Реквием иномирца.

      Черный дракон немного потоптался на месте, и неспешно расправил крылья, чтобы народ успел расступиться.        Сперва мне было боязно, ведь черный бог и не думал взлетать мягко. Рванул со мной так, что я едва не сорвался с его спины. А через минуту, я уже с восхищением верещал от бешеной скорости полета.        — Мне нужна ударная сила. — звучит голос Коккеральда в моей голове.        — Зачем? — я пытался перекричать ветер. — Что происходит?        — Мы не ожидали. Я едва успел среагировать и закрыл город в последний момент.        — От чего, и куда мы несемся? — выпалил я, и Коккеральд резко затормозил и продолжил мягко парить.        — Мне показалось что тебе понравится такой полет. — усмехнулся потусторонний голос в моей голове. — Армия Тьмы использовала баллистическую магию. Нам всем очень повезло что Авирго очень чувствителен к перепадам магической силы.         — Они атаковали?! — рыкнул я со злости. — Но ведь они за сотни километров от нас!        — Баллистическая магия. Сильные колдуны. Для таких это не проблема.        — Ладно, и что нам делать?        — Отбить следующую атаку и уничтожить этого мага. Я думаю что он недалеко. Вот только я не знаю где он. Не чувствую.        — Ладно… А сам?        — Я едва справляюсь с этим щитом. Если в него еще что-то врежется, он рухнет. Сейчас я и огнем дыхнуть не могу, а про что-то более сложное я вообще молчу.        — Может тогда снимешь щит?        — А если мы не отобьем магию?        — Я понял. — тяжелый вздох вторил моим тяжелым мыслям. — Ты уверен что маг один?        — Нет, но в щит упало кучно. В одно время. Значит и позиция одна.        — У меня сомнения на этот счет. — признался я.        — Согласен. — фыркнул в моей голове черный бог.        — Можно интимный вопрос?       Коккеральд в голос усмехнулся.        — Почему именно я? В смысле, сейчас. Помимо меня, там на площади еще два хранителя источника, и куда более способные боевые маги.        — Твоя промежность на моей шее приятнее чем чужая. — оскалился он в ответ. Как ни странно, это меня вполне устроило и даже польстило.        — Ладно, что нам делать? Я ничего не ощущаю, в смысле чужую магию. — признался я.        — Моя оплошность. Щит контратаковал и обратил остаточное волшебство против его хозяина. Так что остается ждать и крутить головой по сторонам. — черный бог испустил волну магии, разметав крупные облака над городом.        — Вовремя! Посмотри на луны! — почти крикнул я, впившись когтями между чешуйками на мощной шее.       Со стороны ночных светил в небе едва заметно дрожали шесть синих точек. Я бы принял их за звезды, будь они чуть меньше, но они мало того что были вдвое больше, так еще с каждой секундой увеличивались. Коккеральд тут же рванул навстречу.        — И что мне с этим делать?! — запоздало мявкнул я, стараясь не свалиться.        — Ударь чем-нибудь! Ты же сильный!        — Чем?! Я дрался то в основном только Амодеусом, да магией, что на инстинктах вырывалась!        — Вот и замечательно! Обратись к своей природе! — как-то уж больно весело ответил черный бог. Его что, это забавляет?!        — Ладно, дай собраться с мыслями… — я на несколько секунд закрыл глаза собираясь с мыслями и взывая к знаниям источника. Нужно что-то простое, даже примитивное, но сильное… — Это мать вашу что такое?!       Открыв глаза, я тут же прищурился от противного света огромного магического шара с размах крыльев черного бога. Вот такого я точно не ожидал, и теперь кажется что выбранное мною волшебство для уничтожения будет как-то слабовато.        — А ты чего ждал? Бабочек? Сыны Тьмы настроены более чем серьезно. — проворчал черный бог в моей голове. — Используй крушитель магии.        — Не получится, это больше не у меня, да и если я начну ломать это, вся вложенная магия вырвется наружу!        — Времени все меньше. — напомнил Коккеральд.        — Знаю! Держи дистанцию! — Гаркнул я в ответ.       Коккеральд резко расправил крылья, увеличивая расстояние между нами и сферы с бешеной магией. В свою очередь, я сплел ветвистую трескучую молнию, и метнул в цель, но та лишь лизнула поверхность чужой магии. Слышу как ворчит черный бог.        С каждой секундой дела становились все хуже. Заклинания летят довольно быстро, а начинающий паниковать мозг не придумал ничего лучше, чем воспользоваться единственным козырем, что болтается сейчас у меня на руке.        — Давай вплотную, и как можно быстрее! Не сбавляй скорость! — почти кричал я.       Попробуем по-другому. Я призвал липкий хлыст болотников и накинул свободной петлей на шею черного эдра. Так я точно не свалюсь. К этому моменту, Коккеральд уже подлетал к сфере, и я вскинул правую руку с ожившей клятвой на крови. Магия крови будто бы только и ждала того момента, как я ею воспользуюсь и сама вытянулась в непомерно длинное лезвие. Не ожидая этого, я едва не проткнул крыло черного бога обоюдно острым лезвием, за что получил недовольный взгляд рыжего глаза.        Алое лезвие вспороло покров заклинания и кончиком зацепило самое сердце, вызвав тот самый ожидаемый выброс волшебной силы. Коккеральд едва успел прошмыгнуть между столбами синего света, как за нашими спинами громыхнуло убийственное волшебство.        — Давай дальше! — весело рыкнул в моей голове его голос. Да я и сам повеселел осознавая, что мы можем перехватить чужую магию.        Второе, третье и четвертое заклинания рванули так же легко, даже не подпалив крылья Коккеральду. Но мы устали. Черный бог хоть и является существом высшей инстанции, но даже ему сложно держать такую огромную скорость, так еще при этом он умудряется маневрировать между опасными всполохами магии. Мне даже пришлось приклеить ноги к бокам черного бога заклинанием болотников потому, что Коккеральд очень резко дергался из стороны в сторону, и я один раз уже повис на его шее. И даже не смотря на это, мои силы тоже заканчивались.        У баллистического заклинания очень плотное магическое ядро, и чтобы повредить его, приходилось давить обеими лапищами, а потом резко тормозить лезвие, чтобы случайно не ранить черного эдра. Как итог — после третьего шара у меня щелкнула поясница и позорно ныли лапы.        Возможно всё это и привело к тому, что пятый шар зацепил всполохом левое крыло Коккеральда, будто бы высушив его. Мы накренились в сторону шестой сферы.        Коккеральд отреагировал быстрее меня, пытаясь сложить крыло и уйти от столкновения, но клятва на крови уже пронзила сферу, и поцарапала ядро запуская реакцию разрушения.        Черный эдра взревел с испугу, оглянулся на меня, и разорвал лапами мои липкие плети. Его черный хвост оплел концом мою грудь, и со всей дури рванул меня назад, срывая со спины черного бога. Сфера взорвалась, окатив своей магией черного бога и отбросила его в мою сторону.        От былой величественности черного эдра и следа не осталось. Его попросту швырнуло как тряпичную куклу, и он сшиб меня собою. Еще секунда, и нас накрыла волна обезумевшей силы. Я видел как трескалась черная кожа и чешуя на открывающейся пасти черного бога, видел как в его глотке клубится черный огонь. Мгновение, и пламя Коккеральда окатывает меня с головы до ног, изгоняя едва обозначившуюся боль. Сильно воняет жженой шерстью и горелой кожей, свет вокруг меркнет, но лишь оттого, что Коккеральд сложил свои крылья, укутывая меня, прижатого мощными лапами к его груди. Его крылья обгорели и потрескались, так что лететь он больше был не в состоянии. Эдра приготовился к жесткому приземлению. Он рывком развернулся, спиной к земле. За мгновение до удара он расслабился, чуть отпустив меня, и в момент приземления, я конечно очень сильно ударился, но отпружинил грудью от груди бога, гася инерцию в его же крыльях. Этот удар погасил мое сознание на несколько секунд. Я очнулся когда черные крылья еще расползались в стороны сухими тряпками.        — Коккеральд! — проскулил я. Было больно. Очень. Ребра болели, но они не сломались.        Мне не ответили. Возникший страх ударил по животу вышибая воздух из груди. Не смотря на боль, я пополз по черному телу, сжал рога на черной голове, и развернул к себе. Кровь. Голова разбита. Но он не умер. В смысле, я знаю что умерев, Коккеральд не обеднеет, но сама ситуация… Ему очень больно. Слышу слабый стон, едва уловимое дыхание, и легкий, но противный хруст.        — Держись черныш, сейчас помогу, не отключайся…       Магия послушно откликнулась, но покинув мое тело, лишь скользнула по сухой чешуе и просочилась в землю, заставляя расцвести целое поле дневных цветов ночью, принудив их проклюнуться сквозь толстое одеяло снега.        — Бесполезно… — хрипнул черный бог.        — Заткнись. — рыкнул я. — Ты не умрешь здесь.        — Это… Не… Проблема…        — Нет! Я знаю… Но нет. Нельзя так! — я перебирал в голове все возможные варианты.        — Ты не сможешь… Ты не бог…        — Если не я, то никто… Ты сам это понимаешь… — варианты резко закончились.        — Только не навреди себе… — сдался черный бог и закрыл глаза. — Твое тело здесь не поможет…        Да я и сам это понял! Божественные сосуды рангом будут повыше хранителей источников. И раз мое тело бессильно, остается лишь один вариант.        Сперва я исцелил свое тело, выгнулся, максимально сосредотачиваясь на свершаемом заклинании. Мысль была проста. Если я не могу исцелить сосуд бога извне, то остается это сделать изнутри. Идея всплыла из обрывка знаний заключенного в моем источнике, и я решил это испробовать.        Моя душа нестабильна. Она все еще неполноценна, и уже собранные лоскуты пришиты непрочно, и нити души отзываются на первый же зов. Вот и сейчас они послушно ослабили хватку, и обратив душу в более осязательную сущность — тот самый дым души, что когда-то я видел в пещере, когда Коккеральд и Виго делили одно тело. Теперь и моя очередь коснуться души Коккеральда.        Лапища осторожно разжали драконью пасть и я выдохнул в сухие черные губы белый дым, ощущая как тело слабеет, и я оседаю на мощную черную шею. Я засыпаю. Его лапы обняли меня… Сильный, хоть и при смерти…       Очнулся я уже в теле эдра. Я просто знал это. Зрение отказало полностью, но окружающее тепло расслабляло, и начинало казаться, что ко мне что-то прикасаться, сильное и уверенное.        — Зачем ты так сделал? — услышал я незнакомый, но от чего-то, такой теплый голос. Этот голос мне кое-кого напоминает…        — Коккеральд?        — Да. — мягко ответили мне.        — Ты звучишь иначе. Почему?        — Ты слышал мой голос через призму магии и тел. Они искажают мое естество.        — Так куда приятнее… Бархатный и сильный голос… Мне нравится. — честно признался я.        — Спасибо. — хмыкнул мой собеседник. — И все же ответь, зачем ты так сделал?        — Если снаружи не получится, то у меня есть шанс сделать это изнутри. Если ты позволишь мне занять твое тело, то я бы смог…        — Это может быть опасно. — предупредил бог.        — Вся моя жизнь это череда смертельно опасных ситуаций, ненадолго сменяясь сладкими и теплыми днями с моим возлюбленным. Я не хочу бояться опасностей, и не хочу чтобы кто-либо умер по моей вине. Даже твое тело, пускай оно и заменимо.        — Была бы моя воля, я бы запер вас в поднебесной золотой клетке, и оберегал бы до конца дней этого мира. — признался Коккеральд.        — Я знаю, и спасибо тебе за заботу. Я ценю это.        — Ты уверен насчет моего тела?        — Да.        — Тогда пробуй. Но, оно подчинится только божественной душе.       И я попробовал. Сила источника жизни растекалась по огромному телу эдра, пропитывая плоть и кости черного дракона. Я старался как мог, но не получал отклика от чужого мне тела.        — Не переусердствуй. — ласково сказал все тот же голос.        Да как тут можно перестараться? Если бы я ощущал хоть какой-нибудь отклик!       Чувствую рядом Коккеральда. Сложно объяснить, но находясь в его теле, я ощущаю себя… Чужеродным. Меня отторгают, но в то же время не выгоняют по воле хозяина тела. Я тянулся к нему, хотел прикоснуться, дать ощутить ту обиду что сейчас во мне копится. И я дотронулся. Треск молнии едва не оглушил меня, но всю мою сущность перекосило.        — Малыш, ты в порядке?! — Тревожно спросил Коккеральд. — Прости, отвлекся, что ты сделал?        — Коснулся тебя… — сознание мутило, и на первый взгляд все обошлось. — Ты током бьешься…        — Знаю. Тебе не больно?        — Нет… Если честно, то было приятно, хоть сейчас хочется блевануть. Хотя мне сейчас это сделать попросту нечем.       Черный бог рассмеялся, со вкусом и даже прихрюкнул.        — Постарайся больше не трогать мою душу. — давил в себе смех бог ночи. — Не хочу ненароком сжечь тебя.        — А ты можешь?        — Запросто! Границы нашей духовной силы различаются как и наши ранги, и если я не сдержу силу, она переполнит твою духовную оболочку.        — Хорошо, я буду осторожнее. — согласился я, ощущая как мое естество начало потрескивать также, как и в той пещере. Я что, утащил одну из молний из души Коккеральда? И… Как быть? Чего он молчит? Не заметил? Не верю.       — Может ты вернешься в свое тело? Наша задача еще не исполнена.        — Знаю. Дай еще попробую.        — Но почему ты так привязался к этому облику?        — Потому, что эта чёрная шея между моих ног куда приятнее чем любая другая. — фыркнул в ответ в его же манере.       Я попробовал немного иначе. То, как строятся божественные заклинания, мне в целом известно. Поверхностно, но все же, я мог их копировать под себя, и зачерпнул из обрывков знаний источника способ переноса аспектовских заклинаний в божественные. И эта крупица знаний помогла мне понять принцип этого самого переноса. Не только магии. Вообще всех вещей. Не стану вдаваться в подробности, просто потому, что у меня нет слов чтобы описать то, что происходит на уровне инстинктов. Вернее, я мог бы описать, но это была бы лишь жалкая вершина всех совокупностей из которых складывается эта инстинктивная связь. Пытаясь думать об этом, я вызвал у себя головную боль, не смотря на то, что болеть-то сейчас нечему.        Я приказывал. Магии. Телу. Материи. Всему тому, что называлось Коккеральдом, и на миг мне показалось, что душу ночного бога будто ударило плетью.        — Коккеральд?        — Продолжай. — сухо требовал он.        — Ты в норме?        — Нет. Продолжай. — его тон едва не приказывал.        Душу охватил легкий страх. Тот самый, который обычно колючками катится по спине и оседает камнем в животе. Но раз он требует, я должен продолжать. Плести магию без рук было непривычно и неудобно, но поток волшебной силы с лихвой компенсировал эти недостатки, и между нашими душами вскоре выросло витиеватое плетение на келльском языке. Я приказал плетению заработать и оно взорвалось магией, всасываясь и втягиваясь в каждую косточку и в каждое мышечное волокно, в каждую чешуйку и сухожилие. Заклинание-приказ вливало магию в естественные процессы тела, усиливая заживление и препятствуя разложению едва не отмерших участков тела.        — Неплохо. — уже мягче сказал Коккеральд. — А теперь возвращайся. У нас нет времени на это.        — Сработало?        — Сам посмотри.        Нити души оторвались от тела черного Эдра, и я снова стал засыпать. Будучи дымом, я ощущаю то, как меня выдыхают.       Глаза открылись с трудом. Я был выжат, но как говорит Коккеральд — времени у нас мало. Вместо отдыха я зачерпнул магию источника, но в этот раз она отозвалась болью в груди, предупреждая о том чтобы я так не частил.        — Живой…        — Как-то неуверенно прозвучало. — Усмехнулись в моей голове, и черный дракон оскалился в улыбке.        — Да я как-то… Сам не верил…        — Теперь-то ты успокоился? — черные чешуйчатые лапища все время лапали мою задницу.        — Сейчас — да.        — Готов откручивать головы?        — А по другому никак? — тут же замялся я.        — Не в этот раз. — эдра поднялся на задние лапы и закинул меня себе на плечи, расправляя исцелённые крылья.        — Да будет так. — сдался я, и провел лапами по чешуе на шее, что вновь маслянисто блестела под лунами.       Коккеральд взлетел мягко, с довольным рыком. Думается мне, что он чем-то очень доволен.        — Чего улыбаешься? — спросил я, обнимая шею черного эдра.        — Ты растешь. Меня это очень радует.        — Расту?        — Духовно. И магически. Но немного жаль.        — Чего жаль?        — Скоро ты не будешь нуждаться в моей помощи. — немного печально сказал он. — Я хочу заботиться о тебе и твоем муже.        Я промолчал. Мне, конечно, приятно, но эта его фанатичная забота слегка пугает. А что если он в один момент и правда заберет нас и изолирует в какой-нибудь златой клетке как диковинных птичек? Там, где всего будет в достатке и нам с Виго останется лишь предаваться воспоминаниям да трахаться на потеху нашего озабоченного покровителя? В целом, это не так-то и плохо, но ограничивать себя от мира я не дам.        — Плоховато они место выбирают. — хмыкнул Коккеральд склонив голову вниз. Я свесился желая тоже поглазеть. И как только он успел так высоко взлететь?        — Кажется, они даже не прячутся… — неуверенно констатировал факт смотря на то, как в бледном свете лун на опушке копошится с десяток точек. Как тараканы, честное слово.        — Да, наглость невиданная. — фыркнул в моей голове черный бог.        — А чего они не нападают? Нас же видно!        — Мы на высоте в одну лигу. — подметил Коккеральд.        — И что? Есть же дальнобойные чары!        — Дальнобойные, но не сверхзвуковые. Такими только твой муж кидаться способен, и то, если додумается.        — Звучит так, будто ты на него обижен.        — Виго сильнее тебя. Умнее. Опытнее. Но рядом с тобой он превращается в болвана. И скажи что это не так! — возмущенно звучало в моей голове.        — Признаю, он иногда с катушек слетает если мне что-то угрожает. Приходилось унимать силой.        — Влюбленный дурачок. Ладно, смотри, эти остолопы опять плетут баллистические… — прищурился черный эдра.        — Что делаем?        — Я — лечу вниз. Ты — собираешь яйца в кучу. Их нельзя в живых оставлять. — сказал он, и сложив крылья, рухнул камнем вниз.       Все случилось быстро. Я ударил по плетению пресловутого баллистического заклинания, провоцируя взрыв. А ведь теперь моя ветвистая молния-трескучка смогла пробить ядро! Коккеральд сделал круг над поляной выжидая пока рассеется враждебная магия, и лишь после этого решил приземлиться, и судя по визгу — приземлился он прямиком на кого-то.        Я не всматривался. Видел грайтов, видел оборотней и людей. Они атаковали, я отражал заклинания видоизмененной клятвой на крови. И бил в ответ. К счастью, маги что создавали баллистические магию уже были убиты беснующимся на земле черным драконом. Все закончилось так же быстро как и началось.        Ветер пробирается сквозь плотный мех, неприятно касаясь кожи. Пахнет кровью и смертью. Ладно, к этому я привык, но теперь именно я причина этого запаха. И на душе очень гадко. Лапища мокрые. Я поднял их перед собой, смотря на то, как нечто густое и темное противно блестит на белоснежном мехе в свете лун. Их кровь. Дрянь.        — Это для тебя слишком? — Коккеральд подошел ко мне со спины. Чувствую его теплое дыхание загривком.        — Просто противно. — сухо ответил я.        — А ведь это просто вылазка. Эта даже не бой. Ты не выглядишь готовым к настоящему бою. — фыркнули мне в спину. Коккеральд поплелся куда-то в сторону и стал ковыряться лапами в груде тел.        — К «настоящему» бою, да? — спросил я, скорее у себя, чем у черного бога, но тот не счел лишним снова фыркнуть.        Да. На опушке не осталось живых кроме нас с эдра. Хотелось бы их спасти как Раджета, но…        — Блять. — емко заключил я, и развернулся, уходя к маленькой речушке чтобы ополоснуть лапы. На этот раз Коккеральд просто проводил меня взглядом, и это его молчание говорило сейчас куда больше и красочней чем его колкие обыденные слова. Можно было убрать кровь магией, но я ощутил себя настолько грязным, что мне казалось магия с этим не справится. Только природа сейчас могла помочь мне очиститься, но даже смыв начавшую подсыхать кровь, я не мог остановиться. Нарвал травы и стал обтирать пучком лапы по самые плечи. Вонь вроде поутихла. Взамен вернулся страх, и меня скрутило в приступе тошноты. Тело отторгало съеденное.        Честно говоря, я надеялся что больше не буду испытывать этот мерзкий букет ощущений. Страх такой же, будто просочился из того, уже давно чужого мира, из палаты дурдома, в коей я отринул жизнь.        Виго… Сейчас ты мне нужен как никогда…        Воспоминание о теплом, приятно пахнущем, по родному, звере, помогло мне взять себя в лапы. Правда, ненадолго. Магия источника отказалась подчиняться, покидая мое тело, возвращая облик белогривого оборотня. Окружающий мир стал больше, и страх с новой силой окружил меня, рухнувшего на мокрую землю. Хотелось зарыться в землю.        — Беляк? — дракон навис надо мной.        — Домой… — голос дрожал, а тело сжималось калачиком. — Подальше отсюда…       Черный эдра вздохнул, и сгреб меня лапой с земли. В другой его лапе тоже кто-то был. Но, уже не живой. Вон рука свисает… Меня снова стало мутить, и я закрыл глаза. Свист ветра хорошо отвлекал. Коккеральд благоразумно молчал всю дорогу, за что я был ему безмерно благодарен. Как мы вернулись я не помню. К тому времени я уже спал.