В огнях сияющей столицы

— …вообще, мне там понравилось. Может, пригласишь кого-то туда тоже?       Последние десять минут Саша делился с Денисом и Артемом подробностями своих особо насыщенных выходных, не упустив практически никаких деталей. Разумеется, кроме имени своего спутника, заменив его на условного «друга». Артем в правдивости его рассказа не сомневался, а то, что Денису точно было известно имя и фамилия его спутника, Саша и сам знал. — Так Денис у нас не ходит на свидания, — отметил Дзюба, как-то особо агрессивно щелкнув компьютерной мышкой. — Угу. — подтвердил его слова Черышев, — мне вообще кажется, скоро я приму целибат, или сразу уйду в монастырь… Я не решил еще. — А я говорил уже, что трудоголизм — это психическая болезнь, ты же мне не верил. — профессиональным тоном психолога выдал Артем, — вот и последствия отказа от своевременного лечения и не принятых вовремя профилактических мер! — Не говори ерунды! — попросил его Саша, покрутившись на стуле Марио, который уже значительно задержался, и, по видимому, точно опоздает к началу рабочего дня. — Кстати, Артем. Воспользуйся этой возможностью сам! Может свозишь туда кого-нибудь? Или ты тоже не ходишь на свидания? За все время, что я тебя знаю, не припомню, чтобы ты с кем-то встречался, — Денис тоже не упустил возможности ответить колкостью в его адрес. — Увы, меня не отпускают на свидания. — Мама не пускает? — язвительно уточнил Черышев и быстро переглянулся с Сашей, который тоже заинтересовано посмотрел на своего начальника. — Папа! — он наконец-то оставил мышку в покое, — что за черт опять?!       Денис не обратил внимания на проблемы Дзюбы с компьютером и переместился ближе к нему.  — Ну-ну, давай подробнее. Так ты, значит, с кем-то встречаешься? И давно? — Да я не считал! Полтора года, наверное. — А кто она? Она у нас работает? — не унимался Денис, которому из-за отсутствия своей личной жизни, хотя бы о чужой послушать было за счастье. — Черри, я же два года молчал не для того, чтобы сейчас во всем признаться!       Артем отвлекся на приоткрывшеюся дверь, когда в ее проеме появился Алексей Миранчук. — Всем привет! — он по-игривому подмигнул своим коллегам, — заглянул сказать тебе спасибо, Артем! — Всегда пожалуйста, — кивнул в ответ Дзюба и вновь опустил взгляд на монитор, когда за Миранчуком закрылась дверь, — чат тупит, ничего не понимаю…       Саша подошел к компьютеру Дениса и набрал пару первых попавшихся символов в окошке с его именем. — Пришло? — Мигает, но не открывается. — Нажми на reset! — посоветовал самый простой выход из ситуации Денис и вернулся за свой стол. — В смысле? — растеряно посмотрел на Черышева Артем, — зачем? — В любой ситуации спасает reset, — пояснил Денис, как ему кажется, всем известную прописную истину. — У меня такой умный помощник! — А еще он очень добрый, — подкинул еще один факт Саша. — И конечно — красивый! — Артем нашел, по мнению Дениса, самый спорный комплимент. — Самое главное — я скромный! — вклинился в их словесный поток сам Черышев, — перестаньте оба, а то подумаю, что вам что-то от меня надо!       Артем мог бы еще что-то добавить, в этом Денис не сомневался, но его отвлек телефонный звонок. — Да, Игорь… Владимирович? Не знаю, чат висит, сообщение не могу открыть. Да-да, мне уже это посоветовали, — ответил Артем смеющимся голосом, — я сам к вам сейчас поднимусь. — У нас еще вообще-то десять минут есть! — заметил Саша, когда Дзюба закончил разговор, — ты можешь и не ходить к руководству до начала рабочего дня!  — Могу, - Артем кивнул, согласившись с ним, - но рисковать не буду и пойду! — Конечно, это же только к Ерохину можно бегать в любое время суток, — усмехнулся Денис, адресовав это замечание и быстрый смеющийся взгляд Саше.       Дзюба на эти комментарии никак не отреагировал и вышел из кабинета. — И да, я пошутил. Нет у меня девушки! — бросил он им напоследок, получив в ответ два разочарованных вздоха, — о, привет, Марио!       Черышев не повернулся в сторону вошедшего Фернандеса. Всю последнюю неделю их общение ограничивалось либо необходимым минимумом, либо через третье лицо, которым чаще всего выступал Головин. — Привет, Марио! — поприветствовал его Саша, — ладно, я к себе пойду. Увидимся позже.       Саша похлопал Фернандеса по плечу и оставил их наедине. Тишина, что повисла между ними с уходом Саши была неуютной, давящей, а взгляды, которые Денис чувствовал на себе, выводили его из равновесия и ужасно отвлекали. —  Марио, если ты хочешь мне что-то сказать, то говори и прекрати прожигать во мне дыру. Это чертовски мешает.       Марио еще не знал, что Денис уже изучил его до мелочей. Он был способен с одного быстрого взгляда безошибочно уловить все его эмоции. Вот он наклонил голову, незаметно прикусил губы и опустил вниз ресницы, прикрыв глаза. Он смутился…испугался… но, вероятно, именно этого разрешения он и ждал от Дениса. — Я хотел спросить тебя. Мы можем возобновить наши уроки?       А вот такого вопроса Денис и правда не ожидал… Он показался ему странным и нелогичным, учитывая произошедшее между ними. Но, раз Марио эту ситуацию отпустил, то что мешает и ему последовать этому примеру? И, когда их взгляды встретились, Денис принципиально не отвел глаз.       Он давно уяснил, что ни один мужчина не будет так долго смотреть в глаза другому. Это возможно лишь в двух вариантах: явная заинтересованность, либо безумная ненависть. Денис надеялся, что причина столь пристального взгляда Марио — не признак второго.       Но вероятность того, что причина кроется в первом варианте, тоже сразу исключалась. Тот четко дал ему понять, что это невозможно. Видимо, сам факт произошедшего так глубоко задел его, что не давал ему расслабиться. Более подходящей причины подобного, он просто не находил. — Хорошо. Сегодня после работы. — Спасибо, Денни!       Эта мягкая улыбка и ямочка на подбородке по-прежнему его обезоруживала. Как бы он не бился с собой, Марио оказался сильнее. Денис не подозревал, что является любителем подобного изощренного мазохизма.       Вернувшись спустя тридцать минут, Дзюба прервал их первый за последнюю неделю разговор. А поговорить им действительно было о чем. За время их конфликта накопилось много новостей, которые непременно хотелось обсудить. — Глазам не верю. Вы, никак, помирились? — Ну, мы вообще не ссорились… — поправил его Денис, — но если ты о нашем молчании, то да. Вопрос исчерпан. — Ну наконец-то! Надоело уже смотреть на ваши кислые лица.       Артем подошел к своему компьютеру и вновь дернул мышку, но результат его опять не удовлетворил, и он все-же нажал на спасительный reset. — Сэра Александра не будет на следующей неделе примерно до среды, — сообщил Артем дошедшие до него последние новости.       Денис не стал уточнять причин, предпочитая не лезть не в свое дело. Однако, про себя отметил, что вероятно с понедельника, у него появится еще один попутчик по вечерам. Компьютер Дзюбы хоть и перезагрузился, но проблему это не решило.  — Денис, напиши в техподдержку. База решила, что я в системе.       Черышев кивнул, открыв почту. Не ему одному в очередной раз это показалось подозрительным. Ситуация с Артемовской учеткой испортила хорошее настроение, которое так редко бывает в начале недели. ***       У Марио заметно улучшилось произношение. Настолько, что Дениса начинает медленно убивать мысль о том, что кто-то другой вполне мог давать ему уроки. И та, на которую падает его подозрение, могла не только учить его русскому языку, но и преподать еще более увлекательные уроки. Никто не имел права прикасаться к коже Марио. Даже он сам.       В девятом часу Денис решил, что пора заканчивать их занятие, о чем сообщил простой констатацией факта, который звучал максимально сухо и не подлежал обсуждению. — Достаточно на сегодня. Ты молодец. — Спасибо,  — Марио поднялся, благодарно кивнув.       Денис выключил компьютер и пошел к двери, кивком указав, чтобы он поторопился, но Фернандес не спешил покидать кабинет. — Я обманул тебя, Денни, — признание Марио застало его врасплох. Ноги задеревенели, он стоял без движения и непонимающе смотрел на него, силясь понять, о каком обмане мог говорить Фернандес. - В чем? — Когда сказал о своей ориентации, — голос Марио звучал ровно, ни дрожи, ни волнения, словно от этих слов совсем не зависела жизнь Дениса.        Только вот своего взгляда Марио не отводил. Смотрел на него с покаянием, как на исповеди, а у Дениса земля из-под ног уходила и к горлу подкатывала истерика. Эти слова не дали ему надежды, это пока было лишь призрачным намеком на нее. Намеком на то, что всё же… что-то еще может быть…       Это волновало до дрожи в пальцах. Той самой… - Денни, просто мои родители… — Черышев резко вскинул руку, прервав его и приказав замолчать.       Ему ли слушать рассказы о гомофобных родителях? Он открыл дверь и вышел из кабинета, ожидая пару секунд за дверью, пока Марио не проследовал за ним. Денис не уточнил, поедет ли Фернандес с ним или поймает себе такси. Спокойным, размеренным шагом дошел до стоянки и отключил сигнализацию. Сел руль и просто ждал, пока Марио не займет соседнее сиденье. Фернандес больше не произнес ни слова. Он смотрел в окно, провожая глазами проносящиеся мимо автомобили. Спустя тридцать минут тишины, Денис останавился недалеко от Пушкинской набережной. - Идем. — Черышев первым нарушил их обоюдное молчание и выбрался из салона.       Речной воздух пропитанный сыростью и вечерней прохладой, приятно бодрил, давая возможность отдохнуть от пока еще сохраняющейся дневной духоты. Марио останавился рядом, посмотрел в его светлые, бесстрастные глаза ожидая какой-либо подсказки на свой безмолвный вопрос о том, зачем Денис привез его сюда и что он намерен делать дальше. Но по прежнему отстраненный Черышев, все еще думал о чем-то своем. — Погуляем? — голос Марио заставил его вздрогнуть как от электрического импульса по телу, он пересилил себя и пошел следом за ним по набережной.  — Есть хочешь? — поинтересовался Денис спустя пару минут, когда на их пути появилась палатка с выпечкой.       Марио согласился, и они купили по большой сдобной булке, одну из которых тут же скормили местным голубям, а вторую поделили пополам. Показная гордость быстро ушла под натиском смеющихся глаз Марио. Денису казалось, за эти два часа их прогулки по набережной он узнал о нем больше, чем за весь последний месяц.       Фернандес эмоционально рассказывал ему о своей семье, о тетях и дядях, всех племянниках и дальних родственниках. Черышев улыбался, слушая его, временами смеялся, когда Марио поворачивался к нему лицом и шел спиной вперед, натыкаясь на прохожих. Пару раз, ему даже приходилось спасать его от несущихся по тротуару роллеров.       Город окончательно погрузился в ночную темноту, и постепенно прогуливающихся становилось все меньше. Набережная освещалась только одинокими фонарями, а после того, как музыка стихла, стало особенно уютно. — Пойдем в парк?       Предложение Марио звучало так заманчиво, что Денис не мог не согласиться. - Пойдем. Я люблю парк. — Я люблю ночь. — отозвался Фернандес, посмотрев на небо. — Я люблю звезды, — Денис с улыбкой наблюдал за его взглядом, отметив, что над ними четко видно пояс Ориона. — Я люблю Россию, — после очередного признания Марио, Денис не сомневался, что весь мир теперь будет для них любимым. — Я люблю Бразилию.       Марио впервые сжал ладонь Дениса в своей.       По парку разлилась ночная тишина и легкий шепот еще теплого ветерка. Они потревожили своими разговорами и смехом несколько парочек, и те спешно покинули свои места, заметив приближение двух шумных парней.       Денис перелез через невысокую ограду к детской карусели и забрался в самую нижнюю люльку. Марио спешно осмотрелся, и, убедившись, что никого поблизости нет, последовал за ним. Карусель слегка раскачивалась под ними и отчаянно скрипела. — Я надеюсь, мы не рухнем вместе с ней вниз! — Денис правда этого опасался, как и того, что они привлекут внимание охраны, или того хуже, полиции.       Марио опустился на дно люльки и потянул его к себе, подав ему один наушник от своего телефона.  — Ты же никуда не спешишь? —  Нет. Посидим немного и пойдем на стоянку.       Марио согласно кивнул и, прижавшись своим плечом к Денису, включил музыку.       Черышев касался щекой кудрявых мягких волос, вдыхая запах лаванды и свежего ветра. Никогда раньше он не видел более красивой ночи, чем эта. Всегда эмоционально вымотанный каждодневной суетой, Денис не мог насладиться этим по-настоящему чарующим временем суток.       С Марио, он впервые открыл глаза и посмотрел на мир вокруг него, удивившись тому, насколько он, оказывается, прекрасен. Они закрыли глаза, и, спустя пару минут, музыка уже не тревожила их совместный спокойный сон. ***       Денис проснулся с болезненно затекшими руками и ногами. Его спину неприятно ломило от неудобной позы, и он осторожно, стараясь не потревожить сон Марио, разогнул ноги и вынул из уха давно замолчавший наушник. Фернандес чуть поворочался, вздохнув во сне, но не проснулся, чему Денис немного эгоистично обрадовался.       Это было приятно — просто сидеть, смотреть на него вполоборота, слушать его дыхание, боясь разбудить неосторожным движением, самому делать вдох только после его выдоха. Это казалось столь таким нужным и правильным.       Ему нравилось чувствовать его тяжесть на своем плече, любоваться выражением расслабленного лица. Все эти минуты хотелось продлить, пока была такая возможность. Лохматая челка, четко очерченные крылья бровей, слегка подрагивающие во сне ресницы и приоткрытые губы с маленькими трещинками. Видимо, обветрил вчера на набережной. Такой беззащитный, милый и уже родной.       Марио медленно открыл свои еще затуманенные после сна глаза, и Денис встретился своим взглядом с его. — Доброе утро. Проводил когда-нибудь раньше ночь на детской карусели? - Нет! — Марио широко улыбнулся, и Денис не сдержавшись, засмеялся вместе с ним.       Шум, поднятый ими по неосторожности, привлек внимание, и спустя пару минут к ним уже спешил совершавший невдалеке утренний обход охранник. — Эй! А ну вы, двое! Что вы там делаете?!       Денис вскочил, быстро выпрыгнул из люльки и помог выбраться следом Марио. — Бегом! — они понеслись по тропинке в глубь парка, совершенно справедливо подозревая, что старенький дедушка уж точно догонять их не будет.       Денис наотрез отказался садиться за руль до тех пор, пока они не выпьют по чашечке горячего кофе. Но, конечно, в половине шестого утра еще закрыты все ближайшие магазины, а самый ранний старбакс откроется только через полтора часа.       Город еще был погружен в сон, и они час бродили по безлюдным улицам. Фернандес скакал по всем встречающимся на пути бордюрам, крепко держал Дениса за руку, и пару раз всерьез предлагал ему прогулять работу.       Наблюдая почти не дыша, за таким живым и веселым Марио, Денис хотел согласиться на его предложение и провести так весь день, просто мотаясь вдвоем по городу. От этого непривычного ощущения радости так приятно кружилась голова! И Дениса больше не привлекала реальность с ее вечными проблемами и суетой.       Он поймал в свои объятия Марио, когда тот спустился с бордюра, прижался носом к его щеке и вдохнул аромат кожи с все еще едва уловимым оттенком парфюма. Денис медленно перебирал мягкие волосы, расплетая спутанные ото сна кудри, а теплая ладонь Марио в ответ легла на его грудь. От это прикосновения Денис впервые за длительное время расслабился. —  Нам пора найти мою машину… — он сказал это скорее себе, чем ему, вернув себя в реальность.       В ответ Фернандес недовольно поморщился, поняв, что ему все же не удалось подбить Денни на авантюру с пропуском работы.       В семь утра они были одними из первых посетителей кофейни, и через пять минут покупали по самому большому стакану горячего кофе и сендвичу. Позавтракали в машине, отчаянно борясь со сном и заражая поочередно друг друга приступами зевоты. — Вряд ли я доживу до конца рабочего дня, — подозревал Денис, сделав большой глоток мокачино. — А я все равно не жалею… — Марио пил чистый черный бразильский кофе без сахара, и от его напитка в машине стоял приятный аромат кофейных зерен. — И я не жалею ни на миг.        Марио остался доволен этим ответом, а Денис своей неожиданной честностью. Черышев сделал музыку громче, надеясь прогнать этим остатки своей сонливости и опасений в том, что уже стал одержим Фернандесом и хотел любить его до потери пульса. Ему обязательно нужно разобраться с этим перед тем, как он вернется в Бразилию.