Девочка-Киборг

      Холод подкрадывался в маленькие щели постепенно… Тем более, если эти щели были размером с дверной проём. Сэттэй не знала, как так получилось, но её думы гулкими шажками забрели на порог своей лестничной площадки, где она, как бы облокотившись о стенку, ждала чего-то неизведанного. Тишина завораживала, а холодный порыв ветра от открывающихся и закрывающихся дверей лифта бил по лицу слишком часто. И вот, казалось бы, очередной сосед пересёк массивную ограду, но вдруг остановился, прожигая леди-киборг взглядом.       — Извините, но мне кажется, что где-то я вас уже встречала… — женский голос прорезал гнетущую тишину. Сэттэй отряхнулась, отошла чуть дальше от стенки и обвела взглядом незнакомку.       — Не знаю, о чём вы…       — Вы тут живёте, верно? — перебила девушка, поправив свою шапку-ушанку, а потом посмотрела по правую сторону лестничной площадки: на коридор, обрамлённый скучными серыми стенами и не менее скучными, но за то крепкими дубовыми дверьми.       — Да, — со скепсисом в голосе отрезала Сэтт, не отводя взгляда от шапки с висящими ушками. Мех головного убора переливался в свете люминесцентных ламп, казался таким колким и до безумия твёрдым, как колючки Бакугоу на его голове.       — На самом деле, — голос незнакомки стал томным, — я знаю всё о вас…       — Э… Вы о чём? — незнакомка услышала вопрос краем уха, наклонившись к Сэттэй.       — Конечно же обо всём! — та снова выпрямилась, послышалось усталое кряхтение позвонков. — Ты – Минами Сэттэй. Обучаешься в академии Юуэй, 1-А класс. Причуда – механическая рука. Являешься получеловеком полуандройдом…       — Пожалуйста, хватит…       — Твоего отца зовут Куроо Минами, а мать Айко Минами…       — Я сказала… Хватит! — Сэттэй ударила по стене одним движением руки, после чего, показалось, что прежняя тишина и сквозные дуновения ветра перебились зыбучей встряской. — Что ты от меня хочешь? Какое право ты имеешь… Откуда ты это всё знаешь?       — Ты очень резкая с незнакомцами, Минами Сэттэй, — ухмыльнулась незнакомка. — Я всего лишь хочу задать несколько вопросов… Не более, — широкая улыбка этой девушки дала понять Минами, что ей нечего опасаться.       — Валяй, — Киборг сложила свои руки на груди, после чего посмотрела прямо в серые, будто бы затуманенные глаза сталкера.       — Вот и хорошо! Так вот, первый вопрос… — она утыкает указательный палец в свою пухлую щёку. Свет от меха до сих пор мелькает перед глазами, а ушки торчат, колыхаясь от всех сделанных движений незнакомки. Та в следующим момент хмыкает, поправляет ворот своей куртки, после чего полосатый манжет рубашки и выдаёт:       — А какие у тебя… параметры тела?…       — Ой, да ты серьёзно? Я думала, раз ты начала перечислять, так знаешь всё обо мне.       — Далеко не всё рассказано историей, Сэтт-чан, — подметила та в ответ, кинув взгляд на бездушные и давящие стены.       — Хм… Параметры тела… Честно говоря, я понятие не имею, зачем тебе это знать. Да и я не знаю.       Незнакомка провела взглядом по достаточно тонкой талии, подчёркивающий хрупкую фигуру и подметила для себя, что та достаточно высокая для пятнадцатилетней школьницы.       — Ну хорошо. Могу задать ещё несколько вопросов?       — Задавай их сколько хочешь, — буркнула та в ответ, смотря на некогда ударенную стенку. Остался небольшой след.       — А металические руки зимой холодные?       Минами прокашлялась несколько раз, после чего повернулась обратно к незнакомке.       — Не знаю. Я же их не чувствую.       — Стоп, так это буквально было? — воскликнула та, на что получила подтверждающий кивок.       — Мне кажется, они зимой и летом будут холодными, — Сэтт помотала головой, чтобы все подозрительные мысли окончательно не встречались ей на пути.       — Знаешь, я тут подумала… — взор серых глаз скользнул по соседней дубовой двери, украшенной мишурой, — раз ты не можешь описать свои параметры тела, то просто ответь на эти вопросы: какого размера грудь, как не отъесть жирную задницу…       — Боже… Что за херню ты несёшь? — процедила Минами, перебивая незнакомку. — Твои темы для разговоров меняются слишком быстро!       — Ну, такая уж я, — взмахнула рукой в ответ, — но всё же… ответишь?       Есть два типа людей: те, которые задают тупые вопросы, не зная этого, и люди, которые задают тупые вопросы, знают это и пытаются покрыть свою назойливость каплей отыгрыша, актёрского мастерства и обаятельности.       И вот, когда какая-то незнакомая тебе девушка, которая явно старше тебя, смотрит на тебя щенячьим взглядом, Сэттэй думает: «Важен ли возраст?» Ведь везде дискриминация настигнет, сначала тебя будут принимать как за ребёнка без мнения, а потом за старикана без будущего.       — Жопа не жирная, сама я плоская. Этого ты хотела от меня услышать? — нахмурилась Минами, будто подхватывая воздух для своих лёгких. Щенячьи глазки сразу же растворились, а за место них пришла ярая задумчивость.       — Хм, не думала, что ты ответишь. Значит мой взгляд работает! — незнакомка вознесла указательный палец к потолку. — Знаешь, я хочу перейти к другой теме. Ты любишь хорроры? Если да, то какие именно? Ну там апокалипсис, паранормальное что-то, романтические хорроры?       — Боже, эти ужастики, а особенно романтические хорроры не имеют априори никакого сюжета. Лично мне нравится что-то фантастическое, философское и тому подобное. В общем, со смыслом, — на секунду взгляд сменился и приобрёл серьёзные нотки. — Хотя мне очень нравятся игры, связанные с мрачной тематикой. Раньше была заядлым геймером, пока не нашла себе призвание.       — Призвание? А… Как ты решила стать героем?       Сэттэй не может ответить на этот вопрос, поэтому просто промолчала. Может, со временем эта тайна окончательно раскроется.       — Впрочем, ладно! — осознав этот молчок Минами, незнакомка решила приободрить и внести в этот диалог какого-то веселья. — Какое твоё любимое время года?       — Не уверена, что точно смогу ответить. Каждое по-своему нравится, но…       — Но? Ну же, ответь, пожалуйста! — сероглазая начала подпрыгивать, как маленький и беззащитный щенок, жаждущий приключений.       — Честное слово, хочу сказать, что мне нравится лето. Ну, это чувство, когда жар витает в воздухе, а…       — Ладно, это понятно! — перебила она Сэтт, потирая свои бледные ладони, полные различных царапин. — А… Кто тебе больше нравится, Мидория или Тодороки?       — В каком плане?       — Ну, как парень, естественно. Твой парень. — ехидничала та.       — Знаешь, Тодороки слишком серьёзен, даже слишком холоден со мной, а Мидория мягкий и ранимый, как по мне. Во всяком случае, так вижу его я.       — Ооо, ты не представляешь, как ты ошибаешься насчёт Изу-куна…       Сэттэй косо посмотрела на незнакомку, но решила промолчать.       — В целом, никто из них мне не симпатичен, я думаю. Хотя каждый дорог мне, наверное, как товарищ. С Мидорией я знакома дольше, чем с Тодороки, но тем не менее с полушарным у меня вяжется общение на любопытности, а общение с Мидорией - на взаимном прошлом. Ну, то есть, есть что вспомнить, — Минами пожала плечами. — Вообще, не планирую свою жизнь связывать с кем либо. Почему-то кажется, что со мной будет весьма тяжко, с моим то пацанским эго.       — Пацанским эго? Но ты же не кажешься пацанкой…       — Просто понимаешь, мне нравится та жизнь, которая мне удобна, а не та, которая полна каких-то непонятных и непривычных мне чувств.       Сэттэй не знает, почему рассказывает это незнакомке, поэтому решила уточнить:       — Слушай, а как тебя зовут?       Незнакомка хитро улыбается, после чего разворачивается на триста шестьдесят градусов к лифту, поворачивая голову и смотря на Минами исподлобья.       — Это вовсе не имеет значения. Называй меня Óни-чан.       — Они-чан? — переспросила Сэтт с недоверием.       — Да. Они, потому что очень люблю онигири.       Когда загадочная фигура незнакомки, прозвавшей себя Онигири, скрылась за железными дверями лифта, Сэттэй подумала: «Да, Онигири очень вкусно пахнет. Как жаль, что эта девушка пахнет одной лишь головной болью».