Девкалион

После того, как Билл вышел из комнаты, Диппер забрался с ногами на свое спальное место и молча, стараясь не думать ни о чем лишнем, сидел, буравя взглядом потолок. Ему не хотелось выходить и снова встречать Пасифику, Мэйбл, Билла…. Ему не хотелось лишних расспросов и выдавливать из себя извинения, а извиниться все же стоило. Диппер не был согласен с Биллом полностью, но, на удивление, его речи, посвященные терпению и принятию других, как нечто противопоставленное ненависти, вызвали чувство вины. Он не хотел никого ненавидеть, он никому не желал зла, и ему было тошно от собственных же установок, которые, подобно шорам, не позволяли взглянуть на мир без искажений. Это пугало и еще больше заставляло усомниться в правильности своих чувств. Я - порождение системы. Ее искалеченная деталь, оставшаяся без машины и потерявшая всяческий ориентир. Казалось, что тот, кем он был в прошлом, давно растворился во времени. Его мечты и цели, связанные с медициной, принадлежали будто другому человеку, а тот Диппер, что сидел на кровати в этой маленькой, затерянной среди пещер комнате, был совсем другим, новым, но таким же несвободным. Его прошлое все еще крепко стягивало руки, не позволяя пошевелиться и тем более освободиться. Дотянувшись до своих губ, Диппер снова почувствовал поцелуй Билла – неожиданный, быстрый, но столь похожий на тот, который он видел в своих снах. Это всего лишь физический процесс. От воспоминаний он вновь ощутил, как затянуло внизу живота, и он поспешно переключился на что-то другое. Тогда почему я это чувствую? Сжав зубы, он постарался прислушаться к голосам, доносившимся из соседней комнаты – шипящим и с трудом различимым из-за помех. Радио? Приподнявшись с кровати, он подошел к выходу из комнаты и, встав в дверном проёме, прислушался. Да, это было радио, что работало в соседней, по всей видимости, пустой комнате, только вот голос был знакомым. Очень знакомым. Он постарался вспомнить, где слышал его раньше, но, находясь сейчас в столь странном состоянии, попросту не смог. На самом деле голоса было два, и один из них принадлежал ведущему, который задавал вопросы гостью. – Получается, вы разделяете мнение королевской семьи? – Да, разделяем. Мы не против того, чтобы граждане делились с нами своим мнением, но они должны соблюдать порядок. Знаете, вот как в Белуме. Понимаю, у нас сейчас сложности с Маршалами, но это не отнимает тот факт, что вся их гражданско-правовая система работает как надо. Мы должны учиться этому же… Помехи усилились, и половину слов различать уже не получалось. Оглянувшись по сторонам, проверяя, чтобы в коридоре больше никого не было, Диппер подошел ближе к той комнате, чтобы услышать, о чем там говорилось дальше. Одно лишь упоминание Белума возбудило в нем не малый, но тревожный интерес. –…сотрудничество пойдет всем на пользу. Ведь мы все еще остаемся верными своей цели – сохранить мир и выгнать всю заразу, которая норовит отравить нас всех. Похоже на голос Рика. – О заразе, – второй голос, как и предполагал Диппер, принадлежал ведущему, который задавал вопросы. –Недавно был взят известный Билл Сайфер, который давно уже был признан экстремистом в Свободном королевстве. Говорят, вы поспособствовали этому, это так? –Абсолютно. Билл Сайфер, если вам известно, выходец из Валитриума. Да-да, из того самого города, который был создан с целью концентрации в нем радикальных сил и мыслей. Мы давно следили за ним, чтобы он вывел нас на своих сторонников. – И как, у вас это получилось? – Не совсем. Он стал представлять все большую угрозу, и мы изменили план наших действий, чтобы он не навредил Когнитонису и Свободному королевству, – уверенно ответил Рик. Теперь Диппер не сомневался, что это был точно он. – Я был одним из тех, кто возглавлял операцию по его поимке. – Это хорошо, что у вас получилось. Значит, не зря королевская семья доверяет вам наших солдат. – Я же в ответ стараюсь оправдывать их доверие и качественно выполнять свою работу. – На этой замечательной ноте я завершаю нашу вечернюю передачу. В гостях у нас был Рик Мальборо – представитель Когнитониса. Оставайтесь на нашей волне, и мы скоро вернемся к вам с новостями. Дальше заиграла мелодия, являющаяся, судя по всему, гимном СК. Недолго потоптавшись на месте, Диппер вернулся обратно и плюхнулся на кровать. Значит, Рик врет, что Билл у них. Или он еще не в курсе? На самом деле, он все еще не мог поверить, что он их предал. Почему-то, находясь там, в Когнитонисе, Диппер чувствовал себя абсолютно спокойно и доверял тем, кто его окружал. Ему действительно казалось, что они с Биллом делают все правильно, что они, наконец, находятся под чей-то защитой и у них наконец появился свой дом. Но нет, вранье. Все полное вранье. Теперь же ему приходилось лишь удивляться своей глупой детской наивности и утешаться мыслью, что все закончилось не так плохо, как могло бы быть. Ведь мы выжили, мы в безопасности, а это самое главное. Спустя час послышались шаги. Множество людей друг за другом заходили в пещеры и, о чем-то громко разговаривая, расходились по комнатам. – Сейчас будет собрание, – услышал он голос Виктора. Это был тот самый мужчина, который помогал им бежать. – Мы же все оговорили? – Нет, нужно еще кое-что обсудить. Ответом была недовольная какофония голосов, сопровождающаяся шагами. Все они шли по направлению к помещению, где пару часов назад он застал Пасифику, Мэйбл и Билла. Сначала Диппер не хотел никуда идти. Странное чувство неловкости и своей неуместности не позволяло ему перешагнуть порог комнаты. Он словно боялся сказать что-то не то, ввязаться в очередной конфликт или того, что все они могут начать обсуждать его глупую реакцию. Но ты ведь сам виноват, что высказался. Тебе нужно уметь отвечать за свои слова и перестать, наконец, бояться. Не желая больше мириться со своим чувством тревоги, он быстрым шагом направился туда, где уже собрались люди. Кто-то из них сидел на свободных стульях, кто-то стоял чуть поодаль, прислонившись к стене. Их было много, человек тридцать, не меньше, и все абсолютно разные. Там были женщины, мужчины, абсолютно разного возраста и внешности, они были одеты в старую потертую одежду, их волосы были сальными от пота и пыли, но при этом люди выглядели настолько расслабленно и свободно, что сложно было поверить в то, что они каждый день рисковали жизнями, выходя на поверхность. Диппер смотрел на них и чувствовал себя чужим. Казалось, что каждый там был на своем месте, горел идеей, а он вроде как понимал, куда нужно двигаться, но сил и огня в глазах все не ощущал. Он знал, что необходимо что-то менять, нужно было действовать, чтобы успеть спасти столь спешно разрушающиеся остатки мира, но не мог. У него не было того революционного порыва, страсти, и единственное, что его связывало с собравшимися членами «Свободного мира» – надежда на что-то хорошее. А вот Билл пусть и не верил, но зато он действовал. Это было намного важнее. – Нет, нет и еще раз нет, – сказал Виктор. Он стоял рядом с Биллом и Пасификой. – У нас уже давно принято решение. – Вижу, вы считаете, что знаете лучше всех, но стоит иногда прислушаться к кому-нибудь еще? – ответил Сайфер. – К кому? К тебе? – хохотнула Пасифика. – Вижу, ты добился хороших успехов. – Ну, в отличие от вас, я всегда был один и даже в таком случае не уподоблялся крысино-червивому способу нападать из подполья. – Придержи язык. Сайфер, если ты не в курсе, ты здесь пленник, которому просто повезло остаться в живых, – ответил ему Виктор. – Ты не будешь ничего предпринимать. Скажу больше, даже пикнуть не смей без моего ведома, а то останешься без башки. Билл в ответ лишь фыркнул, давая всем видом понять, насколько ему смешно слышать подобные заявления. – Паясничай сколько влезет, но будь готов ответить за любой свой поступок, – сухо отозвался Алекс, который сидел рядом за столом. – Какие паясничества? Я абсолютно серьезен и с абсолютно серьезным лицом не соглашаюсь с вашим столь глупым решением по поводу «червивой» революции. Вокруг послышались голоса недовольных, все собравшиеся поглядывали на Сайфера и о чем-то перешептывались. – Все, хватит! – повысил голос Виктор. – Нас не интересует мнение чужаков и предателей, а если продолжишь оскорбления, то я тебя предупредил, что тебя ждет. Билл шутливо вскинул руки вверх, показывая тем самым свою мнимую покорность и порядочность. – Молчу-молчу, если так вам будет угодно. – Виктор, Пасифика, – начал Алекс, поднимаясь со своего места. – Вы связались с лидерами «Первого сопротивления», и они ясно дали нам понять, что не хотят иметь с нами ничего общего. – Что ж, тогда будем действовать самостоятельно, – ответила Пасифика. – Есть сообщения из Когнитониса. – Письмо не дошло, – Виктор уже выглядел довольно уставшим и измотанным. – Нужно будет подождать еще пару часов, а потом уже… И тут его голос потонул во внезапно возникшем грохоте. Громкий хлопок, и следом за ним ударная волна, которая раскидала всех присутствующих в разные стороны, словно они были тряпичными куклами. Поднялась пыль, и вокруг все заволокло серым дымом. В нос ударил резкий запах гари, и, только почувствовав резкую боль в затылке, Диппер осознал, что лежит на полу и видит, как мигают потухающие лампочки. Черт побери. Дотронувшись до головы, он увидел на своей ладони кровь, которая медленно стекала по пальцам. Все плыло, кружилось, и, откашлявшись, Диппер поднялся на колени и попытался хоть немного сориентироваться. Ничего. Все заволокло бело-серой едкой пылью, что попадала в рот и неприятно царапала носоглотку. – Именем Свободного королевства приказываю вам всем бросить оружие и поднять руки, – раздался громкий голос через рупор. – Именем Свободного королевства приказываю вам всем сдаться, или мы откроем по вам огонь. В помещение начали пролезать люди в защитной униформе и с оружием наперевес. Они с большим трудом преодолевали обрушенные валуны, покосившуюся, порой разлетевшуюся на щепки, мебель и вставали в ряд, насколько это было возможно. Солдаты Белума. Собрав все силы, Диппер отшатнулся в сторону, чтобы не попасться на глаза, и начал наблюдать. Просто наблюдать и ждать, когда появится возможность сделать хоть что-нибудь. – Именем Свободного королевства я приказываю вам поднять руки и сложить оружие! Там было слишком много солдат, и они бесцеремонно подходили к лежачим людям и, наставляя на них пушки, заставляли подчиниться, кого-то уже сковывали в наручники и уводили. Повернувшись вправо, Диппер увидел рядом узкий проход, который вел в соседнюю комнату, ту самую маленькую кухню, через которую, насколько он помнил, можно было выйти из пещеры. Только бы все получилось. Все еще зажимая ладонью кровоточащую рану, Диппер направился туда, протискиваясь сквозь разломанную, сбитую в кучу мебель, пытаясь быть как можно более незаметным, не шуметь и не дышать. Мне нужно еще совсем чуть-чуть. – Стоять! – услышал он крик, и следом где-то в далеко раздался выстрел. Диппер замер и снова опустился на колени, он закрыл нос и рот рукой, стараясь не кашлянуть, не вздохнуть лишний раз. Где-то послышался крик, быстрые шаги и удары. Рядом с ним все было тихо. Стараясь не издавать лишних звуков и сохраняя максимальное спокойствие, Диппер двинулся дальше, аккуратно переставляя руки и ноги. Неожиданно позади раздался резкий звук, и чужие руки, крепко сжав его шею, потянули на себя. – Попался! Он попытался вывернуться, но его лишь сильнее зажали, тем самым лишив движения, а когда его щеки коснулось дуло пистолета, он окончательно замер. – Вот так. Теперь никуда не уйдешь. Пальцы солдата пробежали по его лицу, коснулись скул, лба, после чего послышался его довольный голос. – А ты быстро нашелся, Диппер Пайнс. Его лицо. Густая рыжая борода, яркие, наполненные азартом и какой-то кровавой жестокостью глаза. Он вспомнил, где видел его раньше – на собрании, среди членов «Первого сопротивления». Он выступал вместе с Пасификой, это он был одним из лидеров. – Как же мне повезло. Мальборо будет доволен… Оглушительный выстрел, и тяжелое тело рухнуло прямо на Диппера. Чуть поодаль стояла Мэйбл, тяжело дыша, она все еще направляла пистолет на покойника, будто все еще не веря в то, что произошло. – Мэй, я… – Бежим! – она схватила его за руку и потянула за собой через комнату. На шум уже сбегались солдаты, и, когда они только достигли другого конца комнаты, те уже толпились у входа. Ловким движением, Мэйбл извлекла из кармана некий предмет и бросила его тем под ноги. Раздался хлопок, и комнату заполнил белый дым. Те закашляли, начали стрелять невпопад, а они побежали дальше, не оглядываясь, тяжело дыша и буквально чувствуя, как страх холодит спину. Нужно быстрее, быстрее, быстрее. После того, как они добежали до запасного, скрытого за досками выхода и выбрались через него в темный тоннель, Мэйбл, оказавшись на безопасное расстояние, нажала на находившийся там рычаг. Очередной взрыв, и путь, ведущий назад, завален. Они были отрезаны от того помещения и солдат, что уже направлялись прямо к ним. – Идем, – она крепко сжала его руку чуть повыше запястья и пошла вперед почти на ощупь. Весь штаб состоял из множества коридоров, в которых было просто невозможно ориентироваться без знающего человека. Поэтому Диппер двигался быстро, стараясь не отставать от Мэйбл, понимая, что если замешкаться, то можно попросту заблудиться. Ему не хотелось быть обузой, не хотелось задавать вопросы, чтобы ее не побеспокоить, потому что понимал, насколько ей самой было страшно. Они снова лишились дома, планов, близких… Неизвестно, сколько погибло там, во время атаки, и он прекрасно понимал, что Мэйбл сама ничего не знала, поэтому они просто шли, быстро, молча, чувствуя, как напряжение и волнение щекотали кожу. Наконец, впереди показался свет, и они приблизились к небольшой расщелине, что вела их вон из подземного заточения. Протиснувшись через нее, Диппер вышел в высушенную солнцем степь, где гулял сильный завывающий ветер. С непривычки глаза щипало, и было невозможно разглядеть хоть что-то, а еще жар от земли был просто невыносим, и казалось, что кожа моментально высыхала, покрываясь столетними морщинами. Когда ему удалось открыть глаза и осмотреться, он увидел, что на горизонте, в нескольких километрах от них, видны горы, служащие стенами Свободного королевства. Даже не представлял, что мы так далеко от него.