Чёрная чума

— Сиэль! — с громким в криком брюнет ворвался в квартиру, лязгнув о пол связкой ключей, даже в спешке успев запнуться, но подбежать лежащему мальчику. — Сиэль… Сиэль… Ты меня слышишь? Очнись… Сиэль. Слегка прокашлявшись, юнец медленно, будучи подхваченным на руки, словно не мог совладать даже с собственными веками, тяжелеющими от сковывающей слабости, приоткрыл кровавый взор, жадно выдыхая воздух. Кажется, мальчику стало намного легче именно тогда, когда вернулся брюнет в это гнездышко взаимопонимания и любви. Былое гнездышко. Демон с тревогой и непониманием изучал в сторицу знакомые черты лица, поглаживал в спешке бархатное на ощупь личико, переходил на пряди — казалось, он себя хотел успокоить, а не Фантомхайва. Именно в этот момент мальчик почувствовал первый раз от него запах свежей крови и стойкий аромат женского парфюма. В груди неистово зажгло от гнева, обиды и боли. Выходит, демон даже не попрощался с утра, потому что спешил к женщине? Им настолько овладел голод по человеческой плоти? Какой терпкий и манящий запах крови… Он променял его на представительницу прекрасного пола, а ведь твердил о любви, верности и заботе. Выходит, брюнету плевать? Но голубоглазому нет. Пощёчина отразила весь гнев юноши, пропитанный досадой и ненавистью. Впервые за долгое время ему опротивел он, тот, кому он отдал собственное сердце. Михаэлис по истине понял все сразу — глупец будет отрицать свою вину, если таковой считает контрактер. — - Убери руки, Себастьян и подчинись. Ты не осмелишься более перечить моим приказам. Ты меня понял? — Yes, my Lord. *** Вечер прошёл уныло и скучно — погода за окном навевала ещё большую тоску, наверное, люди часто зависят от погодных условий, а атмосфера начала сменяться ещё тогда, когда брюнет покинул квартиру. ≪ — Мне исполнять роль вашего слуги, господин? — Да, отныне компанию возглавляю я и возвращаюсь на своё место. — Как пожелаете. — Спать теперь будешь в отдельной комнате. — Ваша воля, милорд. ≫ Все оттянулось на столетия назад. Себастьян вглядывался в зеркало, пытаясь рассмотреть себя собственного. Где он прокололся? Почему так поздно пришёл? Что происходит? Этими вопросами и другими он задавался ежесекундно, а после заметил небольшое бардовое пятнышко на своей рубашке в области рёбер. — Что за… Это была его собственная кровь. Михаэлис заинтересовался, уже было желая больше уделить этому факту внимания, но его окликнул голос Фантомхайва. — Себастьян! С завтрашнего все вернётся на круги своя. Как при заключении контракта. Фантомхайв — господин. Михаэлис — покорная слуга. Только, если кукловод все же существует, он явно решил поглумиться над исчадием ада, которое и так обречёно на вечное служение молодому, неопытному демону. За окном льёт дождь, оплакивающий нежные чувства, тлеющие и гниющие внутри, как паразитирующая опухоль. В комнате Себастьяна привлёк незаметно спрятанный предмет, лежащий безмятежно под шкафом. — Что? Левайтен Ханны?...