Наивная пироманка

      – Как низко пали великие. Висишь тут как игрушка безумной девки.       – И это мне говоришь ты, престарелая ведьма. Напомни, сколько ты была в заточении?       Нерисса улыбнулась.       – Всё ёрничаешь, пытаешься показать свою неуязвимость. Оглянись вокруг, Фобос, ты проиграл.       – Тебе я могу сказать тоже самое. Оглянись вокруг. Теперь у тебя абсолютно нет шансов. Я подозревал, что ты жива и выбралась из своей клетки. Думал, что ты хочешь убить своих старых подруг и отомстить Совету. Но тебе нужна сила. И эту силу тебе так просто не заполучить.       – Ты переоцениваешь свою сестрицу. Она может и могуча, но ей не хватает…       – Опыта. И, тем не менее, мы здесь. Я вишу скованный её лозами, и ты разговариваешь со мной вместо того, чтобы убить.       – А вдруг я растягиваю удовольствие?       – Не смеши меня. Если бы ты могла меня убить, то уже сделала бы это. Но мы оба знаем, что как только ты призовёшь хоть искорку силы, твоя маскировка спадёт, а моя сестра испепелит тебя. Ты же видела, что она сотворила со Стражницей земли?       – Тогда…почему бы мне не срезать эти лозы и нам вдвоём не сбежать отсюда?       – Придумаешь план получше – приходи. Как только хоть одна лоза порвётся, моя сестра сразу почувствует это. Я же важный пленник. А дальше ты знаешь.       – И что, ты предпочтёшь висеть здесь? Скоро девочка сделает себе новую игрушку, а ты будешь висеть в темноте под её троном всё дольше и дольше, пока не сгниёшь. Ты же не думаешь, что твоё одобрение ей будет необходимо всю жизнь? Королева просто забудет о тебе.       – И поэтому ты здесь? Рассказать, что меня ждёт? Постарайся лучше, ведьма. Ведь я вижу твои планы.       – О как! И что же я замышляю?       – Ты боишься Элион, но не можешь перестать ненавидеть Совет, не можешь жить без интриг, без мыслей о своём мировом порядке. А без Сердца Меридиана тебе нечего противопоставить Кондракару. И тебе нужна новая карта в рукав. Но, как я и сказал, ты боишься. Боишься того, что я услышу твой план, что я сдам тебя своей ненаглядной сестрице. Боишься того, что твоя кампания мести закончится, так и не начавшись. Но я не шестёрка, меня не заполучить так просто. Висеть здесь? Отлично, я потерплю. Мой стилет вонзится в спину Элион как раз вовремя. Но для тебя всё иначе. Старость, смерть – это не просто слова для тебя. Магия больше не может питать тебя так, как раньше. Без Сердца Кондракара или Сердца Меридиана у тебя не будет сил для возвращения себе молодости и могущества. Бьюсь об заклад, у тебя даже нету мыслей о том, как меня использовать. Ты воняешь. Воняешь ужасом и неуверенностью.       Лицо Нериссы, скрытое волшебной маскировкой скривилось.       – Но…Я дам тебе совет. Для чего я тебе нужен? Для того чтобы заполучить эти самые Сердца. Вдвоем мы сможем рассорить Стражниц, повесим на Вилл вину за поражение Корнелии, она будет одна, и мы нападём на неё. Или… как ты и сказала, моей сестре не хватает опыта, а потому она не понимает, что поддерживает Завесу сейчас.       – Совет решил пожертвовать каким-то угасающим миром ради поддержания Завесы.       – Именно. Воспользуйся тем же способом, добудь слабеющее Сердце, освободи меня, и мы вместе добьемся наших целей.       На их лицах были зловещие улыбки. Так много лжи, так много яда. Однако яд этих змей ранил всех, даже тех, кого они считали временными напарниками.

***

      Последнее время Элион проводила в библиотеке, изучая искусство создания жизни. «Если бы у меня был элемент жизни, как у Вилл, то всё было бы гораздо проще» – подумала она. «Но не время унывать!» – девушка закинула в рот Эсферо Роше и вернулась к чтению.       В библиотеку вошла Корнелия. Девушка была облачена в белую рубашку и длинную синюю юбку, она смотрела в пол, а в дрожащих руках был графин с водой. Она поливала цветы.       Увидев, что библиотека занята, та решила уйти, но окрик Элион заставил её остановиться.       – Ты не мешаешь. Поливай.       Корнелии нужно было чем-то заняться. Поэтому она поливала цветы. Что-то банальное и простое. После всего, что с ней произошло, она не могла оставаться наедине с собой. Мысли терзали клинками, каждый шорох казался шёпотом осуждения, злым заговором против неё. Корнелия всё ещё не понимала, что это происходит лишь у неё в голове. И поговорить ей не с кем. Королева для неё была чуждой, хотя та и пыталась казаться открытой. Вот только признать эту открытость, значит попытаться понять врага. А это понимание ведёт к смене стороны. Корнелия всё ещё была Стражницей.       Она с опаской прошлась по комнате, подливая живительной влаги.       Элион смотрела на неё краем глаза и не могла не отметить изменения в поведении той. Элион думала об этом каждый раз, когда видела тонкий силуэт своей подруги. «Я хочу…» – Она пыталась быть честной. Прежде всего, сама с собой. Чего она желает? Сломать Корнелию? Сделать своей куклой? Но тогда её чувства не будут искренни. Как совратить её на свою сторону? «Злоупотребление силой», как она это называла, ей не было свойственно. Элион терялась в вариантах, пыталась просчитывать пути. Но чего-то не хватало.       – Я хочу…быть искренней.       Корнелия вздрогнула. Она понимала, что рано или поздно та заговорит с ней. Возможно, даже захочет её ещё раз.       – Корнелия, не могла бы ты пойти со мной. Я хочу кое-что показать тебе. Это не угроза, не приказ. Это просьба. Можешь отказать мне.       – Если хватит сил?       – Если хватит желания. Просто хочу показать тебе место, где для меня всё началось. – Говоря это, девушка чувствовала себя странным образом уязвимой. Но это не доставляло неудобств, даже наоборот, она чувствовала себя живее.       Есть моменты, когда от выбранного действия одного человека может измениться мир. И в драгоценные секунды обдумывания решения – мир дрожит. Так и сейчас мироздание ждало того, какая рябь пойдёт от брошенного Элион камня.       Корнелия боялась. В её голове вспыхивали сцены недавней бойни, количество трупов, что она оставила за собой, то, как Элион использовала её в ванной. Стражница Земли хотела отказать ей. Но была ещё Корнелия Хейл. А у неё была подружка Элион Браун. Наивная и добрая. Милашка, которая не умела краситься, которой нужна была помощь в выборе красивой одежды. Подруга, что всегда рядом. Подруга, которая перепробовала с тобой сотню кофейных напитков, дабы выбрать тот, который ей по душе. Веселушка с глупыми анекдотами, которые всегда были не в тему. Заводная девчуля, что всегда с тобой во всех твоих шалостях. Та самая Элион, с которой ты делила плитку шоколада, истории о призраках, страсти по мальчикам, первый просмотр порно, с его ужасами и невероятными открытиями. Она всегда была с тобой рядом. И это многое значило. Но…       – Что из того, что мы пережили вместе, было правдой? – Со слезами спросила Корнелия.       Коридор к семейным комнатам не блистал пышными декорациями. Это был дом. Вся королевская пышность оставалась снаружи, для других людей. Здесь всё веяло уютом. Но, не смотря на это, для обывателя этот коридор был произведением искусства.Даже Фобос не решился изменять эту часть дворца. Возможно, он хотел показать Элион то, каким был их семейный очаг до того, как пожар убил всю семью. Один из факторов убеждения наивной принцессы. Но что-то пошло не так.       Сейчас две девушки шли к центральным, королевским, покоям. Их ноги утопали в ковре, Корнелия нервно озиралась, смешивая удовольствие от созерцания прекрасных семейных портретов, дорогих тканей и страх от соседки справа. Элион же шла не оглядываясь. Она смотрела ровно вперёд, не обращая внимания на нервную подругу.       – Это моя комната. – Она указала рукой на бежевую дверь справа. – Это должна была быть спальня Фобоса. Не знаю, спал ли он в ней. – Теперь она ткнула на противоположную дверь в тёмно-серых тонах.       – А это…– Принцесса замолкла на секунду.       – Покои твоих родителей?       Элион кивнула и толкнула дверь рукой.       Корнелия ужаснулась и отступила на шаг. За роскошными дверьми были следы пожарища. Спустя более чем десять лет запах уже выветрился, но сама картина наполняла разум нужными ассоциациями. Пламя было сильно, оно полностью уничтожило внутренний интерьер, оставив лишь полу сгоревший остов кровати да ветхие комоды, что когда-то наверняка были массивными и прекрасными.       У Корнелии на глазах выступили слёзы.       – Спустя два года с моего рождения, моих родителей убили. Корона передается по материнской линии, вместе с силой Сердца Меридиана. Естественно, мой амбициозный старший брат был оскорблен этим.       Элион прошла внутрь, Корнелия не решалась последовать за ней. Королева подняла золу с пола, что маленькими вихрями кружилась у её стоп. Она подошла к широкому окну, и протянула руку, словно в надежде дотронутся до чего-то. Но её встретила лишь пустота. Девушка сжала кулак и повернулась к подруге.       – Здесь стояла моя кроватка. Я смутно помню, как мои родители спорили, стоит ли оставлять меня так близко к окну, не протянет ли меня? Такие…странные, глупые споры. Мне нравилось смотреть на звёзды, они меня успокаивали, и я лучше спала. В других местах я ужасно не любила засыпать. Либо вместе с родителями, либо у этого окна. Хэх, они с детства потакали мне, да? – Она слабо усмехнулась. – В итоге, мама окружила меня куполом, что должен был согревать меня.       Корнелия смотрела на свою подругу, широко раскрыв глаза.       – Но ночью мне стало душно, как сейчас помню, я начала ворочаться, пахло гарью, когда я раскрыла глаза, вокруг меня был огонь. Кроватка горела, я закричала, и кто-то повернулся в ночи. Никто, даже само Сердце Меридиана, не ожидал предательства от собственного сына. Магия…не всесильна в некоторых моментах, особенно там, где эмоции или обыденность затмевают рассудок. Мама не видела амбиций брата. Да и кем он должен был стать в этой стране? Моим советником? Глупости. Он первый сын, что десятки лет оттачивал свои навыки, доводя их до совершенства. Магия, дипломатия, история, экономика, даже воинское искусство! Фобос был лучшим, как и полагалось принцу. Но принцы, обычно, становятся королями, а не помогают своей младшей сестричке вытирать задницу. Поэтому он решил действовать. Родители бы не оставили мою смерть не расследованной, так что их нужно было прикончить тоже. Первой целью стала мать. Сильнейшая из тех, кто был в комнате. На тот миг, я забыла о пламени. Его широкая улыбка была подобна тому ножу, что он вонзил в сердце нашей матери. Её глаза раскрылись в последний миг, но ничто уже не могло остановить занесённый кинжал. Отец не был ровней Фобосу. Тогда он просто взмахом руки призвал пламя с кроватки и сжёг его. Затем пламя обуяло комнату. Брат…попытался убить меня, но я рефлекторно окутала себя магией. Последнее что я помню, это вспышка света и я на руках у Браунов. Втроем мы сбежали через портал в Хизерфилд.       Элион нахмурила брови, словно собравшись с силами.       – Но всё это я поняла лишь позже, когда подросла. До этого эти события всплывали кошмарами в моей голове. –Элион схватилась за голову, а её устремлённый в пустоту взгляд стал диким. – О том, как громадная тень раз за разом поджигает мою кроватку, о том, как убивает кого-то дорогого мне! Я чувствовала…ярость. Гнев, обиду. Я не знала почему. В три года меня впервые наблюдал психиатр. С четырёх я принимала успокоительные. Год за годом лекарств становилось всё больше. Родители не объясняли мне, что к чему, и я лишь продолжала чувствовать себя одинокой. Будто всё что-то знают, но не я.Окружающие будто смеялись надо мной. Все эти косые взгляды на злобную девочку под таблетками. Дети всегда были злы ко мне. Я никогда не понимала, почему они обижали меня. Я же такая же, как и они. Где-то в это время, я открыла в себе волшебную силу, и поняла, что отличаюсь ото всех. Когда мне было шесть, я впервые убила человека. Это был Тимми. Задира, что украл у меня таблетки. Я ненавидела принимать их, но родители настаивали, а я не хотела расстраивать Браунов. Да и…моё неподчинение могло стать причиной того, что мне дали бы ещё больше лекарств! После школы, я не сказала родителям, что Тимми украл баночку. Мне было так хорошо! Но вот только ночью мне впервые приснился отчётливый кошмар. И я поняла, кто и кого убивает. Я проснулась в поту и заплакала. Я не знала что делать! Как найти этого человека, как отомстить ему! Не знаю почему, может мне захотелось вернуть свои неясные кошмары, а может просто хотела выпустить пар, но я спрыгнула с окна, и зависла в воздухе. Чтобы не выделяться, я над землёй полетела к дому Тимми. Его комната была на втором этаже, как и моя. Я воспарила к его окну, перебирая руками по лозам винограда, а потом постучала в окно. Он проснулся и испугался, хотел было звать на помощь, но я схватила его за горло, даже не касаясь тела! Он задыхался, а я впервые почувствовала такое удовольствие! Его рожица, пухленькая, с красными щёчками, становилась все синее и синее, глаза закатывались, слёзы текли по лицу, а я улыбалась! Это было прекрасно! После всех этих издевательств, я,наконец, могла ответить им!       Элион смахнула слезу.       – А потом у меня совсем не осталось друзей. Рядом со мной случались… несчастья. Так говорили. В принципе, это было правдой. Но только если ты обижаешь меня. В конце того года мы с тобой и встретились. Я как-то обнаружила, что я вне кругов общения. Не то чтобы мне это нужно было, ведь все эти люди не были мне ровней, не могли понять меня. Но я была слишком далеко и выделялась из окружения. Шмотки и фильмы меня не интересовали, навязчивые мальчики, что постоянно дёргают за косички – бесили. Я даже подумывала отрубить им руки. В общем, так я оказалась вне человеческой культуры. Порой я читала книги. Фэнтези, чтобы с магией. Нужно же где-то учиться! – Хихикнула Элион. Корнелия молчала.       – И только ты меня заметила. Может ты просто добрая, а может, искала себе поддержку в борьбе за школьный авторитет. Тем не менее, ты вернула меня к жизни, научила многим полезным штукам. Ещё тогда я понимала, что ты особенная, особенная для меня. Никто не был так добр ко мне, как ты! И всегда именно ты выручала меня, была рядом! Я очень сильно любила тебя, Корнелия! И всё же я не могла рассказать тебе о том, что я владею. Поэтому тот день, когда ты обрела силы, стал для меня важным. Я обвела его сердечком на календаре! Мы могли теперь быть на равных! И я даже узнала о том, кто такой Фобос.       Элион замолчала. Минуту они стояли в тишине.       –Но с этим пониманием пришло ещё одно откровение. Слабость – это порок, от которого нужно избавиться. Понимаешь, вот ну как Сердце Меридиана не могло предусмотреть предательство собственного сына? Это нонсенс! Какие-то глупости! Более того, недальновидность моей матери стоила жизни моему отцу, тысячам невинных граждан и чуть не стоила жизни наследнице престола! Она была либо глупа до безобразия, либо слаба. Слабее Фобоса.       Элион решительно направила взгляд туда, где должен был висеть её брат.       – Он моя семья. Не слабая и безумная мать. Не задохлик отец. Нет, именно сильный старший брат, который и побудил во мне желание избавится от собственных пороков. Я оставлю его в живых, пока что. Пусть смотрит на меня и гордится. Кем бы он ни считал меня, каждый его вздох направлен на то, чтобы свергнуть меня. А значит, каждый его вздох принадлежит только мне.       Корнелия могла лишь ужасаться тому, насколько её подруга страшна. Её взгляд менялся от безумия, до осмысленной жестокости. Стражница понимала логику событий, ставших причиной такого отношения её подруги к жизни. Она действительно была безумна. Но безумна лишь потому, что её нравственный шаблон в корне отличался от принятого в обществе. Элион была рождена для борьбы и конкуренции. Она даже не считала плохим то, как она поступила с ней ранее. Корнелия была трофеем. И то, как Элион будет ею распоряжаться, зависит лишь от настроения королевы.       Но главная проблема Стражницы Завесы была в её сочувствии. Корнелия понимала, что всё что говорила Элион было чистой правдой. А значит, она действительно считала её подругой.       Дрожащая рука Корнелии легла на плечо Элион.       Та бросила на неё не верящий, но полный мольбы взгляд. Сейчас она была похожа на котёнка, жаждущего ласки.       Корнелия притянула Элион к себе, позволив той уткнуться ей в грудь