Disenchantment

I wanna hold you when I'm not supposed to When I'm lying close to someone else You're stuck in my head and I can't get you out of it If I could do it all again I know I'd go back to you I know I'd go back to you I know I'd go back to you Selena Gomez — Back to you.

      Мишель кажется, что она и Питер спровоцировали своими действиями если не Апокалипсис, то войну точно. Она одёргивает себя — этого стоило ожидать (за четыре года накопилось достаточно), и кто-то должен был спустить курок.       Всё копилось слишком долго.       Вот они и спустили.       Вдвоём.       Джонс удивляется, когда к их ругани впятером (папа, очнувшаяся Мэй, Питер, Дэйв и она сама) присоединяются Валериан и Кристал. Она пытается понять, что они кричат друг другу, но в комнате стоит такой шум, что она даже себя не слышит. И когда в редкий момент затишья раздаются слова Валериана, Мишель сначала не верит своим ушам, потому что он, оказывается, поддерживает её. Впятером они замолкают, слушая ругающихся супругов.
       — Дэйв знал, куда влезал! Мишель сразу дала ему понять, что так и не смогла забыть Питера! И на что он рассчитывал — на великую любовь?       — Нельзя так пользоваться людьми! — Кристал качает дочь и буквально орёт на мужа. — И это «правильная» Мишель, у которой папа — полицейский! А ты её ещё и поддерживаешь! Как только наглости хватает!       — Да, поддерживаю! Потому что настоящую любовь стоит поддерживать! И стоит за неё бороться! — Валериан гордо выпрямляется, смотря на Кристал сверху вниз. — Можешь считать меня человеком без чести и морали, но я поддерживаю свою лучшую подругу!       — А диван в нашей гостиной тебя поддержит! — выплёвывает она.       — Что ж, тогда я поищу поддержку в другом месте! У своей подружки, например! — припечатывает Хаммел, на что Кристал ахает.       — Боже, что мы наделали… — шепчет Мишель.       Сегодня, кажется, разваливаются не только их отношения с Дэйвом, а семья.

***

      Мишель и Дэйв расстаются не совсем красиво (чего стоит только сцена в доме Джонсов), но на удивление нейтрально. Дэйв, как джентльмен, оставляет Мишель квартиру и уезжает, быстро упаковав оборудование и свои вещи.       Мишель решает остаться в этой квартире до конца месяца (зря, что ли, за аренду заплатили), тем более, квартира нужна была не только ей, но и Валериану, который, кажется, решил забыть о том, что он женат и у него есть ребёнок, и вернуться к холостой жизни.       Выглядеть он стал чуть получше, но всё равно бессонные ночи накладывали свой отпечаток.       С Кристал они так и не помирились, пусть Мишель несколько дней подряд ходила за Валерианом и просила его «перестать чудить». Она, видимо, забыла, что судьба свела двух самых упрямых людей, которые из принципов не будут делать первый шаг и поднимать белый флаг.       — Прекрати валять дурака и возвращайся к жене и дочери, Вэл, — хмуро смотрит на него Мишель.       — Только после того, как она посмотрит на ситуацию с другой стороны.       — С какой? Вэл, я использовала Дэйва четыре года и вдобавок изменила ему. С какой стороны здесь можно ещё смотреть?       — Между тобой и Питером нечто большее чем подростковая влюблённость, понятно?       Мишель по-детски зажимает уши ладонями и отказывается его слушать.       — Ладно, — Валериан вздыхает и подкладывает под голову подушку. — Допустим, что ты и Дэйв поженились. И сколько бы продолжалась ваша идеальная семейная жизнь? Сколько бы ты играла в примерную жену? Сколько бы терпела? А что было бы, если бы Дэйв захотел ребёнка? А у тебя же принципы, Джонс, ты у нас не станешь проводить жизнь с человеком, которого не любишь.       — Надо было прекратить этот театр одного актёра раньше, — она утыкается носом в прижатые к груди колени. — Я всегда предпочитала говорить правду. Горькую, неприятную, резкую — без разницы. Ранит она человека или нет, но я выбирала правду. Что со мной произошло сейчас… Это ложь?       — Недосказанная правда, — поправляет её Валериан, не сводя с неё глаз. — Мишель, так уж получилось. Сказанное не вернёшь, а идти против себя… Ты всё сделала правильно.       — Думаешь?       — Да.       Мишель начинает плакать, и Валериан вынужден встать с дивана, чтобы заключить её в объятия и прижать к себе. Он целует её в макушку, как отец, и поглаживает по волосам.       Вэл спрашивает беспристрастно, словно не разбирается в сложной ситуации лучшей подруги, а ставит диагноз пациенту:       — Всё ему простила?       Мишель отвечает не сразу. Она перебирает в голове всё, что было связано с Питером — хорошее и плохое, — и хрипло выдаёт:       — Да.

***

We never got it right Playing and replaying old conversations Overthinking every word and I hate it 'Cause it's not me ('cause it's not me) And what's the point in hiding? Everybody knows we got unfinished business And I'll regret it if I didn't say This isn't what it could be (isn't what it could be)

      — Мне жаль, что так вышло.       Мишель поправляет волосы, плотнее кутается в шарф и болтает ногами, в кресле на крыше.       — Я разочарована, Питер. В себе, в тебе. В нас. Я нечестно обошлась с человеком, который ничего мне не сделал. Разве Дэйв виноват в том, что любил меня?       — Всё это неважно, — Питер опускается перед сидящей Джонс на кресле на корточки и берёт её ладони в свои. — Неважно, слышишь? Потому что я люблю тебя.       — Это всего лишь слова. Сам убедился, что можно сказать всё, что угодно, — ей хочется верить ему, но в свете последних событий и разочарований это сделать не так просто.       — Я всегда любил тебя, — продолжает тем временем Паркер, поглаживая её ладонь большим пальцем. — Даже на том свете. Когда я был… Я слышал голоса. Мамин, папин. Дядин. И твой, — тихо произносит он. Мишель замирает, по коже бегут мурашки, потому что слушать такое — жутко. — Они звали меня. Но ты оказалась громче. И я пошёл на твой голос.       — Питер…       — Так что я докажу тебе, что всё это — не разочарование.       И он говорит так горячо, так искренне, так задорно, бросая вызов всем и всему миру, что Мишель верит. Она встаёт на ноги, смотрит Питеру в глаза, качает головой и прижимается к нему, вверяя ему себя.       Она знает — дальше будет ещё сложнее. Дальше им понадобится вся их смелость, чтобы выстоять и выдержать.       Дальше им понадобится вся их любовь.       И ради этого, кажется, стоит бороться.