A M O R A L

«и чего ты страдаешь, милая? ты же знала, как это все кончится»

Моя история первой любви закончилась также быстро, как и началась. Внезапная вспышка страсти ослепила меня, заставила откинуть все барьеры и правила, поддаться сладкому искушению. Жаль только, что в этой игре в любовь я была лишь игрушкой для развлечения. Возможно я была слишком наивна, чтобы увидеть это, может — слишком влюблена. Жалею ли я о своём решении? Ни капли. Это было слишком прекрасно, чтобы сожалеть об этом. Я была счастлива находится рядом с ним, наивно считать себя нужной ему, дарить жаркие дразнящие поцелуи, заниматься страстным сексом в очередном отеле в тайне от его семьи и засыпать под утро на его крепкой груди, а утром просыпаться одной голой на холодной постели словно использованная шлюха. Эта история послужила для меня жизненным уроком, пусть и ценой разбитого сердца. Я все ещё помню тот благотворительный ужин, когда я впервые увидела его. В первую нашу встречу я была заинтересована им. Во вторую нашу встречу я горела желанием сорвать с него этот чертов деловой костюм. В третью нашу встречу я окончательно и бесповоротно влюбилась в него. Жаль, что только я.

***

5 июня 2016 год. Как только автомобиль останавливается около роскошного особняка, больше напоминающего дворец, я расплачиваюсь с таксистом и выхожу из машины. Поправляю жутко неудобное чёрное платье, которое мне одолжила Ханна и направляюсь ко входу. В сотый раз проклинаю этот вечер, спотыкаясь уже на первой ступени на своих грёбанных туфлях с космическим каблуком, которые мне, конечно же, тоже одолжила Ханна. В моем гардеробе такого кошмара точно не найти. Именно поэтому, когда я получила приглашение о предстоящем мероприятии была в ужасе. На подобного рода светских мероприятиях обычно собираются все сливки общества в дорогущих костюмах и платьях, меряясь своими толстыми кошельками. Естественно ни роскошных платьев, ни кучи денег у меня не было. К счастью мне на помощь пришла Ханна — она же моя соседка по квартире, она же моя хорошая подруга и бывшая однокурсница. Эта девушка всегда была слишком помешана на моде и внешности, она готова отдавать последние деньги ради понравившейся вещицы. Наконец преодолев эти злосчастные ступеньки я захожу внутрь, где какой-то милый мужчины берет меня за руку и провожает в холл. В помещении зала было просторно, но душно из-за большого скопления людей. Мужчины и женщины в красивых дорогих нарядах пили шампанское и что-то обсуждали маленькими группами. Захватив бокал шампанского со стола направляюсь в глубь в поиске знакомого лица. Я никогда особо не любила подобные мероприятия, потому что чувствовала себя чужой в таком обществе. Но если раньше мне удавалось улизнуть, то в этот раз у меня не оставалось выхода. Буквально утром я получила приглашение на благотворительный ужин по случаю юбилея фирмы «Next in», в которую я устроилась пару дней назад в качестве ассистентки. После окончания школы мы с семьёй переехали в Мадрид, где собственно я и поступила в колледж и продолжила учебу. После получения красного диплома я подала свои документы в «Next in» — самую успешную инвестиционную компанию в Аргентине на данный момент, после чего меня приняли на стажировку на два месяца. Оставив родителей в Мадриде я переехала в родной Буэнос-Айрес устраивать свою жизнь. И выходит пока что дерьмово. Пишу сообщение Монике, спрашивая где она. Моника — мой самый родной маленький человек. Мы познакомились пару лет назад в Мадриде, где она отдыхала с друзьями. Наше знакомство вышло нелепым, но после у нас завязалась крепкая дружба. Долгое время мы не виделись, так как она живет здесь, в Буэнос-Айресе. Помню тот момент, когда сообщила ей, что переезжаю в этот город, ее радостные вопли и слезы счастья. Несмотря на разницу в возрасте 4 года мы были очень близки, для меня она была подобна младшей сестренке, которую я всегда мечтала иметь.

Моника: Я на веранде.

Как только я получаю сообщение сразу же уточняю у проходящего мимо официанта, где находится веранда и направляюсь в указанном мне направлении. Спустя некоторое время я все же добираюсь до больших дверей и выхожу наружу. На улице несмотря на начало июня довольно прохладно, ежусь и обнимаю себя руками. Оглядываюсь по сторонам в поиске Моники, но на веранде никого. Может я ошиблась? Кто знает сколько здесь веранд. Собираюсь уже уходит, но в последний момент замечаю вдоль стены большой мягкий диван. С жалостью смотрю на натирающие жутко неудобные туфли и недолго колеблясь направляюсь к нему и плюхаюсь на мягкую поверхность. Блаженно стону, как только снимаю обувь и касаюсь ступнями прохладного пола. Черт, чтобы я ещё раз одела такой каблук. Да ни за что в жизни. Приходя сюда я надеялась немного развлечься и отвлечься от рутины, а в итоге уже сотню раз пожалела о своём решении. Это место не для меня. Я отличаюсь от этих людей. Всем плевать на этот благотворительный вечер, плевать на детей-сирот, которым будут направлены собранные деньги. Они здесь только ради того, чтобы очередной раз показать свой толстый кошелёк. Улыбаются друг друга, наигранно беспокоятся, но сквозь эти фальшивые маски видны их горящие глаза, полные зависти и яда. Вокруг одни лишь лицемерные ублюдки. — Я рад, что хоть кто-то это сказал. Откуда-то из темноты сада раздаётся хриплый мужской голос, испуганно воскликнув оборачиваюсь назад. Замечаю мужской силуэт где-то в темноте. Откуда он взялся? Только не говорите, что он все слышал. — Я сказала это вслух? — в горле моментально пересыхает, поэтому голос становится хриплым. Могу поклясться, что он сейчас улыбается, после чего слабо кивает. Прикрываю глаза и мысленно ударяю себя по лбу за такую оплошность. Как можно было так опозориться? — Я совсем не это… — только открываю рот, начиная оправдывать, как меня тут же нагло перебивают. — Я полностью с вами согласен. — Согласны? — удивленно вскидываю брови. — Эти люди действительно отвратительны — в его голосе слышатся нотки отвращения. Продолжаю щуриться, пытаясь рассмотреть его лицо в темноте, но все тщетно. — А вы, простите, кто? — интересуюсь я. Кто знает, вдруг стоящий передо мной сейчас мужчина окажется серийным убийцей? Он делает несколько шагов вперед так, что теперь свет от фонаря попадает на него и я могу полностью рассмотреть его. Высокий, темноволосый, хорошего телосложения, с легкой щетиной и в чёрном деловом костюме. Выглядит он довольно молодо, на вид около 27 лет, но морщинки вокруг глаз свидетельствуют о том, что возможно он чуть старше. Готова поспорить, если он и окажется серийным убийцей, то это будет самый горячий и сексуальный убийца на свете. — Хорхе Бланко — не успеваю заметить, как он приближается ко мне и протягивает ладонь в знак приветствия. — Мартина Штоссель. Протягиваю руку в ответ, оторопев, когда его тёплые губы касаются тыльной стороны моей ладони. — Рад знакомству, Мисс Штоссель — его губ касается легкая улыбка. Его прямой прожигающий взгляд скользит по моим оголенным плечам и задерживается в зоне декольте. Ёжусь и нервно сглатываю, невольно задерживая взгляд на его изумрудных глазах. Отдергиваю себя на мысли, что уже минуту пялюсь на его. Он продолжает смотреть на меня с легкой усмешкой, мягко сжимая мою ладонь в своей. — Прошу прощения, мне нужно идти — освобождаю руку с его мертвой хватки и схватив с пола туфли и разворачиваюсь, собираясь уходить. Замираю, когда он осторожно хватает меня за запястье и тянет назад. — На улице слишком холодно. Вряд ли это платье может вас согреть — удивленно наблюдаю, как он снимает с себя чёрный пиджак и делая шаг ближе накидывает его на мои плечи. Чувствую его горячее дыхание на шее, от которого разбегаются мурашки по телу, и тяжело выдыхаю, но не возражаю, потому что чертовски замёрзла. — Спасибо — невнятно мямлю и разворачиваясь, наконец покидаю веранду. — Надеюсь, мы ещё встретимся — последнее, что я слышу, прежде чем дверь за спиной громко захлопывается. Прижимаюсь спиной к деревянной поверхности и перевожу дыхание. И что это сейчас было? Искала Монику, а нашла… Черт, Моника. Совсем забыла о ней. В суматохе понимаю, что стою посреди коридора босиком с туфлями в руках. Ловлю на себе парочку косых взглядов и быстро обуваюсь, пока окончательно не опозорилась. Собираюсь написать сообщение Монике, но с ужасом замечаю, что телефон разряжен. Со злостью топаю ногой, мысленно поливая все трёхэтажным матом. — Тини! — слышу за спиной знакомый голос и облегченно выдыхая. Ну наконец-то. Широко улыбаюсь и оборачиваюсь, быстрым шагом приближаюсь к Монике и заключаю ее в крепкие объятия. — Я так рада тебя видеть — тихий шёпот на ухо. Отстраняюсь от неё и замечаю в карих глазах застывшие слезы. Ну что ты, малышка. — Я тоже, детка. Я чертовски соскучилась — шире улыбаюсь и вновь обнимаю ее. И это правда. Она всегда была единственной, кто понимал меня и, дружбу с которой я действительно ценила. Мы ещё долго обнимаемся не обращая внимание на взгляды людей, а потом начинается это. Моника крепко хватает меня за руку, словно боясь что я убегу, и таскает меня по всему залу, знакомя меня со своими друзьями, буквально впихивая различные вкусности и без умолку рассказывая о том, как скучала, о своих планах, школе и о том, что я обязательно должна познакомиться с ее отцом, что не особо меня радовало. Исходя из слухов, он владелец одной из самых влиятельных компаний, серьёзный и суровый мужчина. Он всегда держит все под контролем: и работу, и дочь. Насколько я знаю мать Моники бросила её сразу после рождения, поэтому всю жизнь она жила в недостатке любви в окружении нянек и домработниц. — Тина — Моника крепко хватает меня за руку — Отец идёт. В суматохе испуганно смотрю вперёд, пытаясь хоть что-то разглядеть толпе, но замечаю лишь темноволосую макушку. Ладони мгновенно потеют. Боже, никогда не думала, что буду так боятся знакомства с отцом подруги. Убираю бокал шампанского куда подальше, чтобы не произвести плохого впечатления, а в следующую секунду и я, и бокал летим на кафельный пол благодаря одному неуклюжему официанту. Больно ударяюсь бедром и слышу, как рядом с характерным звуком разбивается бокал и все содержимое выплескивается на пиджак, любезно одолженный мне тем мужчиной. Кажется сейчас весь зал замер, уставившись на меня. Поздравляю, Штоссель. Теперь ты окончательно опозорилась. Браво. — Папа — слышу тихий голос Моники и цокот мужских каблуков. И лакированные идеально начищенные туфли перед собой. А затем не успеваю и пискнуть, как меня осторожно берут за плечи, приподнимают в воздухе и следующую секунду я уже стою на ногах. Слышу тихий смешок, потому что мои глаза все ещё закрыты, то ли от стыда, то ли от страха. Молюсь всем существующим богам и глубоко вздыхаю, открываю глаза. А в следующую секунду с легких напрочь вышибает воздух и появляется дикое желание провалиться сквозь землю. Потом что прямо сейчас откровенное насмехаясь надо мной стоял тот самый мужчина с веранды и хозяин пиджака, который был благополучно испорчен — Хорхе Бланко. И по совместительству отец Моники. Вот это поворот, мать твою.