Среди певчих птиц

Как и всегда рядом с Джером, сон быстро улетучивался, едва наступало утро. Поэтому некоторое время я просто находилась в полудрёме, не силясь открыть глаза. С утра было так трудно осознать, что всё произошедшее прошлым днем – реальность, а не сон. Впрочем, приятная легкая боль между ног заставляла невольно улыбнуться вчерашнему порыву. О том, насколько это реально, напоминали ещё и пьяные голоса, доносящиеся с нижнего этажа корчмы, стоны какой-то распутной дамочки за стеной и запах очень жирной еды и пива. Вероятнее всего, здесь оно чем-то да отличается от земного. Да, таверна процветала в любое время суток. Мерный гул жизни таверны вдруг нарушил быстрый топот ног, приближающихся к двери в нашу комнату. Через пару секунд в замочной скважине уже копошился ключ. Я отчетливо помню, как вечером мы запирали дверь… Неужели здесь настолько распущена преступность? Стало очень страшно. Настолько, что не хватало смелости пошевелиться и разбудить Джера, чтобы хоть как-то защититься от взломщика. Даже глаза открыть не получалось. Послышался скрип дверных петель. На коже ощущался холодок, который некто впустил в нашу маленькую комнату. Он не двигался. Стоял в проёме, будто высматривал, живы мы или нет. Вдруг маленькие, но грузные шаги стали приближаться ко мне. Стоп… Это что, Дугал? Или в корчме есть ещё карлики? По полу мерзко проскрипел стул, подвинутый к кровати. Маленькие колени стукнули о деревянную поверхность сидения, после чего послышалось шуршание кожи о ткань. Едва я набралась решимости повернуться и узнать, какого хрена здесь всё-таки происходит, прозвучал тихий щелчок открывания какого-то маленького замочка. Как стало понятно через пару секунд, это было карманное зеркальце. Дугал поместил его прямо перед моим лицом, очевидно, чтобы действительно понять живы мы или нет. А мы должны были умереть? -Чёртова маленькая дрянь, -- тихо прошипел мужчина, захлопнул зеркальце, слез со стула и, крайне агрессивно постукивая маленькими ботинками пошел к выходу из комнаты. В дверях он застыл на пару секунд, будто повернулся и убедился, что всё действительно так. А затем вышел, заперев за собой дверь, будто его здесь и не было. Кажется, «чертова маленькая дрянь» вчера нас спасла. Когда Джер проснулся, я рассказала ему о том, что Дугал заходил. По обоюдному решению было принято не упоминать это в разговоре с ним. Посмотрим, что он нам скажет и как будет себя вести. Мы оделись в то, что дал нам вчера карлик, собрались и направились в кабинет хозяина таверны. -Ах, вы проснулись, -- С наигранной доброжелательностью проскрипел Дугал. Теперь его гостеприимность не казалась такой приятной, -- С добрым утром. Вы должны рассказать мне как вы сюда попали, как мы и договаривались. ТИЛЬДА!!! Принеси гостям завтрак! – Рявкнул карлик так громко, что мы с Джером вздрогнули. На протяжении всего рассказа он показушно демонстрировал заинтересованность, хотя было явно заметно, что он даже не вслушивается в то, что мы говорили. Когда в комнату вошла Тильда, он прожигал её взглядом до тех пор, пока она не вышла. Девочка даже не осмелилась поднять взгляд на кого-либо из присутствующих в комнате, поставила поднос на стол и поспешила удалиться. -Так, ладно. Я понял, -- Вдруг прервал речь Джера карлик. Очевидно, надоело слушать, -- Я знаю одного человека, который нёс похожий бред. Другой мир, подходящий описанию, свидание со «смертью», - Он увлеченно жестикулировал, изображая максимальное пренебрежение к тому, что перечисляет, - Перерождение, обретение магии и прочее, прочее, прочее. Для нас обоих это стало надеждой на то, что нам объяснят, как отсюда выбраться. Джер интуитивно выпрямился, выражая заинтересованность. -Его зовут Виктор. Он держит птичью лавку возле южных городских стен. Вернитесь к воротам и идите направо вдоль стены. Примерно через полчаса увидите его магазин. Вы его не спутаете ни с чем, -- Усмехнулся Дугал, -- Там не будет ни души. Кроме птиц, естественно. У нас орнитологи, да ещё и те, кто разводят птиц, считаются… Мягко говоря, жуткими. Мы оба вопросительно посмотрели на карлика. Что может быть пугающего в птицах? -Ну, по поверьям, птицы предвещают… Разное. Они как вестники судьбы, -- Максимально драматично подчеркнул мужчина, -- опять же, по поверьям. А люди у нас редко когда глубокого ума. В общем и целом, он вас поймет, наверное, единственный в этом городе. -Спасибо за гостеприимство и помощь, -- Пробубнила я и схватила Джера под локоть, стараясь поскорее уйти из злосчастного места, -- Мы пойдем, чтобы не терять зря времени. Спасибо большое ещё раз. Внизу мы встретили Тильду. Забитую в угол и зашуганную девочку, которая явно не по своей воле прислуживает этому низкорослому тирану. Мне захотелось хоть как-то отблагодарить её за то, что сегодня утром мы всё-таки проснулись. -Тильда… Ты, получается, нас спасла? – Как можно аккуратнее и тише спросила я у ребёнка. В ответ девочка лишь чуть пожала плечами и достала из кармана своего фартука маленький темный флакон, а затем протянула его мне. Я оглянулась вокруг, надеясь не встретить глазами маленькую коренастую фигуру, а затем робко взяла склянку из её теплой ладони, а взамен положила свое серебряное кольцо, которое носила на себе не снимая ещё с четырнадцати лет. -Спасибо. Береги себя, -- Сказал Джер, после чего мы поспешили уйти из этой таверны. -Он всё-таки пытался нас убить. Ты думаешь стоит ему верить? – Спросил парень, забирая у меня флакон с предполагаемым ядом. Извечное любопытство Джера заставило его пощупать, покрутить, понюхать склянку. Слава Богу, что не догадался попробовать содержимое на вкус. -Есть другие идеи, которые подскажут что нам делать дальше? – Неожиданно для меня самой, вопрос прозвучал риторически. Мы нехотя пошли к воротам, чтобы через какое-то время набрести на дом птицевода. Вокруг действительно было пусто. Ни бродяг, ни заплутавших кутил, никого. На заднем дворе обветшалого двухэтажного дома было много самых разных клеток. В одной из них кто-то очень сильно трепыхался. Настолько, что клетка едва оставалась целой. -Может мы… Не знаю, возьмём хотя бы палку чтобы защищаться? – С жуткой иронией сказал Джер, поднимая с земли деревяшку от какой-то сломанной коробки, -- В крайнем случае, ты опять кастанёшь фаерболл и расплавишь ему лицо. -…страшно жить, -- По инерции ответила я и мы направились ко входу в птичий магазин. Звук открывания двери сопровождался родным на нашей планете колокольчиком. Да, он точно из «того» мира. Обстановка напоминала картинки из учебников истории примерно восемнадцатого века. Повсюду стояли аккуратно сделанные металлические и плетеные клетки, под потолком была полупрозрачная сетка, над которой на жердочках сидели несколько птиц, которые будто перешёптывались, глядя на нас. На удивление, в помещении было чисто. Пахло какими-то цветами и свежим воздухом. Некоторые из птиц услышали движение и стали петь, чирикать, каркать, издавать другие, неизвестные нам ранее звуки. Сами по себе птицы были крайне разнообразны на вид. Где-то виднелись аналоги земных снегирей, синичек, даже голубей. У некоторых было несколько голов, причудливые крылья или искрящиеся на свету перья. Некоторые и вовсе словно горели. В прямом смысле слова. От них даже шел дымок. Какофонию птичьих голосов прекратил звук тяжелых шагов по деревянному полу. В зал вошел высокий мужчина в плаще с капюшоном. На его плече сидел большой белый ворон, который был настолько массивен, что Виктору приходилось наклонять голову, ибо птица не умещалась полностью. Картина была довольно мрачной, даже устрашающей. До тех пор, пока мужчина не скинул с себя капюшон. Тогда стало по-настоящему страшно. Половина лица мужчины, довольно красивого когда-то давно, была испещрена жуткими шрамами. Словно корни столетнего дерева, темные шрамы ползли от его левого виска куда-то вниз, под одежду. Почти вся левая часть его лица была лишена волос, а глаз зиял белёсой пустотой. Слепой на одну сторону. Что же такое нанесло ему столь колоссальную травму? Он изучал нас, а мы его. Всё это длилось, казалось бы, пару часов, но на деле лишь несколько мгновений. - Добро пожаловать в мою лавку, - Наконец произнёс Виктор. Голос его звучал громко, как будто скрипя, но с приятной хрипотцой, -- Желаете купить кого-то из моих птиц? Примечательно, что он говорил о них, как о людях. Наверняка он сам верит в это «разное», которое предвещают птицы. - Мы от Дункана. Он сказал, вы можете помочь нам… Сориентироваться в этом мире, -- Нерешительно произнесла я. В глазах Виктора на мгновение проскользнул животный ужас. Но он тут же взял себя в руки, а затем молча подал знак следовать за ним. И мы пошли в ту каморку, из которой он вышел. Повсюду было удивительно чисто. Однако лишь в этой комнате из всей постройки, казалось, нет других птиц, кроме этого огромного белого ворона на плече Виктора. Вблизи он казался ещё больше. Светло-лиловый клюв был испещрен мелкими царапинами, а красные зрачки будто прожигали нас с Джером насквозь. Виктор жестом пригласил нас сесть за стол у окна, а сам ушел обратно в зал магазина. Мы молча осматривали помещение, которое веяло каким-то странным холодом. Птицевод вернулся к нам спустя некоторое время, держа в руках поднос с чайником и тремя деревянными чашками. Он грузно уселся напротив нас и принялся разливать содержимое чайника. Комната тут же наполнилась приятным травяным запахом. - До моего прибытия люди здесь не знали, что такое чай, -- С улыбкой сказал мужчина, поставив чайник на место, -- Как вы, очевидно, уже знаете, меня зовут Виктор. - Элис, Джер, -- Поспешила представить нас я. Затем, стараясь не пялиться на лицо птицевода, начала разговор, -- Дугал сказал, вы попали сюда похожим образом, что и мы… - На «ты», пожалуйста, -- Одернул меня Виктор, -- Да, кажется, я понимаю, что с вами случилось. Вы погибли «там», на родной планете. Виделись со Смертью, а потом при странных обстоятельствах попали в разлом, который и бросил вас сюда. Правильно? - Да, всё так… У Элис появились какие-то силы, она подожгла пса, который хотел нас убить за городом, -- Напряженно говорил Джер. Было видно, что птицевод не вызывает у него никакого доверия. - Вот как, -- Улыбнулся Виктор, -- Ты погибла в пожаре? Или это был какой-то взрыв? По телу будто прошел холодок. Откуда он знает? - Ну точно. Взрыв. Дело в том, что закономерности этой вселенной предполагают одну простую истину: то, что от тебя ушло, однажды к тебе вернётся. Естественные силы вселенной возвращают свои долги. Что-то вроде кармы. Твою жизнь забрал огонь в том измерении, значит здесь он поможет тебе выжить. Развивай эти способности, практикуйся. Но не усердствуй, огонь всё-таки опасная вещь. Я, например, умер от удара молнии, -- Мужчина горделиво показал рукой на свои шрамы, после чего его ладонь пустила небольшой электрический разряд, от которого темные с небольшой сединой длинные волосы, забранные в хвост на затылке, немного приподнялись, -- Важно учиться контролировать свои способности. Потому что в те минуты, когда ты будешь испытывать сильные эмоции, силы будут преумножаться и выходить за рамки твоих прежних возможностей. В памяти тут же возник тот пёс. Ведь я действительно тогда сильно испугалась. А ночь с Джером? Опаленные простыни, небольшие ожоги на его бёдрах. Вот оно что… - Как так случилось, что в вас ударила молния? – Выпалил Джер. Было видно, что он смущён тем, что у него не появилось никакой силы. Силу земли, в которой росло то дерево, что проткнуло его, можно считать «вселенской»? -- Ведь по статистике шанс такой смерти крайне мал, если не невозможен. - Это довольно грязная история. Сейчас не об этом. Я удивлен, что два подростка выбрались из леса так легко. В этом лесу властвуют духи, и они не любят отпускать чужеземцев. Думаете, стены вокруг города возведены просто так? Это город воров, преступников, маньяков и прочего отребья. Со всего государства сюда сливают тех, кто неугоден. Потому что раз в полторы луны духи требуют свою жертву. А взамен даруют неприкосновенность городу. Вам нужно быть аккуратнее, иначе вы пойдете на корм первыми, поскольку вчерашний шум резонансом разошелся по всем уровням Болота. - Болота? – Спросила я. - Да, так называют этот город. Земли царства зачарованы, существа воспринимают речь других существ на своем родном языке. Точно не знаю, как это работает, но суть в том, что чары переводят образы в вашем мышлении в слова для другого разума. Поэтому, как только вы прибыли, сразу же стали понимать, что вам говорят, -- Виктор задумался, -- Для вас сейчас основной проблемой является отсутствие монет. А монеты здесь ценятся. Предлагаю вам пойти сегодня вечером поработать на стену возле ворот. Добровольцы там всегда ценятся. А я пока наведаюсь к ярлу и узнаю, какую работу ещё можно найти. Завтра мы вновь увидимся и обсудим всё поподробнее. Не дав нам опомниться, Виктор выдворил нас из своего магазина и запер двери изнутри. Что ж… Раз стена, значит стена.