Пандемониум

POV Кэтрин Я открыла глаза в своей комнате, и узнала ее сразу же. Здесь я уже лежала однажды, много лет назад, когда Сабрина заколола меня Кинжалом, и я перестала быть вампиром, а стала бессмертной по определению. Рядом сидела Фиона, читая книгу. Я не могла помешать ей, так не хотелось отвлекать ее, когда я поняла, что за окном собрались тучи, и вокруг нас сгустилась тьма. Нейтан наступал, это было уже известно мне. Фиона заметила мои движения, и присела рядом, взяв за руку. С помощью телепатии она передала мне известия о том, что теперь Кинжала нет, я стала смертной. Эту новость я перенесла стойко, так как понимала, что теперь пути назад нет. Либо я снова стану вампиром, либо однажды умру, и отправлюсь в Обитель, где смогу быть с Ником также, как и здесь. Мне было уже всё равно, кто я. Тучи за окном, казалось, сгущались всё сильнее, начал греметь гром, молнии били в станцию электропередачи. Я встала с кровати и направилась к окну, чтобы взглянуть получше. Фиона помогла мне, придерживая, и тоже стала смотреть на небо. — Мы единственные, кто выжил? Ник здесь? — спросила я. — Боюсь, Ника больше нет, Кэтрин, — ответила Фиона, и приобняла меня, чтобы утешить. Я проглотила слезы, и решила, что отомщу Нейтану и Сьюзен во что бы то ни стало. — Я должна что-то сделать в битве. Мне нельзя вот так сидеть. — Мы что-нибудь придумаем, но теперь у нас только один человек, кто может перенести в Институт, и это Сабрина. — Как странно, — произнесла я, думая вслух, — она отняла у меня бессмертие когда-то, а теперь она единственная, кто может то же, что могла я. Не подумай, я не злюсь ни на кого. Просто теперь существование мое не имеет такого значения, как когда-то. Без Ника я не могу быть просто Кэтрин Грин. Всё, что остается, это стереть мне память, и дать уехать, как это сделал Джон. — Мы не допустим этого. Как же тогда Эдит? — Она молода, и у нее есть Грегг. У нее еще будет семья, а я здесь просто существую. Если нет Ника, то и мне здесь оставаться не имеет смысла. — А что если я скажу, что всё не так безнадежно? — спросил голос у нас за спинами. Это была Августа, которая стояла в проходе в комнату. — О чем речь? — спросила я ее в ответ. Она достала из-за спины предмет, завернутый в платок, и протянула мне. Я подошла, еще не совсем окрепнув на ногах, и протянула руку к нему. Взяв, раскрыла, и перед моим взором оказалась вещь, которую я знала как себя. Это был мой Кинжал. Я изумленно взглянула на Августа, и вопрошала ее объяснить, как это возможно. — Я отправилась в прошлое, чтобы помочь тебе здесь, милая. Дубликат взят с того самого дня, как Кинжал появился, поэтому теперь нет сомнений, что ты бессмертна. Ты была смертной, возможно, до того самого момента, пока я не сделала его, но теперь ты вновь та, кем была все эти годы. Пока Кинжал существует, ты будешь жить. Пока существуют все Кинжалы. — Это ненадолго, — произнесла я, — Нейтан их уничтожит, как только всё закончится. — Это только в том случае, если он выиграет, а этого мы не допустим. На лице Августы просияла улыбка, и я улыбнулась ей в ответ. Фиона ободряюще обняла меня за плечи, и я заплакала от радости, но потом из глаз полились слезы, а всё из-за Ника. — Как это случилось? — спросила я. — Присядь, и я всё расскажу. Мы сели втроем, и Августа начала рассказ о том, как Нейтан ворвался на коне в Царство, а потом уничтожил его и Аида. Но она тоже не понимала, почему нас троих выбросила из Ада, в то время, как остальные остались там. Так настал вечер, и нам не оставалось ничего другого, как ждать утра, потому что через два дня ожидалась битва.

***

POV Эмбер Феникс нас привел в покои Элеоноры, и мы с Вайлет оказались напротив принцессы. Она сидела за столом, и не открывала глаз, поэтому мы очень осторожно шагали, осматривая всё вокруг. — Мне пора, моя девочка, — обратилась ко мне Вайлет, подходя ближе. — Не оставляй меня, — просила я, но она покачала головой, и положила руки мне на плечи. — Ты справишься. Будь сильной, когда всё начнется, ты должна его уничтожить. — Я не смогу. Я не такая, как ты. Это ты спасла всех тогда, только у тебя есть та решимость, и ни у кого другого. — Ты сможешь, ведь я буду рядом, просто ты меня не увидишь. Я всегда буду там, пока всё не закончится. В этот самый момент прощания, когда я сильно испугалась надвигающейся опасности, мы услышали голос. Он был по-старушечьи тихим, страдальческим, еле слышным. — Вайлет? — спросила Элеонора, а за ее спиной мы увидели Дарсию, стоящую, смотревшую взглядом, на котором читалось удивление и шок. — Не может быть… — произнесла королева. — Дарсия, — произнесла в ответ Вайлет низким голосом, и это слово, произнесенное ею, не могло иметь продолжения, было и так понятно, что она ее ненавидит. Она подошла к Элеоноре, и села рядом, взяв ту за руку, — Принцесса. — Ты же умерла, — начала Элеонора, но Вайлет кивнула, и та не стала продолжать. Видимо, она понимала больше, чем я. — Закрой глаза, — сказала ей Вайлет, и принцесса повиновалась. Элеонора, казалось, ушла в транс, из которого самостоятельно не выбралась бы. Вайлет поцеловала ее в лоб, и встала напротив Дарсии, они обе были в этот момент врагами. За спиной Дарсии я увидела девочку, которая в руке держала Кинжал, и готова была напасть. — Не смей трогать ее, — произнесла она, а Вайлет протянула руку, чтобы успокоить ребенка. Девочке было на вид лет тринадцать. — Не нужно, Виола, она моя добыча, — произнесла Вайлет. Дарсия нахмурилась, а потом казалось, что даже немного оскалилась. — Ты здесь вся? — спросила она ее. Я не совсем понимала, что это значит. — Да, — ответила Вайлет, и следующий ее ответ приоткрыл завесу, повергая меня в некоторый шок, — все мои тринадцать частей здесь, со мной. И всегда были здесь, внутри моего сознания. Ты это знала, но никогда не говорила никому об этом. — И как ты уживаешься, когда тебя так много? — А как ты это делаешь с Энни? Мало того, что ты присосалась к моей сестре, живя внутри ее тела и разума, подчинив ее себе, так еще и пытаешься командовать собственной дочерью. Тебе не противно от себя самой? — Уж получше, чем тебе. Мне, если верить Джеку, томиться осталось недолго, каких-то сто лет. А вот тебе так жить вечно. — Надеюсь, когда Энни умрет, ты уйдешь куда подальше, и вы больше не встретитесь. Тебе не позволят уйти в Обитель, а так как Ада больше не существует, то ты либо исчезнешь с концами, либо тебя отправят к богам. Только вот незадача, ведь тогда тебе придется встретиться со Смертью, ведь не Оливер тебя будет забирать. — Я знаю, что ты придешь за Энни в нужный час, но я там тоже буду. — Не сомневаюсь, что ты захочешь помешать. Но я не допущу, чтобы ты осталась с нами. Повисла неловкая тишина, в дверь постучались, и обе замолкли. Дарсия перестала быть мне видна физически, а Вайлет сказала мне напоследок несколько слов. — Я буду в пещере, когда всё закончится. Мы с тобой еще встретимся. Помни, я рядом. Когда она исчезла, дверь открылась, и вошел Плутарх. Он поклонился мне, не спрашивая, что я здесь делаю, так как это и не нужно было. За ним стояла Чарли, и поклонилась тоже, а потом протянула руку, и когда я взяла ее, повела меня готовиться к битве.

***

POV Хлоя Мы уже подошли к месту, где был когда-то замок Аида. Разрушенный мир был в пепле и снегу, наши следы отпечатывались на поверхности, и по ним можно было проследить, как далеко мы ушли от того места, где встретили Клодию, Эмбер и мою внучку. Фестрал величаво шагал по снегу, я держалась за его кости, пытаясь не упасть. Макс шел рядом, держа меня за руку, и улыбаясь, пытаясь создать атмосферу комфорта. Уилл и Мод шли в обнимку, чтобы не замерзнуть. Я тоже стала ощущать холод, мое белое одеяние ведьмы уже не приносило мне тепла. Ноа и Ник шли позади, и последний потом подошел к Эмбер и что-то шепнул на ухо. Она кивнула, а он вышел вперед меня, и встал на месте, ожидая нас. Когда я оказалась рядом, все мои ведьмы тоже вышли вперед, и столпились над некой вещью, лежащей на земле. Я не сразу заметила ее, так как она утопала в слоях снега и пепла. Ник поднял свой взгляд, когда Макс помог мне спуститься и, держа под руку, вел к остальным. Вскоре мы все уже стояли там, где лежал Трезубец Аида. Я взглянула на него, и обернулась на Уилла, прося подойти. Он увидел оружие своего отца, и помотал головой. — Почему нет? — спросила я. — Я не достоин занять его место, — ответил он. — Но я знаю, кто достоин. Его взгляд не сходил с меня, и также все остальные посмотрели на меня. Поняв, к чему все ведут, я замотала головой, пытаясь доказать, что мне не место на троне. — Это какая-то ошибка. Я не могу занять место Аида. — Ты Верховная, Хлоя. У тебя единственной есть шансы. Смотри, что произойдет, если я возьму его Трезубец, — он наклонился, взял предмет в руку, и тот стал нагреваться, обжигая его ладонь. Уилл уронил Трезубец, и сжал ладонь в кулак, пытаясь перенести боль. — Мне никогда это не было подвластно. Всё из-за того, что я не собирался оставаться здесь. Мир мне не подчиняется, и я подозреваю, что пришло время сменить династию. — Это правда? — спросила я у Клодии. — Попробуй, и узнаешь. Мы не можем говорить о будущем так много, как хотелось бы. И пусть я могу стереть тебе память, и отмотать назад, всё же то, что должно случиться, произойдет. Хромая, я подошла к Трезубцу, и опустилась на колени, оттягивая момент истины. Мне было страшно брать его в руки, я не знала, чем это может закончиться. Но момент настал. Трезубец был тяжелым, но я его удержала, и он начал как-то действовать. С кончиков до самого низа он покрывался позолотой, а на рукоятке вырисовывались трехмерные изображения, которые я читала глазами. Наконец, он засветился, и я почувствовала, что вес его стал легче, а сама я тоже преображалась. Нога перестала болеть, и мой наряд сменился, став черным, открыв мое тело. Все наблюдали за этим превращением, и краем глаза я заметила, как Клодия кивала и еле заметно улыбалась. Одеяние струилось шлейфом со спины, открыв живот, закрывая интимные места. Я стала видеть всё наперед, как в те времена, когда была вампиром. Взлетев в небо, я ощутила, как из спины растут крылья, они были черными и большими, однако исчезли по мере того, как я спускалась на землю. Опустившись, я ощутила куда большую силу, чем прежде. Трезубец я еще держала в руках, и мне стало интересно, что же будет, если я его опущу на землю. И я испытала это. Стукнув им, я совершила нечто невероятное. Пепел исчез, а снег таял на глазах. Серое небо осветилось красным рассветом, и тучи ушли в небытие. — Почему я? Уилл ответил: — Ты запечатала Врата, когда это нужно было. Ты закрыла то, что не мог даже Аид. Поколениями сила потомков Дарсии росла, и ты достигла вершины. Наконец, от снега ничего не осталось, и грязь моментально высохла. Я взглянула на место разрушенного замка, и развела руками, так что в этот момент он по песчинкам начал собираться вновь. Оврага на этом месте больше не было, вместо него появилась ровная земля. Замок же стал выше и больше, в нем зажглись огни, и тогда же из земли начали возрождаться погибшие демоны, крича и визжа, вылезая отовсюду. Они все шли ко мне, а когда их стало больше, то поклонились. Вместе с ними это сделали и остальные. Я стукнула Трезубцем еще раз по земле, и специфическое свечение вновь подняло меня ввысь, все глядели на меня, и их озарял пламенный рассвет. Опустившись, я взглянула на Макса. — Моя королева, — произнес он, и поцеловал мою руку, — моя богиня. — У Аграт есть колесница, — сказала я, смотря ему в глаза, — так у меня будет тоже. Он кивнул, всё еще стоя на коленях передо мной. Я взяла его за подбородок, веля подняться, и смотрела по-прежнему в его зеленые глаза. Тогда же я попросила его развернуть ладонь, и достала маленький кинжал, что был в моей связке, нарисовав ему пентаграмму. Кровь шла долю секунду, а рисунок остался. Его глаза обратились в красный цвет, а из головы выросли небольшие рога. Влюбившись в этот вид, я кинулась поцеловать его, и этот поцелуй был самым страстным в нашей с ним жизни. Первый, после перерождения в нечто высшее, чем когда мы были ведьмой и вампиром. Из обломков, что я увидела неподалеку, я собрала свою колесницу, которую отправила лететь по воздуху к Вратам, которые были разрушены. Трезубец я превратила в еще один маленький кинжал, чтобы он всегда был со мной. Идя к холму, где появилась однажды Смерть из Тьмы, я чувствовала ветер, который обжигал кожу. От этого было невероятно приятно. Уилл снова ощутил свои силы, и шел по левую руку от меня, в то время, как Макс шел по правую. Выйдя немного вперед них, я вновь развела руками, оживляя картинки на Вратах, и восстанавливая их. Они вновь стали стальными, и открыв проход, позволили нам идти дальше. А там, за ними, мы попали в бывший Рай, где над океаном был туман, а за ним Чистилище. За ним была Пелена, а за ней еще один океан. Всё это исчезло, когда Энни и Джек пытались убить Питера, но уничтожили в итоге эти земли. Я же возродила их, и обернувшись, я увидела, как в Аду вновь зацвели сады. Где-то там бежал цербер, а за ним двигалась медленно, но верно, гидра. Харон тоже восстал из мертвых, и его лодка парила в воздухе над Царством. Земли Рая и Чистилища наполнялись светом, воздух стал чистым, смог исчез. Волны бушевали, но вскоре прекратили свой шторм, и мы смогли увидеть солнце, а где-то над нами летел дракон. Я не смогла сдержать улыбки. Мы переправились на другую сторону к Чистилищу, а после него я уничтожила Пелену, и больше преград не было. Оставалось только перебраться Берег, а оттуда выбраться обратно домой. — Поиграем в интересную игру. Кто со мной? Все закивали на это, и я подозвала Макса к себе. Мы сели в колесницу, и полетели дальше, а за нами отправились и остальные.