Фантастика не бывает проста

      Прохладным ноябрьским вечером молодая когтевранка решила снять стресс своим любимым антидепрессантом — сигаретой. Поняв, что последняя пачка закончилась ещё во вторник, единственным вариантом решения всех проблем оставалось застрелиться, ведь экзамены медленно, но уверенно, надвигаются с каждым днём, и мысль о скором возвращении домой тоже не очень греет душу. Сова, которая обычно приносила картонную коробку с пачками, которую девушка хранила под кроватью, решила задержаться, или это зеленоглазая потеряла счет времени.       Есть всё-таки один человек, у которого всегда есть лишняя тройка — а это ровно столько сколько ей нужно в данный момент — сигарет, и который сможет одолжить немного симпатичной брюнетке со своего курса. Парень, про длинные пальцы и проворный язык которого ходят далеко не самые ложные слухи.       Рыжие кучерявые волосы было не сложно заметить за столом Слизерина, в столовой они всегда сидели рядом с такими же рыжими, разве что менее кучерявыми. Волшебница могла сказать, что он симпатичный, даже очень, но не точно красивее её парня. Она боялась признавать это, но мельком смотрела на него, может больше пяти дозволенных секунд, а то минуты. Несколько раз он подымал на неё свои темные, почти что черные, глаза. В такие моменты её будто током прошибало, и она быстро возвращалась глазами в свою тарелку.       Захватив с собой зажигалку и летучих шипучек - кто-то ей говорил, что это его любимые конфеты, - она отправилась в сторону часовой башни, где как она видела, он чаще всего курил. Девушка не ошиблась, Ричи сидел около отбивающего половину восьмого механизма часов, снова пропуская ужин, впрочем как и она. Оперевшись о стену, Уилер медленно делал затяжки, совершенно не замечая постороннюю особь. — Я, конечно, дико извиняюсь, но у Вас не найдется сигаретки? — девушка облокотилась о стенку возле курящего, который медленно открыл глаза, зная кому принадлежит этот приятный голос. Ничего не ответив, Ричи достал из кармана черных брюк пачку ванильных Marvel. Рыжий встал с пола и, отряхнув зад от пыли старинного замка, протянул ей открытую пачку. Но в последний момент резко отошел на пару шагов вперед и, стоя к ней спиной, сказал: — А что мне будет за это? —Слизеринец повернулся, и его физиономия расплылась в ухмылке, в глазах появился огонёк. Он медленно начал приближаться к когтевранке, потеряв остатки рассудка. Затягиваясь, он рукой облокотился о стенку над зеленоглазой, которая явно не собиралась его останавливать. Девушка закусила губу, смотря немного исподлобья в глаза напротив. Она потянулась в карман за конфетой и, достав из уже открытой пачки, поднесла к лицу. — У меня есть твои любимые шипучки, — рыжий выдохнул едкий ванильный дым ей в лицо, заставив на секунду заткнуться, — если хочешь, возьми. — Она ловко закинула кислотно-малиновую сладость в рот, не прерывая зрительного контакта.       Она полностью отдалась страсти, которую скрывала все это время. Девушка забыла о своем парне, о пропущенном ужине, о недоделанной домашке, о сигарете, за которой пришла. Все её мысли крутились вокруг одного. И тут Ричи впился ей в губы, вжимая хрупкое тело в стену. Она оттягивает его нижнюю губу, проводит по ней языком; он же заползает проворным, словно змея, языком ей в рот, обводя небо.       Дыхание кончилось, они отпрянули друг от друга, осознавая произошедшее. Ричи резко обернулся, краснея и запуская пятерню в взлохмаченные волосы. У девушки же бегущая строка гласила: «Ты изменила своему парню, шлюха!», последнее слово отбивалось о стенки головного мозга, отдавая сильной болью как физической, так и моральной. Не найдя ничего лучше, чем тлеющая на полу сигарета, девушка, наклонившись, подобрала её и начала делать быстрые затяжки, рассматривая широкие плечи напротив. Боже, как она хочет убежать отсюда или же ударить себя за то, что смотрит на него с желанием, но не может. Все её тело будто парализует в его присутствии.       В давящей тишине Тозиер легко расслышал каждое движение брюнетки, но не поворачивался. Он думал, что она сейчас мощно ударит его по лицу, как делали почти все его девушки, и с криками побежит к Биллу, и тогда он потеряет друга, ведь эта курица навешает ему лапши на уши. Но зеленоглазая продолжала стоять на месте. Уилер опять развернулся, уверенный он посмотрел на когтевранку, готовую, наверное под землю провалиться. — Скажи мне, только честно, вы с Денбро уже хоть в щечку целовались? — показывать страх, по мнению Ричи, — было самой глупой ошибкой, именно по этому сейчас он ухмыляется, оголяя белоснежные зубы. Девушка закатила глаза и, цокнув, притянула парня за шею. Теперь она заставляет его нагибаться и опираться обеими руками о стену, прямо возле неё. Теперь она кусает его нижнюю губу до крови, теперь она, желая забраться языком в рот, ударяется об его зубы и начинает смеяться, прямо в его губы. Нехотя разорвав поцелуй, слизеринец замечает, как девушка под действием конфет медленно начинает взмывать вверх. Она уже одного роста с Ричи, но он, положив руку ей на плечо, опустил её на землю, мило улыбнувшись. — У меня есть идея, как сделать так, чтобы ты не улетала, если ты понимаешь, о чем я, — он улыбнулся уголками губ, а девушка, ещё раз вспомнив о том, как плохо поступает, потянулась к манящим губам снова. Дав своему телу возможность взлететь, она почувствовала неописуемую легкость как в теле, так и в голове, как ни странно. Её голову посетила невероятная идея. — Погоди, — спокойно сказала девушка, руками отодвигая парня на пару шагов от стены. В итоге она летала параллельно полу, держась руками за плечи Ричи. — Так теперь мне страшно, но я попробую, — она развернулась и теперь была вверх ногами, пока Ричи в недоумении выгнул бровь. Будто бы сняв маску, повторяя сцену из фильма, про который Уилер не знал, она потянулась к его губам и поцеловала. Нежно, как когда-то Питер Мэри.       Они целовались долго, иногда прерываясь, чтобы перевести дыхание. Ребята еле сдерживались, чтобы не оставить на шеях друг друга яркие отметины, ведь в таком положении до чужой шеи достать было намного проще. Её голову затуманивал терпкий аромат его одеколона вперемешку с ванилью. Ещё через какое-то время когтевранка начала опускаться вниз, падая в руки рыжего. Заново поддаваясь гравитации, брюнетка обхватила ногами в широченных штанах торс слизеринца, удивляясь его худобе.       А за окном начал идти снег, кружась, падая на высокие деревья и крыши башен. Ветер колыхал листву гремучей ивы, стоящей уже более пятнадцати лет на своем месте. Где-то в запретном лесу на ночную охоту выходили жуткие создания, возможно, любители погулять вечером вне замка услышали бы странный вой, доносящийся издалека. Затянутое облаками небо, в котором изредка проглядывала луна, проецировалось над головами учеников, находящихся в Большом зале.       Билл Денбро не был тем, кто пропустил бы вкусный ужин, максимум опоздал бы. Сейчас он сидел, пытаясь найти глазами свою девушку, и нервно перебирал еду в тарелке. Беверли, сидящая слева от него, поинтересовалась куда пропал аппетит. Билл, будто выведенный из транса, сказал, что задумался про свою девушку, и запихнул в рот вилку салата, пока немного отросшие медно-русые волосы лезли в глаза.       После ужина он прошелся с Бев до их общей гостиной, где они около получаса просидели на красном диване за милой беседой, после которой оба удалились в свои комнаты. Он грустил. Раньше Денбро мог зайти в комнату к Билли и Стиву, но сейчас, когда они закончили обучение в Хогвартсе, на его факультете не осталось близких друзей мальчиков. Теперь ему приходилось знакомиться с соседями по комнате, но не сейчас, когда их нет в комнате, по этому до отбоя он просидел с книгой, которую посоветовала Беверли.       Ричи держал её одной рукой под пятой точкой, другой поглаживая по внутренней части бедра, пока девушка пальцами оглаживала его спину. Он остановился, чтобы перевести сбитое, к черту, дыхание, и заглянул в глаза за круглыми линзами очков. Она, будучи прижатой худым телом к прохладной стене, резко оттолкнула парня от себя и, подняв с пола пачку сигарет, закурила, отходя в другой конец, но резко возвращаясь, вспомнив о том, что тут поблизости медпункт, и её может кто-то увидеть. Находящийся в недоумении, Ричи начал подходить к однокурснице. — Не подходи ко мне! — прикрикнула девушка. — Я не могу себя контролировать, когда ты рядом. У меня есть парень и я его люблю, — теперь она села на пол, и слезы градом полились по её бледным щекам, Ричи присел рядом, не смея её трогать. — Я… я поступила глупо и отвратительно по отношению к нему. Ты ничуть не лучше! — большое количество затяжек и почти что выкуренная Marvel немного успокоили её. — Я пришла попросить сигарету, а ты… Ой, да кого я обманываю? Я просто шлюха! — Эй, послушай меня, ты совершила ошибку и ничего с этим не поделаешь. Но… Но все будет хорошо, мы просто забудем об этом, я сейчас уйду… — она обхватила его лицо руками и впилась в губы, затыкая рыжего. Поцелуй получился чересчур слюнявым и жадным, но им обоим было глубоко плевать на это. После она уткнулась лбом ему в ключицу, хныча, ей было стыдно и страшно смотреть на него, но Уилер лишь приобнял её. — Мне кажется, нам пора уже идти. Если хочешь, могу проводить тебя до комнаты, — девушка лишь кивнула и медленно встала, держа парня за руку. Двигались ребята молча, продолжая держаться за руки. Они шли, кажется, самым длинным путем из возможных, оминая пустые коридоры, порой даже не освещенные факелами, и свободные от учеников кабинеты. Перед одним из поворотов они чуть не наткнулись на Филча, но вовремя скрылись за углом, смеясь после того, как опасность отступила. Ей казалось, что каждая картина в замке, которая ещё не спала, смотрела на неё с осуждением.       Уже возле входа, девушка стиснула парня в крепких объятиях и затем аккуратно поцеловала его. Проводив девушку взглядом, Ричи ушел в сторону комнаты, думая над прозошедшим. Хоть он и считал себя не самым хорошим или добрым человеком, а по словам других людей, так вообще изверг, но поступать вот так с другом, который всегда его поддерживал и относился с пониманием, не собирался. Хотя каждая мысль о девушке, невольно посещающая его голову, затуманивала рассудок, давая парню понять, что устоять перед когтевранкой он не сможет. Дождавшись момента, когда все соседки заснут, она заплакала и продолжала рыдать почти всю ночь, уснула она лишь под утро; он же спал, постоянно просыпаясь и ворочаясь.       На завтраке они изредка поглядывали друг на друга, и девушка продолжала чувствовать электрический заряд, который проходит сквозь её тело. К её большому счастью, она сидела спиной к столу Гриффиндора и не видела лица Билла, как можно дольше. После завтрака он её окликнул, а Ричард как раз обсуждал с Макс своё отсутствие на ужине недалеко от парочки. — Мэри, почему тебя не было на ужине? Я переживал, — он обнял её и поцеловал в макушку. — Прости из-за экзаменов у меня большой стресс, — она улыбнулась уголками губ, затем продолжила шепотом. — И у меня сигареты кончились, пришлось просить у Ричи, — теперь она виновато смотрела в пол. — А, так вот в чём проблема! — Билл из-за плеча девушки взглянул на друга, смеясь, на что Ричи как-то странно отреагировал. — А то я подумал, что что-то случилось. Но у нас же все хорошо? — он наклонил голову, чтобы она на него посмотрела. Мэри быстро закивала и поцеловала парня в губы, обещая погулять после уроков.       После серой, как лондонский туман, пары девушка нерешительно посмотрела в глаза Ричи, намекая помедленнее собирать вещички. Эдди, сидящий рядом с Уилером, вылетел из кабинета со скоростью пули в сторону кухни, оставляя соседа по парте в приятной компании брюнетки. Мэри, проводив последнего пресного однокурсника взглядом, медленно наступая на подошву массивной обуви, направилась к арендующему её сознание парню. А Ричи, будучи не глупым мальчиком, ретировался в сторону двери, но отупляющий рассудок запах тирамису с земляникой, точнее его обладательница, притянул к стене, кладя тонкую ручку на плечо. — Мисс Уайт, что вы себе позволяете, — даже будучи прижатым к стене, рыжий не переставал надоедать. — Мистер Уилер, — она специально протянула ненавистную фамилию, — я бы в вашем положении, — девушка окинула взглядом фигуру парня, над которым доминирует девушка, — заткнулась и не паясничала.       Мэри потянулась к обветренным губам слизеринца, но в последний момент, когда парень был уже наготове, отпрянула, ухмыляясь. Пока девушка отвлеклась на свою же уловку, Ричи в миг поменял их местами, случайно ударяя её головой об стенку. Протяжное «Ауч!», прорезавшее тишину кабинета, сменилось достаточно шумными звуками поцелуев. После Тозиер все-таки решился коснуться её изящной и бледной шеи, пока лишь целуя. Ноги подкашивались от каждого касания; рядом с ним дышать не получалось, не то что думать. Не дав Мэри насладиться моментом, голубоглазый отодвинулся от манящей шеи и невесомо чмокнул в губы. — Если захочешь увидеться, — оба знали, что захочет, — ты всегда знаешь, где меня найти. — Последнюю фразу он прямо прошептал её на ухо, обжигая дыханием кожу. И уже выходя из кабинета добавил: — Передавай Большому Биллу приветик.       Девушка опомниться не успела, а парня будто и след простыл, лишь терпкий запах одеколона напоминал о том, что всё это не просто приснилось ей вовремя занятий. До конца учебного дня Уилер не раз посещал её мысли, после которых девушка невесомо прикусывала губу, вспоминая. Но ни в коридорах, ни в кабинетах она его не видела, парень будто её избегал.       После последнего урока, который будто целую вечность тянулся, её встретил Билл, явно в приподнятом настроение. Денбро взял её за руку, переплетая пальцы, и повел на улицу, заранее накинув зимнюю мантию. Пока все студенты, изрядно уставшие и явно не замечающие красоты вокруг, шли делать задания, парочка шла к дальнему выходу замка, улыбаясь.       На улице было по истине волшебно. Снежинки, размером с хлопья, которые девушка любит есть на завтрак, кружились падая на головы студентов или на снежный ковер, покрывающий владения Хогвартса. Снег громко хрустел под ногами, заставляя парочку замолкать, дабы насладиться прекрасными звуками. Ветра не было, и температура могла позлить подержаться за руки больше десяти минут, не превращая пальцы рук в сосульки. Пройдя чуть дальше по очищенной дороге, девушка подскользнулась и упала бы, если бы не Билл, который крепко держал её за руку. Вцепившись рукой в вечно спадающую сумку, а другой в парня, она продолжила путь. — Как картина? — спросил Денбро, уходя вглубь леса. — Вроде хорошо, я её вчера не закончила, как планировала. Но сегодня, скорее всего, доделаю и начну этот снежный пейзаж, пока он не расстаял, — она улыбнулась. — Я никогда не понимал, как ты все это успеваешь. Я вот только приду после прогулки с тобой и сразу сяду за уроки, а ты и порисуешь, и музыку послушаешь, — Мэри подошла в притык к парню, обнимая за шею, и продолжила: - Ты же тоже рисуешь, не ври мне! - улыбчиво ответила брюнетка. - Это сложна рисунком назвать, просто скетчи, ничего больше, а у тебя целые картины! - восторженно ответил Билл, на что девушка залилась краской. — Учись, пока я ещё жива! — Он улыбнулся и поцеловал её в губы. Она запустила пальцы в его ровные, немного мокрые от снега волосы и осознала, что вспоминает, как ощущались неряшливые кудри, невольно представляя на месте своего Билла того, курящего ещё со второго курса, парня. Другой рукой она провела по идеально-мягкой коже щек, которые очень любит тискать. — За что ты мне такой хороший достался? — сказала девушка, оторвавшись от губ парня. — Ой, та ну, — парень раскраснелся. — Вот за что такая добрая и замечательная девушка, как ты, заметила меня, странного, никому не нужного парня из Гриффиндора? — девушка замялась, а Билл аккуратно заправил ей за ухо прядь черных, как полная звезд (снежинок) ночь, волос.       Ей казалось, будто она сходит с ума. Раньше девушка чувствовала его касания, скорее вспоминая, но сейчас она отчетливо слышала запах ванильных Marvel парня. И на секунду — всего лишь секунду — когтевранка провалилась в чертоги своего сознания, где каждая мелочь напоминала о рыжем или о вчерашней ночи, приводя мысли к тому же, мать его, Ричи. Мэри даже не заметила, как блаженно закрылись её глаза, и как сердцебиение ускорилось, как медленно она вдыхала и выдыхала запах, немного напоминающий детство, когда мама готовила ванильные кексы. Но открыв глаза, она увидела стоящего и нервно подкуривающего сигарету Денбро. Все было так просто. — Зачем тебе сигарета? — девушка отряхнув лишние мысли из головы, подошла к парню, пытаясь забрать то, что не должно быть у её хорошего и правильного мальчика. — Ты говорила, что у тебя стресс, — неуверенна затяжка, — и я одолжил у Ричи парочку. — Ты даже курить не умеешь, — Билл выгнул брови в недоумении и тут же закашлялся, от чего девушка рассмеялась. — Отдай её мне, — Мэри уже протянула руку ко рту парня, но тот увернулся. — Погоди, — он вытянул руку, как бы показывая, что уверен в том, что делает. — Меня Ричи как-то учил, — парень сделал внушительную тягу, затем вдохнув ещё раз, только глубже, расслабленно выдохнул дым. Через пару секунд серьезно выражение лица сменилось кашлем и задорным смехом. — Просто сказал бы, что не умеешь, — успешно отобрав то, что по праву её, сказала, ухмыляясь, девушка. — Никто бы тебя за это не побил, — она улыбнулась, целуя парня в щеку.       После он проводил её до комнаты, как делал всегда, и на прощанье получил быстрый поцелуй в губы и слова: «Увидимся на ужине!». Мэри последовала в свою комнату, пустующую в это время. Около получаса она сидела и дорисовывала акрилом океанский пейзаж, который ей удалось однажды повидать. В папиных высококачественных наушниках играли The Cure, пока девушка аккуратными мазками выделывала огромных размеров облака, окрашенные в пастельные тона. В голове всплывали воспоминания о мягком песке и последнем нормальном отдыхе с мамой, когда они за всю недельную поездку ни разу не поссорились и проводили вечера в южной части Флориды. Тогда она первый раз попробовала марихуану вместе со своим дедушкой, пока мама пошла за продуктами. Песня сменилась, а вместе с ней мысли девушки вернулись обратно к картине, осталось лишь одно маленькое облачко недалеко от горизонта и фирменная подпись.        Закончив картину, девушка направилась к месту встречи. Она просидела на прохладном полу около пятнадцати минут, как же хорошо, что она взяла плеер с собой. Может Ричи ждал её все время, пока она писала картину, и, не дождавшись, ушёл? Девушка достала сигарету, которую забрала у Билла, и закурила. После пары-тройки затяжек из-за угла послышались шаги. Уилер, на самом деле, вел себя очень тихо и шумел, если сам этого хотел или говорил. По этому сейчас она отчетливо слышит шарканье подошвы.       В этот раз мантии на нём не было, лишь приталенная голубая рубашка, расстегнутая на первые две пуговицы, открывала вид на острые ключи и молочную шею. Черные идеально сидящие на худущих ногах брюки, от которых у брюнетки чуть ли слюнки не текли, массивные ботинки на ногах и черно-красные носки, выглядывающие из обуви. Вместо огромных очков были линзы, делающие синие глаза ещё больше, а кудри будто вились сильнее обычного. — Ты все-таки пришла. Я удивлен. — Парень присел рядом с курящей, поправив ей челку на пол лба. — Это краска? — Он аккуратно взял её кисть и поднес к лицу, рассматривая. — Да, краска. Акрил. Я дорисовывала океанский пейзаж, если тебе интересно. — Оона придвинулась поближе. Ричи поцеловал её нежно, трепетно, а затем дав ей возможность положить голову ему плечо, продолжил: — Расскажи мне про эту картину. Что на ней? Что это за океан? — Он начал водить не подожженной сигаретой в воздухе. — Я рисовала атлантический океан, если точнее юг Флориды. Это был закат, много огромных пастельных облаков. — Его удивляло то, с каким интересом она говорила. — Картина напоминает мне тот отдых, он был единственным нормальным за последние несколько лет. Погоди, ты же чистокровный, ты хоть немного понимаешь в искусстве? — Мэри приподняла голову заглядывая в глаза парню. — Неа. — Рыжий гордовито поднял подбородок и помахал головой. — Почему ты делаешь вид, будто тебе есть чем гордится? — она цокнула. И начала рассказывать про своих любимых художников, таких как Сальвадор Дали, Татьяна Яблонская и Всеволод Максимович. Иногда её речи про искусство прерывались поцелуями, которые доставляли ей не меньшее удовольствие. — …очень мало кто понимает, что на самом деле сейчас отсекается все лишнее. Раньше, например, в том же барокко или классицизме (я обязательно покажу тебе в чем разница) всё изысканное, ведь люди думали, что с техническим прогрессом прекратятся войны и другие человеческие проблемы, — Ричи по нескольку раз перематывал её фразы в своей голове. А магли, как раньше казалось Уилеру, не такие уж и отсталые. — Именно по этому в картинах, как и везде в принципе, присутствовало единство человека с природой. Но сейчас человечество докатилось до такого, мать его, абсурда, что не остается ничего помимо черного квадрата… — её речь подходила к своему логичному концу, пока девушка медленно пересаживалась на бедра парня, удобно лежащие на полу. — …знаешь, в один момент я подумала, если жить не этим, то чем тогда, — она потушила сигарету об стенку в миллиметре от волос парня, затем аккуратно их поправляя и придвигаясь поближе к его лицу.       На ужин девушка в этот раз явилась; обворожительно улыбнувшись своему спокойно поедающему курицу парню, она присела за стол, начиная разговор с Энн, соседкой по комнате. Уилер зашёл в Большой Зал через пару минут с багровеющим засосом на шее, который он даже не пытался скрыть. Поймав на себе шокированный взгляд той, что оставила синяк, Ричи незаметно для всех подмигнул ей. Усевшись за стол, парень сразу же получил уйму вопросов от Джейн, Лукаса и Макс, до этого явно спорящих, о чем говорили красные щеки Мэйфилд. Рыжий ответив что-то про снятие стресса, сделал вид, что усердно слушает выступившего к трибуне директора, чтобы от него побыстрее отстали. Дождавшись тишины в зале, Дамблдор со всей присущей ему серьезностью напомнил детям об участившихся смертях детей от рук серийного убийцы, именующего себя Пеннивайзом, сбежавшего из Азкабана около четырех с половиной лет назад; среди жертв также числятся ученики Хогвартса. В связи с такими печальными новостями был введен комендантский час, но пока что не обязательное сопровождение учителей.       Следующие полторы недели прошли с постоянными прятками в пустых коридорах, вонючих туалетах школы и, конечно же, в выручай комнате. Однажды они даже выбрались в запретный лес, точнее в его округи, но даже не дойдя до тропинки девушка, видимо не смотрящая под ноги, подскользнулась и в этот раз уже упала, повалив с собой Уилера. После на её бедре и локте красовались два внушительных размеров синяка. Один раз их чуть с треском не раскусил Эдди, отчаянно ищущий пропускающего тренировку Ричарда; но Тозиер наплел Каспбраку про очередную подстилочку, на что когтевранец лишь закатил глаза, пинками провожая парня на поле для квиддича. Девушка никак не могла отделаться от мыслей о любящем её Билле, но все равно каждый день с новой силой запрыгивала на руки к Тозиеру. Ещё были бесконечные разговоры об искусстве, в которых Ричи мог, но не хотел участвовать, ему нравилось слушать её, не перебивая. Они даже с матча по квиддичу между Когтевраном и Пуффендуем — в котором, кстати, победили первые — пропустили, как делали со всеми, по их мнению, скучными мероприятиями. У девушки появилась странная привычка, каждый раз перед встречей с Тозиером тщательно смывать помаду с губ, дабы та не размазалась по всему её лицу.       На очередное их «свидание» с Ричи Мэри пришла вся в слезах; Тозиер будучи не готовым к подобному повороту, лишь прижал девушку покрепче к себе, успокаивая. Он невольно вспоминал подобную ситуацию с Беверли, иронично то, что Билл там тоже был. После окончательно промокшего плеча парня, девушка все-таки отодвинулась и заговорила: — Я так больше не могу, нам нужно перестать видеться Ричи. — Она не смотрела ему в глаза, еле сдерживаясь. — Я люблю Билла, тебя — нет, — тяжелый вздох. — Хорошего тебе вечера, Ричард. — Она развернулась и вышла из башни. Она дошла до поворота, так ни разу не обернувшись. А Ричи продолжал стоять на том же месте, с всё ещё мокрым плечом, и какой-то грустью внутри. «Все таки с ней было весело», — подумал парень и направился в комнату.       На ужине он не смотрел в её сторону, на завтраке тоже и даже на парах. Он надеялся, что она не сдержится, поймает его на выходе из кабинета, проберется ночью к нему в комнату через тайный проход или хотя бы оставит записку о встрече, но нет, ничего. Лишь когда рыжий в перерыве решил сходить в уборную, на месте его ждали не только пустые кабинки и раковины, а прижимающая его к стенке девушка. Она же говорила, что им стоит перестать, да? Она продержалась дольше, чем он думал. Без каких-либо объяснений девушка притянула парня за галстук к своему лицу и поцеловала так горячо, насколько человек вообще способен. Подрагивающими руками она оттягивала его волосы, немного трясущимися зубами кусала губы, водила горячим языком по рту. А у Ричи будто мозг атрофировался, он стоял немного согнутым столбом над девушкой, не до конца владея своим телом. Наконец собравшись с мыслями, Уилер получил контроль над ситуацией; медленно, но уверенно парень двинулся в сторону раковин и усадил на неё девушку, которая уже инстинктивно раздвинула пошире ноги.       Каждый последующий день сопровождался словами: «Я люблю Билла, не тебя!». Каждый раз проходило все больше времени (иногда всего двадцать минут, иногда два с лишним часа) перед тем, как она вылавливала Ричи где-нибудь и с новой силой целовала. Крепчала. Он уже не ловил на себе её томный взгляд и не слышал ласковое «Ричи», не чувствовал запаха тирамису на своей одежде или волосах. С каждым днем она будто становилась увереннее в своих убеждениях, проводя все меньше и меньше времени с балоболом. Ему было плевать, ей тоже. Их встречи не были наполнены смыслом, они просто были. Это была рутина, как у каких-то парочек женатых пятнадцать, а то и больше, лет. Кому вообще в голову придет идея прожить с кем-то остаток своей жизни? Уж точно не Ричи. Вот она уже два дня не объявлялась. Рекорд.       Ричард сидел прокручивая их последнюю встречу, сидя на том же месте, где и обычно, согнув одну ногу в колене, он пытался поджечь сигарету. Походу закончилась. Он достал коробок спичек и выудив одну, наконец поджег красную Malboro. Послышались быстрые шаги, но парень не обращал на них никакого своего внимания. Быстрые передвижения ногами, а теперь и тихие всхлипы приближались с каждой секундой. Возможно, его сердце и пропустило пару ударов, но признавать это парень не хотел. Ричи закрыл глаза предчувствуя картину, которую увидит. Когда шаги остановились в метрах трех от него, он заговорил: — Прибежала опять? Твоё «Я люблю Билла, не тебя!» уже не работает? — Он все ещё не открывал глаза, медленно вдыхая горький дым. — Я… я рас-сталась с Биллом. — Ричи быстро открыл глаза, закашлялся и тотчас вставал с пола. Он смотрел на девушку глазами полными непонимания. — Но к-как же твои слова? — Парень пребывал в настоящем шоке. — Мои слова, походу, были сущим враньем, если я стою сейчас перед тобой. — Слезы заполнили её глаза, мешая девушке разглядеть то, что происходит в метре от неё. Ричи всё ещё не понимал, как ко всему этому пришло, но он уж точно был рад такому исходу событий. Аккуратно обхватив её лицо своими руками, он начал вытирать нескончаемый поток слез подушечками больших пальцев, изредка целуя в макушку. Вечный недосып и стресс через долгий промежуток времени все-таки сломали девушку, теперь мирно посапывающую на коленях рыжего, который, в свою очередь, рассматривал магловский прибор, не единожды показанный ему до этого.       Она долго не просыпалась, и Тозиер медленно начинает потряхивать её за плечи, но, поняв, что это не сработает, тихо зовет её по имени, про себя осознавая, что за все их время вместе ни разу не назвал её по имени, такому красивому имени. Мэри просыпается почти сразу, начиная тереть заспанные глаза, приподняв оправу. Наконец открыв зеленые глаза, девушка попыталась понять где и как уснула. Заметив склонившегося над собой Ричи, она сначала немного перепугалась, после притянув к себе за шею и нежно чмокнув в мягкие губы, без которых не могла представить своего существования последние дня два. И Уилер улыбнулся, не ухмыльнулся, а именно расплылся в лучезарной улыбке, что случалось очень редко за последние полгода, хоть на пальцах считай. — Так, что мы вместе? — Мне кажется, мы были вместе ещё с той ночи, когда я пришла за сигареткой. — Она улыбнулась. — А когда это было? Три с половинной недели назад?! Черт, это же мы в конце недели уже домой едем? — Ричи, как и его девушка впрочем, потерял счет времени и, почесывая затылок, прикинул приблизительное сегодняшнее число.       Насладившись последними школьными днями в году, парочка, договорившись о встрече на следующий день после приезда и решив не ехать в одном купе, пошла на последний завтрак. Сев около Макс, остающейся по своей традиции на праздники в школе, Ричи спокойно начал прием пищи. Обняв, пожелав всего наилучшего и пообещав позвонить по камину рыжим и Стэну, парень направился к одинокой черной карете, в которую только что залезли Эдди, Майк и Билл. Тозиер, разрушая нависшее молчание, решил подбодрить недавно «ставшего вольной птицой» друга парой шуток про маму Эдди, на что тот как обычно фыркнул, надув губы. — Ричи вернулся, будто и не пропадал, — после очередной плохой шутки подытожил Хенлон, разглядывая чарующие пейзажи за окном. — В каком смысле вернулся? — Выгнул бровь рыжий. — Типа ты не замечал? — Билл улыбнулся, но буквально через секунду, осознав, что Тозиер не понимает, округлил глаза в удивлении. — Ну если ты реально не замечал, но ты почти ни с кем не говорил за последний месяц. Ходил радостный, но молчаливый. Мы начали думать, что, мало ли, твоя очередная девушка оторвала тебе язык, а то и хуже. — Ричи ухмыльнулся как шутке, так и мысли о девушке. — Билли, я вижу твои шутки с моим молчанием улучшились. Горжусь! — сделав важный вид, закончил Ричи. — Может тебе стоит почаще молчать, от этого все будет только лучше, — ухмыльнулся Эдди. — Только не тебе, крошка, ведь ты будешь отчетливо слышать стоны своей мамаши. — У шутки было продолжение, но Ричи не смог его рассказать, ведь Каспбрак начал колошматить его руками, дабы заткнуть. Карета наполнилась отсутствующими последнее время легкостью и теплом, а счастливые улыбки не спадали с лиц ребят аж до остановки в Хогсмиде.       Ричи и Эдди заняли отдельное купе, прям как в начале года, и общались, лежа плашмя на кожаных диванчиках и рассматривая то потолок, то серое небо за окном. Уилер, будучи капризной маленькой девочкой, решил, что его место не достаточно удобное, в отличии от места Каспбрака, и попросил Эдди поменяться местами, но когтевранец, будучи не менее разумным, не хотел отдавать своё место. В итоге небольшая война за диван закончилась тем, что два достаточно зрелых парня, как два идиота, валялись на диване красные, чуть ли плачущие, и смеялись надрывая животы, зато каждый остался при своем. К середине поездки Каспбрак уже спокойно улегся головой на колени слизерца, который спиной оперся о стену, одну ногу согнув, другую закинув на диван. Так они и уснули.       Часа за два до прибытия к парням в купе зашел Уилл с книгой, говоря что-то про громких ребят и желание почитать, но, заметив мирно спящих ребят и улыбнувшись, сел на диван напротив, начав читать, изредка отрывая взгляд от строк. Лондон уже был будто на расстоянии вытянутой руки, заснеженный, рождественский; королева вовсю репетировала праздничную речь, которую крутили по всем радио- и телеканалам страны, а замершие родители стояли на станции в ожидании своих детей. Поезд задерживался на полчаса, заставляя взрослых немного заволноваться, нервно сверяя свои часы с настенными и наоборот.       Спокойное потряхивание за плечи разбудило парней, заставив залиться краской и быстро начать собираться. Платформа встретила учеников теплыми красками и магловскими украшениями; Ричи сначала поздоровался с миссис Кей и, пожелав ей хороших праздников и подмигнув Эдди, ретировался в сторону своего брата, спокойно общающегося с родителями своей девушки. — Ричард, как мы давно тебя не видели! Ты так подрос! — Джойс положила руку на плече слизеринца, улыбаясь. Хоть Тозиер не был частым гостем в их доме от слова «совсем», Джойс все равно относилась хорошо к парню, искренне желая ему наилучшего. Майк заметно помутнел после появления незваного собеседника, Джейн же, заметив состояние парня, взяла его за руку и мягко ему улыбнулась. — А вы с годами не меняетесь. Всё такая же добрая ко мне, как и тогда много лет назад, — парень улыбнулся уголками губ. — Ладно, Майки, нам пора идти. Хороших вам всем праздников и до скорой встречи! — не дождавшись ответа, Ричи начал оттаскивать брата в сторону, пихая младшего в спину. — Уиллу и Джонатану тоже передавайте! — крикнул уже издалека рыжий, подходя к семье и заключая младшую сестричку в крепкие объятия. — Ричи, ты тоже приехал. Я не ожидала. — Карен обняла сыновей, разглядывая старшего с ног до головы, пытаясь понять, случилось ли что. — Все хорошо, мам! Я сам в последний момент передумал. А теперь давайте пойдем, поздно уже. Холли, хочешь прокачу? — показывая головой на спину, предложил Тозиер. Девочка, конечно же, не отказалась, запрыгивая на брата. Всей семьей они дружно отправились домой, попутно обсуждая прошедший семестр, и на пару минут Ричи ощутил теплоту исходящую от его семейства, но это была всего лишь пара минут.       Не успев выйти из камина, вместо объятий или хотя бы приятных слов, Тозиер услышал: «А что он здесь забыл? У нас же вроде семейный праздник намечается», — доносящийся из уст Нэнси, старшей сестры, иногда приезжающей, чтобы подавить на нервы рыжему, что он делает взамен. «Кто бы говорил, а? Я тебе кривого слово за последние пару месяцев не сказал, а ты на меня как коршун налетела. Не думаю, что так себя ведут образцовые выпускники Хогвартса!», — прыснул на неё своей только что появившейся желчью Ричи. Не успев начаться, ссора была прекращена Карен, сказавшей детям, запихнуть свои обиды поглубже и наслаждаться праздником.       Рождество прошло на удивление спокойно, радости не от кого, кроме Холли, особо не исходило, но все решили не портить вечер маленькому, но очень важному всем человечку. Ближе к полуночи, когда старший сын уже уложил младшую сестренку спать, почитав на ночь и поцеловав в лоб, отец семейства спал, развалившись на кресле, пока Ричи спокойно наливал по второй чашке чая для себя и мамы. Они впервые за последние несколько лет просто сидят на своей, достаточно большой, кухне и разговаривают. Тозиер, по настоянию Каспбрака, решил не вспоминать ничего плохого об их отношениях и спокойно обсуждал последние происходящие в его жизни события, выпуская лишь упоминания Мэри, к которой, по мнению рассказчика, мама не готова.       На следующий день сразу после открытия подарков, Ричард, захватив с собой денег, направился в сторону галереи Тейт, где должен встретится с девушкой. Добирался он долго и муторно, ведь эти магловские линии метро сложные для понимания и ориентировки, но даже не опоздал. Мэри, неожиданно появившаяся из-за угла, ничем не отличалась от магла, но что-то чарующее в ней сегодня было. Определенно, безразмерное черное пальто, скрывающее почти всю девушку под собой. Невесомо поцеловав парня в губы, она, переплетая их пальцы, направилась к входу. Выставка, состоящая из картин шестнадцатого-двадцатого века, была захватывающей, особенно если считать пояснения почти что к каждой картине от брюнетки; Ричи, конечно, интересовали произведения искусства, но приблизительно половину времени он рассматривал бледное личико. Закончив с одной выставкой, они направились к другой. «Тейт модерн» гласила надпись на плакате, стоящим рядом с входом, которая немного рассмешила парня.       К большому удивлению обоих, Уилера больше заинтересовало искусство двадцатого века. Теперь он по нескольку минут всматривался в картины, думая над их смыслом, перед объяснением «экскурсовода», мило целующего рыжего в щеку. После проведенных трех часов один на один с культурным прошлым людей, ребята, по инициативе девушки, отправились в её пустующую сейчас квартиру. Она была небольшая, но очень уютная, светлые цвета преобладали в каждой комнате, а жилище Мэри поражало своей необычностью. Две стены обклеены обоями с крупными розами, а остальные — однотонными розовыми, два кота, пытающихся поймать лучи солнца, огромный лавандовый шкаф купе и куча — буквально валяющаяся на столе и полках шкафа — её робот, завораживающих своей проработанностью.       Они лежат на её кровати в обнимку уже около получаса, отказываясь подавать любые признаки жизни, помимо дыхания. В комнате пахло благовониями, яро обожаемыми девушкой, пока солнце, недавно вышедшее из облаков, приятно освещало комнату на девятом этаже. В какой-то момент Мэри привстала, склоняясь над Тозиером, и придвигаясь к его губам на максимально близкое расстояние. Парень, уже заранее зная привычку девушки портить все в последний момент, быстро привстал на локте и впился в её накрашенные губы, второй рукой притягивая к себе. Медленно поменяв их местами, Ричи отодвинулся до того, как все может пойти не в ту сторону, спрашивая, на что девушка уверенно кивнула. Не теряя и секунды времени, рыжий начал покрывать её линию скулы и шею поцелуями, от которых у когтевранки пробежали мурашки.       Холодные руки, до этого оглаживающие фигуру сквозь ткань, проползли под объемной кофтой, аккуратно дотрагиваясь до кожи, девушка промычала, на что Тозиер ухмыльнулся. Подымаясь руками выше, оглаживая спину и лопатки, парень добрался до кружевного бюстгальтера и медленно перевел руки на грудь, пока лишь оглаживая. Брюнетка просто таяла от каждого его прикосновения, а парень не собирался останавливаться, спокойно начав стягивать мешающий предмет одежды. Бессовестно разглядывая чужую фигуру, рыжий и не заметил, как с него начали стягивать его верх. Теперь рассматривал не он один, Мэри не только разглядывала, но и лично удостоверилась в реальности, как она сама сказала, огладив каждый дюйм его мраморной кожи. Ричи с каждым поцелуем спускался все ниже, изредка возвращаясь к губам. Придя к выводу, что штаны уже не нужны, он незамедлительно их стянул, повозивщись с ремнем, точнее с его бляхой в виде солнца, затем давая возможность сделать тоже самое с ним. Освободившись от всего, кроме нижнего белья, Ричи начал руками изучать бедра девушки, продолжая целовать её в живот, от чего та выгибалась в спине. Что-то очень громко упало, от чего оба прервались, заволновавшись, но затем, вспомнив про котов, вернулись к прерванному процессу.       Они лежали выкуривая по очередной сигарете, рассматривая потолок. Облегчение наконец наступило. Симпатия пропала, будто её и не было. Докурив последнюю, Ричи сел на кровати, начиная одеваться, а девушка даже не смотрела в его сторону. Поправив спутанные рыжие кудри и безуспешно попытавшись вытереть помаду с лица, он вышел в коридор. Обувшись и накинув куртку, парень заглянул в комнату и, сказав: «Спасибо за все, крошка!» и проведя двумя пальцами линию от виска куда-то в небо, вышел из квартиры, а за тем и из дома, направляясь в сторону метро. Холодный воздух отлично бодрил, будто бы выдувая лишние мысли из головы.       Рыжий направлялся к метро, но не чтобы поехать домой, а побыстрее добраться до дома Каспбрака, адрес которого он помнил, но не имел и малейшего понятия, как туда добраться. Дом Мэри был где-то в двадцати минутах от станции, по дороге к которой он выкурил порядка трех сигарет и выпил чашку неплохого кофе из какого-то дешевенького кафе, имеющего стульев только для двух. Спросив пару прохожих, явно никуда не опаздывающих, Ричи наконец-то начал понимать хоть что-то в этих сетях. Рассматривая носки своих ботинок, рыжий шёл по снежным, мало очищенным улицам, идти нужно было около двадцати пяти минут, сказала ему невысокая брюнетка, забыв упомянуть о существовании автобусов. Дом Каспбрака приветствовал Уилера отсутствием каких-либо украшений, давая понять, что зданием он не ошибся. Аккуратно постучав в деревянную дверь, парень отошел на шаг, рассматривая веранду и потолок, пока дверь не открыли. — Здравствуйте, миссис Кей! А Эдди дома?