Бездна смотрит в тебя или Взгляд из бездны

“Это самое странное дело за всю историю моей работы”, - тихо сказал суперинтендант Бустаманте, когда Буччи, поддавшись на уговоры, согласился передать полученные материалы. Бустаманте несколько минут молчал, прежде чем сказать: “Эти дела раскиданы по всему Кадингиру и Эрешкигалю, но именно нам досталась сомнительная честь связать их в серию убийств. Сейчас мне нужно доложить обо всём в главное управление. Впереди много неблагодарной работы. Но если мы поймаем ублюдка или ублюдков, то они ответят за всё, что сотворили. А за такое им грозит смертная казнь”. Бустаманте едва заметно улыбнулся пришедшей троице: “Вы правильно сделали, что предоставили мне материалы. Не так часто, но бывает, что инспектор или сержант решает самостоятельно наводить порядок в городе. Обычно это заканчивается печально, к сожалению”. Йорк едва заметно вздрогнула и отвела глаза. “Инспектор Буччи, я попрошу вас составить отчёт. И с завтрашнего дня мы займёмся делом №15617А”. “Сэр, а как же “Совет надзора Даялу”?” - спросил Ниёми. “Что ж, полученные инспектором Буччи материалы доказывают, что в данном деле не замешаны культисты. И дело не в осквернении шиггурата. Они могут выступать только наблюдателями в этом деле. И то, если это будет санкционировано главным управлением полиции Кадингира”. “Значит, мы всё-таки будем заниматься этим делом?” - несмело спросила Йорк. “Для работы по делу подходит следственная группа, уже работавшая над делом. Это сокращает время на включение в расследование. Это написано в Уставе, и я с ним согласен. Так что, да - инспектор Буччи, сержант Ниёми, вы и да Мота будете заниматься этим делом. Но для работы по вычислению и поимке серийного убийцы нужно увеличить состав следственной группы”. Бустаманте задумался, а затем сказал: “Сержант Ниёми, если вы готовы рекомендовать кого-либо для состава следственной группы, буду благодарен”. В ответ на молчаливое удивление Ниёми, суперинтендант пояснил: “Вы работаете здесь дольше, чем остальные. Многих сотрудников вы знаете лучше, чем инспектор Буччи и, тем более, констебли. Направьте мне ваши рекомендации до завтрашнего утра. Уже завтра будет совещание по этому делу. Подготовьте материалы”. Ниёми заглянул к Буччи в конце своей смены и увидел инспектора за столом, заваленным бумагами. Буччи поднял пожелтевшие от усталости глаза и без выражения сказал: “Я переворотил всю “Иштар-1”. Три из пяти дел в наших базах в ужасающем беспорядке, не знаю, смогу ли я управиться к завтрашнему утру”. Ниёми выдохнул и негромко предложил: “я могу вызвать Йорк. Вдвоём мы вам поможем”. “Это не то… - Буччи медленно моргнул. Он выглядел то ли смущённо, то ли ошарашенно, - это не то, что я имел в виду”. “Сэр, у вас на руках шесть дел. Вам нужна помощь”, - твёрдо сказал Ниёми. Он вошёл в кабинет, на ходу доставая “Оракул”. Через пару минут сюда же влетела запыхавшаяся Йорк. “Констебль, нам нужно сделать отчёт по нашим делам”, - сказал ей Ниёми. Йорк посмотрела на усталого Буччи, на Ниёми, непривычно использующего “Оракул” и, постаравшись не выдать своего удивления, сказала: “Раз нужно, сделаем”. Удивительно, но втроём они справились за несколько часов. Буччи отправил объёмный отчёт Бустаманте и бессильно выдохнул: “Спасибо. Не уверен, что я бы управился к утру”. Он с чувством пожал руки сержанту и констеблю. “Не стоит благодарности”, - сказал Ниёми, с видимым облегением снимая “Оракул”. “Это наше общее дело”, - сказала Йорк. В этот момент одна из линз “Оракула” констебля замигала тревожным красным цветом. “В двух кварталах отсюда перестрелка, требуется подкрепление”, - почти выкрикнула Йорк. “Выдвигаемся!” - быстро сказал Ниёми. Буччи, казалось, одним быстрым движением пересёк кабинет и достал из неприметного сейфа свой плазменный пистолет. “Вперёд!” - сказал инспектор. *** На разбитой патрульной машине Буччи, Ниёми и Йорк добрались до места происшествия. Это был огромный торговый центр “Этана” на пересечении улиц Амурру и Нингаль. У входа в центр стояло три патрульные машины, на воздушной трассе на уровне 20 этажа было ещё две. Йорк, бывшая за рулём, ловко приземлилась у входа в здание. Все втроём они направились к паре полицейских-гарпий, стоящих у машин. “Наши вошли внутрь. Этот урод с оружием на 18 этаже”, - сразу же сказал один из полицейских, судя по значку, который видела Йорк в “Оракуле”, это был сержант. “Кто руководит операцией?” - резко, с едва заметным шипением спросил Буччи. “Инспектор Гайер, сэр”. “Где он?” Вместо ответа сержант ткнул покрытым пушистыми перьями пальцем вверх. Йорк пробормотала: “Это не он, она”. И уже громче сказала: “Мэм, прибыло подкрепление. Инспектор Буччи, сержант Ниёми, констебль Йорк”. Потом она добавила: “Так точно, мэм. Назовите ваше местоположение”. Она встретилась взглядом с Буччи поверх “Оракула”, а потом сказала: “Да, мэм, будет сделано”. “Инспектор Гайер инициировала операцию по проникновению в здание. Часть полицейских вошла через эвакуационный выход на 20 этаже, часть должна проникнуть через служебные лифты с 15 этажа. Она распорядилась, чтобы инспектор Буччи и сержант Виссер остались у центрального наземного входа, остальные используют служебный лифт, а после направляются на 18 этаж”, -скороговоркой сообщила Йорк. “Сержант Ниёми, констебль Вербеке, нам нужно…” - начала она. “Получил сообщение, подтверждаю”, - проклекотал один из гарпий-полицейский, на комбинезоне для виртуальности личный номер в “Оракуле” отобразил его звание имя - констебль Орест Вербеке. Он достал из наплечной кобуры плазменный пистолет. Йорк и Ниёми сделали то же самое. Они быстро направились ко входу в здание. “Удачи, будьте осторожны”, - негромко сказал Буччи. Йорк обернулась и попыталась улыбнуться непослушными губами, Ниёми, не оборачиваясь, кивнул. Первый этаж “Этаны” был пустым, полным гулкой неспокойной тишины. С оружием наперевес полицейские добрались до служебного лифта, двери которого тут же гостеприимно распахнулись. Полицейские вошли. “Назовите пункт назначения”, - раздался мягкий голос. “Пятнадцатый этаж”, - распорядился Вербеке. Лифт взмыл резко взмыл вверх, и почти тут же распахнул двери. “Этаж номер… пятнадцать”, - двумя разными голосами сообщил ИИ лифта. “Что это было?” - спросила Йорк, когда они вышли из лифта. “Кто-то попытался подключиться к управлению лифтом. Или всей системы “Этаны”, - негромко ответил Вербеке. Они опасливо шли по широкому пустому коридору. Вокруг мерцали разными цветами витрины магазинов. “Торговый центр эвакуировали?” - тихо спросила Йорк. “Толком не успели, инспектор Гайер начала операцию”. “Это же…” “Все просто спрятались, кто где может, надеются, что это поможет”. В тягучей тишине они дошли до выхода на лестницу. “Сколько предположительно преступников? Есть данные?” - спросил Ниёми. “Один, сэр. Но он вооружён плазменной пушкой. Есть информация, что он разнёс два магазина. Подчистую”. “Ах, алад его возьми!” Они дошли до шестнадцатого этажа. “И инспектор Гайер думает, что он - смертепоклонник. Поэтому такая спешка”, - сказал Вербеке. Йорк и Ниёми переглянулись, но промолчали. Они быстро поднимались, и были уже на половине семнадцатого этажа, когда у Вербеке и у Йорк “Оракулы” одновременно замигали красным. “Тиамтум, он пробил дыру в полу и проник на семнадцатый этаж!” - проклекотал Вербеке. Ниёми быстро достал свой “Оракул” и нацепил его. “Набу, покажи мне расположение полиции”, - негромко сказал он. “Так, всего в штурме участвуют пятнадцать полицейских. Двое на двадцатом этаже, пять - на девятнадцатом, пять - на восемнадцатом, трое - это мы. Преступник пока находится в помещении 17-135”, - сообщил своим спутникам Ниёми. “Подключитесь к местной системе видеонаблюдения, выдвигаемся к помещению 17-135”, - распорядился сержант и пошёл наверх первым. Кажется, в самом воздухе витала опасность, будто небольшие разряды VIS VIVA в “источниках”, которые обычно ощущают только чарователи или акшары. Йорк, казалось, что всю её кожу легко покалывает. Медленно, осторожно они втроём даже не шли, а крались к помещению, где скрывался преступник с плазменной пушкой. На одной из линз “Оракула” Йорк транслировалась передача камеры в коридоре - аккурат напротив помещения 17-135. А в голове у констебля крутится несколько строчек - стихотворение без начала и без конца: “Мой бог, как пусто в глубине! - Там только гниль и слизь. И твари скользкие наверх Оттуда поднялись”.*