Want To

Вечер пятницы не обязан быть пьяным, но спор есть спор. Майкл сидит во главе стола и шустро уплетает французские тосты. Он шумно сглатывает,чуть ли не стонет от восторга. Если бы бронзовые статуэтки могли краснеть, они бы уже это сделали. Галлант пытается не смотреть и не слушать, но получается из рук вон плохо. — Я не пережарил? — Нет. Все идеально. Не исключено, что у Майкла вместо пениса Оксфордский диплом с отличием. Не исключено, что он потерянный сын президента. Единственный в своем роде, рискующий подавиться и умереть в расцвете лет. Разумеется, перед смертью, он отдаст должное кулинарным талантам своего погубителя и скажет: «Спасибо, было очень вкусно!» Майкл Лэнгдон. У него нет псевдонима, значит, он не настоящий стриптизер и точно не шлюха. Он - счастливая случайность в красном атласном шарфике. На мгновение, всего на мгновение, кажется, стиляга Майкл всегда был рядом. Он орудует ножом и вилкой как заправский маньяк, но с ним спокойно. Его не хочется отыметь и выбросить. Значит, надо просто выбросить, хотя бы попытаться выбросить! — Вы верите в любовь с первого взгляда, Мистер Лэнгдон? На войне все средства хороши и способ с любовью самый верный. Разница лишь в том, что на этот раз Галлант не врет про любовь. Майкл отрывается от уничтожения очередного тоста лишь затем, чтобы спокойно кивнуть. Игра продолжается. Они пьют вино и не умеют строить диалог. Майклу оно как будто и не надо. Он наслаждается моментом, наслаждается Галлантом и его растерянным блеянием. — Расслабьтесь, мы просто общаемся. Да, они два взрослых человека, один из которых серьезно претендует на роль сталкера. Еще бы понять, с чего столько чести. С чего столько вопросов и томных пауз. — Мы просто общаемся, Лоуренс. — Мое имя. Откуда оно у вас? Вы из ФБР? Доигрался с наркотиками. Случайно склеил малолетку? Выдал важную информацию террористу во время постельного трепа? — Я не из ФБР. — Слава богу… — Но, если вы будете мне врать - я узнаю. Попробуете хитрить- я пойму. Продолжение не обязательно. Майкл выкурит из любой норы, выкорчует с мясом правду. Все-таки ФБР. — И что дальше? Пытки? Мучительная смерть? — Я полагаю, дальше у нас выпивка. Мартини горчит. Вино идет как вода, хоть бутылку выпей, хоть две. Майкл не двоится, не превращается в зеленого чертика. — Наша встреча ведь не была случайностью? — Не была. Оказывается, если задавать прямые вопросы, можно получить прямые ответы. Если бы у Галланта имелся фетиш на священников, он бы насладился моментом. Отыскал бы сутану, библию и случайно нагрешил в процессе их маленькой исповеди. Но фантазии приходится поставить на паузу. Майкл переходит к десерту. Нестандартно оголяется, закатывая одни рукава. — Я вам кое-что покажу. Освежу память. Под освежить, Майкл подразумевал - освежевать. Его предплечья покрыты шрамами всех форм и размеров. Продольные и поперечные, тонкие линии и грубые рубцы. Галлант готов клясться, что их не было неделю назад. Их не было! — Это, блять, что такое? — Какой красивый, но грязный рот… — Откуда они взялись? — Нравятся? — Да нихуя они мне не нравятся! Мышцы в теле напрягаются. Нетренированные кулаки чешутся. Инстинкты умоляют бежать во весь опор на невидимого, уже неактуального, врага. Не ФБР. — Грим? Или розыгрыш? Куда махать ручкой? — Они настоящие, Лоуренс. — Еще раз меня так назовешь, добавлю к твоей коллекции сломанный нос! Нахер вежливость. Они, после случившегося, должны пожениться и развестись. Майкл наклоняет голову, словно любопытный пес. Очень красивый, породистый пес. Ребяческий жест и не менее ребяческая улыбка. Майкл ждет правильных слов, адекватных реакций. Или наоборот… — Таким ты мне больше нравишься, Лоуренс. — Ебаный манипулятор. Да Галлант чуть живьем не сгорает под этим взглядом, под одним только взглядом. Когда Майкл целует, пол под ногами плавится. Плавятся мозг и бронзовые статуэтки. На пол летит многострадальная бутылка каберне, фамильный фарфор. Кажется, вместо кровати у них будет стол. Кажется, Майклу не хватило французских тостов и на десерт запланирована человечина. В промежутке между кусачими поцелуями они успевают обменяться парой острот. Майкл предупреждает, что останется на завтрак, обед и ужин. И зарежет бабушку, если она будет против завтрака обеда и ужина. Галлант более чем уверен, шутки про резню, не совсем шутка.