Слепые слышат

Тэхен радовался общению с Джису как ребенок — два часа, что они провели в уютной кофейне, он болтал и смеялся, дергал ее за рукав, шутил, и все время оттягивал конец их разговора. — Тебе некуда торопиться, — напоминал он по-детски. — Ты сама говорила. — Некуда, некуда… — вздыхала Джису. Ей было неловко за то, что она манипулировала этим человеком, и она стремилась хотя бы так немного загладить свою вину. — И что ты скажешь? — улыбался он. — Вот было бы здорово, если бы ты поехала с нами в Лондон. Там у меня такой красивый дом… Он тебе понравился бы. Не хочешь? — Это было бы странно, — криво усмехнулась Джису. — А какой это дом? Дом твоих родителей? — Нет, — лицо Тэхена помрачнело. — Это дом, который построил Гук. На месте дома моих родителей. Сейчас того дома нет. Но Гук построил красивый дом, он мне нравится. Там много моих картин. И рядом парк с оленями. — Здорово… — улыбнулась Джису. — То есть Ричмонд-парк, да? — Да, да, — кивал Тэхен. — Там тебе бы точно было спокойно и хорошо, Джису. Там так красиво… Там тебе бы никто не мешал… Никаких людей, никакого шума. — Но я не люблю тишину, — призналась она. — Я иногда просыпаюсь ночью от страха, хорошо хоть моя собака рядом. — Если тебе некомфортно в новой квартире, ты можешь пожить у меня, — легко предложил он. — Я буду рад. У меня много комнат. И если вдруг я уеду в Лондон без тебя, ты все равно можешь остаться в моем доме. Все мое принадлежит тебе. — Спасибо, но я не могу принять это предложение, — честно сказала Джису. — Мы только друзья, а для друзей такие подарки немного странные. Я понимаю, ты хочешь мне помочь. Но если ты на самом деле считаешь себя моим другом, тогда просто перестань обманывать меня. И расскажи мне все, как есть… — Все, как есть… — Тэхен задумчиво поднял глаза. — Знаешь, Джису, как есть — мы с Гуком тебя любим и хотим о тебе позаботиться. Это все. Остальное — мелочи и детали. — Правда? — хмыкнула Джису. — То есть на выставке Сон Мино на меня не напали? И укол в шее — это просто мне показалось, да? — Я не хочу в это верить, — как-то глуповато заявил он. — Я верю, что там была обеспечена безопасность. А ты все еще немного нуждаешься в заботе, и Гук может… — Он не может, — перебила его Джису. — Расскажи мне лучше о том художнике Ча Ыну. Какой он человек? Мог ли он ну… — Он плохой, — просто сказал Тэхен. — Несерьезный. Чем-то напоминает Гука, но тот гораздо умнее. Помню, он от тебя не отходил вообще. Говорил, что ты его новая муза. — Правда? — улыбнулась девушка. — Я? Музой? — Он тебя и рисовал пару раз, — легко сказал Тэхен. — Но это были опусы. Мои картины намного красивее… — А как он меня рисовал? — просияла лицом Джису. — Есть фотографии? Или хотя бы — что именно он рисовал? — Ты в свадебном платье, по-моему… — вспомнил Тэхен. — У тебя была фотография на телефоне, он взял образ и идею оттуда. И еще он рисовал в графике нас с тобой. Ты мне тогда позировала, а он сидел рядом. Красивый получился рисунок, я готов был простить ему все грехи за него. — Почему же? — удивилась Джису. — Потому что там были ты и я, — честно признался он. — Мне никогда в жизни не делали такой подарок. — У тебя не сохранился этот рисунок? — Нет, — покачал он головой. — Поэтому я и восхищаюсь им до сих пор. Если бы, например, он был бы у меня, я бы за эти годы давно бы уже раскритиковал бы его, ведь сейчас мне, например, нравятся картины другого толка… И я особо и не помню, как именно он нас нарисовал. Но это были мы с тобой… Поэтому я вспоминаю его рисунок с нежностью. Он талантливый парень, этот Ча Ыну. — Как ты? Он такой же талантливый, как ты? — Нет, — ревниво сказал Тэхен. — У моих картин есть крылья. А его просто стоят на земле. Они скучные чаще всего. И еще мне не нравится то, как он рисует огонь. Я не люблю огонь. — Почему? — невпопад спросила Джису. — Он греет. Это красиво. — Огонь убивает… Портит то, что строилось годами… — грустно сказал Тэхен. — Я боюсь огня, Джису-я, с детства боюсь. Потому что я знаю, каким может быть огонь. Как много боли он приносит… А Ыну вообще не соображал особо, что такое огонь. Для него это красное и желтое. Он скучный, этот Ыну. Посредственность. — Так талант или посредственность? — не поняла Джису. — Сам себе противоречишь. — И то, и другое, — подумав, сказал Тэхен. — Я так понял. И то, и другое. Он и безупречен, и скучен. Неспособен на великое — и великое делает между делом. Но я его презираю все равно. Даже если и уважаю, все равно презираю… — Из-за меня? — Джису внимательно посмотрела на Тэхена. — Ты любишь Гука, — твердо сказал он. — Гук — твоя судьба. Я могу принять только такой исход. Потому что он тоже тебя любит, Джису. С ним ты точно будешь счастлива. — Я буду счастлива, если верну себе свои воспоминания, — честно сказала она. — А если они очень страшные и темные? Если в них только боль и страх, потери и предательство? — Даже такие они — мои все равно… — уверенно сказала Джису. — Приму и такие. Мне главное, чтобы мое прошлое вернулось ко мне. Поэтому если захочешь рассказать мне о моем прошлом… — Давай поменяем тему… — предложил Тэхен с проворностью, которой удивил Джису. — Поговорим о твоем знакомстве с Зико и Мино. Я его не одобряю, потому что… *** Джису проводила взглядом уходящего Тэхена — несуразный, но симпатичный, даже милый в своем упрямстве. С ним удивительно легко и комфортно, ему можно рассказать обо всем на свете, он все поймет и все полюбит. И все-таки кое в чем она ему до сих пор не могла довериться, словно незримая стена стояла между ними. Такой он, этот мастер Тэхен — талантливый и интересный, но таинственный и странный, ничего нового — и новое все. Ей понравилось проводить с ним время, но она была уверена — если об этом узнает Чон Чонгук, по головке он их обоих не погладит. Возможно, он даже сделает все, чтобы их общение не повторилось. Почему-то Джису была уверена, что Чонгук всегда хотел стоять между нею и Тэхеном, он хотел быть связующим звеном между ними, но никак не допустить, чтобы они общались без него. Это казалось ей обыденностью и нормой, и она вдруг поняла, что вспомнила это. Вот так просто не во сне или после стресса. — Мои воспоминания возвращаются… — сказала она сама себе. — Это здорово. Зазвонил телефон, номер звонящего был незнаком ей, но она сняла трубку — из-за подработок ей могли постоянно бомбить незнакомые люди, но работа есть работа. — Я слушаю, — выдохнула она в трубку. — Можете говорить. — Меня зовут Ли, — вежливо сказала девушка. — Я медсестра в клинике Хан Сойыль. Работаю на посту в службе оповещения пациентов. — А… — Джису вспомнила молодую симпатичную девушку на ресепшене клиники. Она пришла работать после того, как Джису выписалась, но они часто встречались, когда та приходила на обследования. — Я хотела сообщить, что результаты ваших анализов готовы. Я переслала их на вашу почту… — отметилась та. — Благодарю, — Джису буквально расцвела. — Я совсем забыла о них. Но разве мне не должен был сообщить о них доктор Пак. Он вроде как собирался связаться со мной. — К сожалению, доктор Пак сейчас в срочном отпуске, и приостановил прием своих пациентов, — вежливо сказала девушка. — Я думаю, он с вами свяжется. Если вам требуется срочная консультация, вас может обслужить наш второй невропатолог, госпожа Ю Чонен, и… — Нет, нет, — поспешно сказала Джису. — Я совсем не тороплюсь. Если доктор Пак в отпуске, я подожду. Но странно что он не сообщал об этом. Обычно в таких вопросах он аккуратен. Надеюсь, все в порядке… — Он уехал из Сеула, — сказала девушка. — Скорее всего, дело в его диссертации. Он ведь не покладая рук трудится над ней. Скорее всего, конференция или сбор материала. Не беспокойтесь, он свяжется со своими пациентами. — Благодарю вас. Передайте ему мои лучшие пожелания… — Джису подумывала, стоит ли сказать что-то еще своему врачу, но вовремя передумала. — Я свяжусь с ним, когда он вернется. Положив трубку, она тут же проверила почту — результаты анализов были довольно смутными. — Психостимуляторы отсутствуют, — прочла она. — Антидепрессанты тоже. Проба на наркотические средства — отрицательно… Имеются следы психоактивных веществ… Что это значит? То есть… Джису вспомнила — дыхание женщины на своей шее, ее тихий голос, приказание стоять… Укол… Психоактивное вещество… То есть незнакомка ввела ей в шею какой-то препарат? Но с какой целью? Хотела посмеяться над ней или получить какой-то эффект? Или же… — Она хотела меня убить… — пробормотала Джису. — Она не стала бы так рисковать ради розыгрыша или глупой шутки. Подойти ко мне при всех, не обращая внимания на толпу… Уколоть меня в шею, рискуя быть пойманной… Она не так проста. Но что она хотела от меня на самом деле? Моей смерти? Моего падения? Чтобы я замолчала? И откуда тогда она узнала, что я буду на вечере? Она увидела меня там и напала? Но откуда тогда у нее шприц?.. Вопросов было слишком много — голова гудела. Джису аккуратно обернулась, осмотрелась — вокруг мирно шли равнодушные люди. Совсем как в тот раз. То есть в любом людном месте на нее могут напасть — и она не поймет до тех самых пор, пока не погибнет? Так? Она быстро закуталась в шарф и пошла к метро. Стоит действительно быть очень осторожной, чтобы не рисковать. Она затеяла опасную игру, пытаясь вернуть свои воспоминания, и кому-то это очень надоело, раз он решился на подобный риск, стараясь избавиться от нее. *** — Вы обворожительны… — пропел Зико, предлагая ей руку. Джису даже смутилась от его такта и вежливости, но сдержалась. Юнги, стоящий неподалеку от нее нахмурился. Ему с первого взгляда не понравился Зико, и идея казалась весьма опасной. — Мои помощницы — Минчжу и Минзи, — сказал Зико, указав на двух модно одетых симпатичных девушек. — Стилист и визажист. Они поработают с тобой. На серьезных фотосессиях я обычно работаю с большой командой, но для начала решил снять что-то интимное, скрытное, для нас двоих. Это прозвучало двояко, но Джису заулыбалась, потому что правильно поняла его настрой. Зико пока не понимал точно, что делать с этой фотосессией, и предпочитал решать на ходу, как и положено настоящему мастеру своего дела. — Значит это музей… — Джису оглядывала огромное помещение с пустыми залами, в мозаике из прошлого века, с картинами на стенах. — Старое… — Я не решился навязывать сюда модные стили, — пояснил Зико. — Мне это здание досталось в качестве наследства от старшего брата. Раньше музеем руководил он. Мне нравится дух прежних времен в нем, и я стараюсь его сберечь. — Тут очень атмосферно, — призналась Джису, разглядывая старинные барельефы и картины, помутневшие от времени. — Сам музей расположен на втором этаже, — пояснил Зико. — Он постоянно дополняется, коллекция довольно большая. Мы открываем его для посетителей в редкие дни. В основном, функция музея именно сберечь, а не показать. — А что находится на третьем этаже и выше? — поинтересовалась Джису. Юнги молча шел следом за ней. — На третьем этаже — библиотека, — сказал Зико, — А выше помещения служебный. Там еще есть два картинных зала, но картины, в основном, из прошлого века и неизвестных художников. — А оранжерея? — вырвалось у Джису. — Я слышала тут есть и оранжерея. — О да, — оживился Зико. — Она прелестна. Я держу ее тут ради моего хорошего друга. Он обожает цветы, но ему претила мысль растит сады дома или еще где. Ему хотелось что-то вроде зимнего сада. И когда он сказал мне об этом, я подумал, что идея не так уж плоха. В любом случае, получилось весьма интересно. Он не использует ее в коммерческих целях, скорее, просто держит для вдохновения. — Человек искусства, значит… — вырвалось у Джису. — А я думала, что вы будете снимать меня именно среди цветов. Там ведь так красиво, цветы, зеленый цвет… — Нет, я придумал место поинтереснее, — Зико улыбнулся. — Здесь есть полуразрушенная галерея. Вам там понравится, Джису-ши. — Галерея… — Джису обернулась, бессильно глядя на Юнги. Тот еле сдерживался, чтобы не встрять в разговор, настолько сильно раздражал его тон и сам вид Зико. Джису пришлось из кожи вон лезть, лишь бы не ошибиться настолько, чтобы вызвать конфликт. Она выдохнула, постаралась придать своему лицу самое равнодушное выражение лица на свете. — И какой будет концепция фотографий? — спросила она. — Что-то легкое? — Наоборот, — оживилась Минчжу, красивая девушка с широкой улыбкой. — Мрачная. Вы кажетесь мне весьма красивой, но вам не хватает огня. Милый концепт вам подойдет, но это не совсем то, что вам нужно. А вот что-то таинственное и загадочное украсит вас еще больше. Я набросала кое-какие образы, но это на будущее, а пока импровизация. — Сколько займет эта съемка? — спросил, наконец, Юнги. — У нас еще подработка. — Долго вас не задержим, — скривился Зико. — Пара локаций и несколько образов. Я оплачу ваше время, не беспокойтесь. Полчаса спустя Джису в длинном темном платье с низким вырезом тщетно пыталась встать повыше — без посторонней помощи не получалось. Юнги на съемочную площадку не пустили, он стоял у края, а потом вышел, якобы покурить. Джису прекрасно понимала, что Юнги мог пойти туда, чтобы разузнать что-нибудь о галерее, поэтому старательно позировала, чтобы не выпустить внимание Зико. Волосы ей выпрямили, и они лежали по спине, в волосах прятался жемчуг. — Это очень красиво, — восхищенно говорила она девушкам. Те мило улыбались, подходя время от времени, чтобы освежить макияж или добавить акцентов. — Боже, я всегда знал, что ты рождена для этого, — искренне восхищался Зико. — Черт, у тебя мимика актрисы. Тебе нужно обязательно попробовать сыграть что-нибудь. Хотя бы крошечную роль. — Правда? — искренне обрадовалась Джису, хотя причина ее радости и осталась для нее незаметной. — Я так рада. Я иногда подумываю, чтобы пройти какие-нибудь пробы. Жаль только все время сдаюсь от страха и жалости к самой себе. — Нет, у такой как ты не должно быть ни первого, ни второго, — честно сказал Зико. — У тебя говорящее лицо. Просто тебе нужно раскрыться, Джису-ши. Помню, я увидел тебя в тех промо-роликах для галереи, там я сразу и понял, что с тобой можно будет сотворить настоящее искусство. — В голубом платье? — спросила она машинально. — Голубых туфлях. С Пак Суен? — С Джой, — на лице Зико расцвела улыбка. — Именно. Та девочка тоже была что надо… Сексуальная, горячая. Она знала, чего хочет на самом деле. Очень вхарактерная девочка была. — Вы ее хорошо знали? — спросила Джису, выставляя ногу вперед для кадра. — Более чем… — уклончиво ответил Зико. — Я ей помогал. Знакомил ее с режиссерами, искал ей работу. Она была талантливой, просто недооцененной. Взамен она всегда помогала мне. Это была интересная дружба. — А есть у вас ее фотографии? — поинтересовалась девушка. — Есть, — кивнул Зико. — Как и твои. Я никогда не выбрасываю кадры, иногда они поражают мое воображение. — Можно будет посмотреть? — Разумеется, — пожал тот плечами. — А, кстати, где твой менеджер? Заскучал? — У него характер сложный… — Джису поспешила объяснить Юнги. — Но он помогает мне больше других. Я ему благодарна. Любая работа для него ценна. Вот бы еще хоть глазком заглянуть в оранжерею. — Ну… — Зико подумал. — Если вам так сильно этого хочется, Джису-ши, я могу попросить Ыну пустить вас туда. — Ыну? — машинально переспросила она. — Ча Ыну? — Его зовут так, — лукаво усмехнулся Зико. — Именно так. Он скоро прилетит на очередной ежегодный конкурс, после обязательно захочет проверить свои цветы. Хотите — я попрошу его показать их вам? — Хочу, — честно сказала Джису. — Очень хочу посмотреть. Особенно розы…