Глава 4
16 января 2019 г., 18:00
За отведенное мне спокойной жизни время, а это практически две недели без Дурслей, я успел приготовить несколько составов зелий и, по-моему, немного загонял бедную сову по лавочкам, но так как к школьному целителю у меня доверия нет, то другого выхода я не видел.
После слетевших блоков и с даром магии к зельеварению мне было легко приготовить нужные зелья, а точность и последовательность, что часто меня сбивало, как и четкое придерживание временных рамок, были заменены проснувшейся интуицией. Она буквально орала благим матом, когда я собирался добавить что-то, что могло снести дом Дурслей и еще пару соседних, и это лишь то, что я заметил.
Даже имея неплохую интуицию в зельеварении, без знаний было никак, как и со всеми другими дарами, и все их нужно развить хотя бы до уровня мастера, иначе магия может посчитать, что ты пренебрег ею, и твои дети лишатся этих возможностей. Потому все аристократы зачастую имеют хотя бы одно мастерство из того, что представляет их родовой дар, пусть даже это умение ладить с животными. Просто, в отличие от других мастеров, аристократы не всегда на нем зарабатывают, зачастую вкладывая все в семью.
Взять тех же Малфоев, в предках которых были в основном вейлы, они прекрасные политики с ярко выраженным даром защитной магии, потому их щиты практически невозможно пробить, и из них получаются хорошие медики и мастера чар. Это лишь один пример, пусть и одной из самых примечательных фамилий.
Поттеры всегда славились своими артефактами и боевыми магами, в моем биологическом отце ярко выразились эти две черты, но, насколько я знаю, никакого мастерства он не получал и развивать свои возможности на максимум не стал, из-за чего и не смог впоследствии надеть кольцо Лорда Магии, а не, как думали другие, из-за женитьбы на «грязнокровке», которая таковой и не оказалась. Теперь же Поттеры будут лишь боевыми магами, так как дар артефаторов перешел ко мне и моим родам в качестве виры. То, что Магия позволила мне стать лордом, просто огромное ее благословение и покровительство Хель, но в этом случае мне тем более противопоказано не оправдывать их доверия.
Когда Дурсли приехали, я забаррикадировался в комнате, перечитывая все книги, что купил, выходя только поесть или повозится в саду на свежем воздухе и показаться на светлые очи мисс Фиг.
Первого сентября дядя Вернон, немного грустно вздыхая, так как пока я нахожусь в школе, деньги им начисляться не будут, отвез меня на вокзал. Поблагодарив дядю и взяв чемодан, я двинулся в сторону разделяющего барьера платформы.
Марф я выпустил еще дома, а клетку уменьшил и убрал в чемодан. Надзор над моей палочкой не осуществлялся, так как перед магией я числюсь совершеннолетним, то надзор с моей палочки слетел, стоило мне только признать ее своей, а привязка кровью лишь закрепила эту связь, что разрушило бы любые чары наблюдения, которые так любят в аврорате. Потому, если я не буду давать никому свою палочку, дабы ее проверили на используемые заклятья, то никаких проблем не будет. Самое интересное в этой ситуации то, что узнать возможно только последние пять-десять заклинаний, что знают немногие, но те, кто знают, прекрасно этим пользуются.
К разделяющему барьеру я подошел, когда на часах только пробило десять, но Уизли, которые никогда не приходили вовремя, уже стояли около барьера. Это было ужасно, а внутренняя язвительность вдоволь поглумилась над надеждой, которая до последнего верила, что пронесет. Не пронесло.
Подходить откровенно не хотелось, но бедный сиротинушка, то бишь я, был тем, кто «не знал», как попасть попасть на платформу 9 ¾, так как Хагрид не сказал этого. Подойти к шумному семейству было необходимо, понимание этого не позволяло мне взять и пройти мимо.
— Извините, — достаточно тихо произнес я, надеясь, что меня не услышат, но надежды мои были проигнорированы, а Молли Уизли уже поворачивалась ко мне с милой улыбкой, которая только расцвела пуще прежнего, стоило ей заметить мой «шрам».
— Что, дорогой, тоже в Хогвартс? Вот у меня Ронни в этом году едет, — проникновенно произнесла женщина. — Тебе всего лишь нужно пройти между платформой девять и десять.
— Ага, не бойся, — улыбнулся один из близнецов.
— Разгонись и айда, — подтвердил второй и они, весело смеясь, несмотря на угрожающие крики миссис Уизли, скрылись в направлении платформы.
— Спасибо, — так же тихо поблагодарив их, я немного ускорился и быстро прошел разделяющий барьер.
Перрон практически пустовал, так как большинство предпочитают приходить минут за пятнадцать перед отправкой, дабы не ждать. Выбрав пустое купе во втором вагоне, так как в первом ехали исключительно первокурсники, и при обходе поезда староста обязательно удивился бы наличию запирающих на двери, в отличие от других вагонов. Достав книгу по началу конструктивной артефакторики, которую я не успел прочитать дома у Дурслей, и спокойно разместившись в купе, я погрузился в описание плетений заклинаний и их наложению.
Очнулся я лишь от голоса старосты, что, старательно барабаня в дверь, буквально орал мне, что мы подъезжаем к Хогсмиту. Узнав по голосу Перси, я крикнул в ответ, поблагодарив и закинув книгу в сумку, достал школьную форму с серыми нашивками, которые скоро окрасятся в цвета Дома. Когда поезд остановился, я, переждав минутку, дабы не быть раздавленным толпой, вышел из поезда, идя к созывающему первокурсников Хагриду.
Сев в лодки, мы поплыли в сторону замка, а я задумывался о своем везении и карме, так как сидящие со мной в одной лодке Рон, Гермиона и Невилл быть совпадением могли, но уж каким-то странным. «Или же у меня началась паранойя», — здраво рассудила логика, от помощи которой я раньше воздержался.
Передав нас МакГонагалл, Хагрид исчез, а кошка повела нас не слишком длинным коридором в маленький зал, сказала напутствие и удалилась. Сзади раздались крики и вышли призраки, обсуждающие Пивза, что, впрочем, не удивило, как и быстро пришедшая МакГонагал, что, разогнав призраков и построив нас, повела в зал, как утка ведет утят.
— Когда я назову ваше имя, подходите и надевайте шляпу. Ханна, Аббот, — ее я практически не слушал, а рассматривал стол преподавателей и удивлялся тому, как они выглядят для меня молодо. Вскоре выкрикнули мое имя, и в зале наступила оглушительная тишина, а после студенты стали шептаться, пытаясь высмотреть меня, так как в поезде меня найти не смогли. Вздохнув от столь пристального внимания, я направился прямиком к табурету, где мне сразу же надели шляпу, что закрывала обзор на зал.
— Ого, давненько я такого не видела, — удивленный голос распределяющей шляпы ввинтился мне прямо в уши, заставляя поморщиться от громкого и немного писклявого голоса. — И что нам с вами делать, молодой, ну, или не очень, человек, — задумчиво пробормотал артефакт. — Так куда же мне вас направить? Для Пуффендуя вы слишком скрытен, для Гриффиндора вы уже, увы, многовато пережили, да и благородство у вас выборочное. Слизерин или Когтевран, выбирайте, в прошлый раз выбор был похожий, — шляпа все говорила и говорила, мне же это уже надоело.
— Отправь меня уже куда угодно. Выбирай, выбирай, в прошлый раз уже выбрал, так что нет, теперь сами, шляпа, сами.
— Ну тогда я тоже предупреждала, ну ладно, тогда…
***
— Тебя не веселит все это? — спросила Хель, идя за парнем по пустынному парку. — Разве что совсем немного, — ответил зеленоглазый, выискивая кого-то взглядом в непроглядной темноте. Даже луна, что ласкала его кожу своим светом, сейчас ничем не могла помочь из-за деревьев, чьи ветви уходили далеко в вверх. — Ее здесь нет, — сказала девушка, получив в ответ раздраженный взгляд, но проигнорировав его. — Могла и раньше сказать, — передернув плечами и поплотнее закутавшись в теплую мантию, юноша развернулся и пошел в сторону выхода. — Могла, но тебе нужно самому учиться чувствовать души, я не буду тебе вечно помогать, — на ее слова брюнет лишь поморщился. — Авис, это то, на что ты согласился. — Я знаю, но прекрати, мое имя Гарри, — раздраженно возразил парень. — Нет, теперь твое имя Авис, что значит птица, и тебе оно подходит, — девушка улыбнулась и, догнав парня, положила в его руки простое и непримечательное кольцо. Не прощаясь, Хель растворилась во тьме, оставив парня задумчиво рассматривать неожиданный подарок.
