Соседи.

В Рождество Гарри получил кучу подарков: набор роскошных перьев для письма от Гермионы, новый свитер ручной вязки и пирожки с изюмом от миссис Уизли, книга о квиддичной команде «Пушки Педдл» от Рона, коробка шоколадных лягушек от Джинни и вредноскоп от Невилла. От Карамона Гарри получил «Путеводитель по достопримечательностям Магической Британии», от Рейстлина — «Восток и Запад. Сходства и различия магических обычаев»… — Там и про змей есть, — уточнил друг. — И, между прочим, это вопиющее нарушение традиций нашей семьи: дарить книгу Карамону, а не мне, — добавил он, разглядывая клетку для Живчика. И чуть усмехнулся: — Танис ещё не знает, для кого это… — Разве не для совы? — Карамон оторвался от разглядывания красочного изображения каких-то доспехов. В книге было много картинок, но чем более современное оружие описывалось, тем менее правдоподобным было его изображение, что немало удивило Гарри: кажется, авторы книжки о магловском оружии не только не общались с самими маглами, но даже не просили маглорождённых волшебников проверить их творение на откровенную чушь. — Я приручил пикси, — пояснил Рейстлин. — Это тех синих, которые нам дом в Солисе чуть не разнесли? Рейст, я не хочу, чтобы они здесь всё переломали. — Он будет один. И сидеть в клетке. — Тогда ладно, — однако, судя по всему, сомнения в целесообразности такого питомца у Карамона всё же остались. Но он, как всегда, не стал возражать брату. — Мы наверх, — кивнул ему Рейстлин, посчитав, видимо, вопрос исчерпанным. Карамон вскинулся было, но тот жестом остановил его: — Ненадолго, только книги поставим до вечера, — Гермиона и Невилл прислали Рейстлину именно книги. Гермиона — творение некоего Уорпла про вампиров, Невилл — самообновляющийся календарь созревания магических растений в разных частях света. Проследив за взглядом Гарри, Рейстлин пояснил: — Похоже, Невилл считает, что мне могут понадобиться в будущем знания о том, где и в какое время лучше собирать магические растения, а Гермиона разочаровалась в Локонсе, начала искать информацию о побеждённых якобы им существах у нормальных авторов и решила, что мне тоже неплохо просветиться на этот счёт. Я не против, хотя едва ли уйду жить к вампирам… или кому бы то ни было ещё. Вместе с подарками Гермиона прислала ещё письмо, в котором сообщила, что Тас настолько довёл оставшихся в Хогвартсе на каникулы, что МакГонагалл разрешила Нику написать Обезглавленным Охотникам, чтобы они забрали его шебутного правнука обратно. Так что Тас покинул Хогвартс — к громадной радости как оставшихся там, так и Гарри с Рейстлином: у Охотников он может болтать о василиске сколько угодно, главное, что никому из профессоров секрета не выдаст. А Миртл василиска и вовсе не видела… Клетку для Живчика Рейстлин прихватил с собой, поставив в библиотеке на свой шкаф. Игрушечные дракончики мигом уселись на её верхушку, устроив между собой почти настоящее сражение за «место на вершине». — А игрушка Хагрида теперь, наверное, станет просто игрушкой, — вздохнул Гарри. — Вернётся — попросит Флитвика обновить чары, только и всего, — отмахнулся Рейстлин, поставив полученные книги в шкаф и разложив на столе пергамент. Гарри не сдержал улыбки: может, друг и не слишком хорошо относился к Хагриду, но выразил явную уверенность, что тот вернётся. Это почему-то обнадёжило Гарри. — Ты Китиаре пишешь? — полюбопытствовал он. — Нет. Сьюзан Боунс. Танис прав, нечего нам в это лезть. К тому же, с детьми никто по-серьёзному разговаривать не будет, — Рейстлин скривился: он явно не считал свой возраст помехой для серьёзного к себе отношения. — А она, как я понял, родственница кого-то значимого из Визенгамота, Фадж вскользь об этом упомянул… — И она хотела посмотреть архивы, — вспомнил Гарри. — Но мы ведь не можем рассказать ей о василиске? — Мы никому не можем рассказать правду, — фыркнул Рейстлин. — Иначе, чего доброго, Малфой объявит василиска собственностью даже не Хогвартса, а факультета Слизерин, и либо распотрошит на ингредиенты, либо засунет обратно в Тайную Комнату, периодически забирая полинявшую шкуру и сцеживая яд… И никакие убивающие взгляды его не остановят! Я про старшего Малфоя, естественно, — добавил он. Гарри кивнул. Люциус Малфой наверняка не упустит выгоды, узнав о чудище Слизерина… — А они настолько ценные? — уточнил он. — Шкура и яд? — Конечно, — Рейстлин даже от письма оторвался. — Василисков, сам понимаешь, очень сложно поймать, а его чешуя и яд используются в сложных зельях и артефактах… Можно у Таниса уточнить расценки, но уж точно не меньше сотни галлеонов за чешуйку… Гарри вспомнил размер старой шкуры, оставшейся в подземелье. С одной стороны, они с Рейстлином вроде как не имели никакого права её забирать. С другой — не отдавать же её Попечительскому Совету с Малфоем во главе! Дамблдору вот можно, наверное… Он поделился этими соображениями с Рейстлином. — И как ты объяснишь Дамблдору, что старая шкура есть, а василиска — нет? — развеселился тот. — Скажешь, что уполз своим ходом, на прощание избавив нас от Локонса? — Но оставлять её там просто глупо! — вырвалось у Гарри. — То есть… я вовсе не хочу её захапать ради богатства или что-то такое, — торопливо принялся он объяснять, чтобы Рейстлин не заподозрил его в алчности. — Но ведь можно… не знаю… отдать часть на благотворительность… — У магов подобное не развито, — развеял его стремления Рейстлин. — Если только совсем одинокий или перессорившийся с роднёй волшебник отдаст своё имущество кому-то постороннему… К тому же, думаешь, никто не поинтересуется, откуда у школьника столь ценный ингредиент, да ещё в таких количествах? Артефакторы и зельевары наверняка все имеют контракты с заповедниками и брать у кого попало подобные редкости не станут, мигом в Министерство доложат, заподозрив, что кто-то из сотрудников тех самых заповедников в обход начальства нажиться решил. А если сбывать в Лютном, то в лучшем случае ты останешься и без чешуи, и без денег, а в худшем — перестанешь быть Мальчиком-Который-Выжил… Я возьму Буклю? — Конечно, — кивнул приунывший Гарри: о том, что чешуя василиска сама собой в галлеоны не превратится, он как-то не подумал. — Постой, а где ваша сова? — он помнил, что отправлял своё первое письмо в Хогвартс именно с совой, выданной Китиарой, но потом птицу видел всего пару раз… — Отправил её рано утром к Полумне с подарком. Гарри вздрогнул, поняв, что напрочь забыл о Полумне. С другой стороны, они вроде и не общались особо… только уроки совместно делали. В любом случае, бежать сломя голову в Косой переулок и выискивать там что-то для Полумны было глупо. И, решив, что купит ей что-то непосредственно перед возвращением в Хогвартс. Гарри привязал письмо Рейстлина к лапе Букли и выпустил ту, после чего они спустились обратно в детскую. Если Карамон и заметил их слишком долгое для того, чтобы просто поставить книги в шкаф, отсутствие, то ничем не выдал этого. Тем более, подошло время завтракать. — С Рождеством! — Танис кивнул на выложенные на столе подарки. — И спасибо за ваш, — Гарри с любопытством глянул на серебряные карманные часы. Танис, заметив его взгляд, лишь чуть усмехнулся: — Рейстлин, вы хоть показывайте Гарри ваш совместный мне подарок до того, как подарить, — и откинул крышку с «часов». Внутри обнаружились стрелки, целых двенадцать, с надписями: указания опасных существ от ранга Х до ХХХ по международной классификации, а также «дом магов», «поселение маглов», «источник воды» и даже «магические разумные существа». А вместо цифр на четырёх сторонах были крохотные квадратные окошечки. — Север, юг, запад, восток. В квадратах появляется расстояние в ярдах до того, что написано на стрелке, — пояснил Танис. — Здорово! — искренне восхитился Гарри. Наверняка с таким артефактом будет намного проще во всяких там лесах и джунглях. А затем рассмотрел подарки от Таниса. Сам Гарри получил книгу о заповедниках, Рейстлин — «Магическое образование: школы мира». — Немного поздновато, я ведь уже вернулся из Кастелобрушу, — заметил тот. — Возможно, там найдётся ещё кое-что интересное, — заметил Танис. — К тому же, в Британии вообще сложно найти информацию про зарубежные школы, кроме того, что они существуют, и что Хогвартс является лучшей из них. Про Дурмстранг тебе рассказывала Кит, про Шармбатон ты знаешь от вейл… — А про остальные прочитаю здесь, — кивнул Рейстлин. Гарри скосил глаза, успев заметить, что книга напечатана в США. Карамону подарок оказался чисто магловским — пара игрушечных раций. — Они же не будут работать в школе, — заметил Гарри. — Там не так много магии, — Карамону подарок понравился. — Колдуют только учителя, да и то… не очень часто. — Вам всё ещё подсовывают артефакты? — язвительно поинтересовался Рейстлин. — Уже меньше. Или просто потому, что мы теперь на втором курсе. Теперь нам рассказывают историю Средневековья, ведь я уже говорил. И почти всё — о том, как маглы боятся магии и как они жгли всех подряд, считая ведьмами и колдунами, и что настоящим магам это было не страшно, и на кострах обычно оказывались либо такие же маглы, либо сквибы, которые, оказавшись вне магического мира, сразу выдавали себя… — Запугивают, — прошипел Рейстлин. — В прошлом году вас убеждали, что вы не сможете жить, не овладев хоть какой-то магией. Теперь — что вас будут преследовать и уничтожать… Они ведь не рассказывают, что теперь всё иначе? — Мы с ребятами пытались сказать, что теперь всё не так, — кивнул Карамон. — Но учителя… они говорят, что нам повезло, что наши семьи нас защищают… А если бы мы остались в магловском мире одни… — Эта чёртова школа и была создана, чтобы научить сквибов жить в магловским мире одних! — Рейстлин очень редко повышал голос. Обычно, разозлившись, он, наоборот, понижал его до шипящего шёпота, но сейчас рявкнул так, что закашлялся. — По крайней мере, так нам было сказано, когда тебя туда забирали. И что в итоге? — В прошлом году, когда я приезжал к тебе, ну, после нападения того учителя, я сказал Дамблдору, что там всё не так, — признался Карамон. — И он, вроде как, обещал разобраться… — После чего бесполезные попытки научить сквибов магии сменились рассказами о дикостях Средневековья, — подытожил Танис. Гарри молчал. Он просто не знал, что сказать. — Так, ладно, — Танис провёл рукой по лицу, — собирайтесь. — Куда? — оторопел Гарри. — Решать вопрос с чокнутым домовиком. С Хагридом я вам помогать не стану, это проблема школы, но вот с этим Добби надо разобраться… — Я писал в фирму, которая сдаёт его в аренду, — Гарри коротко поделился результатами письма. — Не думаю, что владельцу фирмы есть смысл обманывать, как и арендаторам. Тем более, если их показания действительно были заверены магически. Значит, скорее всего, Добби делал это втайне и от временных хозяев, и от постоянных. Возможно, нам повезёт, и мы сможем взять его в аренду и задать вопросы уже на правах хозяев, — предложил Танис. — Здорово! — Гарри такая мысль даже в голову не пришла, но он оценил её разумность. — Можно с вами? — мигом спросил Карамон. Танис кивнул. Собрались они быстро. Гарри немного волновался, ведь фирма «Эльф-трубочист» располагалась в Лютном, пусть и у самого выхода в Косой переулок. И, судя по словам Китиары, Таниса, да и намёкам Рейстлина, это были самые настоящие и опасные трущобы магического мира. Тем не менее, всё оказалось не так уж и страшно: мрачноватое здание, с вывески которого моргал глазами раболепно согнувшийся в поклоне домовик, находилось прямиком за Гринготтсом, так что углубляться в опасную улицу им не пришлось. Неказистое снаружи здание внутри сверкало чистотой. Справа от входа, в затемнённом углу, стоял стенд с колдографиями домовиков. Те прижимали уши, моргая круглыми глазами, и улыбались такими заискивающе-испуганными улыбками, что становилось неловко. Он подошёл ближе, Рейстлин и Карамон, заметив его интерес, двинулись следом. Стенд стоял в полутьме, словно прячась, но стоило подойти ближе, как он подсветился. Должно быть, какая-то разновидность Люмоса… «Сдаются в аренду» Сниппи, 60 галлеонов/неделя Бикли, 30 галлеонов/неделя Тилли, 21 сикль/неделя Хоки, 25 кнатов/неделя Добби, 14 кнатов/неделя — Интересно, с чем связана такая разница в ценах, — удивился Карамон. — На шестьдесят галлеонов столько всего купить можно, а тут за неделю работы домовика просят! — А Добби дешевле всех, — пробормотал Рейстлин. И обернулся к подошедшему к ним пожилому, но ещё довольно крепкому на вид волшебнику: — Извините, а эти вот, из списка… — Можете арендовать любого, юный мистер, — осклабился тот. — Добрый день, — вспомнил о вежливости и о том, что вести разговор следовало бы ему, Танис. — Здравствуйте, здравствуйте, — проскрежетал не то хозяин, не то наёмный продавец. — С какой целью арендуете домовика? Гарри от такого прямого вопроса даже растерялся. А как же всякие там «что желаете?» или «вам что-то подсказать?» С другой стороны, едва ли в здание с вывеской «Эльф-домовик» приходя за школьными мантиями или свежесваренным кофе… — Ну, судя по вывеске, арендуют их только для чистки каминных труб, — влез Рейстлин. — Хотя совершенно непонятно, что мешает воспользоваться очищающим заклинанием. — Жажда власти, юный мистер, — неприятно улыбнувшись, собеседник перевёл взгляд обратно с Таниса на Рейстлина. — Многим волшебникам нравится, когда работают не они, а на них. Ведь и еду приготовить, и в комнатах убраться — для всего заклинания есть. Но магам нравится знать, что уют их домов поддерживается стараниями полностью зависимых от них существ… Бесправных, безответных, бессловесных тварей, считающих за радость выполнить любой приказ… Гарри вспомнил Джаце из румынского заповедника, домовика Долгопупсов, Крафти, так часто помогавшего им в Хогвартсе… Нет, они вовсе не были на положении рабов. Но, возможно, ему повезло столкнуться с исключениями из общих правил? — Но почему именно трубочисты? — допытывался Рейстлин. — А вот на этот вопрос пусть вам родственники отвечают, если сами знают, — с ещё более неприятным смешком ответил… наверное, всё-таки хозяин. Наёмные продавцы так себя не ведут. — В любом случае, нам нужен конкретный домовик, — заявил Танис. — Дело в том, что он преследовал моего… подопечного, — чуть споткнулся он, но затем уверенно продолжил: — Из-за этого Гарри даже пришлось в соответствующий отдел Министерства обратиться… — Помню-помню, приходили оттуда, расспрашивали… О Добби ведь речь? О, с этим домовиком всегда были проблемы, но я честно всё рассказал! Он, как видите, самый дешёвый… Не буду скрывать: на него слишком много жалоб, да вы и сами на него жаловались, верно? И с самого начала так было. Увы, это проблема всех домовиков, попадающих на фирму после смерти хозяев, не будучи востребованными наследниками… Вместо того, чтобы быть благодарными, что я спасаю их от позора свободной жизни, они всё надеются вернуться домой… Гарри вспомнил, как Рейстлин в прошлом году рассказывал ему, что домовики, на самом деле, привязаны к местам, а не к людям. С этой точки зрения было неудивительно, что попавший в аренду домовик стремится вернуться в родной дом. — А эти, видимо, проблем не доставляют, — Рейстлин ткнул пальцем в верхние строчки. — О, это совершенно особые домовики, которых нанимают для совершенно особых дел, — неприятно улыбнулся владелец фирмы. И продолжил: — Мы не подсылали Добби ни к кому с угрозами, и его арендаторы, насколько мне известно, тоже… А больше я вам и слова не скажу, если только у вас приказа Министерства нет! — А с самим домовиком поговорить можно? На правах временных хозяев. И, разумеется, вы должны приказать ему отвечать честно, — ответил Танис. — Домовик не имеет права лгать хозяевам, даже временным, — посуровел тот. — Если только постоянные хозяева не прикажут ему лгать или молчать в некоторых вопросах, — уточнил Танис. А Гарри вдруг подумал, что Рейстлин, похоже, не только от Китиары многому научился. — Как только подпишем контракт, я велю ему честно рассказывать всё, что не является тайной фирмы или кого-то из его бывших арендаторов, — заверил владелец. Гарри и Рейстлин переглянулись. Если Добби всё-таки выполнял чей-то приказ, а потом этот некто заявил, что данное поручение является тайной, правды они не узнают. Однако попытаться стоило. — На какой срок арендуете? — Рождественские каникулы, — кивнул Танис. Довольно улыбнувшись, владелец щёлкнул пальцами, и перед ним появился домовик с листом пергамента и двумя перьями. Не Добби. Отдав хозяину писчие принадлежности, он мигом исчез. — Можно, мы подождём на улице? — поинтересовался Рейстлин, когда Танис взял перо. — Мы не будем гулять по Лютному, пойдём в Косой. Просто, если Добби увидит Гарри… — Да, — вырвалось у Гарри, живо представившего, как Добби начнёт прямо здесь кричать, что в Хогвартсе его ждёт опасность. — Я тут вспомнил, что забыл купить рождественские подарки Джинни и Полумне. — Через полчаса в кафе Фортескью, — чуть поколебавшись, кивнул Танис. — И если… — Никакого Лютного! — хором заверили Гарри и Рейстлин. Кажется, это едва не разубедило Таниса согласиться, но всё-таки он кивнул. Гарри, Рейстлин и Карамон поспешили уйти. Они действительно сразу ушли из Лютного, однако направились не в Косой переулок, а на Каркиттский рынок: там, по мнению всех троих, было проще найти какую-нибудь диковинку. — Значит, для особых дел… — пробормотал Рейстлин по дороге. — А это идея… надо было спросить, обязательно ли нанимать их на неделю разом или, оплатив стоимость семи дней, можно вызывать по мере надобности, скажем, на день в этом месяце, на день — в следующем… — Ты о чём? — не сообразил Гарри. — О том, что мы обсуждали утром. Если приказать домовику и запретить говорить, кто ему это поручил… — Но… ты же сказал, никто не возьмёт у неизвестных… — Гарри бросил быстрый взгляд на Карамона. Василиска тот видел, но о шкуре-то не знал, и Рейстлин явно не собирался его посвящать, раз предпочёл говорить намёками. — Там, — кивнул Рейстлин в сторону Лютного, — возьмут. У домовика не выпытать, кто его послал, если запретили. — Но кто-то может поступить так же, как мы сегодня: арендовать домовика потом и всё узнать. — Если приказать молчать всегда, то не узнают… — Зачем тебе домовик, Рейст? — вмешался Карамон. — Есть же я! — Действительно, Карамон, — согласно кивнул Рейстлин. — Зачем мне домовик, когда есть брат? Гарри, не удержавшись, хихикнул. Карамон, не заметивший иронии, широко улыбнулся.

***

Подарок Джинни нашёлся быстро: симпатичный кубик из красного стекла, на каждой стороне которого был изображён представитель животных волшебного мира. Стоило коснуться его палочкой, как поверх изображения выступал текст с основными сведениями о данном животном, а если поставить кубик на грань и раскрутить, то звери менялись местами, а то и вовсе уходили вглубь, уступая место совершенно новым изображениям. Водные виды сменялись летающими или земными, безобидные — смертельно опасными… Продавец в лавке магических сувениров уверял, что всего в кубе заключено десять смен животных, а ещё можно использовать его для викторин или самопроверки: щёлкнув по любой из сторон ногтем, убрать все изображения, оставив только описания, и угадывать, про кого они. Для Полумны Гарри, немного подумав, выбрал полупрозрачный молочно-белый камень, внутри которого причудливо переплетались бледно-голубоватые линии. Участки белого света между ними словно сияли изнутри. а сами линии создавали впечатление тонких стволов и невысокой травы, словно в каком-то лесу… С обратной стороны камня были ушко для цепочки или тонкой нитки и застёжка: по желанию, его можно носить как кулон или брошь. Сперва он засомневался, уместно ли подарить девочке украшение, но потом вспомнил её серьги-редиски и пробочное ожерелье, и решительно выложил деньги. Тем более, оказалось, что это какая-то разновидность лунного камня, что удачно сочеталось с именем Полумны… — А ты ей что купил? — поинтересовался Гарри у Рейстлина. — Нормальный ежедневник, — процедил тот. — Ну и Джинни ассорти мороженого… — Мороженого? — переспросил Гарри. Рейстлин с деланным равнодушием пожал плечами: — Шоколад слишком банально, да и вдруг она бы решила, что это для Живчика. А за помощь с ним следовало подарить хоть что-то. Её вкусы я не знаю, поэтому купил десяток видов по небольшим порциям. До Хогвартса доставят под чарами заморозки, а там сообразит отдать на кухню… или сразу съест, порции небольшие… Гарри улыбнулся: — Тогда и нам пора за мороженым, — и они отправились в кафе Фортескью.

***

Танис подошёл одновременно с ними. За ним семенил Добби, втянув голову в плечи и опасливо поглядывая на нового хозяина. Но стоило ему увидеть Гарри… — Сэр Гарри Поттер! — вскрикнул он и тут же отскочил от Таниса на добрый десяток шагов. — П-простите… х-хозяин, Добби не хотел кричать, хозяин велел Добби идти тихо, Добби виноват… — Не смей себя бить и помолчи, — твёрдо, но спокойно велел Танис. — Сейчас мы отправляемся домой через камин «Дырявого котла». Ты идёшь с нами. И там честно отвечаешь на все вопросы. — Да, хозяин, — Добби покорно поплёлся за ними к бару, то и дело поглядывая на Гарри. Услышав адрес, распахнул и без того огромные круглые глаза, но сказать ничего не успел: они с Танисом отправились первыми, Гарри, Рейстлин и Карамон — следом. Дома у близнецов за это время ничего, конечно, не изменилось — если не считать настойчиво стучащейся в окно серой совы. Карамон впустил её, и птица тут же бросила на стол в гостиной пару журналов, после чего протянула лапу с привязанным мешочком — за платой, а получив свои пять кнатов, улетела. Гарри цапнул один из журналов — это оказался «Придира». «Сенсация! Эксклюзивное интервью Златопуста Локонса!» — гласил броский заголовок прямо под названием. Под ним шли заголовки помельче. Весь номер был посвящён Хогватсу: очевидно, отец Полумны составил его по письмам дочери. «Новая мода в Хогвартсе: Дамблдор оставил пост директора, чтобы контролировать пошив!» — Гарри покачал головой. Если про оцепенение Локонса Полумна уже не знала, то изгнание директора Люциусом Малфоем наблюдала лично, и как это превратилось в пошив новых мантий для учеников, оставалось загадкой. «Путешествие учеников Хогвартса в Кастелобрушу и обратно», — раскрыв журнал на указанной странице, Гарри увидел колдофото Перси Уизли. Что ж. кажется, хотя бы эта статья будет правдива… «Как веселиться в посмертии: эксклюзивные колдофото с вечеринки призраков в Хогвартсе!» — ну, это уже явно Колин постарался, и думать нечего. «Корнуэльские пикси — разумны!» — искренне понадеявшись, что последняя статья не за авторством Рейстлина, Гарри отложил журнал и понял, что все взгляды сосредоточились на нём. — Полумна прислала в качестве подарка, — промямлил он в оправдание, понимая, что расспросить Добби явно важнее чтения журнала. — Я заметил, — улыбнулся Танис. — Итак, Добби, у нас есть вопросы. Ты должен отвечать честно на все. Если же тебе запрещено рассказывать что-либо, ты просто говоришь, что тебе запретили об этом говорить. — Если тебе запретили говорить о запрете, то просто… хлопни в ладоши, — внезапно добавил Рейстлин. Танис кивнул и вновь посмотрел на Гарри: — Начинай. — Как ты узнал, что в Хогвартсе мне грозит опасность? — выпалил Гарри. Добби прижал уши: — Добби видел у временных хозяев нехорошую вещь… Добби слышал, как они говорили, что это наведёт переполох в Хогвартсе. Сын временных хозяев Добби говорил, что Гарри Поттер учится в Хогвартсе. Добби должен был спасти Гарри Поттера! — Почему именно меня? В Хогвартсе много других учеников, разве ты не хотел спасти и их тоже? — Сэр Гарри Поттер важнее всех! Добби должен был спасти его! Добби плохой домовик, Добби не справился! — Стой! — едва Добби устремился к стене с явным намерением удариться об неё головой, вскрикнул Гарри. — Ты справился, я ведь жив, — уточнять, что заслуги Добби здесь нет, он счёл лишним. — Но почему? Разве домовики не должны беспокоиться только о хозяевах, не обращая внимания на остальных? — Так и есть, сэр, — глаза Добби наполнились слезами, и он шумно высморкался в наволочку, заменявшую ему одежду. По вполне чистой до этого момента ткани расползлось мокрое пятно. — И я беспокоился! — Но я не твой хозяин, — возразил Гарри. — Я тебя летом первый раз увидел! — Сэр Гарри Поттер просто не знает, — вновь всхлипнул Добби. — Сэр Гарри Поттер был совсем малышом. В ушах у Гарри внезапно тоненько зазвенело. Прошлое Рождество. Он впервые узнал о домовых эльфах. О том, что у него есть особняк, превращённый почему-то в мемориал или музей. О том, что у его семьи мог быть свой домовик… На день рождения, оказавшись в Годриковой впадине, он не пошёл осматривать дом. И не поинтересовался возможным наличием у семьи Поттеров домовика… — Ты жил в Годриковой Впадине, — прохрипел он. — И служил моим родителям. — Да! — взвыл Добби. — Но в тот день Добби там не было, его отправили к сэру Питеру, но Добби не мог его найти, ни дома, ни в Косом переулке, Добби искал и искал, а потом его позвал сэр Сириус, и Добби вернулся и увидел… увидел… — Но как ты оказался в «Эльфе-трубочисте»? — нахмурился Рейстлин, пока Гарри осознавал услышанное. Добби утёр слёзы и, заикаясь, ответил: — У сэра Джеймса не было другой родни, только сэр Гарри, но он был слишком мал, и Добби отдали как невостребованного… — Интересно получается, — возмутился Карамон. — Ты же относишься к наследству… — Это не так, — перебил Танис. — Наследством, по умолчанию переходящим ребёнку, считается только неживое имущество. Золоту или книгам ведь ничего не сделается, — пояснил он. — Лежат себе в банке или в особняке под замком, да и пусть. С живым наследством так не получится. И, пока наследник не достиг совершеннолетия, живое наследство отправляется туда, где за ним могут присматривать. — Но мне даже не сказали, что у меня есть такое наследство! — возмутился Гарри… и осёкся. Рейстлин ведь ещё тогда сказал, что ему никто не обязан ничего говорить, пока он сам не спросит. А Гарри не спрашивал. Удовольствовался сейфом с монетами, полюбовался на особняк… и всё. — Где можно узнать это вообще? — В Министерстве, наверное, — с лёгким сомнением ответил Танис. — В «Гринготтсе» расскажут о деньгах и артефактах, если такие хранятся, но вот о том, что в банк не помещалось, гоблины едва ли в курсе. Но, повторяю, до совершеннолетия ты не сможешь вернуть себе живое наследство. — Тогда я просто оформлю на него аренду до своего совершеннолетия, а потом заберу на правах наследника, — сообразил Гарри. — Так, ладно. А кто такие Питер и Сириус? — Друзья сэра Джеймса, — вздохнул Добби. — Ах, кто же знал, что сэр Сириус такой лживый! Ведь это он выдал ваших родителей Тому-Кого-Нельзя-Называть! Но его поймали, он не причинит зла сэру Гарри, он в Азкабане! Навсегда в Азкабане! Он не только выдал сэра Джеймса и миссис Лили, он убил Питера! А ведь Сириус Блэк был крёстным сэра Гарри! — Одиннадцать лет назад Сириус Блэк был осуждён за убийство Питера Петтигрю и десятка маглов. Уже потом выяснилось, что он выдал Волан-де-Морту Поттеров, — пояснил Танис. — Питера Петтигрю?! — вскрикнули Гарри и Рейстлин. Переглянулись, и продолжил Гарри: — В прошлом году волшебная карта показала, что это настоящее имя крысы Рона, которую он звал Коростой… А когда я назвал Коросту Питером, она, то есть, он сбежал…