Слепые слышат

Джису провела пару часов в комнате, после ухода Чеен, просто лежа в кровати, пытаясь понять, что именно она сейчас сделала и как ей быть дальше. Мысли были спутаны, настроение подавлено. Как черная выжженная земля медленно умирает после пожара, так и ее разум тихо спал после всех ее активных действий. Она до конца не могла понять, куда ей двигаться и как, особенно теперь, когда она открыто объявила войну всем свои недоброжелателям. И еще она не могла понять, что именно предпримет Тэхен. Слишком загадочный и скрытный, он держал свое сердце в рукаве и даже взглядом не выдавал своих искренних намерений. Но то, что Тэхен не останется в стороне теперь, когда она призналась ему, было очевидно. Джису не была дурой — но и расчётливым страгетом ее сложно было назвать. Она слишком легко поддавалась эмоциям, она еще не понимала, как лучше обыграть некоторые ситуации, у нее не хватало знаний — и опыта тоже. Будь она той прежней Джису, возможно, ей было бы легче все понять и исправить, но сейчас она просто плыла по течению, до конца не понимая, куда ей двигаться. Все зависело от Тэхена, от его настроя. Если он сейчас поверит ее словам, возможно, у нее будет шанс все изменить. Если же нет, если же он решит пойти и рассказать все Чонгуку, тогда Джису пропала. Чон Чонгук обязательно спрячет ее от целого мира и от нее самой. У него есть специальные лекарства, которыми он усыпил ее, он не гнушается нарушениями закона, он легко перейдет черту. И он точно не опустит руки просто так — на кону слишком большая цена. — Возможно, он просто убьет меня… — промелькнуло в ее голове. — Да, конечно, он говорит, что любит меня, но, если уж выбирать между мной и Тэхеном, всей его властью над ним… Возможно, он примет решение, что я слишком сильно ему мешаю… И тогда я действительно буду в опасности, я буду тут, обреченная на смерть, а мой брат и моя семья даже не узнают обо мне… Джису вспомнила фотографии с телом сестры Джунмена. Он ведь так и не увидел ее, не смог попрощаться. Такая популярная женщина, всеобщая любимица, просто сгинула из этого мира — и все… А уж говорить о Джису нечего… Однажды ей удалось избежать гибели, но теперь это вряд ли случится во второй раз. Второго раза может и не быть. Как же быть с Юнги? Этот вопрос Джису тщательно обходила стороной в своей голове, но он же пугал ее больше всего на свете, потому что она до конца не понимала, кому ей верить и стоит ли верить вообще. Особенно теперь, когда Чон Чонгуку удалось-таки заронить зерна сомнения в ее безоговорочной вере в Юнги. Она считала его другом. Она верила ему. Она доверяла ему самое главное и тайное. И она считала, что только Юнги стоит на одной с ней стороне в этой борьбе. Но теперь все это казалось только ее иллюзиями и ее мыслями. Словно только она верила в это. Что думает сам Юнги? Что есть на самом деле? Почему все именно так и никак иначе?.. Обо всем этом оставалось только догадываться — и Джису с удовольствием бы разобралась сама, если бы у нее было больше времени. Но в этом-то и была загвоздка. Времени у Джису не было совсем. Она сидела взаперти, лишенная последнего шанса сбежать, у нее все еще не было никаких сведений, и она по-прежнему не знала, как ей поступить с Тэхеном. Времени выяснять правду больше не было. Она еще немного поломала голову над всем этим, а потом просто решила поспать — заняться ей все равно больше было нечем. Сон должен был помочь привести ее мысли в порядок, подарить ей немного спокойствия и веры. Джису еще не знала, что ей предстояло пережить в будущем, поэтому должна была копить силы, держать свой разум в спокойствии и холоде. Она действительно устала, еще не до конца освободилась от действия всех тех лекарств, которыми ее пичкали, а еще ее подкосила встреча с Чеен — до того она и не думала, что Чонгук пойдет так далеко ради своих целей. — Я не могу подвергать ее опасности… — думала она. — Ни ее, ни мою семью, ни Намджуна с Юнги. Эти люди тут не при чем. Никто не виноват, кроме меня. Я должна сама отвечать за свои ошибки, и никак не привлекать тех, кто может пострадать. Хватит того, что Кенсу пропал, а Лалиса сидит в этом странном агентстве. Ведь она пропала после того, как я взяла ее с собой на выставку… А если говорить о докторе Пак… Незаметно для себя она провалилась в мягкий сон — словно потеряла счет времени и отключила сознание. Проснулась она от резкого запаха дорогого парфюма и мягкой руки на лбу — сначала ей показалось, что рядом с ней Тэхен, но потом она вспомнила, кто именно пользуется таким запахом. — Джи, — позвал ее Чонгук. — Прости… Я не хотел тебя разбудить. Джису ничего не ответила, но отшатнулась, чтобы не дать ему возможность прикасаться к себе дальше. Чонгук сидел на краю кровати и гладил ее волосы. — Я пришел навестить тебя… — сказал он. — Но ты так сладко спала. Как раньше… В нашем уютном доме. Я тогда часто любовался тобой. Ты такая красивая… — Не надо этих слащавых слов, — попросила девушка. — Я все равно не поверю им. Мне неприятно слушать такое после того, как меня похитили и заперли в подвале. — Тебя никто не запирал, — Чонгук сложил руки на груди. — Я же объяснял тебе, что все это нужно, чтобы защитить тебя от необдуманных поступков. Это все вопросы твоей безопасности — не более того. — Я охотно в это поверила бы, если бы меня не похищали и не пичкали лекарствами… — Джису нахмурилась. — А так, прости, кажется, что все совсем не так радужно. — Ты умная девочка и сама разберешься что к чему, — уверенно сказал Чонгук. — Нужно только время. Я тебе его с радостью предоставлю. Посидишь, успокоишься и поймешь, что только мы с Тэхеном и есть твоя семья. — Тогда почему ты не даешь мне позвонить моему брату? — спросила девушка. — Разве я не имею право просто позвонить своему брату и сказать, что я не умерла, не пропала, что я в безопасности? Мой брат и есть моя настоящая семья. Он мой единственный родственник в Сеуле и… — Ну мне-то твой брат никто, — резонно заметил он. — К тому же симпатии он у меня не вызывает. Ведь именно он уговорил тебя выйти замуж за этого парня. И он поддерживал видимость твоего счастливого брака. Я не собираюсь потакать его капризам. Когда буду уверен в тебе и наших отношениях, возможно, дам тебе время поговорить с ним. Но сейчас… — Сейчас я буду жить в подвале, да? Веселые перспективы. Я радуюсь, когда вспоминаю, на что обречена. — Зачем ты так драматизируешь? Я пришел, чтобы побыть с тобой рядом, я соскучился. Можно просто пару минут посидеть в тишине и покое? Он с пару секунд изучал ее взглядом, а потом вспомнил про Чеен. — Ты была рада увидеть свою подругу? Она сказала, что вы мило поболтали… — Зачем ты привез сюда Чеен-и? — Джису подняла глаза. — Разве это справедливо — вмешивать мою подругу, у которой своих проблем выше крыши? — А какие у нее проблемы? Она счастлива… Хен ее обожает, говорят, что они поженятся… Он сейчас неплохо зарабатывает, твоя подруга будет как за каменной стеной. Что тут плохого? — Не все хотят жить за каменными стенами, Чонгук, — Джису внимательно посмотрела на него. — Некоторым нравится общаться с людьми и наслаждаться жизнью в мире. — Но по твоей подруге я не увидел ничего такого. Они не отлипали друг от друга. Она висла на его шее. Джису подумала, что видела сама отстраненное испуганное лицо Чеен возле Ли Минхо, и поразилась, с каким спокойствием и уверенностью врет ей Чонгук. Надо же — Чеен висла не его шее… Сейчас максимум, на что способна Чеен, это молча тихо соглашаться с любимым оппой на все, что тот может предложить, и ничего больше. Но Чонгуку нужно выставить Чеен любимой и любящей, чтобы убедить Джису составить ей компанию и стать такой же семейной счастливой аджуммой. Вот только загвоздка в том, что Чеен не хочет замуж за Минхо, в этом Джису просто уверена. — Я решил, что вам будет полезно пообщаться почаще, — вдруг сказал он. — Все-таки я не держу тебя взаперти, я же говорил… — То есть… — удивленная девушка подняла глаза. — Ты хочешь сказать, что… Я могу встретиться с Ченги еще раз? — Да, почему нет, — улыбнулся Чонгук. — Она приятная воспитанная девушка, невеста моего хена. Мне приятна ваша дружба, это лучше девушек из агентства. Я совсем не против, что вы будете видеться, я даже больше скажу, я поддерживаю такую дружбу. Попрошу ее парня привозить Чеен-ним почаще. Тебе будет полезно. И если ты обещаешь вести себя хорошо… — Ты выпустишь меня отсюда? — вырвалось у нее. — Ну… Я могу разрешить вам посидеть в саду… — подумал Чонгук. — Но без шуток, Джи, тут везде охрана, ты же знаешь. — Я рада… — Джису улыбнулась — для ее плана нужна была связь с Чеен, а без телефона и доверенного лица это будет довольно сложно. — Я очень рада! — Я сделал что-то приятное тебе? — улыбнулся Чонгук. — Наконец-то, мне удалось угодить тебе. — Это вообще-то мое полное право — общаться с теми, с кем я хочу, которого ты меня лишил, — напомнила девушка. — Поэтому не могу сказать точно, угодил ты мне или просто решил пойти навстречу, чтобы я не взбесилась. — Я надеюсь, что ты довольна, — Чонгук оценил ее скепсис, — Но все зависит от тебя. Если ты поверишь мне, будешь доверять мне и бросишь свои чертовы поиски, тогда мы сможем быть счастливы. В любой точке мира, Джи. Я буду рядом с тобой столько, сколько ты захочешь, у нас будут дети, семья, дом… — А Тэхен? — тихо спросила она. — Что — Тэхен? — удивился Чонгук. — Он тебе что-то сделал? — Нет, конечно, — Джису постаралась предать своему лицу равнодушное выражение. — Он хороший человек, он твой друг. Какова его роль в твоих планах? — Я хочу, чтобы он был со мной рядом, — просто сказал Чонгук. — Он не просто друг, он моя семья. Я люблю его и доверяю ему. Больше ничего. — То есть — он всегда будет с нами? — Ну мы найдем дом, где будет место для всех… Можем взять два дома. Финансы позволяют и… — Я не о том… — отмахнулась девушка. — Это не слишком странно… Два взрослых мужчины везде вместе. Я бы подумала, что у вас слишком нежные чувства, если бы не знала вас хорошо. — Я люблю тебя, а Тэхен мне как брат, — нахмурился Чонгук. — О чем ты? — Но почему он должен быть везде рядом с тобой? — Потому что он моя семья… А что тебе это как-то мешает? — Не мешает, но пугает. И мне кажется, я задаю адекватные вопросы. — Какие же? — Меня похитил не ты… Я помню, кто напал на меня, и это был Тэхен. Я также помню, что все зовут его не совсем адекватным. И кроме того… Слухи о пожаре в его доме… Разве не говорят люди, что он сам мог устроить его? — Это все ложь, — рассердился Чонгук. — Тэхен любил своих родителей. Он обожал их. И у него никогда не было ни с кем конфликтов. Скажи мне, кто сказал тебе такую чушь, и я… — Я в поисках — ты же сам сказал, так что узнаю все сама. И мне не нужны чужие сведения, я и так сама могу узнать то, что нужно. Все тайное рано или поздно становится явным. — Тэхен никогда бы не причинил вред своей семье, это бред… — уверенно сказал Чонгук. — И тот, кто распространяет такие слухи — мерзавец. Он трагически потерял всю семью. Эта потеря травмировала его. Он никогда не был виноват в этом, хотя были журналисты, особенно те, кто поддерживал его противников, которые приписывали ему всякие гадости. Но это не про Тэ. И это мое последнее слово. — Ты веришь ему? — Как самому себе… — А как же насчет меня? Почему он так отреагировал на меня? Что я сделала ему? Даже если я изменила тебе, то какое он имел к этому отношение?! — Он просто среагировал… Тэ любит нас обоих, он испугался, что мы начали ссориться. У него был нервный срыв, и ты в этом виновата, Джи. Но сейчас он стабилен, я могу тебе точно сказать. — И мы должны жить с ним? В одном доме? — Ты его боишься? — удивился Тэхен. — Разве это правильно? Почему ты так говоришь, я не узнаю тебя. — Я не хочу снова оказаться под ударом, вот и все… — Джису ловко вела беседу. — И я не боюсь его, но не чувствую себя в безопасности рядом с ним, это верно. — Тогда что ты хочешь, чтобы я сделал? Мне прогнать его от себя? — Нет… Но я не знаю… Может, ему нужен психолог? Или помощь врача? Или ему нужно уехать куда-нибудь подальше? Это было бы неплохо… Тогда я могла бы быть спокойна и… Есть разные методы лечения, гипноз, например, и… — Это исключено, — спокойно сказал Чонгук. — Я никогда не позволю прохиндеям копаться в разуме Тэ. Тэ будет стабилен, если я буду рядом. А я буду рядом. Он моя семья. Это все. — Но моя безопасность… — Тэ никогда тебе не причинит вреда. Он тебя любит. Ты его друг. Ты часть меня, а я его семья. Он просто растерялся тогда, но больше он таких ошибок не совершит. Можешь быть уверена. И, пожалуйста, забудем это. Невыносимо говорить о таком, когда ты сомневаешься в самом близком мне человеке. Ты и Тэ — мои любимые люди. Я не брошу вас обоих. — А если придется выбирать? — вырвалось у нее. — Не понимаю… — Чонгук рассердился. — О чем ты говоришь… Почему я должен выбирать? Я не могу любить вас обоих? Он тебе не соперник, Джи, и… — Нет… Я о другом. Если вдруг придется выбирать — я или Тэхен… Ситуации бывают разные, в мире многое меняется. Если бы чья-то жизнь была на кону, кого бы ты выбрал. — Конечно, тебя, любовь моя, — сказал он, поцеловав руку девушки. — Я выбираю тебя. Джису вдруг поняла — он врет. Беззастенчиво и аккуратно врет, чтобы просто позволить ей услышать то, что она хочет. Он никогда и ни на что не променяет Ким Тэхена, а если между ними нет любовных отношений, значит Чонгуку жизненно необходимо держать Тэхена рядом. И это неправильно. И странно. И в чем причина такого поведения еще придется разобраться. — Можно мне встретиться с ним? — спросила она. — Я хочу поговорить с ним. — Да, конечно, — кивнул он. — Но Тэ уехал. Сегодня после обеда собрался и уехал. Говорит, вдохновение. Возможно, вернется только завтра… Не желаешь поужинать вместе, Джи?