Слепые слышат

Сокджин приехал на полчаса позже указанного Намджуном времени — задержался на работе. Впрочем, он был уверен, что увидит Джису или в фойе больницы или на крыльце — его сестричка только-только оправилась от своих болезней, вряд ли ее визит к врачу закончится так быстро. Он подъехал со стороны парковки, собираясь оставить там машину, чтобы войти вовнутрь — но делать этого ему не пришлось. Джису действительно еще не уехала — она стояла на крыльце, хорошо одетая с серьезным выражением ее красивого личика. Сокджину даже смешно стало — ни дать, ни взять сестричка стала новым человеком, такая строгая, прямо как раньше. Это больно резануло его по сердцу, так как он уже отвык от такого выражения ее лица, от ее упрямства и ее решительности. Однако, видимо, в чем-то ее муженек был прав — Джису выглядела намного лучше, чем раньше, серьезней, по крайней мере. Возле нее стоял незнакомый парень, которого Сокджин сначала счел персонал больницы — но тут же отогнал от себя эту мысль. Во-первых, на нем не было медицинской одежды, обязательной для врачей и медбратьев, во-вторых, Сокджин, который на протяжении девяти месяцев бывал в этой больнице каждый день, уже успел порядком изучить всех, кто работал тут, и парня он здесь раньше не встречал. В третьих и наконец, парень держался с Джису слишком спокойно, подал ей руку, помог спуститься, а она привычно взяла его под локоть, как хорошего друга. Среднего роста, с презрительным выражением лица, темноволосый, в черной кожаной куртке и порванных черных джинсах — этот незнакомец полностью совпадал с описанием того нового друга Джису, о котором ему накануне целый час рассказывал Намджун. — Значит, это Мин Юнги, — сказал сам себе Сокджин. — Что же… Зря время не теряет, молодец. Умудрился прийти прямо сюда. Да еще и тон выбрал правильный — Джису словно зачарованная что-то упорно рассказывает ему, жестикулирует даже, потом смеется — и Мин Юнги утешает ее, гладит по плечу. Держится холодновато, но Сокджина сложно обмануть — он умеет читать по жестам, сам такой же… Видно, насколько его младшая сестренка небезразлична ему, да и сама Джису держится легко — словно знает его много лет или же… Есть что-то еще?.. — Черт… — пробормотал он сам себе. — Черт, Джи… Не говори мне, что у тебя чувства к этому парню! Он растерянно тер виски, наблюдая, как Джису и Юнги спустились по ступенькам и подошли к главным воротам — припаркованный мотоцикл словно огрел Джина по голове, чертов ублюдок еще и на мотоцикле ездит. Юнги сел за руль, Джису — за ним, шлем надела легко и просто, значит, делала это раньше. Немного подождав, они оба уехали — и Сокджин пару секунд подумывал, поехать ли за ними — но решил все-таки не делать этого. Джису явно сейчас не в лучшей форме, вряд ли ей понравится то, что он проследил за ней. Если она узнает, тогда скандал Сокджину обеспечен. А если же узнает Намджун… — Я не буду пока говорить ему, — твердо решил он про себя. — Не буду. Во-первых, я же не поймал ее за изменой! Во-вторых, у Джи есть голова на плечах. А в третьих… В третьих, я лучше сначала найду доказательства ее плохого поведения и сделаю этому Мин Юнги внушение. А там посмотрим. Быть может, легче станет… Я все-таки ее брат, я знаю, как лучше. Он вышел из машины и прошел в просторный холл больницы — прямо навстречу ему шел доктор Пак Джинен, на лице его сияла улыбка. — Сокджин-хен, — фривольно сказал он. — Рад тебя видеть… Но ты разминулся с сестрой, Джису-я только что уехала… И не одна, — добавил он, улыбаясь. — Ее забрал наш общий друг, — соврал Сокджин, когда понял, что Джинен тоже видел Джису и Юнги, — А я задержался для другого. Мне нужно поговорить с вами, доктор. И если можно, с глазу на глаз… — Тогда прошу в мой кабинет, — радушно сказал Пак Джинен. — У меня тоже есть небольшой разговор к тебе, хен. Как к хорошему доброму знакомому, конечно. *** — Джой приходила ко мне в больницу, — в очередной раз отчаянно говорила Джису. — Ты точно не привозил ее? Не провожал? Она могла сказать, что к родственнику или еще к кому… — Нет, — Джексон почесывал голову. — Она говорила, что нужно навестить подругу, но никогда не просила меня быть рядом с ней. Я вообще не особо лез в ее дела. — Потому что она этого не любила, — сказал Юнги. — Суен была строгой и самостоятельной. — У нас были сложности… — нехотя признался Джексон. — Кое-что мешало нам… Она постоянно отдалялась. То близко, то далеко. Иногда вроде бы откроется мне полностью, в другое время снова не пытается даже ничего сказать. Я волновался. Я задавал вопросы, но она только злилась. В последний раз вовсе заявила, что если я буду лезть в ее жизнь, она порвет со мной. — Никогда не думал, что у вас двоих так все сложно, — признался Хосок. — Она же обожала тебя. Сама предложила тебе встречаться. — Все изменилось в последние полтора года… — Джексон задумался. — Она изменилась. У нее словно появилась новая жизнь. Постоянно о чем-то думала… Иногда просила у меня прощения и плакала, но причину не говорила. В другие дни просто тупо искала повод для ссоры. И всегда говорила, что без нее я буду счастлив. Я чувствовал, что ее постоянно что-то гнетет, но помочь ей не мог. — И ты связывал это со мной, так? — Джису выглядела расстроенной. — Возможно, ты даже прав. Она приходила ко мне в госпиталь с мужчиной. Красивым молодым мужчиной, он держал ее за руку, так сказали медсестры. — Считаешь, что она мне изменяла? — очнулся Джексон. — Я даже спорить не буду… Правду теперь знает только моя Су… Но она ее уже не скажет. Чертов Цветочник просто забрал ее и все. Просто так! Забрал мою Су! — Мой оппа служит в полиции, и он рассказал, что с ее телефона перед смертью был сделан только один звонок за сутки. И он был по скрытому номеру… — поделилась Лалиса. — Что это значит? — удивился Хосок, — Разве так бывает? — Ну ты и деревня… — Йери усмехнулась. — Это значит, что кто-то заблокировал номер сразу же после смерти Джой. Зная, что его будут искать, заблокировал номер — теперь его не смогут рассекретить даже телефонные службы. — Стало быть, тот, кто звонил, и был убийцей, — осенило Юнги. — Он мог позвонить ей, чтобы договориться о встрече… Место определить… Или же он угрожал ей… Неужели полиция не может прослушать звонок? — Оппа говорит, что там много непонятного, — Лалиса задумчиво подперла руками свое хорошенькое личико. — Суен идеальная жертва для Цветочника, но почерк не его, совсем не его. Больше похоже на бытовое убийство с попыткой прикрыть дело. Он считает… — она потупила взгляд, стараясь не смотреть на Джексона. — Говори, — сказал он, заметив его стеснение. — Я уже ко всему готов…. — Оппа считает, что ее просто убил ее любовник или покровитель в результате ссоры, — сказала Лалиса, стесняясь. — А потом попытался замаскировать убийство под Цветочника. Положил цветы и уехал. Если бы это был настоящий Цветочник, он бы сначала похитил Суен, а потом уже подбросил бы тело. — Это логично, — Джису задумалась. — Но ее же не видела в городе с самого утра, как она уехала на работу из дома. Кто мешал Цветочнику похитить ее на все это время и как раз-таки подбросить на то самое место. Масштабы разные, но мотивы одни и те же, он убийца, который собирает лучших девушек в свою коллекцию, как в букет… — Ты права, — задумчиво сказал Хосок. — Тем более, что никто не знает особенностей ее убийства, кроме того, что ее задушили. — И? — мрачно спросил Джексон. — Что ты считаешь — ее мог убить тот парень, который возил ее к тебе? Или она влезла в какое-то опасное дельце? В последние дни у нее были деньги, несмотря на то, что выгодных контрактов было мало. Деньги, много денег — она покупала себе все, что хотела, помогла матери закрыть кредит и даже говорила о том, что поступит в университет на бюджет. — Я думаю, что я косвенно причастна к ее гибели, вот и все, — вздохнула Джису. — Никаких сомнений нет. До знакомства со мной Джой была счастлива, ее жизни ничто не угрожало. Так или иначе после нашего с ней знакомства проблемы начались у нас обеих. Меня травмировали, а Джой погибла… Возможно, было что-то такое, что могло принести нам проблемы обеим… — Есть способ выяснить это, — Чанель почесывал голову. — У Джой были личные вещи, записки там всякие… Наверняка что-то можно найти, если хорошенько все обыскать. Вот только сделать это будет сложно. Ее мать уже через пару дней навсегда покинет Сеул, и вещи дочери с собой заберет, так положено. — Я попрошу ее дать мне осмотреть ее комнату, — сказал Джексон. — Вам остальным она вряд ли это позволит… Но меня она знала неплохо, и я попробую поискать среди ее вещей что-нибудь подозрительное. Вдруг это поможет найти ее убийцу? Я делаю все это только ради этого. — Спасибо тебе… — Джису до сих пор было неловко говорить с Джексоном. — Просто спасибо тебе большое… Спасибо. — Ладно уж, — буркнул тот. — Чанель, ты пойдешь со мной. Сегодня выдался сложный день, а мне нужно напиться… Пошли… — Тогда и я с вами… — Хосок оглянулся на свою девушку, но Лалиса просто махнула рукой, и он пошел за друзьями. — Юнги? Ты с нами? — Я… — Юнги было неловко, он оглянулся на Джису, и уверенно покачал головой. — Я попозже приеду. Позвоню вам и узнаю, в каком вы баре, идет? Но сначала я провожу Ким Джи домой. Я ее сам сюда притащил. — Ладно, — Джису кивнула, взяв свои вещи, — Спасибо вам, девчонки. Вы мне очень помогаете. — Не бери в голову, — Йери махнула рукой. — Нам нравится помогать тебе, Ким Джи. Если на самом деле убийца Суен будет наказан, мы будем счастливы. — Ты заметила, — прошептала Лалиса, когда все вышли из комнаты. — Юнги-оппа явно в восторге от этой девушки… Глаз с нее не сводит. — Брось… — Йери покачала головой. — Она ведь замужем. Серьезная девушка, а он обычно на хохотушек западает. Его бывшие все как на подбор шумные и болтливые. Эта не такая. — Вкусы меняются, — пожала плечами Лалиса. — Вдруг он теперь любит молчаливых и травмированных? В любом случае, она ему уже нравится, понаблюдать за таким будет интересно даже… Впервые Юнги-оппа влюбился… Да еще и в замужнюю аджуму! Она весело расхохоталась, Йери не выдержала — тоже прыснула в кулачок. — Да, ты права, — сказала она. — На такое я бы тоже посмотрела. — Куда тебя отвезти? — спрашивал Юнги, пока Джису надевала шлем и садилась позади него. — Домой? Ты наверняка устала, тебе отдых нужен. — Ты прямо как мой муж говоришь, — Джису усмехнулась. — Брось, пожалуйста, я хорошо отдохнула. Я постоянно только и делаю, что сплю и ем, и все. Но я вроде бы стала на шаг ближе к разрешению моих проблем. Теперь я уверена, что Суен пыталась найти моих обидчиков или хотя бы знала, за что именно я пострадала. — Ты так уверена, что тебя пытался убить Цветочник? — Юнги набирал скорость. — Кроме слов этого доктора и того сумасшедшего младшего брата той звезды никаких доказательств нет… Может, все гораздо прозаичнее? — Я не думаю… — Джису испугалась, когда они выехали на проспект, инстинктивно обняла Юнги, от чего тот покраснел. — Совпадений в мире точно не бывает, а я уверена, что все, что произошло, не случилось со мной просто потому, что звезды так сложились. — Значит, ты хочешь продолжить свои поиски, да? — с грустью спросил Юнги, вспомнив расстроенное лицо Намджуна. — Но ты можешь снова пострадать из-за этого, Ким Джи. Подумай, пожалуйста, как тогда себя будут чувствовать твои близкие… — Я знаю… — Джису растерянно улыбнулась, пальцы ее задрожали. — Но знаю также и то, что если остановлюсь сейчас, однажды буду очень жалеть о том. Убийца Суен и других девушек ходит на свободе. Я обязана приложить усилия для того, чтобы поймать его. Наверняка, хотя бы что-то я о нем вспомню, учитывая рассказа доктора Пак и моего мужа. И если это поможет остановить беззаконие, тогда я хочу быть к этому причастна. Я готова рискнуть. — Ладно уж… — вздохнул Юнги. — Но не перенапрягись, пожалуйста. Если ты попадешь в историю, то снова создать проблемы и своей семье, и самой себе. Это все. Береги себя. Он высадил ее на остановке возле ее дома — Джису слезла с мотоцикла, сняла шлем и улыбнулась ему на прощание. Она еще не знала, что Им Наен, которая помогала своей бабушке донести ее покупки, успела заметить и симпатичного мотоциклиста, и свою заклятую подругу, и сделать свои собственные выводы. *** Скучный вечер в ресторане с Бэкхеном длился уже очень долго, Джису посматривала на часы и вздыхала — он почти ничего не рассказал ей о ее прошлой жизни, зато щедро сыпал комплиментами и обещал ей отличное продолжение ужина, на этом все. — Я зря теряю время, — Джису сердилась. — Я думала, что ты расскажешь мне что-то стоящее, но ты только несешь бред, оппа. Еще час, и я уйду отсюда. — Но это же наше первое свидание, — пропел тот. — Ладно… Я знаю, что ты пришла сюда не ради меня, Джису-я. Но было время, когда я тебе нравился. И ты даже мило отвечала мне, почти так же, как своему мужу, например. Тогда я пользовался успехом. — Явно не у меня, — Джису вздохнула. — Расскажи лучше что-нибудь о моем прошлом. Как ты и обещал всегда. И хватит сравнивать себя с Намджуном, вы абсолютно разные. — Если бы не он, возможно, я был бы твоим мужем, — с сожалением сказал Бэкхен. — Хотя тут больше руку приложен твой братец. Я его раздражал. Ведь я был разведен, к тому же я слыл бабником. Но к тебе у меня все было по-настоящему. Чертов Джин… Если бы только… — Я не была влюблена в своего мужа? — спросила Джису. — Не думаю, что брат бы заставил меня выйти замуж… Не такой он человек. — Он не заставлял, — пожал плечами Бэкхен. — Но тебя мучало то, что ты зависела от брата. Жила в его квартире, и он постоянно контролировал тебя. Я видел, что тебе хотелось свободы, а обрести ее было сложно. Еще ты хотела быть актрисой. Когда мы познакомились, ты так и сказала — дескать, я Джису, будущая обладательница Оскара. Это было забавно. Даже очень. — Я так говорила? — Джису заулыбалась. — Действительно, забавно. Видимо, меня это привлекало. — Ты в том кастинге поэтому участвовала, — сказал Бэкхен. — По-видимому, кто-то явно уговорил тебя, убедил, что ты прирожденная актриса. На самом деле, я думаю, ты бы точно смогла попробовать, ты красива и талантлива, но твой муж и твой брат наотрез запретили тебе даже об этом думать. Они сделали все, чтобы посадить тебя дома. Если бы не твоя травма, я думаю, ты бы беременела бы уже второй раз, чтобы постоянно быть под присмотром. — Грубо, — вырвалось у Джису. — Грубо, оппа, слишком грубо. — Пойми меня правильно, — взмолился Бэкхен. — Я такой же, наверное, будь я твоим мужем, я бы тоже стремился держать тебя дома. Но твой муж явно перебарщивал. Он ревновал тебя даже к твоим друзьям. Мне вот запрещали приходить к вам. Так и сказал — запрещаю. — Я ему повода не давала, — с сомнением сказала девушка. — Какой смысл ему было так ревновать? — Ты не давала? — рассмеялся Бэкхен. — Еще как давала! Джису-я, ты стремилась сбежать из дома пол любым предлогом. Гуляла так, что никому мало не было. У тебя было столько друзей-парней, что твой муж едва успевал устранять их. Думаешь, он дружил с ними тоже? Он ненавидел Кенсу! Того очкастого парня с хмурым лицом, который вечно терся возле тебя! И, говорят, что именно этот Кенсу убедил тебя развестись. — Я не собиралась разводиться с мужем, я уже говорила, — рассердилась девушка. — Хватит делать выводы о моей семейной жизни! Никакого права у тебя на это нет. — Я знаю, знаю, — поспешил успокоить ее Бэкхен. — Успокойся, Джису-я. Но я встретил Кенсу сразу после твоей травмы… Я ведь тоже ходил навещать тебя. Мне сказали, что ты не жилец, и я был подавлен. Возле больницы я увидел его. Он был пьян. Он сказал мне, что именно он виноват в том, что с тобой произошло. — Каким образом? — сухо отозвалась девушка. — Кенсу был моим другом, он не нападал на меня… — Он в тот день водил тебя к адвокату по разводам, так он сказал, — скривил лицо Бэкхен. — А после, когда ты возвращалась домой, на тебя напали. Но Кенсу был зол, и обещал, что найдет твоих обидчиков… — Что? — Джису вспомнила тревожное письмо от друга. — Оппа, что ты сказал? — Что он найдет их, — пожал плечами Бэкхен. — И убьет собственными руками.