. Юноша усмехнулся и потёрся холодным носом о шею Чуи. - Брр, Рю, блин! - возмутился лис. - холодно же! - А ты хорошая грелка, - ответил Рюноске, и поцеловал его в шею. - Ох, ну что с тобой делать? - Любить, кормить и никогда не бросать~. Чу хмыкнул в ответ. Они так и стояли, пока Накахара готовил. - Так ты рад? - спросил Чуя, когда они сели за стол завтракать. Брюнет замер с поднесённым ко рту кусочком рыбы. Честно говоря, он пока даже не знал радоваться ему или нет. - Эй, ты чего? Неужто ревнуешь? - усмехнулся кицунэ. - А? Что? Ревную? - Рю немного растерялся. - да нет. Просто это как-то неожиданно, вот и всё. "Наверное, мне нужно время, чтобы принять это", - подумал Акутагава, отправляя наконец кусок рыбы в рот. - Не переживай, Риэ тебя не бросает, - сказал рыжеволосый ёкай, и отпил немного супа из миски. Рюноске положил палочки и уставился на тарелку. - Просто… я не знаю. - М? Не знаешь что? - спросил Накахара. - Не знаю что должен делать. Я вижу, как ты заботишься о своих лисах. Они уважают и любят тебя. А я… понятия не имею, что должен сделать для Риэ и Миуры. Вдруг, вдруг я не смогу? Чу вздохнул и встал из-за стола, но лишь для того, чтобы сесть рядом с возлюбленным. Кицунэ приобнял его рукой за плечи и притянул к себе. - Думаешь, я знал что делать, когда появился первый выводок лисят от моего Стража? - заговорил Накахара. - да я знать не знал, что должно делать с ними! Коё с меня тогда смеялась, но после помогала и наставляла. Так я и научился понимать своих лисов. Рю взглянул на рыжеволосого ёкая. Сложно представить юного Чую, который как он сейчас, был растерян и не знал как справиться. - Тебе не о чем переживать. У тебя есть Риэ и я, мы поможем, - подвёл итог Чуя и поцеловал юношу в висок. На это Рюноске улыбнулся и поблагодарил его. После завтрака они вместе занялись уборкой во дворе храма. Им помогали лисы и Риэ с Миурой. Правда новенькую комодо отвлекали подходившие в ней лисята, что осматривали её со всех сторон. Риэ на это тихо смеялся, вспоминая, как и его в своё время не оставляли в покое: осматривали, нюхали и трогали маленькие подопечные Накахары, а он просто лежал не месте и позволял им это. Уборка продлилась несколько часов, после чего живность ушла отдыхать, как и их хозяева, что устроились у входа в храм. У Чуи было хорошее настроение, поэтому он решил поиграть на флейте. Приятная мелодия раздавалась по всей территории храма. Хоть и наступала зима, но и она приносит свои радости. Любое время года надо благодарно принимать - так учила его Коё, когда маленький Чуя жаловался на дожди осенью и снег зимой. Ведь земля тоже должна отдыхать, чтобы потом снова принести богатый урожай. Он перенял это от неё и перестал жаловаться, находя в каждом времени года свои плюсы. Спустя несколько минут к Накахаре вышел Рю, держа поднос с двумя чашками чая. Отложив инструмент, ёкай взял свою и отпил из неё немного согревающего напитка. - Спасибо, - сказал он. Акутагава присел рядом и поставил поднос недалеко от себя. Они сидели и наблюдали как снежинки, подхватываемые ветром, танцуют друг с другом, а затем опускаются на землю, создавая снежное "покрывало" вместе с остальными. - Так красиво, - произнёс Рю. - Да, - согласился Чуя. Тут же юноша обратился к старшему: - Как думаешь, как скоро Риэ и Миура… принесут потомство? На последней фразе он слегка покраснел. Кицунэ хихикнул и ответил: - Кто знает. Может через месяц, может через неделю. А может… уже завтра. - З-завтра? - Акутагава чуть не подскочил на месте от такой новости. Чуя же громко рассмеялся, после чего сказал, что комодо откладывают яйца и те затем вылупляются через семь-восемь месяцев. - Сперва нужно гнездо, потом произойдёт откладка яиц и Миура будет все эти месяца оберегать их. Рю выдал лишь задумчивое "ааа". Всё же он и правда мало знает о своих будущих подопечных. Но, как сказал Чуя, он может рассчитывать на их с Риэ, и наверное, Миурой, помощь. - Они, наверное, будут очень маленькими, - вслух подумал Рюноске, и поднял руку рассматривая её. - размером с ладошку, а может и меньше. Тут же рука Накахары коснулась его ладонь, а пальцы переплелись друг с другом. На это потомок Расёмона улыбнулся и потянулся за поцелуем, в котором кицунэ не смел ему отказать. *** Встретившись с Кёкой и Ацуши, Рюноске не ожидал, что последний кинется ему на шею и крепко обнимет. Темноволосый юноша обнял друга в ответ, но не так сильно. В последний раз он так радовался, когда они встретились после того как произошло знаковое событие. Накаджима тогда взволнованно затараторил, что отец рассказал ему о том, что Мори поссорил Акутагаву с Накахарой, и Чуя чуть не стал аякаси, но смог побороть тьму внутри себя. Младшенький тогда то радостно вещал, что рад видеть друга, то ругал за то, что Рю обидел кицунэ. В итоге потомок Расёмона тогда легонько щёлкнул тигрёнка по носу и потрепал по голове, сказав, что больше не будет сомневаться в своём наставнике. То, что они перешли из статуса ученик и наставник в статус возлюбленных Рюноске решил пока не говорить, дабы вновь не шокировать друзей. Ацуши улыбался во весь рот и стоило ему отпустить друга как объявил: - Рю, Рю, ты не поверишь! Уруми беременна! Они с Тайгой наконец станут родителями! Потомок Расёмона улыбнулся в ответ и сказал, что рад за младшего друга. Он знал, как Ацу любил тигра, которого сам выходил, и новость о том, что у этого тигра наконец родиться выводок была лучшим подарком для юного ханъё. После приветствия, троица направилась к реке, где там они сперва немного посидели, а после решили устроить тренировочный поединок. Кёка была наблюдателем и судьёй в этой битве. Силы были равны, но в итоге победителем вышел Рюноске. После этого они вновь присели у реки и после долгих разговоров решили, что когда родятся тигрята Уруми и Тайги, они устроят праздничный обед в честь радостного события. На том и порешили. *** Вернувшись домой, Ацуши решил навестить Тацухико. С помощью подаренного талисмана, парень прошёл через болото и лес без проблем. Онрё и шептуны словно не чувствовали его присутствия, потому и не замечали. Добравшись до места назначения, Накаджима обнаружил тэнгу на крыше храма, тот полулежал и курил трубку. - Шибусава-сан! - позвал его юноша. Услышав знакомый голос, альбинос опустил голову и увидел сына Дазая. На губах появилась улыбка. Он привстал и спрыгнул с крыши, а у самой земли взмахнул крыльями и завис в воздухе. После чего стопы коснулись земли и крылатый дух подошёл к юноше. - Здравствуй, тигрёнок, - поприветствовал он. - с чем пожаловал? Ацу рассказал о радостном событии и что они хотят устроить грандиозный ужин, когда тигрята появятся на свет. - Хооо, и вправду, замечательный повод, - Тацу затянулся и выпустил облачко дыма. - Я хотел бы… чтобы и Вы пришли, - смущаясь произнёс Ацуши. - Вы с папой помирились, и это хороший повод собраться всем. Альбинос был польщён, что мальчик хочет видеть его на важном для него событии и пообещал прийти. После этого они присели на крыльцо и разговаривали обо всём, что произошло за время, пока они не виделись. Тут во время разговора раздалось громкое чириканье, оно исходило из маленького домика для птиц на дереве, что росло рядом с храмом. Тацухико тут же положил трубку на ступеньку, поднялся и направился к нему, Ацуши поспешил следом. Альбинос снял крышу домика, под которой оказался птенчик, маленький воронёнок. Тэнгу осторожно взял малыша на руки и слегка погладил пальцем по головке. Тот громко чирикнул в ответ. - Такой маленький, - произнёс Накаджима. - Все мы маленькие, когда рождаемся, - Шибусава достал из мешочка, что был спрятан в рукаве его одежды. - можешь его подержать? Юноша кивнул, и сложив руки, принял птенца, что продолжал чирикать, словно о чём-то прося. - Сейчас-сейчас, Тору, - сказал крылатый, раскрывая мешочек. Там оказались семена, ёкай взял немного, затем отправил их в рот. Пережевывая их до состояния "каши", он наклонился к птенцу, что раскрыл клювик, после чего тоже приоткрыл рот и начал кормить его. Накаджима наблюдал за этим затаив дыхание. Это было удивительно! Еда закончилась, но птенец продолжал чирикать. - Смотри какой прожорливый, - хихикнул Тацу, после чего взглянул на Ацуши и спросил: - Хочешь попробовать? Мальчишка моргнул и взглянул на Тору, затем на тэнгу, взглядом спрашивая "а можно?". Страж Аматерасу кивнул и протянул ему руку с новой порцией зёрен. Юноша собрал их ртом, пережевал, как сделал Шибусава, наклонился к воронёнку и приоткрыл рот. Малыш снова начал есть, а юноша внутри едва не прыгал от восторга. "Надо же! Я кормлю его, и он совсем не боится!", - подумал Накаджима. Тору съел всё до последней крошки. Теперь он просто чирикал, заявляя, что наелся. - Так здорово, - произнёс Ацу с придыханием. - Вы всех своих птенцов кормите? Тацухико грустно улыбнулся и ответил: - Только тех, кто потерял родителей. Улыбка медленно сошла с губ ханъё и он взглянул на воронёнка. Получается, у него нет родителей? - А его мама, она… - юноша не договорил. Тацухико на это ответил одним словом: - Люди. "Значит, это вина людей?", - подумал светловолосый юноша, передавая птенца в руки тэнгу. Альбинос не спешил сажать малыша обратно в домик. Он вместе с ним вернулся к лестнице. Взяв трубку он затянулся и выпустил дым кольцами. Ацу присел рядом, наблюдая за птенцом. - Когда людям нечего есть, им всё равно на кого охотиться, - произнёс Шибусава. - поэтому порой наши подопечные попадаются им. - Мне очень жаль, Шибусава-сан, - сказал Ацуши и осторожно погладил Тору по голове. - может, однажды мы сможем жить в мире? - Может быть, - пожал плечами крылатый ёкай. - на всё воля Аматерасу. Решив хоть немного разбавить гнетущую атмосферу, юный ханъё сказал, что Тору в надёжных руках и вырастет замечательным вороном. На это Тацу улыбнулся и поблагодарил юношу. - А Вы, Вы ведь слышали о том, что произошло с Рю и Чуей-саном? - спросил Накаджима. Алоглазый выдал задумчивое "угу", а спустя несколько секунд произнёс: - Это настоящее чудо. Не каждый ёкай обладает силой духа, чтобы сопротивляться тьме, что желает его поглотить. Повезло, что мальчишка вовремя одумался, и смог спасти Накахару. Отец говорил, что это был несчастный случай, ну, с родной деревней Рю, - осторожно спросил Ацуши. - Так и есть, - ответил Тацухико. - это был бой и Мори уклонился от атаки Накахары, а она попала в дома той деревни. Чуя долгое время корил себя и боялся рассказать Акутагаве правду. Как видишь, Чёрный Паук этим воспользовался и едва не случилась трагедия. - Да. Но Рю одумался и смог спасти Чую-сана! - Ацу улыбнулся. - и сказал, что больше не будет в нём сомневаться. Шибусава тоже улыбнулся сказав, что рад, если это правда. После этого разговора Ацуши попрощался с тэнгу и направился домой. Тацухико поднял голову и смотрел на плывущие по небу облака. В голове всплыли слова Накаджимы. "Может, однажды мы сможем жить в мире?". - Может быть… однажды так и будет, - произнёс он. *** Никто больше не тревожил покой Рюноске и Чую. О Мори ничего не было слышно, он не посягал на самого потомка Расёмона и не нападал на лис Накахары. Он жил в своём храме, в которой повадился наведываться Серебряный Волк. Юкичи навещал старого друга и они вместе потихоньку стали восстанавливать дом Огая, хотя тот сперва и воротил нос, мол, не надо, и так сойдёт! Но в конце концов сдался. Потихоньку эти двое стали снова сближаться. Сам Огай тоже стал понемногу меняться. Он больше не принимал подношения в виде детей, и даже вышел к деревенским, которые сперва решили, что тот решил убить всех местных. Но Чёрный Паук успокоил их, сказав, чтобы те больше не делать ему подношений, а детей, которых он привёл с собой наказал не трогать и не считать их проклятыми. А также предупредил не приближаться к лесу. Люди были напуганы, но они вняли словам своего "защитника", староста принял позицию ёкая и дал слово, что ни один человек не потревожит покой леса и его обитателей. Когда новость о поступке Чёрного Паука облетела лес, все были в шоке. Чтобы этот жестокий и бесчеловечный членистоногий и сделал нечто подобное? Многие не поверили, но факт оставался фактом: Огай менялся, вернее, старался снова стать тем, кем был когда-то.