Хладный малахит - сладкая черника

Ему было противно от обилия белого оттенка, что постоянно попадался на глаза, заставляя с каждым разом, каждым даже мимолетным взглядом, морщиться сильнее и сильнее. Ровные белые стены и такого же цвета высокий потолок создавали впечатление ещё большей холодности этого дома, чем могло показаться изначально. Красные цветы в огромных горшках чёрного цвета, что стояли возле каждого входа в комнату, казались такими же безжизненными, как и картины, висящие на стенах. Ничего лишнего — всё должно гармонировать между собой. Изысканность и одновременно с этим простота успокаивали при долгом разглядывании декора. Пожалуй, это было единственной причиной того, почему у Адриана всё ещё оставались силы терпеть это место, каждый раз вынуждать себя засыпать и просыпаться в окружении безликих стен. Комфорта здесь не было уже очень давно. Впрочем, и спокойствия. Уюта. «Дом?», — Адриан провёл пальцами по высокой колонне и, чуть задержавшись на краю извилистого рисунка, медленно убрал руку прочь. Нажав на резную деревянную ручку, он легко толкнул дверь от себя. «Чёртово позёрство и парад лжи. Здесь нет дома», — Адриан чуть закатил глаза, устало окинув взглядом комнату. — Ты звал меня, отец? — спокойный и ровный тон его голоса, услышь его кто-то из незнакомцев, несомненно бы удивил. Тот совершенно не вязался с колким взглядом. И пусть для этой семьи было привычно разговаривать холодно и несколько надменно, к этому нельзя было привыкнуть. За многие годы Адриан научился вторить своему отцу: такой же отстранённый взгляд, чётко поставленная речь, с повелительными нотками во время даже самого лёгкого раздражения. Изысканные жесты и сдержанность во всем. Вот только во взгляде молодого Агреста всегда присутствовала тень страха. Лёгкая, едва уловимая, она всегда появлялась в ярко-зелёных глазах в тот самый момент, когда рядом был он. Габриэль Агрест — известный модельер, славившийся своими удивительными коллекциями. Строгий отец. Он был удивительным человеком. Удивительным и могущественным. — Звал ли я тебя? — чуть хриплый голос разорвал тишину, царившую в огромном и пустоватом кабинете. — Разумеется. Звал. Похоже, ты не слишком торопился со своим визитом. Уловив в словах отца очередное недовольство, Адриан приподнял подбородок и, взглянув прямо перед собой, сказал: — Натали только что сообщила мне об этом. Пришёл сразу, как получил весточку, — он солгал. И его ни капли это не огорчало. В этом месте нельзя было иначе. Ведь иногда правда может стать главным врагом, способным разрушить всю твою жизнь. — Что ж, она получит свой выговор позже, — пристальный взгляд, впившийся в чуть бледноватое лицо, прожигал насквозь. — Полагаю, ты знаешь, зачем я позвал тебя сюда? Едва заметно поджав губы, Адриан кивнул. «Разумеется, я очень хорошо знаю, зачем. Если бы было иначе, я бы точно здесь не оказался». Сделав шаг вперёд, он с ленивым спокойствием ожидал слов отца. Спорить с Габриелем Агрестом, что подавлял волю и подчинял её себе при любом сопротивлении, было бесполезным занятием. Адриан уяснил это очень давно, ещё в раннем детстве во время строгих и иногда даже чем-то жестоких наказаний. С тех самых пор молодой человек занял нейтральную позицию. Он всегда беспрекословно выполнял указания отца, всегда слушал наставления, следовал за ним. Иногда и вовсе создавалось впечатление, что Адриан — это точная копия Габриэля в юности. Вот только беловолосый молодой человек всё же отличался от него. И Габриэль это знал. Адриан намеренно медленно, почти нехотя, скользнул по лицу отца почти взглядом. В нём читалось только одно — вселенская усталость. — Сегодня ты завершаешь домашнее обучение с Натали и другими репетиторами, так как начинаешь обучение в «Франсуа Дюпон», — отчеканил Габриель, явно не ожидая возражений. — Я буду продолжать обучаться отдельно китайскому языку, вне занятий в данном заведении? — сухо спросил Адриан. Габриэль удивлённо приподнял брови и, снова поелозив пристальным взглядом по лицу сына, медленно кивнул. — Разумеется, ты волен заниматься дополнительными курсами в пределах графика. Да, старший из Агрестов не ожидал сопротивления от сына, однако подозревал, что оно имело место быть. Адриан был идеален во всём. И, будучи отцом такого безупречного, казалось бы, ребёнка, Габриэль гордился его успехами. Иногда даже превозносил их, позволяя своему отпрыску небольшие вольности. Вот только каждый раз во время зрительного контакта с ним мужчина сомневался, что происходящее является настоящим обликом его ребенка. Сомнение всегда длилось лишь жалкий миг — долю секунды. Ровно столько, сколько они смотрели друг другу прямо в глаза. Однако даже этого было достаточно, чтобы зерно сомнения, касающееся состояния Адриана, прочно укоренилось в сознании Агреста-старшего. Было что-то, что ускользало от мужчины, как только он думал, что приближался к истине. Что-то невероятно опасное. Габриэль подозревал, что его Адриан куда более несгибаем и твёрд, нежели кажется на первый взгляд. Позже он понял, что в Адриане есть то, чего нет в нём самом — внутреннего стержня, что никогда не сломится. Несмотря ни на что. Именно это различало их. В своё время светловолосый мужчина с тёмно-голубыми глазами сдался. Потерял на миг рассудок. И это стоило ему слишком дорого. И всё же некоторые детали не сходились в идеально сопоставленной картине Агреста-старшего. Мужчину несколько тревожил тот факт, что Адриан не оказывает сопротивления, будто с некой радостью предпочитает обучаться дома, вдали от других людей. Подозревая, что таким образом у сына может образоваться целый комплекс проблем, Габриель принял решение, которое посчитал необходимым. Его сын обязан учиться вместе с другими детьми. И пусть данное решение далось с превеликим трудом и после недель долгих размышлений… он ни капли не жалел об этом. Адриан в будущем продолжит его путь. Едва Габриель решил, что разговор закончен, как тишина вновь была разрушена: — Почему я должен это делать? — спокойному виду юного Агреста не соответствовало одно. Снова. Снова этот взгляд. Холодный. Прожигающий. Блещущий презрением. Поняв, что это первый, пусть и неосознанный протест сына, мужчина, быстро взяв под контроль свои эмоции, резко выдохнул. Что-то снова пошло не так. Вот только что? Но об этом он подумает позже. Кажется, некая пресловутая «истина», которую он так долго разыскивал, кружась вокруг поведения Адриана, находится куда ближе, чем он ранее предполагал. — Потому что ты — не такой как все, — наконец-то сухо произнес мсьё Агрест. — Ты мой сын. На этом разговор закончен. Адриан лишь кивнул и обернулся к двери. Он знал, что ответ будет именно таким, хотя не совсем улавливал смысл в манерных и клишированных фразах. Что вообще могло значить это? Почему он не такой, как другие? Дышит иначе или держит ложку по утрам? То, что он его сын — ещё не значит успешное будущее с наложенным на него отпечатком. «Чертово наследие. Чертов дом. И это сумасшествие», — он закусил губу до крови. — И ещё одно, — сказал Габриэль, легко взмахнув рукой, в которой держал небольшой блокнот. — Передай эти наброски Натали. Адриан неспешно подошёл к длинному резному столу и протянул руку. Ощутив небольшую тяжесть, он сжал руку и чуть склонил голову — на вежливую улыбку просто не было сил. — Конечно, я могу идти? Габриэль лишь кивнул в ответ и принялся разбирать стопку документов, лежащих на столе. Поняв, что ему здесь больше нечего делать, Адриан развернулся и зашагал прочь из кабинета. «Этот день мне запомнится надолго, хотя, справедливости ради, запоминать тут нечего», — мрачно подумал он, захлопывая дверь с едва слышным характерным щелчком. Оказавшись в своей комнате, Адриан устало прикрыл глаза и потер пальцами переносицу. — Как же я ненавижу этот чертов дом, — он буквально прошипел эти слова сквозь плотно стиснутые зубы. Это стало чем-то вроде коронной привычки. Выпускать так раздражение было даже приятно. Где-то недалеко раздалось шуршание и довольно громкое причмокивание. Учуяв характерный и довольно сильный запах камамбера, Адриан тут же поморщился и резко открыл глаза. — Как насчет того, чтобы есть свой вонючий сыр в другом месте? — Не могу, — квами, внешне напоминающий кота, усмехнулся и закружил вокруг беловолосой головы. — Поди прочь, — отмахнулся Адриан и зашагал по направлению к дивану. — Я так понимаю, разговор с отцом прошёл удачно? Проигнорировав саркастичный тон Плагга, он сел на диван и снова закрыл глаза. Раздражение, что скопилось за время пребывания в ненавистном кабинете, буквально разъедало каждую клеточку тела. Всё ещё ощущая некую остаточную тень от пристального взгляда отца, Адриан быстро потёр плечи и руки, словно пытался сбросить с себя противную пелену. Пелену, состоящую из лжи и всепоглощающего лицемерия. — Завтра мы идём туда, — наконец-то сказал Адриан и посмотрел на своего квами. Плагг в очередной раз удивился — тихий голос молодого Агреста был едва слышим, это же хороший признак, верно? Вот только этот голос всегда резко контрастировал со взглядом. «Ничего хорошего», — вынес свой вердикт Плагг и с жалостью уставился на юношу. Ещё ни разу квами не видел своего хозяина в хорошем расположении духа. — Почему ты так недоволен, Адриан? — спросил он, вихрем закружившись по комнате. Тот не торопился с ответом. Сцепив руки в подобие замка, Адриан поставил их на стол и положил на них подбородок. Устало вздохнул. — Теперь вряд ли удастся нормально ускользать от пристальных взглядов и продолжать заниматься тем, чем занимался до этого. Неужели непонятно? — последнее предложение Адриан закончил на резком выдохе, явно пытаясь успокоить бушующее внутри негодование. Выходило скверно. — Но мы всегда успешно патрулировали вечерами, — беззаботно отмахнулся квами и исчез за одной из книжных полок. — Велика ли разница, какое из помещений покидать, прежде чем ты трансформируешься и сбежишь? В этих словах был смысл и Адриан это прекрасно понимал, вот только… — Я не смогу так просто покинуть территорию университета, как пустой дом, за которым смотрит Горилла. — Но можешь исчезнуть во всеобщей суматохе, если появится суперзлодей. Решив, что на эту реплику уж точно нечего ответить, Адриан едва заметно усмехнулся. Всё же квами был настоящим товарищем, который знал о нем всё. И был единственным, кто мог вообще его выносить. Не считая Нино, конечно же.

***

— Ох, девочка, я прошу тебя, — небольшое существо малиново-красного цвета с большой головой и крошечным телом взмыло в воздух. — Прошу, успокойся! Взъерошив и без того спутанные тёмные волосы, Маринетт сокрушённо рухнула на пол. Её внешний вид, ранее всегда аккуратный и часто даже до тошноты прилежный, сейчас больше напоминал образ человека, пережившего апокалипсис: всклоченные волосы, растрепанная пижама и запачканные красками руки. А ещё первые нотки сумасшествия во взгляде. — Что же сегодня за день то такой? — удручённо пробормотала Маринетт и покачала головой. — Что за жуки, что за камни… Да ещё и Бражник. Кто только придумал это всё? Так определенно не годится. Разве это должно стать началом учебного года? Разве так она должна проводить свой последний день каникул? Дрожащими руками Маринетт принялась судорожно шарить по вещам, разбросанным на полу. Однако все попытки найти хоть что-то, что поможет защититься от странного существа, разговаривающего с ней в данный момент, потерпели позорную неудачу. — Может мы попытаемся всё выяснить? — квами предприняла очередную попытку завязать мало-мальски дружескую беседу. — Господи, — шарахнулась Маринетт, схватившись за сердце. — Эта говорящая муха — просто нечто! Наконец-то обнаружив на полу небольшую ёмкость, Маринетт быстро её сжала в руках и после буквально набросила на совершенно несопротивляющееся существо. — Ну, если тебе так спокойнее, — Тикки слегка пожала плечами и вздохнула. Эта гонка за девушкой её порядком измотала. — И я — не муха! Я — квами. Удивлённо приподняв тонкие брови, Маринетт приоткрыла рот, словно намеревалась сразу же что-то сказать, однако слов не находилось. — Это значит, что я не жук, — пробурчало существо. — Я — квами, связанный с Камнем Леди Баг, который подарит тебе силу созидания. — Мне подарит? — тупо переспросила Маринетт. — Какую силу? Она убрала руки от стаканчика из-под кофе и выпустила нечто напоминающее божью коровку обратно на свободу. Тикки лишь кивнула, оставшись сидеть на полу. — Ты — будущая обладательница камня чудес. Избранная, если так понятнее, — уточнила квами и добродушно улыбнулась. — С древних времён и до наших дней люди использовали эти украшения — камни чудес, чтобы творить добро. Существует довольно много талисманов, но только два из них могущественней остальных. Они являются частями одного целого. Сережки Леди Баг, дарящие силу созидания и которые сейчас на тебе, и кольцо Кота Нуара, обладающее разрушительным действием. Вместе они способны на невероятные вещи. Легенда гласит, что тот человек, который завладеет ими обоими, будет способен на все, так как обретет силу абсолютной власти. И цель Бражника, теперь твоего главного врага, обладать этой силой. Он жаждет заполучить ее, во что бы то ни стало, — уточнила квами и, ощутив первый виток холода, печально улыбнулась. — И тебе пора сказать одно — «Превращение». — Превращение? — снова переспросила Маринетт. Ярко-алая вспышка озарила комнату светом. К сожалению, у мудрой квами не было времени объяснить всю ситуацию до конца. Не было времени и рассказать юной Маринетт Дюпэн-Чэн, как использовать свои силы. Потому что важно было только одно — избавиться от врага. Прекратив жмуриться, Маринетт медленно разлепила веки и попыталась оглянуться. Загадочного существа не было, вот только… что-то невесомо изменилось, но она уже догадывалась, что именно. Маринетт подошла к зеркалу и тихо присвистнула: её образ напоминал супергероиню. Сильную, уверенную и независимую. И эти качества были именно тем, чего ей так не хватало. Хотя, это пока был лишь внешний облик. Маринетт в очередной раз покрутилась, при этом стараясь не отрывать взгляда от отражения в зеркале, и счастливо рассмеялась. Всё происходящее напоминало сказку. Как жаль, что тон этой истории задаёт не она. Однако это Леди Баг поймёт позже. Покрутив между хрупкими пальцами тонкий слой ткани, Маринетт с удовлетворением для себя подметила: костюм прочный, мягкий и… его цвета ей невероятно шли. Чуть крутанувшись к окну, Маринетт услышала щелчок, посмотрела на своё бедро — на нём было повязано круглое йо-йо с такими же чёрными пятнами, как на костюме. — Забавная вещица, — хмыкнула она и бросила игрушку, как ей на первый взгляд показалось, перед собой. Йо-йо, стремительно достигшее потолка, аккуратно зацепилось за ручку дверцы, ведущей на крышу. — Вот же чёрт, — тут же пробормотала Маринетт. Пусть костюм и создавал ей образ уверенной и дерзкой супергероини… реально удачливого человека он из неё не делал. Маринетт тут же забралась на свою кровать и попыталась распутать прочную нить. Наконец-то расправившись с замысловатым узлом, она решила выбраться на улицу. И это было первым верным её решением за долгое время.

***

Было чертовски холодно. Лютый мороз, что заставлял окружающих морщиться при первом же контакте ледяного воздуха с их кожей, постепенно набирал обороты. Морозная погода была не просто «слегка раздражающей». Теперь она и правда пугала: снежные горы заставляли горожан разбегаться в поисках теплого крова, бросая все свои дела и заботы. Улицы Парижа превращались в безлюдные промёрзлые дорожки настолько быстро, насколько быстро продрогший до самых костей Адриан терял остатки терпения. Хруст снега под ногами напоминал звуки ранее проезжающих на дорогах машин. Пожалуй, это единственный звук, который можно было услышать в принципе. Сколько они уже терпят подобное? Полгода, если не больше. Ледяные и напоминающие хрусталь капли воды больно впивались в кожу, медленно лишая ту всякого «живого» оттенка. Каждое соприкосновение снежинок с телом заставляло Нуара злобно шипеть и вздрагивать. Причём с каждым этим действием острое чувство раздражения и холода росло. Он ненавидел снег. Ненавидел мороз и… себя он тоже ненавидел. Особенно в этот момент. Полгода длился этот проклятый день сурка. Полгода скитаний без обещанной ему судьбой Леди Баг. Адриан Агрест никогда не считал себя слабаком, да и трусом тоже. Он предпочитал борьбу. Жестокую и беспощадную. Бескомпромиссную. Именно такой затянувшаяся схватка и была, ведь выбора другого попросту не было. Точнее сказать, не было сил, что могли бы разорвать этот порочный и насмешливый круг. «Чтобы уничтожить Непогоду, тебе нужно достать её акуму, а после очистить, однако без Леди Баг мы этого сделать не можем. Будь терпелив, мальчик мой. Будь терпелив… Просто сражайся за свой путь столько, сколько можешь. И прости меня за эту ношу», — некстати вспомнились слова мастера Фу. И без того обозлённый и обессиленный прошлыми схватками, Адриан неспешно продолжил свой путь. Спешить было некуда. Они ждали какую-то Леди Баг несколько месяцев, но чуда не происходило. Ведь… Непогода сама найдёт его. В конце концов, Адриан не был тем, кто старается оттянуть неизбежное. Другое дело — насладиться моментом покоя. Конечно, настолько, насколько это было вообще возможно в данной ситуации. Адриан в очередной раз окинул промокший чёрный облегающий костюм пристальным взглядом и убедившись, что тот выдержит ещё парочку схваток с акуманизированной мадам, достал из крепления на ремне металлический жезл. — Чёрт подери, — он бросил это на выдохе, слегка дрогнувшим голосом. — Почему Непогода возвращается с каждым разом всё чаще и чаще? М-да, вряд ли я когда-нибудь привыкну к этой глыбе проклятого льда. Адриан пнул небольшую горстку пушистого снега краем ботинка, вынудив комки снежинок разлететься в разные стороны. Говорить самому с собой было не так скучно, это даже разбавляло его вечера. Он выставил руку вверх. Взмахнул пару раз жезлом и быстро оказался на крыше. Где-то рядом должна быть Непогода. Очередная вспышка холода пронзила продрогшее тело, что острый нож. Он даже не поморщился. Впереди его ждут куда более серьезные заботы. Где-то недалеко послышался крик — Нуар перешёл с медленного шага на бег. В этот раз он возьмёт реванш у этой противной девчонки.

***

Несмотря на то, что вечерний Париж утопал в целых горах снега, а температура воздуха давно перешла за все возможные допустимые «морозные нормы», Маринетт чувствовала себя невероятно хорошо. Можно сказать, вдохновляюще легко. Ледяной ветер немного отрезвлял, заставляя делать каждый новый прыжок всё дальше. Выше и выше. Сильнее отталкиваться и увереннее приземляться. Она с жадностью втягивала в себя морозный воздух, забавно посапывая во время бега. Однако холод по-прежнему не мог причинить ей вреда. Любуясь заснеженными и пустынными улицами, Маринетт виртуозно вышагивала по краям крыш. Одна… Вторая… Третья. После десятой она перестала вести счёт. Достаточно было того, что не упала. Не разбилась. И не причинила боль другим. Это было невероятно: сделать что-то явно непосильное обычному человеку и сделать это правильно. Впервые Маринетт Дюпэн-Чэн сделала что-то такое, чем могла действительно гордиться. И пусть это всего лишь какой-то нелепый забег по заснеженным и скользким крышам. Она не упала. И уже никогда не упадёт. Именно так почему-то ей думалось теперь. Именно такую цель она себе поставила. Маринетт непривычно гордо расправила плечи. Страха не было. Не было и сомнений в том, что что-то может пойти не так. Безусловно, она не до конца осознавала, куда сейчас направляется, зачем и почему, но… было такое чувство, что ей просто необходимо следовать в том направлении, куда подсказывает инстинкт. С каждым новым прыжком взмахивать руками удавалось всё легче, а тошнота, что присутствовала в первые минуты её небольшого путешествия, стала постепенно отходить на задний план. Сейчас Маринетт отчётливо испытывала какое-то странное чувство предвкушения, словно именно сейчас произойдёт то, что изменит её жизнь. Аккуратно вышагивая по скользкой черепице на одном из довольно несуразных зданий, словно его очень долго кто-то истязал и колотил камнями, Маринетт неожиданно для себя самой остановилась. Чувство предвкушения медленно сменилось на ощущение тревоги. Сердце бешено застучало. Воздух закончился. На какой-то миг показалось, что даже снег, так сильно мельтешащий перед глазами, остановился. А всё из-за того, что перед глазами предстал он. Долговязый, светловолосый молодой человек в истерзанном костюме чёрного цвета. Он был похож на вспышку. Быструю, почти незаметную. И такую же бесшумную. Незнакомец ступал медленно, крадущимися движениями и ловко размахивая какой-то штуковиной в руках. Из-за того, что он стремительно передвигался со стороны в сторону, то и дело уворачиваясь от ледяных игл, рассмотреть лицо молодого человека для Маринетт не представлялось возможности. Однако, другое дело — костюм незнакомца. Даже находясь на довольно приличном расстоянии от развернувшейся картины, ей было видно его состояние. И оно было плачевным: на костюме, кажется, не было ни одного целого клочка ткани — всё было каким-то истрёпанным и старым, словно ещё немного и он должен рассыпаться. Однако, отчего-то он прочно облегал тело парня, создавая образ пусть и хилой, но всё же брони. Очередной резкий выпад и молодой человек падает на землю. Сразу же поднимается, отряхиваясь от снега, будто тот приносит ему нестерпимую боль. Блондин резко поднял голову и стряхнул с волос ледяные капли. «Словно кошка», — подумала Маринетт и тут же приоткрыла рот в удивлении. На голове незнакомца красовалось подобие кошачьих ушек. А ремень, висевший на его бедрах за спиной, напоминал хвост. — Кот Нуар… — ошеломленно прошептала Маринетт и тут же захлопнула рот рукой. Догадка была верна. Ярко-зелёные глаза тут же прожгли светло-голубые. Вспышка, дрожь. Кажется, ей наконец-то стало холодно. Очень поздно Маринетт заметила, что они здесь не одни. Очень поздно осознала свою ошибку. Кот Нуар уворачивался от ледяных игл, которые создавала странная противница, облаченная в тёмно-синее платье до колен. Взмахивая закрытым тёмно-фиолетовым зонтом, Непогода продолжала бунтовать. И сейчас очередная порция опасных игл была направлена именно на саму Маринетт, стоящую на крыше и думающую, что её никто не заметил. Приготовившись к чудовищной боли, она зажмурилась и закрыла лицо руками. Как же быстро иссякло её чувство героизма и силы! Однако ничего не произошло. Лишь несильный толчок в её дрожащее плечо. Маринетт даже не подумала сопротивляться. «Как глупо! И какая из меня героиня, если я уже дрожу, как лист на ветру?». — Кто ты, чёрт возьми, такая? — раздался тихий шёпот у самого уха. Вздрогнув, она открыла глаза. Перед ней, схватившись за окровавленные бока, стоял тот самый незнакомец. При этом молодой человек спокойно продолжал разглядывать её. Он вообще не обращал никакого внимание на своё скверное состояние и раны, полученные ранее. И это было чертовски верным замечанием. Он изучал. Жадно впитывал каждую деталь. Каждый её вздох и жест. Вот только… ощущение было такое, что увиденное ему совершенно не нравилось. Маринетт побледнела и ощущение холода пронзило её тело во второй раз. Она прижала руки к груди и сделала небольшой шаг назад. Неужели это и есть тот самый супергерой, о котором упоминала квами, говоря о кольце с даром разрушения? Всё ещё не отрывая взгляда от Леди Баг, блондин продолжал стоять, истекая кровью. И это не имело никакого значения. По крайней мере, для него. Совершенно не понимая, что происходит, Маринетт уставилась на один из откосов крыши — смотреть на чудаковатого супергероя, стоящего перед ней, было слишком… волнующе. — Прости, — наконец пролепетала она. — Я правда не хотела вам мешать. Извини, я… — продолжая невнятно тараторить, Маринетт сделала ещё несколько попыток отступить. Однако, не успела и моргнуть, как её с силой вернули обратно. При этом времени осознать, как это удалось сделать так быстро и бесшумно, ей просто не дали. — Кажется я задал вопрос, — всё тот же тихий, обманчиво спокойный тон и прожигающий взгляд. — Кто. Ты. Такая? Хватка незнакомца была довольно сильной — синяки должны были остаться точно. Однако Маринетт не стала морщиться, просто резко сбросила с себя чужие руки. Не отступила. И они оба это заметили. Гордо приподняв подбородок, словно наконец-то поняла, что у неё прав находиться здесь столько же, сколько и у Нуара, Маринетт заговорила: — Я — Ма… — некстати брошенная очередная игла пролетела всего в сантиметре от лица, слегка задев щёку. Тут же стерев только начавшую проступать алую жидкость, она решила закончить: — Я малость неуклюжая, в общем. — Это я уже заметил, — последовал спокойный ответ. — И дам тебе совет, малость неуклюжая. Убирайся отсюда подальше. Маринетт хотела возразить, а также объясниться, зачем она здесь появилась и вообще всю ситуацию в целом рассказать хотелось, однако так и осталась стоять с открытым ртом — Кота Нуара рядом уже не было. Лишь кружащий снег возле кровавых пятен на крыше говорил о том, что тот ушёл всего мгновение назад. И как ему только это удаётся? Побежав к краю крыши, Маринетт немного наклонилась над откосом. Похоже, битва между Нуаром и девушкой в тёмно-фиолетовом платье продолжалась. — Тебе не сбежать в этот раз, брошенный котёнок. Гадкий, всеми забытый супергерой! — заверещала девица, раз за разом выстреливая ледяными иглами. — Я доберусь до тебя рано или поздно! И в этот самый момент Маринетт осенило. Забытый супергерой. Именно это она слышала несколько раз от Альи, своей лучшей подруги, которая грезила каким-то загадочным незнакомцем. «Он — тень, что защищает наш Париж, понимаешь?». Взмах жезла и несколько кусков льда уже валяются под его ногами. Хмурый взгляд. Резкие повороты — он внимательно осматривает территорию сражения. Немного нетвёрдые шаги. «Этот парень, ну… Его никто и никогда не замечает! Поговаривают, что он защищает нас уже очень долго от одного и того же врага — Непогоды. До акуманизации её звали Аврора Борель, она была студенткой и финалисткой конкурса KIDZ+, хотела стать ведущей прогноза погоды. Однако проиграла сопернице Мирей и превратилась в суперзлодейку». Кровавая спина — именно туда пришлись все иглы, направленные на Маринетт. Его раны должны были стать её. Его боль должна была стать её. Она задрожала. Человек, который не был легендой, но вот-вот станет… «Он никогда не светится перед камерами. И никогда ни с кем не говорит. Однажды я слышала, как он разгонял всех горожан по укрытиям, чтобы обезопасить тех. При этом он ещё и своей жизнью рисковал, так глупо и так невероятно!». Нуар дышал часто и постоянно прерывал свои стычки с Непогодой, опираясь на своё же оружие. Старался не замечать, что его силы уже на исходе. Двигался медленнее и медленнее с каждым разом. «Также поговаривают, что он проклят, так как ему предначертано было стать супергероем вместе с некой Леди Баг, но за столько времени она ни разу не появилась…». Очередной особо болезненный удар попал прямо в цель — сломанное ранее ребро. Адриан не сдержался и зашипел. Этот день он ненавидел всё больше и больше. Он подозревал, что всё может пойти наперекосяк. Как обычно и происходило. Он чувствовал: что-то не так. А ещё эта странная девица, возомнившая себя супергероиней, возникла слишком неожиданно. Однако, кто может её винить? Толпы подобных фанаток уже и ранее пытались таким образом привлечь его внимание. Смазав со щеки морозные капли, Адриан стиснул зубы и попытался собрать волю в кулак. Вот только какое-то странное волнение окутало всё тело. Ощущение, что те самые васильковые глаза всё ещё прожигают кожу, продолжало прочно укореняться в мыслях, медленно отравляя. Хотелось выругаться вслух, но… — Прости, что задержалась, котик, — на выдохе сказала Маринетт. Адриан вздрогнул и пропустил ещё один удар — услышал слова странной незнакомки в красном костюме. Колокольчик на шее снова зазвенел. «Я либо проклят богами, либо меня ненавидит сам мир», — устало подумалось ему. Снова шаг. Снова вздох. Перед глазами всё поплыло. «Похоже, у него и правда звериный слух. Это могло бы чертовски пригодиться в будущем», — подумала Маринетт, крепче сжав йо-йо. Она печально улыбнулась и сделала неуверенный шаг вперёд. Руки дрожали так сильно, что удержать леску в руках было просто каким-то непосильным занятием. Однако сомнений в том, что поступает правильно, не было. Она сделала ещё один шаг. В пропасть. Во тьму сражения. Было страшно, и она даже не думала этого скрывать. Но героями не рождаются — ими становятся. И кажется, только что Маринетт поступила чертовски правильно. Несколько неаккуратно приземлившись прямо возле горы перевёрнутых машин, она скрипнула зубами. Ещё учиться и учиться, а у неё даже нет инструкции. — Кот Нуар, — выкрикнула Маринетт и посмотрела на обессиленного блондина. — Прости, что задержалась. Прости, что не представилась сразу и не помогла ранее. Но теперь… теперь я… я смогу… — Прочь с дороги, — её грубо оттолкнули, буквально отшвыривая от места, где она только что стояла. Выкарабкавшись из снежной горы и прекратив отплевываться от снега, что попал в рот, Маринетт зло уставилась на виновника. Нуар стоял на месте, где должна была быть она. При помощи своего странного оружия, похожего на шест, удерживал озлобленную Непогоду. — У меня бы получилась отличная речь, — недовольно пробормотала Маринетт и нахмурилась. Осторожно вылезла из снежного завала окончательно и отряхнулась. Снова пошла вперёд. В этот раз без страха. — Да сколько же можно? — голос Нуара прозвучал чуть громче и заметно грубее. — Ты уберешься отсюда наконец? Проваливай! — Как ты смеешь со мной так разговаривать, — Маринетт недовольно засопела и взмахнула руками. — Ты ведь меня даже не знаешь! Нуар резко обернулся и посмотрел на взволнованную девушку. Очевидно он не заметил ничего в ней выдающегося, потому как после секундного разглядывания отвернулся и закатил глаза. Потер переносицу и сказал: — Я устал повторять, девочка. Убирайся прочь. Будь так добра, — Нуар взмахнул жезлом и собрался продолжить свой бой. Противник не станет ждать. Сделал шаг и, словно сжалившись, добавил: — Ты можешь пострадать, уясни уже это и прекрати корчить из себя героиню. Зачем вообще на эту крышу забралась, да ещё и где-то этот костюм откопала… Он замахнулся жезлом и зацепил его об откос одной из крыш рядом стоящего дома. Сжал руку и… — Мне дала его квами, — тихий ответ. И остановился. Резкий оборот. Шаг. Рывок и встревоженный взгляд. — Что ты сказала? Повтори! — Мне дала его квами, — спокойно сказала Маринетт, глядя прямо в глаза ошарашенного Нуара. Надо же, он умел делать и такое выражение лица. — Прости, Кот, я должна была… — Не смей называть меня так, — нахмурившись, перебил её Нуар. Причём, произошло это скорее автоматически, нежели осознанно. Маринетт в очередной раз поразилась метаморфозам, которые происходили с молодым человеком. «Сколько же эмоций он может выразить одним своим взглядом?». — Я — Леди Баг и теперь, кажется, должна тебе помочь, — это было сказано без каких-либо сомнений в голосе. Без насмешки. Однако Адриан разозлился. Кажется? Должна. Помочь? Она хоть понимает, что он здесь рискует своей жизнью? Хоть осознает, что всё происходящее — не жалкая пародия на милую сказку, изрисованную сладкими историями? Ей хоть допускалась мысль, что для него означает одно только имя — Леди Баг? Знает ли насколько ему важна она, та самая сильная и уверенная защитница? Адриан окинул взглядом стоящую перед ним незнакомку. Медленно мазнул взглядом по костюму, стараясь оценить всю картину целиком. Чертыхнулся и сделал шаг назад. Дрожащие руки. Дрожащие колени. Какая-то хилая осанка и нелепая царапина на щеке. И эти чёртовы, прожигающие если не его самого, то костюм точно, васильковые глаза. Наивная, чисто по-детски искренняя. — Ты — не она, — он выплюнул эти слова прямо Маринетт в лицо. Скривился. Сделал ещё шаг назад и добавил: — Не знаю, кто тебе рассказал о квами, но… лучше бы тебе просто замолчать. Ощущение, что его предали, было настолько сильным, что стало резать глаза. И холод был здесь ни при чём. Он ждал Леди Баг более чем полгода… Ради этого? Ради хилой и неуклюжей напарницы с явным комплексом спасительницы и жертвы? Адриан рассмеялся. Зло, надломлено и громко. Стал постукивать себя по животу и притопывать ногой, словно происходящее его немало забавляло. А после резко замолчал. Этот цирк его достал. И происходящее вокруг тоже. Он не верил в чудеса и уж точно желал не этого. Не ждал и даже не думал, что кто-то может заявиться посреди заснеженной улицы. Очередная машина пролетела всего в метре от Адриана и разбилась о другую горстку техники. Хаос, что царил вокруг, был подобен тому, что царил в мыслях Маринетт. Она не имела понятия, почему с ней говорят так резко и так самоуверенно. Не знала точно, как избавиться от врага и очистить акуму. Не знала практически ничего. И поняла, что рассчитывать на доверие и уже тем более поддержку со стороны Кота Нуара — глупейшая затея. Стало тоскливо. Но она хотела помочь и — чёрт подери! — это сделает. Ради себя и никого другого. Сжав в руке йо-йо, Маринетт резко выдохнула, мысленно взывая к спокойствию и терпению. Не пугаться и продолжать свой путь несмотря ни на что. Держаться. «Нигде и никого, только я», — мрачно добавила она про себя. Маринетт взглянула на по-прежнему угрюмого Нуара, что шёл впереди и пытался понять, куда делась Непогода. Сердце бешено застучало, как только Маринетт сделала несколько шагов по направлению к молчаливому юноше. И она всё поняла. — Нуар, — закричала девушка со всех сил, срывая голос. — Остановись! Однако тот даже не подумал оборачиваться и просто продолжил свой путь, ни разу не дрогнув. Не остановившись. Маринетт не придумала ничего лучше, как ускорить шаг, взмахнуть при помощи йо-йо вверх, к одной из крыш, и обогнать самоуверенного нахала. Спустя каких-то пару секунд она оказалась перед ним. Запыхавшаяся и злая. — Извини, — Маринетт ткнула указательным пальцем прямо в мужскую грудь и поджала губы. — Тебе следует слушать, когда пытаются спасти твой зад! — Мой… кого? — опешил Адриан, тут же намереваясь хлопнуть по руке, что тыкала в его грудь. Однако Маринетт схватила его за руку первая, сильно дёрнув на себя. Спустя секунду она закричала: — Проклятье, Нуар, я же предупреждала! С этими словами Маринетт взмыла вверх вместе с Нуаром наперевес, которого крепко-накрепко прижала свободной рукой к себе. Она ощущала дикий холод, исходивший от него, а также сильную дрожь. За их спинами раздался треск — две машины столкнулись со столбом, возле которого только что стояли супергерои. Маринетт вдохнула поглубже, стараясь не жмуриться. От него пахло… летом. Теплом и мёдом с корицей. И это тоже поражало. Быть отталкивающе холодным снаружи и таким тёплым внутри — в том, что запах мёда был не духами, она почему-то не сомневалась. Создавалось впечатление, что он пахнет так сам. Словно сладкая булочка из её домашней пекарни или воздушный кекс, который пекла её мама по праздникам. Прокашлявшись, Маринетт сглотнула и снова перебросила йо-йо. Двигаться нужно было быстро. Очередной прыжок прервался также быстро, как и начался — Нуар с силой одернул руку Маринетт от себя, и сквозь зубы зашипел: — Для первой нашей встречи ты себе слишком многое позволяешь. — Я хотела помочь, — ни капли сожаления в голосе. — И где мы, по-твоему, оказались? — Адриан нахмурился и повертел головой со стороны в сторону. Это место не было похоже на предыдущие крыши. Оно было более высоким, более громоздким, однако вместе с тем и менее просторным. Тот факт, что его притащила сюда и удерживала одной рукой хрупкая девушка, Адриан благородно упустил из виду. В конце концов, если она и правда супергероиня, коей пыталась сейчас казаться... сил у нее должно быть немерено. Но ему было не до этого, не до размышлений о суперсилах незнакомой особы с глупым выражением лица. — Мы сейчас там, откуда всё началось, — легкое пожатие плечами и едва заметная улыбка. «Слишком уж ты простодушная, — недоверчиво подумал Адриан. — Слишком открытая». Однако вслух спокойно произнёс: — Что ты имеешь в виду? — Я не знаю, как давно на самом деле ведётся ваша вражда и как ведется сражение с акуманизированной Авророй Бореаль, но… — Маринетт закусила губу и несколько замялась с ответом. — Но это место — крыша здания, где транслировалась передача KIDZ+. Думаю, полезно закончить всё там, откуда пришла Непогода. — С чего ты взяла, что сегодня всё закончится? — Адриан нахмурился и посмотрел на девушку. Он борется с Непогодой уже очень давно. А она — странная девушка в красно-пятнистом костюме, заявляет, что всё решится сейчас? Она правда Леди Баг? Спустя полгода ожиданий, ран и скитаний по морозным улицам? Заявиться только теперь... Блондин покачал головой. Вздор всё это. Выдумка и завышенное самомнение. Маринетт не ответила на слова Нуара, в котором откровенно пестрили ноты недоверия и к ней, и к способностям в целом. Она просто повиновалась порыву и выкрикнула: «Супер-шанс!». В руках у неё оказалось красно-пятнистое, как и её костюм, полотенце. — О, пот мне со лба вытереть хочешь? — язвительно произнёс Нуар. И не менее саркастично добавил: — А то, знаешь ли, тут так жарко. Он помахал руками перед собой. Стиснув зубы и призвав себя не реагировать на слова Нуара, что откровенно над ней насмехался, Маринетт принялась бегло осматривать территорию. Очень вовремя. Непогода как раз взмахнула зонтом и громко закричала: — Вы — жалкие людишки, пора вам познать истинную суть холода и мрака! Сейчас я остужу ваш пыл сполна! С этими словами она взмахнула зонтом и направила ледяной и снежный вихрь вокруг здания, образовав таким образом целое торнадо. — Да чтоб тебя, Непогода, — выругался Адриан и достал жезл из крепления. Девушка, находящаяся под действием акумы, продолжила безобразничать и махнула зонтом снова. — Град поможет осознать свои ошибки! Огромные замерзшие капли забарабанили по крыше, оставляя там сильные вмятины. Дёрнув на себя так званую Леди Баг, Адриан выставил руку с жезлом вверх, быстро раскручивая тот. Образовалось некое подобие зонта. — Я бы на твоём месте всё же убрался отсюда, — на выдохе сказал блондин. Он чертовски устал за этот вечер. Маринетт посмотрела на крепления на трубе. Затем на вытяжку. На огромный постер и своё йо-йо. План был готов. — Разрушь крепления, на котором держится плакат, — тихо сказала Маринетт, чуть ущипнув за руку Нуара. Он нахмурился и посмотрел ей в глаза. Уверенность. Решительность и ни капли сомнения. Не понимая, почему идёт у неё на поводу, блондин прекратил раскручивать жезл. Легкий кивок и Адриан с последних сил побежал к краю крыши. У него и так не осталось сил, может хоть так получится обыграть ситуацию в свою пользу. — Катаклизм! — рука, покрытая черной эфирной материей, легко разрушила все крепления, на котором держался плакат Авроры Бореаль. Тем временем Маринетт забросила йо-йо на ногу соперницы. Когда та отвлеклась на падающую металлическую конструкцию со своим изображением, девушка взмахнула полотенцем над вытяжкой. Благодаря сильному ветру оказаться на одном уровне с испуганной Непогодой стало лёгкой задачей. — Прости, милая, — Маринетт махнула ногой и выбила из рук Авроры зонт. — Но снег должен прекратиться! Адриан выставил руку вперёд и схватил аксессуар, с которым Непогода никогда не расставалась. — Ломай его! — выкрикнула Маринетт. Он легко перегнул конструкцию пополам и с чудовищным удивлением для себя осознал: перед ним только что мелькнула акума. Его первая. Чёрная бабочка наконец-то оказалась свободна. Перед глазами Адриана мелькнула спина незнакомки. Так называемая Леди Баг стала что-то говорить и схватила акуму при помощи йо-йо. Белая вспышка заставила его поморщиться и отвернуться. Адриан бросил половинки зонта и рухнул на колени. Головная боль снова усилилась, равно как и боль от полученных ранее травм. — Всего на секунду, всего на одну, — прошептал он и закрыл глаза. — Мне нужно… А дальше была тьма. Всё закончилось.

***

Ощущая непонятную легкость в теле и небывалый ранее прилив сил, Адриан медленно разлепил веки и нахмурился. Было темно и разглядеть что-либо перед собой не было возможности. — Что такое? Что произошло? Он пошарил рукой вокруг и с удивлением осознал: всё это время он был без сознания, лежа на каком-то мусоре. Там, где сражался. — Вот же… — Адриан зашипел, ожидая сполна прочувствовать боль травм без своего костюма, однако… Его не было. Сердце пропустило удар. Он быстро провёл слегка вспотевшими руками по рёбрам... Не болит. Ничего не болит. Затем Адриан надавил на бок — то же самое. Никаких приступов раздражения или следов от проколов. — Да что происходит?! — Я так понимаю, ты пришел в себя, — тихий, чуть охрипший голос раздался где-то позади. Адриан резко обернулся и увидел перед собой тень. А этот тон… — Ты… — он немного замялся, явно не зная, что сказать. — Ты всё еще здесь? Куда делась Непогода? Маринетт пожала плечами и, поняв, что этого жеста Нуар не увидит, вздохнула. Чуть погодя, стараясь донести всю свою решимость и твердость, а также реальность происходящего, сказала: — Непогоды больше нет — Аврора Бореаль свободна. А я по-прежнему здесь. Услышав высокопарную реплику, Адриан лишь скривился и покачал головой. — Слишком самонадеянно для новичка. Она вернется. — Не сможет, — парировала Маринетт. — Акумы в её зонте больше нет. И мне таки удалось тебя спасти. Простой и такой нереальный для него ответ. Резанул он сильнее, чем все травмы, что когда-либо получал Адриан. Поэтому он тут же вышел из себя. — Это была всего лишь случайность. Просто повезло, да и не могла ты уничтожить акуму, — последние слова он выплюнул ей в лицо, с ненавистью глядя прямо перед собой. Полгода без Леди Баг. Бесчисленное количество травм, избиений, ран... Ради вот этого? Это и есть обещанная судьбой героиня? — Как скажешь, Нуар. Думай так, если тебе так будет спокойнее, — Маринетт чуть улыбнулась и сделала шаг вперёд. — Но это не меняет сути. Я тут и я остаюсь. С этими словами, даже не дав возмутиться, Маринетт резво придвинулась. Едва ощутимо мазнула кончиками пальцев по его волосам, заставив вздрогнуть от неожиданности. Этого было достаточно, поэтому она скользнула дальше по крыше, аккуратно вышагивая по черепице. Оказавшись на самом краю, Маринетт обернулась и прошептала, надеясь, что даже без костюма она будет услышана: — Ты больше не один и никогда таким не будешь. Прости, что так долго. Блондинистые волосы едва ощутимо всколыхнулись — ветер донёс эти слова до него. Адриан провёл всклоченной шевелюре руками и запоздало осознал: он без маски. Неужели его личность раскрыли? — Если ты думаешь, что тебя позорно разоблачили и высмеяли, пока ты был без сознания, то ты сильно ошибаешься. — Плагг, — и снова уже родная привычка шипеть, а не говорить нормально. Ещё одна личность, о которой он благополучно забыл. Да что с ним не так сегодня? — Ты справился, — квами постучал по блондинистой макушке и захихикал. — Ты сделал это. Однако поверить в это было куда тяжелее, чем озвучить. Эта девушка пришла из ниоткуда и ушла в никуда. Она достала зонт Непогоды. Незнакомка не сдалась и не отступила, несмотря на оскорбления. И не менее важное, не попыталась разузнать его настоящую личность. — Неужели она… — Адриан оборвал себя и прикусил язык, словно слова могли обжечь изнутри. Этого просто не могло быть. Эта несуразная, неуклюжая и наивная девушка — ЛедиБаг? В ней не было тех качеств, о которых говорил мастер Фу. В ней явно не было знаний о происходящем. В ней даже привлекательности, как он подумал, не было никакой. Только раздражающие его действия. Противные выкрики и пафосные поступки, отдающие какими-то незамысловатыми клише из фильмов. Вот только улыбка её и мягкий голос. Васильковые глаза и уверенность, блещущая в них через край… заставили спину покрыться испариной. Адриан заерзал на месте, котором сидел, и вытер руки о свою рубашку. Резко замер. Осознание вылилось на него, что ушат горячей воды. Ему было тепло. И вокруг было тепло. Он посмотрел вверх, задрав голову так высоко, как это только было возможно. Снега не было. Запели сверчки, а это значило, что тепло вернулось в Париж. «Ты больше не один и никогда таким не будешь». Сердце пропустило удар. Он задрожал.