Слепые слышат

Джису поставила стакан с холодным кофе на стол и задумалась — как бы проникнуть в здание частного музея. То, что нить, ведущая к Цветочнику, может быть только там, было вне всяких сомнений. Об этом думали и Джексон с Юнги — но, как и все мужчины, очень торопились. Первый нервничал, второго злила тактика первого — он обещал не вести поиски в одиночку, но сделал все по-своему. К тому же Юнги бесило то, что Джексон следил за Суен — он не мог принять то, что тот не доверял своей девушке. — Ты идиот, вот ты кто, — просто сказал Юнги. — Потом не беги ко мне с очередным нытьем. Помогать больше не буду. — Но зато я узнал про розы… — Джексон злился. — И потом — ты постоянно занят, как мне теперь вести поиски, тебя ждать что ли? — Можно и ждать меня, — развел тот руками. — Ты похож на Ким Джи. Вы оба ищите проблемы на одно место, не догадываясь, что за всем этим стоят опасные люди. Они легко могут покалечить вас, но вам же все равно! — Джису-я девушка, пусть она и опасается, — огрызнулся Джексон. — А я парень. Мне ничего не страшно. Теперь, когда Суен умерла… — Ты сделаешь хорошо ей или ее матери, если тоже сдохнешь, да? — не сдержался Юнги. — Сядь на место, Джексон, работай и успокойся. Если надумаешь творить глупость, попроси помощи у нас. Тебе все ясно? — Успокойтесь оба, пожалуйста, — Джису помотала головой в стороны. — Голова болит от ссор… Оппа, Джексон-оппа не виноват. Им движет желание поскорее отыскать убийцу, и он импульсивен, вот и все. Но в одном ты прав — это опасно. Нужно быть аккуратнее и просчитывать каждый свой шаг. Вопрос теперь в другом — просто так нас никто не пустит в оранжерею. Нужна убедительная легенда, а ее нужно еще выдумать. — Я просто пойду туда и попрошу сдать помещение для съемки… — буркнул Джексон. — Наверное, сработает, кто подумает, что я туда иду с другой целью. — Все в индустрии знали, что ты парень Суен, идиот, — вздохнул Юнги. — Да тебя первого туда нельзя пускать, если она там подозрительно часто бывала перед смертью. — Тогда… На экскурсию напрошусь? — предложил Джексон. — Это частный музей, а ты не член их клуба… — Тогда ты выбьешь ордер на обыск? — Это не так просто, — Юнги закрыл лицо руками. — Надо думать логичнее, Джексон. Это частная собственность, проникнуть туда не так-то просто. — Для начала нужно узнать, кому принадлежит это здание, — решительно сказала Джису. — А оттуда уже решать, как туда проникнуть. Все не просто так… Я думаю, я смогу добыть информацию, но для этого нужно время. — Еще одна! — в сердцах воскликнул Юнги. — Никакой самодеятельности, Ким Джи! Одна ты туда не пойдешь! — Не пойду, — успокоила его Джису. — Но мне нужно найти способ, как лучше сделать это, и я его найду, дайте только время. У меня больше всех шансов проникнуть туда. Я нигде не светилась, к тому же я вроде как постоянно ходила в галереи, увлекалась искусством и все такое… — Но ты же подруга Суен… — развел руками Джексон. — Но я девушка… — Джису улыбнулась. — Я не вызываю опасений. К тому же я потеряла память. Я словно чистый лист теперь. Мне можно наговорить все, что угодно, я поверю во все. — Печально, но вынужден согласиться… — Юнги внимательно посмотрел на Джису. — Но давай сделаем так. Ты постараешься найти способ проникнуть туда, но не пойдешь туда одна. Договорились? Отныне и впредь все решения мы принимаем вместе. — Хорошо, — заулыбалась Джису. — Но доверие должно быть взаимным. Я верю тебе, оппа, а ты веришь мне. Идет? Она встала из-за стола, взяв телефон в руку. Понятное дело, говорить было легко — а вот звонить Ким Тэхену и снова напрашиваться на разговор — уже сложнее гораздо. Однако Джису не боялась сложностей, а то, что на ее стороне были и Джексон, и Юнги, согревало ее изнутри. Если такие люди подстрахуют ее, тогда ей нечего бояться. — Добрый день… — сказала она, когда гудки прервались. — Как поживаете, мастер Тэхен? — Джису… — услышала она голос Чонгука, и не успела бросить трубку. — Джису… Это ведь ты? Не вздумай врать сейчас, я прекрасно знаю, что это ты. — Это я… — вынужденно пробормотала девушка. — Простите. Я звонила мастеру Тэхену. — Мастер Тэхен… — Чонгук был раздражен, и это читалось между строк. — Этот твой мастер Тэхен сейчас занят. Он рисует, и я лишил его возможности говорить с тобой, поскольку он скрыл от меня то, что ты навещала его. — В этом нет его вины… — Джису поспешила оправдать Тэхена. — Я сама напросилась, и он был любезен, поэтому… — Не говори мне ничего, — выдавил из себя Чонгук. — Это не телефонный разговор. Где ты сейчас? Я приеду… Нам нужно много обсудить. Почему ты не звонила раньше? Я знаю, что ты ушла от мужа… — Господин Чонгук… Я… — Джису стало неловко, она обернулась — Юнги и Джексон, сидящие за столиком, не сводили с нее глаз. — То, что я ушла от мужа, никакого отношения к делу не имеет… Это моя личная жизнь, и я… — Твоя личная жизнь касается меня напрямую, — выпалил Чонгук. — И ты не должна скрывать от меня такое. Как человек, которого ты любишь, я должен знать о тебе все. — Но я теперь другой человек, — Джису заулыбалась. — Я ничего не помню и не чувствую. Поэтому могу предложить только дружбу и все. — Не принимается, — спокойно заявил Чонгук. — Я сдаваться не намерен. Ты принадлежишь мне. Ты любишь меня, а я люблю тебя. Так где ты сейчас? Я заберу тебя. Поговорим при встрече. Меньше всего Джису хотелось сейчас встречаться с Чонгуком. Она прекрасно понимала, что у этого человека есть над ней некая власть, которая мешает ей выведывать у него что-то о себе, к тому же мешает ей и общаться с Тэхеном. Однако ей нужно было срочно узнать, кто владеет частным музеем в здание первого кинотеатра, а поговорить с Тэхеном у нее теперь не получится. Только если ей поможет Чонгук — и этого нужно было еще добиться. — Хорошо, — вздохнула она. — Я буду на станции в центре минут через пять. Заберете меня оттуда? Или мне приехать куда-нибудь? — Я заберу тебя сам, — заявил Чонгук. — Жди меня. И, пожалуйста, не звони Тэхену напрямую. Он наказан на то, что действовал без моего согласия. — Но он не раб, и мы ничего плохого не делали и не говорили… — возмутилась-было Джису, но Чонгук уже успел положить трубку. В его голосе чувствовалась ревность и неприятие, и Джису стало интересно, что больше рассердило Чонгука — то, что она обратилась за помощью не к нему, или то, что Тэхен позволил себе встретиться с ней без его согласия… — Я пойду, — сказала она Джексону и Юнги, когда вернулась за сумкой. — У меня через пять минут встреча. Возможно, я завтра уже буду знать все имена и телефоны. — Я пойду с тобой, — сказал Юнги, но Джису покачала головой — если Чонгук увидит рядом с ней еще и Юнги, еще одной сцены ей точно не миновать. — Этот человек не будет говорить с кем-то кроме меня, — сказала она Юнги. — Оппа, пожалуйста, верь мне. Если вдруг мне понадобится помощь, я позвоню. — Джису-я нужно придумать какое-нибудь кодовое слово, — вдруг сказал Джексон. — Она часто бывает где-то одна… Вдруг она не сможет открыто просить о помощи или назвать хена по имени… Нужно что-то такое, что будем знать только мы, что-то вроде тайного знака. — Ты прав… — Юнги задумался. — Хорошо. Если ты позвонишь мне или Джексону и назовешь нас женскими именами, значит, ты в опасности. Идет? — Идет, — довольно улыбнулась Джису. — А если я скажу, что-нибудь про свои синие туфли… Это значит, мне срочно нужна помощь. Синие туфли как те, что я нашла дома у моего брата. Они словно ключ к моему прошлому. Символично! И даже со смыслом вроде бы… — Проводить тебя? — спросил Юнги. — Отвезти? — Да нет, — Джису быстро надела пальто, намотала шарф на шею. — Я дойду одна быстрее. К тому же он может увидеть нас издалека. Я не хочу давать ему повод думать что-то. Мне выгоднее, чтобы он не знал о тебе, оппа. Помахав рукой, девушка быстро покинула кафе. Джексон с улыбкой проводил ее взглядом, потом перевел взгляд на Юнги и расхохотался. — Чего? — буркнул тот. — С ума сошел? — Она тебе нравится, — довольно сказал Джексон. — Черт, Лалиса была права. Ты почти влюблен. — Вовсе нет! — Юнги развел руками. — Она просто друг. К тому же я не интересуюсь замужними женщинами, бог с тобой. — Но она разводится… — усмехнулся Джексон. — К тому же редко все бывает именно так, как нам хочется. Ты ходишь и бродишь вокруг нее, таскаешься с ней, она жила в твоем доме, она доверяет тебе, ты позволил ей звать тебя оппой, да ты серьезно влип, парень! — Думай, как хочешь, — отмахнулся Юнги. — Ким Джи мой друг. И я не дам ее в обиду. Как не дал бы в обиду Суен, если бы был внимательнее. Как не дам в обиду тебя или Хоби. Все просто. — Дружбы с женщинами не бывает, — философски заметил Джексон. — Ты-то должен хорошо это понимать. Все не так просто. Ты, возможно, и не готов пока признать, что она тебе дорога — но рано или поздно это придется сделать. И тогда будет гораздо сложнее. Потому что она очень рискует собой, и, к тому же, ее разум действительно открытая книга. А вдруг найдется тот, кто напишет туда всякой дряни? И заставит ее поверить, что это правда? Береги ее, если так уж дорожишь ею… Юнги ничего ему не ответил — он просто смотрел в сторону, куда ушла Джису, и думал о том, что доля правды в словах Джексона, безусловно, есть. *** Чон Чонгук примчался ровно минута в минуту намеченного срока — дорогая иномарка, красивый молодой человек за рулем — Джису даже неловко было садиться рядом. — Вы привлекаете так много внимания, — пробормотала она. — Слишком много. — Прости… — улыбнулся он очаровательно. — Я так хорош, да? — Даже слишком… — Джису стало неловко. — Могу я спросить, почему мастеру Тэхену нельзя говорить со мной? — Почему же нельзя? — Чонгук резко нажал на газ. — Можно. Я даже рад, что вы снова подружились. Мне нравилось ваше общение — невинное и доброе. Я не ревную тебя только к нему. Остальным мужчинам говорить с тобой нельзя. — Я не о том сейчас, — Джису не нравился его игривый тон, словно она просто флиртует с ним. — Почему вы наказываете его за общение со мной? — Говори мне «ты», пожалуйста, — серьезно попросил Чонгук. — Меня коробит, что ты до сих пор считаешь меня посторонним, Джи… И ты утрируешь. Я зол на него за то, что он утаил ваше общение от меня. Как будто бы я вам чужой обоим! Я буду рад, если вы снова начнете дружить. Но я должен участвовать в этом. Потому что вы оба самые дорогие для меня люди. И я не вынесу, если вы исключите меня из своей дружбы. — Ни о чем таком мы не говорили, — призналась Джису. — Он рассказывал мне о своих картинах. И о том, что мы неплохо понимали друг друга. Это все. — Но ведь ты еще и спрашивала его о Суен… — лукаво улыбнулся Чонгук. — Много ли ты узнала, Джи? Много ли тебе рассказал Ви? — Откуда вы знаете? — Джису похолодела. — Он что — проболтался? — Я просил говорить мне «ты», — поморщился Чонгук, — К тому же я его лучший друг, я его единственный близкий человек, — строго сказал Чонгук. — Он расскажет мне все, если я правильно спрошу его. Дом утыкан камерами. Тебя сразу же засекли. Я не успел приехать вовремя, но когда узнал, спросил у него, о чем вы говорили. Он начал юлить, тогда я сказал, что больше он тебя не увидит — и он тут же все выложил мне. — Как низко… — вырвалось у Джису. — Зато эффективно, — улыбнулся Чонгук. — Я не позволю дружить у меня за спиной, Джи. Вы оба принадлежите мне. Мне нужно, чтобы я был для тебя и для него центром вселенной. Не ври мне больше. Иначе однажды я расскажу нашим детям, что их маме не всегда можно верить. — Вряд ли у нас с вами могут быть общие дети, — поморщилась девушка. — Такой тотальный контроль раздражает, даже если я и не участвую во всем этом. На его месте я бы давно уже расставила приоритеты. — Ты не на его месте, — Чонгук остановился в переулке, повернул голову к Джису и накрыл ее руку своей ладонью. — Ты на своем собственном месте. Ты моя, Джи. Ты любишь меня, а я люблю тебя. Конечно, у нас будут дети. Я хочу много детей, большую семью. И рано или поздно ты поймешь, почему я так ревнив. Я просто не могу снова потерять тебя. Не ври мне больше, идет? И говори мне «ты». — Тогда и ты не ври мне, — не выдержала Джису. — Ты сказал, что не успел приехать ко мне в больницу. Но там тебя видели! И ты был там с Суен! Ты подрался с моим братом. Ты знал Кенсу. Черт возьми, сколько еще вещей я не знаю? — Я не врал тебе, — спокойно сказал Чонгук. — Я просто не договорил об этом. Я не думаю, что эти вещи так важны. Но если тебе что-то интересно, я все тебе расскажу… О Суен, да? Джой… Милая и красивая девочка. Я соболезную твоей утрате, Джи. Ты ведь так ее любила. — Что ты о ней знаешь? — спросила Джису. — Расскажи мне. — Она пришла на кастинг вместе с тобой, — сказал Чонгук. — Нам интересно было снимать вас обеих в ролике. Она очень красива, как и ты, но вы разные. Ты нежность, она страсть. Ты достоинство, она сила. Вы гармонировали. И начали дружить. Тэхен стал рисовать вас — чаще тебя, но Джой тоже перепадало. Она нравилась мне, она была смелой и знала, чего хотела. Если ты напоминала мне Тэхена, то Джой была похожа на меня. Мы подружились. Он улыбнулся и потянулся к Джису, девушка едва успела увернуться от объятий — Чонгук усмехнулся, дескать, надолго ли тебя хватит, и продолжил. — Потом мы начали встречаться, она знала об этом. И Тэхену показалось, что девушка… Что она завидует в общем-то. Я замечал, что она пыталась привлечь его внимание — ведь он красив и богат, но у него к ней было какое-то отвращение что ли… Тогда она стала общаться со мной, но я уже был влюблен в тебя. Но вокруг тебя кружились и другие люди. Тебя фотографировали и снимали — и она тоже хотела быть причастной к этому. Ваша дружба помогала и ей блистать. Ей это очень шло. У нее появилась работа, ведь в галерее часто бывают агенты и рекламодатели. Но Тэхен пытался ей мешать, уж слишком он недолюбливал ее, пару раз она даже жаловалась мне. — И что же было дальше… — Джису была напряжена — ей казалось, что Чонгук что-то недоговаривает. — Да ничего, — развел руками Чонгук. — Ничего такого. Случилась трагедия с тобой. Твой брат подрался до этого со мной, потому что не хотел верить, что ты не любишь мужа. Я поехал туда, но меня перехватили по дороге. Этот Ким Сокджин пообещал, что увезет тебя, если я не успокоюсь. Тогда я просто прислал деньги и послал туда Суен. Она ведь была вне подозрений. Она и узнала, как ты и где. А потом, когда все улеглось, я приезжал туда вместе с ней. Узнавал, как ты и навещал тебя. Все. — Но почему она погибла? — серьезно спросила Джису. — И почему перестала работать с вами? — Я сам попросил ее больше не приходить, — Чонгук притянул руку Джису к себе. — Она не смогла заменить тебя для Тэхена. Ты была его музой, а она — нет. Ничего не получалось. Мне было некомфортно с ней. Она пыталась флиртовать со мной, привлекала мое внимание, но мне это не нравилось. Я объяснил ей все. И она ушла. Он поцеловал ладошку Джису, потом задумчиво посмотрел на нее. — Джи… — медленно вкрадчивым голосом сказал он. — Она погибла из-за этого сумасшедшего маньяка. Он опасный, но рано или поздно его поймают. Я уверен, что Суен сама его спровоцировала. Она ведь была красивой и талантливой. К тому же она стремилась играть на грани, постоянно публиковала что-то. И попалась ему на глаза. Жаль, конечно. Надеюсь, этот ублюдок ответит за все. А теперь, если твой допрос окончен… Поедем куда-нибудь? Я хочу быть с тобой наедине… Хочу поцеловать тебя и… — Я поеду только к мастеру Тэхену, — Джису не ожидала сама от себя такого ответа. — Я не могу ответить на твои чувства, пожалуйста, пойми это. Но я хочу общаться с мастером Тэхеном. И если ты не против, отвези меня к нему. Там и сможем поговорить еще. — Ладно уж… — вздохнул Чонгук, нехотя выпустив ее руку. — Но я тебя обязательно добьюсь, Джи. Рано или поздно. А пока можешь повидать своего друга. Я полюбуюсь вами обоими, пока вы будете общаться.