Дорогие Парфюмы

Уже к вечеру весь Берлин, да что там, вся Германия стояли на ушах. Все новости пестрели последними трагедиями. Неудивительно, но ни одного кадра с химерами не было, а все кто пытался показать их сразу говорили о фейке, который был создан великими и ужасными псевдо детективами из Агентства Эдгара Аллана По. — это канал PRO-7! У нас есть вопрос! Льюис и Клодетта Мерфи, это правда, что вы подстроили собачий апокалипсис? Какова была цель вашего поступка! — Хватит! Мы не даём интервью! — Закричала Клодия. — Это все было правдой до единого слова! Безумная Доктор, химеры, смерть Ан… Льюис отвернулся от камеры и накрыл лицо руками. — Это канал ZDF! И у нас срочные новости, ученик средней школы Корби Серпант был застрелен на крыше больницы. Есть сведения о том, что стрелок, а по совместительству врач совершила самоубийство после стрельбы! — Это телеканал VOX, мы сейчас находимся недалеко от местного морга и собираемся поговорить с родителями убитого сегодня ранее на крыше Корби Серпанта. Герр Серпант, скажите, знали ли вы, что ваш покойный сын был «Омерзительным Ангелом»? Женщина схватилась за сердце. — «Омерзительный Ангел»? Кто это? Вы только что говорили о моем сыне? Вы что такое говорите? Не называйте его так!.. Она накрыла рот руками и уткнулась лицом в плечо мужа. — У вас вообще есть совесть? Оставьте нас в покое! Наш сын погиб, его убила безумная женщина и эти — что-то было зацензурено, может мат, а может… — а Льюис и Клодия просто пытались ему помочь, это полиция напугала эту сумасшедшую! — Это снова ZDF, нам поступили сведения о том, что покойный несовершеннолетний Корби Серпант был замечен в барах, где оказывал интимные услуги за деньги! Это шок! Куда смотрели родители? — Это телеканал PRO-7, я Якоб Голлинц и сегодня я встретился с теми самыми горячо обсуждаемыми близнецами Мерфи. — Итак, Льюис, скажи мне, ты у нас герой или шутник? Льюис накрыл уставшее лицо руками. — Я не — он взял паузу — я не смог его спасти… На фоне включился звук «aaaww». — это RTL, скажите нам, Герр Шуппе, Льюис и Клодетта врут или нет? Существовало ли то самое таинственное Детективное Агентство Эдгара Аллана По или это старая сказка? — Я не даю интервью! Он дрожал и пытался закрыться — А мы хотели у вас спросить, есть ли какие-то подробности вашего увольнения? — Оставьте меня в покое! — ZDF! Герр Серпант, в сеть попали записи с видеокамер, где Корби в истерике убегает из вашего дома. Вы можете как-то это прокомментировать? — Оставьте в покое! Это был семейный конфликт, мне за него было стыдно, но там была серьезная ситуация! — Мы будем судиться с вами! Мы хотим спокойно похоронить нашего сына! Запищала женщина — VOX! На сегодняшний день выясняется история таинственного Омерзительного Ангела? Правда ли он Ангел или только «Омерзительный»? В сеть попадает все больше и больше свидетельств блудной жизни несовершеннолетнего подростка! Оставайтесь с нами чтобы узнать подробнее! — Это PRO-7! Со мной близнецы Мерфи и они…ребят, что вы делаете? Камеру перевели вниз. Двое рыжих близнецов просто сидели в обнимку на асфальте и плакали навзрыд. — Оу. Ну хорошо, пока поговорим о погоде. Щелчок. Остин выключил телевизор и растянулся в кресле, ехидно смеясь. — О мой бог! Остин пляшет, Дама рыдает, хотя она наверное и рыдать не может! Он захохотал и Джек подошёл к нему. — а ты не думаешь, что без Дамы нам будет сложнее? — Я тебя умоляю, в полиции сейчас хаос, ДАЭАП распались, Омерзительный Ангел мертв. Мы можем выйти на улицу и проводить мастер-классы во всех подробностях и нас даже не заметят. Мы свободны, теперь настала наша эпоха! Он поднялся с кресла, чуть покрутился. — Собирайся Джек, мы будем сегодня очень много пить! В клубе! Сто лет не выходил на улицу. Джека, по хорошему, смущали лица из новостей. Фейсбук пестрил изображениями мальчика с черной полосой, диванные критики окунали его семью в болото, любители хоррора вообще били тревогу, мол где же сестра мальчика, если не было химер? Было огромное множество свидетелей произошедшего, но все они подозрительно отказывались от своих слов уже через час. Пользователи даже умудрились сделать подборку мемов. Если подумать о том, что с этим всем столкнулись реальные люди становилось слегка не по себе. Но какое ему дело. У людей в телевизоре всегда что-то происходит. Порой казалось, что в телевизоре вообще есть только актеры. И тут нет никакого смысла, в принципе сложно считать Джека эгоистом, все-таки это суровая реальность, это происходит каждую секунду, в каждом уголке, где существуют новостные каналы. В принципе ладно, ничего не случится, если он слегка положит болт на чужие проблемы и будет радоваться жизни. Остин пихнул его в плечо. — Эй, успокойся. Не будь таким пессимистом, в конце концов, пойдем, выпьем. Чёрно-белый хихикнул и чмокнул мужчину в щеку, но довольно резко стал серьезным. — Я хочу чтобы ты оделся в белое. Джек удивился и посмотрел на него. — В белое? В клуб? — Да, а ещё прошу, возьми с собой кастет. Джек сразу раскраснелся и коротко кивнув убежал переодеваться. Берлин не спал, он не был в трауре. По хорошему счету, Берлин был совершенно беспристрастен. Берлин был молодым парнем, эрудитом, он был суров днем, а ночи он любил прожигать так, словно завтра не должно было наступить. Вчера приключилась трагедия, в которой одна маленькая жизнь оборвалась. Но это проблемы одной конкретной семьи. Они сейчас, кстати, пили вдвоем, молча глушили «Финляндию» после произошедшего, семья Серпант лишилась двоих детей: Корби погиб, а Эстер сейчас находилась в закрытой клинике для душевно больных. Им ничего не оставалось кроме как оплакивать свою судьбу и готовиться к похоронам сына. Корби Берлин окунул в болото. Репутация всей его семьи и его самого была испорчена окончательно. На них показывали пальцем, а все видео со светловолосыми порноактерами теперь подписывались исключительно как «Серпант/Ангел слив». Клодетта валялась под кладовкой с огромным количеством выпитых бутылок. Американка подскочила только когда поняла, что Льюиса нет рядом. Она рассвирепела и побежала в бывшую комнату Корби. Льюис дремал на его кровати, обнимая его футболку, его лицо было опухшим от слез. Клодия ощутила как злоба расползается черным ядом по ее венам, она вырвала футболку из его рук и стала бить его ею. — Ах ты тварь! Льюис, ты даже после его смерти не можешь прекратить эту грязь?! Ты мерзкий! Урод! Льюис подскочил и стал закрываться от нее руками. — Ну прекрати! Клодия! Клодия, я просто обнял его футболку потому что мне так легче! Я тоже скучаю! Ну перестань же ты! — Чушь собачья! Ты скучаешь по его телу, урод! Она била и била, а Льюис лишь хватал футболку. — Клодия! Не порви, прошу! Ткань действительно издала треск… Генрих молча пил кофе. Он собирал вещи, уволился по соглашению сторон, он сложил в коробку все свои записные книжки, стикеры со своей доски, любимый степлер, кружку и фотографию всего отдела с тимбилдинга. Мод вошла в кабинет. Жизни в ее глазах было уж очень мало. — Генрих, как же так? Ты точно решил? Она едва не всхлипывала, но держалась, а Генрих посмотрел на с вымученной улыбкой. — Хей, найдешь ты с кем пить кофе. И тут она не выдержала и крепко обняла. — Я без тебя тут совсем загнусь. Мужчина мягко прижал ее к себе. — Я просто понял, что я не могу. У меня не получается быть полезным. Да и детективов нужно подменить. Она промолчала и всхлипнула. — Да ладно тебе, Мод, я же не из города уезжаю. Хочешь я буду пить кофе с тобой по утрам? — Мне так жаль Ангела… Герман аж дрогнул и прижал ее к себе крепче. Ангел стал его ошибкой, наказанием за излишнюю увлеченность, за слепоту. И это была боль его сердца. — Мне тоже. Лишь смог выдавить из себя бывший полицейский. Мод же лишь заглянула в его глаза и сказала — Так бывает, Генрих. К сожалению эти ужасы — часть нашей работы, с этим нужно смириться. Иногда у нас просто связаны руки. — Именно поэтому я и хочу их развязать. Он отстранился, взял коробку в руки и пошел к выходу. Мод смотрела ему вслед, она не привыкла видеть его в свитерах, а не в форме. Она тяжело вздохнулу, но внезапно он вернулся и аккуратно коснулся ее губ своими, погладив одной рукой по щеке. — Все будет хорошо, Фрау Шенау. Он улыбнулся и пошел к двери. Мод протянула лишь руку ему вслед и всхлипывая, но тронуто улыбаясь крикнула. — Я желаю тебе удачи! Удачи, детектив! Генрих шел на выход почти счастливым. Он ощущал себя так, словно он снова был выпускником школы. Жетон лежал на столе у директора, все дела были закрыты, а он ждал лишь последнюю выплату зарплаты. Он смотрел на круговорот лиц и улыбался. Его ненадолго остановил молоденький Филипп, который стоял с Землером. Землер сдержанно приобнял его и похлопал по плечу, после чего прошептал. — Генрих, выше нос. Все знают, что ты просто оказался слишком человечным для работы в этой дыре. Генрих вздохнул и с некоторой болью посмотрел в его глаза. — Ангел… — То, что KSK ворвались именно в ту секунду — это трагедия. Но они должны были прийти туда, потому что там было двое гражданских и сумасшедшая. Ты не был виноват. Землер взял его за плечо и вывел его на улицу, за одно выскочил и Филипп. Землер продолжил. — Ты просто продемонстрировал всем то, что мир не такой каким мы привыкли его видеть. В нем все ещё есть чудовища вроде жутких, безумных подобытных, а ещё вроде нас. Филипп едет вместе с Хайнцем в патруль, они подкинут тебя домой. — Ох, не стоило… Генрих тронуто взглянул на мужчину. — Стоило, ещё как. Последний раз с мигалками поедешь! — Так без повода нельзя! — Сегодня можно! Землер быстро буквально загнал Генриха в машину и лишь шепнул на прощание. — Спасибо тебе за правду, мой друг.

***

В Salon zur wilden Renate Остин и Джек завались весьма парадно: Остин в черном, готическом костюме с огромным количеством заклёпок, ремешков и прорезей, с каффом на ухе в виде крестика, даже очки снял и довольно густо накрасился, а Джек в светлом джинсовом костюме с шипами. У каждого на руке была черная перчатка, скрывающая кастеты. Людей было много, звенели бокалы, слышался смех и Остин внезапно улыбался, он действительно вернулся к жизни в последнее время. Он был готов к приключениям, музыке и ярким впечатлениям. Сегодня здесь проходила закрытая вечеринка для представителей LGBTQ, Остин ожидал реакцию Джека и та не заставила себя долго ждать. Джек ахнул и сразу же выцепил взглядом парочку своих знакомых, он побежал к ним, а Остин, будучи джентльменом заказал себе Gin Garden, а Джеку сладкий Carribbean Sour. — Глядите! Это мой жених! Джек с большой эмоциональностью приобнял Остина за плечо. — Николя, Кенар, это Остин! Остин, это Николя, а этот, с жёлтым ирокезом — Кенар! Остин лишь немного смущённо кивнул и чуть приподнял руку в приветствии. — Классные волосы, Остин — Мурлыкнул парень с жёлтым ирокезом. — Что, соблазнил нашего Джека? Скажи, он все такая же горячая штучка? — Игриво хихикнул Николя с некоторым вызовом. Джек застыл, он боялся, что Остин такой наглости не вынесет, взорвется, даст ему в морду кастетом, но Остин неожиданно лишь весело засмеялся. — Шутишь? Я полгода его после вас перевоспитывал. Теперь очков опыта за него дают как за целый гарем! Остин засмеялся и присел за столик, Джек последовал его примеру. Парни вроде как даже заценили такую гибкость чёрно-белого, засвистели и присели рядом с ними. Джеку с Остином принесли напитки. — Ребят, а вы пришли только языком трепать или мне стоит вас угостить? -закрепил свой успех Остин. Через полчаса начался настоящий движ. Мужчины танцевали в общей толпе, а когда пошли композиции на выбор, остановить кого либо вообще больше не представлялось возможным, коктейли текли рекой. Мало кто вообще что либо соображал, огромное количество людей просто разбились на пары. В какой-то момент что-то сошло с ума и внутри чёрно-белого Остина. Он услышал общий визг, но в его душе отразились первые ноты. Он даже сам не сообразил насколько легко он вскочил на стол и запел. — Rah, rah-ah-ah-ah Roma, roma-ma Gaga, ooh-la-la Want your bad romance Джек обернулся и не поверил своим глазам, Остин скакал как ненормальный подросток и пел своим высоким с лёгкой хрипотцой голосом, иногда переходя на фантастически высокие ноты. Он не выглядел смущенным, он просто получал искреннее удовольствие, в своем образе облегающем его тело, в своем теле. Оказывается, Остин умеет и петь и танцевать и даже иногда быть бодрым и веселиться. Вагнер обернулся и внезапно заметил, что практически весь зал собрался у стола. Все продолжали сходить с ума, только уже вокруг того, кто знал весь Берлин, но вот его не знал и не видел совершенно никто. Вагнер был потрясен, но ощущал безумное родство с его энергетикой, раньше он ведь и сам любил собирать ажиотаж вокруг своей персоны. Остину не составляло проблем перекричать микрофон, слова ложились на его безупречный, родной английский и он сегодня зажёг за все отнятые у него годы. Джек казалось, единственный не танцевал, он сполз на стул перед столом и просто зачарованно смотрел на него с приоткрытым от восхищения ртом. Когда он закончил свой перформанс — ему все аплодировали, свистели, сам Остин аж немного растерялся и прикусил губу с нервной улыбкой, оглядываясь, кому-то даже помахал, а потом спрыгнул со стола. Включилась «Poker Face» и толпа рассосалась. Остин смущённо посмотрел на Джека, даже намотал белую прядь на палец, он хихикнул. — Да, опозорил я нас с тобой. — Шутишь?! Да я и представить не мог, что ты так умеешь! Джек все ещё «сушил зубы», Остин аккуратно прикрыл ему рот и шепнул. — В приютах устраивают дискотеки, я там танцевал, танцую и пою одновременно я, правда, впервые на людях. Ну а так это примерно то, чем я занимаюсь пока ты ездишь по магазинам. Розововолосый заглянул в его глаза и очень смущенно улыбнулся. Остин вскинул черную бровь. — Ты хочешь, чтобы мы вообще сошли за типичную парочку? А мы не на слишком ли высоком уровне отношений? Сегодняшняя звезда издал смешок. — Да, похуй. Остин поцеловал Джека в губы на людях, глубоко, с какой-то необычной страстью и Джек не смог ему отказать.