Больше не одинок

Как и предложил Тэхён, парни дежурили каждый день. То есть, объявили охоту на некое существо, которое дружно нарекли «Золушкой-самоубийцей», добровольно убравшее квартиру Намджуна. На четвертый день трое друзей умостились на красном диване, укрывшись несколькими пледами и обложившись всеми подушками, какие только смогли найти у Кима. Намджун любил в свой выходной превратить постель в подобие птичьего гнезда, из которого под утро выглядывала ступня с поджатыми пальцами. Включив на плазме фильм, мужчины, переодевшись в ярко-салатовые пижамы, хрустели снеками, которые притащили Хосок с Тэ. Кот преспокойно сопел, иногда издавая звуки наподобие урчания, развалившись на животе своего хозяина. Кажется, Нам привык к тому, что Душик постоянно залезает на него и нагло плюхается со всех четырех на когда-то рельефный пресс. Судя по тому, как кот с блаженством помял лапами кожу, кубиков на животе мужчины и в помине нет. — Он не придет, — заявил Тэ, пропихнув в рот сразу несколько широких слайсов жареной картошки, отчего щеки его стали похожи на два шара. — Он не придет, потому что вы не хотите сдрыснуть с моей квартиры, — буркнул Ким, надев на палец луковое кольцо. Его интерес хорошенько подточил малюсенький червячок. — Тебе пожрать приспичило? — огрызнулся Хо, повернувшись на бок. Он забрался прохладной ладонью под футболку Тэ, заставив того мелко вздрогнуть. — Не в обиду, Хосоки, но «Золушка» готовит охренительный рис с овощами и тушеное мясо, — Ким мечтательно закатил глаза и причмокнул пухлыми губами. В памяти всплыли моменты, когда он наслаждался стряпней «Золушки», долго смакуя каждую ложку и кусочек. Кот на его животе недовольно поерзал и забавно чихнул, заставив его хозяина слегка приподнять уголки губ. — Тогда не вижу резона ее или его ловить. Тебя устраивает чистота в квартире и полон холодильник жрачки. Че те еще нужно? — Поговорить. — А мы тебе нахрена? — возмутился Тэхён. Он несколько раз убрал ладонь своего парня и, когда его терпение лопнуло, хорошенько шваркнул его по плечу. — Вы делаете перерывы, чтобы поебтись. Меня такое не устраивает. На лице Хосока расцвела печальная улыбка. Он взглянул на пялящегося на экран Нама и, зарывшись в волосы Тэ, сказал: — Несмотря на таких охуенных друзей, как мы, ты одинок. Мне жаль тебя, друг. — Может быть. На восьмой день засады Намджун вытолкнул Хосока с Тэхёном из своей квартиры, не забыв заорать на весь подъезд: «Вон нахуй, нахлебники!» Соседка-бабулька вылезла из своей квартиры и уставилась на Кима ошарашенным взглядом. В таком состоянии она видела его впервые. Намджун был образцовым соседом: он не устраивал попоек, не включал громко музыку, не ругался и не сорил на лестничной площадке, а самое главное — не сорил. Извинившись перед бабулей, он опустил взгляд в пол и скрылся за дверь своей обители. Ему было безумно стыдно, но другого варианта, чтобы выпереть двух надоедливых друзей не нашел. *** Три недели пролетели незаметно. У Намджуна полный армагеддец на работе, так как владельцу сети приспичило объединить два магазина. Всю технику переместили именно в ту точку, где работал Ким. Кипа бумаг даже и не думала уменьшаться, как бы мужчина ни старался. Он сутками пробарабанил тонкими пальцами по клавиатуре, хотя созданы они были совсем для другого. «Они для высокого искусства», — однажды упомянул Хосок. Субботний день выбил Намджуна из колеи окончательно. Сон Чон Мин — друг Кима, по совместительству продавец-консультант, с улыбкой во все тридцать два положил ему на стол заявление на увольнение. Также он добавил, что через несколько дней у него свадьба, поэтому Намджун приглашен и отмазки не принимаются. Увильнуть не получилось. Ким вообще не умеет отказывать, поэтому с кислой миной на лице и перекошенной улыбкой он кивнул в знак согласия. Как только дверь за подчиненным закрылась, он со всего размаху ударился головой о стол, застеленный папками, что смягчило удар, и прорычал во все горло. Все его друзья обзавелись девушками или парнями, но вот он в этом плане настоящий лох, в чем его не раз пытались переубедить Тэ и Хосок. Взяв выходной в среду и приведя себя в полный порядок, Нам отправился на свадьбу друга. С каждым проведенным часом Ким тухнул. Он понял, что семейные сборища, сопли, слёзы родных и пьяный галдеж — совсем не его стихия. Нам наелся вкусных закусок, отведал изысканного шампанского и станцевал с мамой невесты, которая была не прочь пощупать его за зад. В девять вечера, в самый разгар пиршества, Ким попрощался с молодожёнами и отправился домой. На такси он доехал до небольшого магазинчика, который находился рядом с его домом, и, затарившись четырьмя бутылками соджу и несколькими пачками снеков, пошел в свою обитель. Душик, проснувшись от грохота, созданного его хозяином, потянулся на излюбленной подушке и спрыгнул на пол. Он подошел к Намджуну и, потершись о его ногу, жалобно мяукнул. — Божечки, милашик, скучал по папочке? — пьяно хихикнул Ким, на что получил очередное «Мяу». — И я скучал, мой блохастик. Он перехватил пакет в левую руку, а правой поднял питомца. — Я тебе принес вкусняшку, — разувшись, с ценной ношей на руках, Намджун прошел в гостиную и подвинул к дивану журнальный стол. — Представляешь, я был на свадьбе и ни одна дамочка на меня не клюнула. Принеся с кухни стаканы и кошачью миску, мужчина высыпал лакомства и поставил перед котом, который расселся на столе перед хозяином. Он несколько раз ткнулся в миску пушистой мордой, а затем начал поглощать кошачью консерву. — После засранца Джина я так и чахну в одиночестве, — Нам опрокинул в себя рюмку с соджу. — Он смотался к богатенькому херу, написав мне прощальную записку, представляешь? Типа, со мной ему скучно. Кот взглянул на мужчину равнодушным взглядом и, облизав морду языком, продолжил трапезу. — Даже тебе со мной скучно. Не слушаешь, пушистый пиздюк. Душещипательный разговор Кима со своим питомцем продлился ровно столько, пока не опустела четвертая бутылка соджу. Повсюду валялись снеки, кусочки копченого кальмара и пустые бутылки. Намджун, опершись локтями о стол, качался головой в такт песне, которую сам же напевал. Иногда он прерывался на благой хриплый мат, обвиняя Джина во всех смертных грехах, но не обошлось и без самокритики. Ким совсем не соображал, что вообще с ним происходит. Он ощутил легкий толчок в плечи, а затем повалился на диван в кипу подушек. В глазах все плыло, но он смог рассмотреть слегка размытый силуэт перед глазами. Ему показалось, что над ним навис темноволосый парень с бледной кожей и тонкими чертами лица. Он наклонился к Намджуну и легонько потерся носом о его гладковыбритую щеку. От такого прикосновения Киму захотелось заурчать, как его кот Душик. — М-м-м, — он невнятно промычал и обнял руками тонкую талию. — Кто? томно прошептал Ким. — Кот, — в тон ему ответил обладатель хриплого грудного голоса. Неизвестный парень начал тереться о щеку Нама, спустился легкими касаниями к шее, а затем забрался горячими ладошками ему под рубашку, оторвав несколько пуговиц. Поцелуи переросли в укусы, а томное дыхание в рык. Намджун, придавив за обнаженную талию хрупкого паренька ближе к себе, уперся внушительным бугорком в упругую задницу. — Черт, — возбуждение волнами подкатывало к нему и заставляло потерять остатки рассудка. Левую руку Ким положил на затылок парня и притянул к себе, простонав в приоткрытые губы. Намджун сходил с ума оттого, что в пьяном бреду с ним впервые происходят такие вещи. Возможно, в соджу намешали каких-то наркотиков, от которых нещадно рвало крышу? Темноволосый паренек вцепился тонкими пальцами в плечи Нама и больно впился коготками ему в плечи, немного изодрав кожу. — Боже, котёнок, — выстонал Ким. — Какой ты горячий! Он впился губами в приоткрытый рот парня и сразу же начал исследовать его. Шаловливый язык прошелся по ряду ровных зубов, огладил ребристое небо и встретил слабое сопротивление в виде языка «Кота». Они игрались друг с другом, кусали губы и стонали в унисон. Ким огладил спину незнакомца и, еще раз сильно вдавив его в себя, совершил последний толчок. Нам утробно простонал, запачкав свои штаны спермой, а затем ощутил теплые капли на животе через полуразорванную рубашку и тихое шипение. — Золушка, я не чокнутый… Ты настоящий…