Энергет

***

      Отбившись от питбуля, Вонхо, вместе с напарником, направился искать своего товарища, который перестал выходить на связь. В каждом отсеке они встречали подопытных: начиная с насекомых и заканчивая крупными животными, по типу шакала, который без раздумий бросился, пуская оглушающие звуковые волны, на своих жертв. Спасли их только шлемы, имеющие плотное покрытие, и то — они дали трещину. В последний миг капитан отряда успел выстрелить разрывающим снарядом, останавливая тварь.       Они никак не ожидали, что ещё через несколько отделений окажутся сбитыми с ног, не видя цели! Их комбинезоны прорывались от непонятных режущих импульсов и только затем Джей смог разглядеть врага, который предстал в виде множества мелких москитов. В этом случае было эффективно только распылить дымовую шашку, наполненную ядовитым газом, что они и сделали, но и самим им пришлось быстрее бежать, так как костюмы уже не могли защищать их, как следует.       Вскоре на датчике беты появился сигнал, обозначающий их соратника. Устройство указывало, что альфа находился на этаж ниже, ровно там, где располагались камеры с энергетами. — Дело плохо, — хмыкнул рыжий, пролистывая карту института. — Что значит плохо? Ты наш главный программист и хакер. Так что изволь не жаловаться, а выполнять свою работу. Отошли этому Ромео наш маячок, чтобы он никуда не делся и ждал, — закатил глаза Шин, вновь готовясь к атаке и проходя за двери следующего отсека. — Да-а, капитан, — протянул младший по званию, дуя губы, но тут же набирая на гаджете необходимые коды, чтобы получить доступ к системе Шону.       Когда они спустились на минус четвёртый этаж, неожиданно для парней, кругом стояла тишина, несмотря на залитые кровью стены и пол. Тел почти не было. Не опуская бластеров, солдаты медленно шагали вперёд, по наводке датчика и только через несколько отсеков они наконец увидели бегающих в разные стороны и собирающих разбросанные документы учёных, большую часть из которых Хосок лично знал. Один из них выглядел серьёзно раненным — его рука была сильно разодрана, а халат залит кровью. — Доктор Чхон, — осторожно подошёл к нему Шин, — Вам нужно в больницу. Ваша рука… — Нет! — резко ответил сотрудник преклонных лет. Он был высоким и худощавым мужчиной с седыми волосами и короткой стрижкой. Его мутно-карие глаза посмотрели на двоих солдат сквозь толстые стёкла очков в тонкой оправе, а морщинистая кожа свидетельствовала о многих годах, проведённых за изучением модифицирования организмов. Он метался по комнате, в поисках важных бумаг, которые мог упустить. — Я ещё не закончил здесь! Мне нужно сдать отчёт! — Какой ещё отчет?! Вам необходимо ехать в больницу! Вы потеряли много крови! — с напором проговорил капитан. — Я не поеду, ещё раз говорю! У нас завтра важное совещание! — заскрипел словно не своим голосом пострадавший. — Он двинулся головой, кажется, — решил вставить свои пять копеек бета. — Сам вижу, — задумчиво ответил Шин, разглядывая учёного. — Так, док, есть одна идея. Если Я окажу вам первую медицинскую помощь и дам затем немного времени на сборы, согласитесь поехать в больницу? — Если предоставите время — я согласен, — кивнул пожилой мужчина. — Другое дело, — выдохнул парень. — Джей, дай аптечку, — получив всё необходимое, Хосок снял с учёного окровавленный халат и усадил на табуретку. Следом он опрыскал кожу вокруг раны из охлаждающего баллончика, и когда тот начал действовать, продезинфицировал ту, нанес на неё специальное разработанное в институте средство, ускоряющее регенерацию клеток, и затем медицинским степлером скрепил рану, останавливая кровотечение. В плане первой помощи и хирургии — Вонхо всегда отличался, благодаря оконченному медицинскому университету и годам практики в НИИ.       Убедившись в том, что доктору Чхону стало легче, они отправились дальше, но в следующем коридоре уже было куда больше жертв, а рядом с одной из них, напротив своей открытой камеры, на лавочке, сидел Первый, играясь с вакцинированной чёрно-белой королевской змеёй.       Не успел Шин ничего сказать, как к тому подошёл ещё один знакомый профессор, участвующий во всех исследованиях в области этих созданий. — Ты почему здесь сидишь, Хёнвон? Возвращайся в свою комнату, — с осторожностью, но и твёрдостью в голосе заговорил он. — Мои двери открылись, и я подумал, что здесь затевается грандиозный побег с кровопролитием, — посмотрел тот на учёного. Стройный, бледнокожий парень с изящными чертами лица, разглядывал коридор довольно незаинтересованно. — Ничего подобного, иди, иди к себе, — пыхтел мужчина, боясь потерять контроль над ситуацией. — Это вы скажите Нам Юкмину, — пожал тот плечами, вставая со скамейки. — Кому? — Ему, — указал розововолосый на лежавшего рядом, мёртвого солдата. — Тьфу ты, — перекрестился учёный, который был католиком, и, дождавшись когда объект, вместе со змеёй, зайдёт к себе, тут же закрыл дверь, выдыхая. — Всё в порядке? — решил переспросить Вонхо. — Ээ… Сложно сказать, капитан. Вы сами всё видите… Девятый, перешёл все границы, да ещё и ваш дедушка, — поджал он губы. — Он в очень тяжёлом состоянии. Мы выслали просьбу о вертолёте, но пробраться через коридоры — крайне затруднительно. — Его я вытащу отсюда. Что с солдатом из моего отряда, который сидел здесь? — С тем милым пареньком? Собственно, он и оказал помощь господину Кану, когда тот подвергся нападению этого выродка, — кивнул сам себе учёный. — Но в то время, как другие ребята из СГИЭ и Смога попытались остановить объект, юноша бросился на защиту и пострадал скорее от своих же… — Хёну… — прошептал Чжухон, переживая за друга. — И где он сейчас? — В операционной лаборатории на этом этаже. Я помог им, чем смог… — Спасибо, — кивнул капитан, отправляясь на поиск своих людей.       В указанном месте он нашёл обоих, но в ужасном состоянии. В сравнении с остальными этажами и помещениями института после инцидента — операционная была похожа на святилище, где царили тишина и порядок. Свет ламп был приглушённым, создавая мягкий полумрак, который позволял немного расслабиться. Стены были окрашены в спокойные тона, а пол покрыт мягким линолеумом, чтобы шаги учёных*-хирургов были бесшумными, и не отвлекали друг друга.       Воздух в операционной был пропитан запахом антисептика и лекарств, но он не казался неприятным. В центре комнаты стоял операционный стол, на котором был аккуратно уложен пожилой мужчина. Дедушка Хосока находился без сознания, пока едва передвигающийся от ранений в плечо и бедро Шону держал старшему капельницу. — Эй, вояка, — окликнул того Шин. — Ребята… — обернулся альфа, едва улыбаясь им и через мгновение падая без сознания.

***

Flashback

      Кихён был одним из немногих энергетов, чей папа остался после родов жив и относительно здоров. Причиной тому являлся тот факт, что за его родителем почти всю беременность следил НИИ и как только «чудовище» появилось на свет, они отняли его у несчастного, для дальнейшего проведения опытов.       С первых месяцев беременности учёные дополнительно кололи Ю Джехёна различными успокоительными, а также по несколько раз в день проводили терапию током, чтобы плод не выходил из-под контроля. Конечно, это могло привести к обратному или просто к заторможенному развитию ребёнка, но всё-таки медики не просчитались.       Когда дитя отняли, омега не мог опустить руки и оставить ситуацию, как есть. Сам он оказался на вакцинации восемьдесят седьмого года, будучи секретарём в отделе кадров, то есть никакого отношения к учёным или военным отрядам не имел. Омега понимал, что ждёт его сына после рождения, и оттого несколько раз пытался сбежать, но ничего не выходило — солдаты постоянно возвращали Ю в институт, пока и вовсе не заперли в его стенах.       Опасения будущего папы оправдались — сразу после рождения ребёнка отняли. Однако, сдаваться он категорически отказывался. С первых дней боролся за своего любимого сына, пытаясь того спасти и вернуть к себе, но, за неимением физической силы, ему пришлось прибегнуть к компрометирующим данным, которые успел собрать в ходе своего немалого стажа работы. Но и здесь его обошли, в скором времени ссылая без вещей и документов в Китай.       Не прошло и нескольких недель после инцидента с попыткой шантажа и изгнанием ближайшего родственника за рубеж, как доктора решили провести над младенцем первый ударно-волновой эксперимент, защищаясь от которого, малыш уничтожил большую часть кураторов. А ещё через день — он исчез. Ни на одной из камер не был зафиксирован момент пропажи объекта.       Ребёнка нашли на улице двое пожилых монахов, и забрали с собой в детский дом при церкви Святого Николая. Предполагалось, что дети, оставшиеся без попечения родителей, должны получать в этом месте заботу, образование и духовное воспитание. В таких приютах особое внимание уделяется духовным традициям и христианскому воспитанию. Но больше всего времени монахи уделяли «правилам». Распорядок дня, речь воспитанника, его внешний вид и его общее поведение. За любое отклонение от этих правил — дети получали жестокое наказание. Начиная от ударов розгами, заканчивая пятью днями голодовки. Малышу не нравились подобные условия, тем более, что он постоянно скучал по папе. Из-за этого, в своём ещё неосознанном, казалось бы, возрасте, осознанно злоупотреблял способностями, не трогая никого на виду, а делая это только без лишних глаз. За время его пребывания в приюте, погибло больше десятка детей и один служащий, который однажды решил оставить Кихёна без обеда, так как малыш ему не нравился и вызывал ужас.       В течение следующих восьми лет, он попадал в разные семьи, но вскоре возвращался — так как от него либо отказывались, либо, при непонятных обстоятельствах, его приёмные родители погибали. Давая показания, мальчик чаще всего рассказывал о том, как глава семьи или сводные братья-альфы — домогались и пытались совершить с ним непотребные вещи. Но все соседи этих людей отрицали факт того, что такое возможно. На деле же, даже несколько полицейских, из отдела расследований, позволяли себе больше допустимого, когда находились рядом с мальчиком. Причиной всему был яркий цветочный запах ландышей, который проявился у омеги, когда ему исполнилось всего три года. У обычных людей он становился таким насыщенным только во время течки, поэтому альфы и сходили с ума, теряя контроль рядом с ним.       Однажды, когда Кихён вновь находился в детском доме, ему неожиданно поступил звонок от родного папы. Джехён пытался объяснить сыну, как всё было на самом деле, и что не хотел его бросать. Он рассказал, где находился в тот момент и какой у него план, чтобы вернуться и увидеться. Энергет сразу поверил своему родителю, даже не думая сомневаться в том, что узнал. И с тех пор омега часто звонил в приют, чтобы услышать голос сына, и сказать тому, как любит и что обязательно заберёт к себе.       Однажды он всё же вернулся в Корею и в одну из ночей выкрал собственного ребёнка. Это оказалось не так сложно, поскольку охраны монастырь не держал, а дети сами по себе не сбегали.       Им пришлось прятаться в небольшом городке под Сеулом. На удивление, малыш быстро принял своего папу, и они почти сразу зажили, как настоящая семья, без каких-либо инцидентов. Денег практически не было — они выживали, как могли, пока Джехён не нашёл себе подработку, о которой не решался рассказать сыну. Он уходил каждую ночь, после того как Кихён засыпал (по крайней мере, он так думал), чтобы зарабатывать, как привык за время своей ссылки в Китае. Он не считал проституцию чем-то плохим, раз другого способа прокормить дитя — нет. Омега даже не подозревал, что Ких это видел. Много раз.       Жили они так на протяжении почти двух лет, пока, в один ужасный момент, на них не устроили облаву солдаты СГИЭ. Мальчик тогда успел искромсать только двух мужчин, но перейдя с обороны на нападение, он упустил момент, когда один из служащих выстрелил в его папу, когда тот набросился на него с ножом.       В то злосчастное мгновение Кихён практически потерял рассудок, давая состоянию энергета полностью завладеть собой. В эту ночь он взорвал всех, кто пытался на них напасть — создавая «розовый туман»*. Оставаясь в этой дымке, мальчик рухнул на колени, рядом с телом любимого родителя. Слёзы не могли остановиться, проливаясь градом. От дикой боли и тоски Ю стал приходить в ярость. Постепенно его охватывало желание отомстить ещё больше!       Покидая свой дом и тело папы, мальчик побежал вперёд. Он бежал, бежал и бежал. Его энергетическое состояние вызвало магнитную бурю в окрестностях, а за ней — сильный ливень. Ребёнок не останавливался, пока не оказался на большом магистральном мосту, относящемся к трассе, проходящей вокруг всего Сеула. Казалось, что машин совсем нет, и он решился перебежать дорогу, но, взявшись словно из ниоткуда, на него практически наехал автомобиль на полной скорости. От испуга, мальчик попытался загородиться от него, невольно пуская слишком сильную волну. Отбрасывая ту назад. Машина пролетела несколько метров по воздуху, приземляясь на следующие за ней транспортные средства, вызывая невероятных масштабов аварию. В ней погибло более десяти человек, двумя из которых оказались родители Хосока.

End of Flashback