Наивная пироманка

      В солнечный день он сидел под деревом. Опять разрыдалась Инни и мать успокаивала её.       «А ведь это был наш с ней день»       Он хотел научится готовить, но мелкая зараза опять всё испортила. Не удержавшись, парень накричал на неё. Удостоившись осуждающего взгляда матери, он выбежал из комнаты, оставив мать успокаивать сестру.       Сейчас, он осознавал, что поступил неправильно. Инни просто хотела побыть с братом. Ему всегда хватало родительского внимания. Как и его младшей сестре. И всё же он не мог не ревновать. Из конюшни вышел отец. Увидев сына на его любимом месте, он поднялся к нему на холм.       – Мы любим вас одинаково, сынок. Инни требует больше внимания, она ведь маленькая. Но вы оба в наших сердцах.       – Я-я понимаю, пап…– Его обняли.       – Ты уже такой взрослый…Сынок, мы должны помогать друг другу.       Эти слова навсегда отпечатались в сознании парня. Он рос, и вместе с ним росла семья. У него появилась жена, дети, его сестра нашла себе мужа. Их глаза всегда лучились простым человеческим теплом. То же самое он видел и в своих детях. Его сердце пело и витало в облаках, а трудности они преодолевали все вместе.       

***

      Огненные струи Тарани пронеслись сбоку от Габриэля. Водные лезвия Ирмы ударились в щит.       – Сейчас!       Молния ударила в щит, но рыцарь уже избавился от него. Стражницы летали, не давая ему подобраться поближе и постоянно атакуя, чтобы тот не мог прицелится из лука.       Габриэль рванул в сторону удирающих повстанцев, но перед ним возникла водяная стена.       – Заканчиваем! – Крикнула Вилл.       – Дай пять! – Ирма и Тарани возникли перед воином и хлопнули в ладоши. Стена пара окутала слугу королевы. Тут же его настиг удар током, а затем пар озарился заревом несущегося огненного шара.       Одновременно вверх и вправо, как раз туда, где собирались у портала повстанцы, вырвались два объекта.       – Помните, он может телепортироваться к своему оружию!       Водная преграда окружила повстанцев, пламя пожрало выпущенный вверх клинок, а молния ударила в облако пара.       Стрела пронеслась около Вилл, разодрав ей щёку, и тут же объявился Габриэль.       Вилл успела среагировать на тени, перестав лететь и увернулась благодаря свободному падению.       И вторая стрела вонзилась ей в живот.       – Чего?       Сверху на неё падал большой двуручный меч, заслонивший солнце, из-за чего казалось, что тень была человеческой.       В рассеивающемся облаке пара стоял Габриэль, окружённый десятком схожих мечей, образовавших небольшую стену. Из щели он выставил лук с очередной стрелой.       Потоки огня и воды заставили его изменить планы. Или, по крайней мере, так решили девочки.       Требуется немалый опыт и долгие тренировки чтобы избавится от привычных человеку парадигм и норм. Одной из таких парадигм мышления было движение. Гораздо понятнее и легче заставить себя двигаться по прямой, по кругу. Для этого не требовалось особо задумываться. Попробуйте встать в центре комнаты и начать прыгать в разные стороны, каждый раз меняя направление. Сразу встают вопросы наподобие: «А прыгал ли я туда-то чаще? А куда прыгнуть в этот раз?». С возможностью летать добавлялись новые ветки координат, но суть оставалась та же. Ирма и Тарани кружили вокруг рыцаря, вместо того, чтобы двигаться более хаотично. Стресс и страх следующей потери сделали их ещё более предсказуемыми. Они привыкли к тому, что враг может оказаться рядом с пролетевшей стрелой, а потому быстро уклонялись, либо просто не стояли на месте, и, в лучшем случае, разделяли внимание между выпущенной стрелой и начальным местонахождением воина.       Ирма не соответствовала своей стихии сейчас. А Тарани наоборот, старалась унять бушующее пламя.       Стражница воды вовремя среагировала на выпущенную стрелу, сместившись достаточно, чтобы не попасть под удар меча или копья. Попытавшись учитывать опыт прошлых битв, девушка предположила, что вероятность перемещения воина была мала. Поэтому она продолжила выпускать водяные пули в груду обломков, бывших мечами. И поэтому словила стрелу ногой.       – Чёрт! – Вовремя выпущенная молния, отсутствие опыта стрельбы в свободном падении сыграли свою роль, и вместо головы, стрела прошла гораздо ниже, да ещё и насквозь.       Габриэль переместился к стреле, воткнувшейся в землю. Ирма использовала водяной шнур, чтобы перевязать себе ногу. Вилл потратила последние силы на удар током, спасший Ирму, и теперь лежала в обычной школьной одежде. Тарани взяла на себя Первого меча. Огненные ураганы окружили его, вынуждая менять позицию. Теперь девушка была так же связана, как и Габриэль. Вилл не могла двигаться, а Ирма была ранена и теряла кровь.       Однако же повстанцы все-таки успели уйти. Ирма подняла Вилл на водяной подушке, а та в свою очередь приготовилась закрывать портал.       Тарани изо всех сил давали Габриэля, постепенно смещаясь к подругам. Закрывшись ростовыми щитами, воин вёл огонь из лука, что оказалось малоэффективно.       Стражницы ушли через сияющий портал. Габриэль опустил руки, тяжело дыша.       «Почему я не могу летать?»       Он зашёл в один из домов и поглотил металлические части сельхоз инвентаря. По добровольно принятой привычке, выпил стакан воды. Словно истукан, усевшись на стул, он начал думать. Во-первых, о своём тактическом поражении и стратегической победе.       «Чуть ли не каждый идиот, видящий лишь сиюминутную выгоду, готов стать повстанцем. Они не верят в мир Элион. Не доверяют ей. И поэтому не заслуживают её собственного доверия и любви. Но вот только без стражниц они не могут противостоять королеве. И теперь две из них ранены, одна в плену, и одна где-то сбежала. Мне нужно устранить неизвестный фактор…»       Он поднялся и схватил краюшку хлеба.       «Кстати о неизвестности… Та ведьма переманивает повстанцев к себе на службу, да и ещё ввозит волшебное оружие, помогающее одерживать победы против войск королевы» – вспомнив о ней, он почувствовал напряжение внизу, схожее с тем, что возникло у него, когда Элион касалась его там.       «Странно. Очень странно. Не понимаю себя. Госпожа Элион…» – он вновь почувствовал напряжение, стоило только вспомнить о её руке. Габриэль достал свой член и посмотрел на него. Казалось, что на нём до сих пор чувствуется рука девушки. Он хотел было взять его и повторить те движения, что делала королева, но тут же отринул эту идею. Она показалась ему недостойной.       «Это была награда её величества. Я не могу опорочить её!»       Спрятав член, он направился к лошади, что бегала недалеко от деревни. Но было ещё одно чувство не покидавшее его.       «Здесь есть ещё магия…»       Сенсорные способности не были его коньком, но сейчас, после того, как тут отыгралась битва, ничего не мешало выделить нечто из общей картины. Ударом кулака он сломал дверь и вошёл в полуразрушенный дом. В подвале он увидел необычный ящик.       «Хорошо, что после того случая с ведьмой, я не расслабляю магическое чутьё надолго. Этот ящик фонит магией»       Открыв его, он обнаружил две волнующие вещи. Первое – его содержимое. Это было заколдованное оружие. Второе – раз оно здесь было, значить эти повстанцы были верны отнюдь не стражницам.       – Думаю, следует об этом доложить. – Проговорил Габриэль, попутно впитывая оружие в себя.       

***

      Элион была в бешенстве. Пока её верный пёс разъезжал по очагам повстанческих восстаний, она никак не могла найти своего дорого брата. Теперь она понимала суть слов «не ценим пока не теряем».       – Он был мой! Всё это время он принадлежал мне! Кто!? И как!? Освободил!? Его!? Сука! Это точно была та сука!!! Я убью её и трахну труп! А потом заставлю собак сожрать её тело и высрать, чтобы потом собрать её заново из собачьего дерьма и опять отдам собакам! Эта ёбаная тварь покусилась на моего брата и ещё облапала моего раба! Отдам её троллям в период размножения. Да, точно, троллям. Это будет весело, нахуй.       Девчонка села на трон, но не могла долго усидеть.       – Нет, ну не тварь ли она?! Где мой братец! Он должен был меня понять, совсем, совсем скоро! Каждый день новые палки в колёса! Ничего не идёт так, как я задумывала. Там восстание, там недоглядели, там не собрали столько-то урожая. Кажется, что весь мир требует моего присутствия и без меня ничего не происходит так, как, мать его, нужно! – Она помолчала, прислушиваясь к окружению. Ряд новых заклинаний не ослаблял паранойю.       – Ещё и эта девка. Корни-в-рот-тебе-хуёрни. Боится моего взгляда, боится меня. Но, дьявол, сделала ли я ей что-то плохое за всё это время? Не била, не трогала. Ест всё самое лучшее, пьет всё самое свежее. Пиздец, неблагодарная.       Она опять опустила голову. Через решётчатый пол она могла смотреть на висящего внизу брата.       Которого теперь там нет.       – Аааааааааар!       Двери открылись, прервав Элион на половине её гневного крика.       Та самая Корни.       – Элион…       – Чего тебе? Я не в настроении.       – Тебе нужна помощь.       Элион впала в лёгкий ступор.       – Чего?       Короева видела, что стражница сегодня более смелая.       «Даже смотрит мне в глаза»       Элион не знала тех земных трюков, что знала королева красоты и самоуверенности Корнелия. Нет нужды смотреть в глаза, если ты смотришь на воображаемую точку между ними, чуть выше переносицы. На расстоянии этого вполне хватит. Проведя столько времени вместе, Корнелия лелеяла в себе останки силы и самоуверенности, и сейчас они были готовы перерасти в плод.       – Ты ведь не чувствуешь себя в безопасности, после побега Фобоса, не так ли?       «Прямо в точку» – Подумала Элион       Кивнув сама себе, Корнелия продолжила:       – Ещё и по замку шныряют два подозрительных элемента. Так вот, я хочу показать тебе своё доверие, отблагодарить за то, что оставила меня в живых и заботилась обо мне не смотря на то, что я не разделяю твоих взглядов и собиралась…       – …убить – Перебила её Элион. Монстр в девичьем обличье подполз к Корнелии, испытывая её уверенность. Теперь нужно было смотреть в глаза. И Корнелия не провалилась. А удостоившись одного взгляда, уже Элион отвела глаза, принимая предложение подруги.       – Я не буду убивать людей, Стражниц, или вообще кого-либо. Как ин е буду физически защищать тебя кроме как нападения Фобоса и Нериссы. Любые другие невзгоды навлекла на себя ты сама. Так же я попробую оправдать тебя перед населением, чтобы снизить напряжение. Главное, чтобы мне было перед кем говорить, а значить нужно придержать твоего головореза. А чтобы ты верила в мою искренность – освободи Калеба.       Элион опешила, не сразу разглядев логику. Прежде всего она увидела коварный план влюблённой девушки.       – Пока он здесь, ты не можешь быть уверена в том, что я здесь ради тебя, а не его сохранности. Более того, я попрошу его снизить темпы восстаний. Да и если он соберёт вокруг себя людей, тебе будет легче уничтожить их.       Это было правдой. После пленения Калеба, восстания не прекратились, но стали менее организованны и разбросаны по территории. Если раньше действовала организованная группа, с которой можно было сражаться, то теперь против неё выступали селяне с мотыгами и граблями и чья смерть не приносила реальной пользы, а даже шла во вред.       Элион металась над пропастью. Ей очень не хотелось давать повстанцам мотивированного лидера, но и терять Корнелию она не хотела.       – Элион, – королева подняла голову, и их губы встретились. – Я буду твоей полностью, и поддержу любой твой план, буду советовать в меру своих сил и знаний и попытаюсь оградить тебя от твоего безумия.       «Она всё ещё не понимает… Я – это я»       Девушка хотела опустить голову, но Корнелия не дала. Она вновь поцеловала её, и они слились в долгом поцелуе.       – Можешь звать меня своей королевой-консортом, если хочешь. Только…сначала необходимо консумировать наш союз, не так ли?       Корнелия не выпускала маленькую маньячку из своих объятий, а та словно потеряла волю к сопротивлению.       «Не обязательно понимать, чтобы любить, не так ли?»       Они снова поцеловались, а потом пошли к клетке Калеба.       Бывшие любовники обнялись и Корнелия объявила о расставании. Они долго говорили, и Элион старалась не подслушивать. Королева вспомнила про записывающее устройство и расслабилась.       Калеб прошёл мимо неё. Он был разбит и обескуражен, а сильный человек способен выйти из этого состояния ещё более мотивированным и сильным. После всего, Элион не была уверена – сильный он или нет. Но уж точно она была готова выполнить свою часть сделки.       Они принимали ванну в разных комнатах, ведь считалось, что жениху нельзя видеть невесту обнажённой до свадьбы. Пусть это и не был первый раз Элион, она чувствовала себя скованно. Слуги вымыли её, намазали каким-то пахучим маслом, одели в шикарный пеньюар и привели в её спальню. Комната тоже преобразилась, как и подобает брачному ложе. Теперь это не комната Элион. Слуги застелили чистое постельное белье, зажгли ароматические свечи, прикрыли окна.       «Это всё так странно…»       Она села на край кровати.       Спустя пару минут ожидания вошла Корнелия. Её одели в простой белый пеньюар, волосы были распущены, а на голове был венок из ромашек. Она нежно улыбнулась и с улыбкой нос Элион защекотали ароматы супруги, а щёки стали пунцовыми.       Королева встала и подошла к Корнелии. Они взялись за руки. Элион не хотелось говорить и Корнелия понимала это. Они поцеловались. Сначала робко, а потом всё смелее и смелее. Элион положила руку на ягодицы Корнелии, а та в свою очередь начала стягивать с неё пеньюар. Оказавшись на кровати, Элион принялась разбираться с завязками, второй рукой массируя клитор Корнелии. Стражница ласкала грудь партнёрши, ощущая клокочущее возбуждение. Вскоре они обе были обнажены и сливались в долгих поцелуях, как верхних, так и половых губ.       Увидев одобрительный взгляд, Элион ввела в Корнелию два пальца. Та простонала, сжав плечи девушки. Дав той отойти от болезненных ощущений, Элион положила одну руку сверху, стимулируя вагину снаружи и внутри. Видя трепет своей подруги, она и сама ощущала, как тепло расходится внутри неё. Девушка аккуратно нагнулась вперёд, стараясь не сбиться с ритма, и поцеловала. Её язык раскрыл скрываемый стон, и Корнелия яростно захватила обидчика. Она умудрялась и стонать, и крутить их языками, так что Элион с трудом удавалось придерживаться ритма. Внезапно Корнелия вся изогнулась и схватила любовницу ногами. Её руки, до этого безвольно лежавшие, впились в спину Элион. Тело стражницы онемело от оргазма, а вот Элион распалялась ещё больше, видя её покрытые пеленой наслаждения глаза и растрёпанные волосы. Королева опустилась ниже, впившись в его половые губы, доставляя ей ещё больше удовольствия. Когда волны повторного оргазма вконец вытеснили все мыслимые и немыслимые предубеждения, неловкости и неуверенности, Корнелия привстала, из-за чего Элион оторвалась от процесса, и накинулась на свою супругу, теперь сменив позиции.       Миленький голос Элион кричал, когда Корнелия повторяла с ней те же шалости, что происходили с ней до этого.       Потом Корнелия взгромоздилась на Элион открыв её взору свою вагину, источающую любовные соки, а сама поцеловала её интимное место.       В конце концов, утомлённые и счастливые, они уснули в обнимку.       

***

      Спустя три дня пути, Первый меч достиг столицы. В городе и замке витало какое-то странное настроение. Габриэль не чувствовал обстановку так чутко, но все равно был способен уловить позитивные изменения.       «Все ждут чего-то хорошего…Походе что мне нужно чаще бывать в столице, а то после…того раза, я сразу умчался в рейд»       Слуги весело бегают, на кухне замка слышатся новые ароматы.       – Сэр, вас давно не было, но уже как неделю Её сияющее величество заявила про то, что леди Корнелия будет выступать как королева-консорт, ей в ведение был отдан королевский замок и столица, так что теперь она управляет дворцовыми хлопотами и заведует управлением столицы. Похоже, что Стражница Земли будет выступать за нас и придаст благословление земли нашему народу!       Габриэль был удивлён ответом. Он знал о дружеских отношениях между этими двумя, но считал, что нахождение по разные стороны стало стеной между ними.       «Похоже что-то изменилось»       Он ощущал какую-то тревогу.       – Госпожа, а куда лучше поставить эти цветы?       – Их выставить на входе и в арках.       – Ваше величество, вот отчёт по детским домам в столице.       – Благодарю.       Он встал в дверях, наблюдая за идиллической сценой, полной улыбок и радости. Работа спорилась, донесения обрабатывались, результаты достигались. Габриэль не мог понять, чем они занимались, казалось, что Корнелия одновременно украшает замок и получает отчёт о работе пекарен в столице, тут же выслушивая о проблемах детских домов и больниц.       – Дайте пройти. – Нагруженная папками слуга еле видела дорогу. Габриэль не отступил. Он всегда считал, что его статус должен быть гораздо выше чем у обычной челяди.       – Эй, вы…– У девушки все-таки хватило ума посмотреть на дорогу и вовремя остановиться. Массивная фигура в воронённой броне оказалась палачом королевы. – П-простите, сэр, я-я несу донесения…королеве…       – Не думаю, что это оправдывает ваше поведение. Тем более, что королева у нас одна, а её любовница, которой вы и несёте эту груду, не факт, что единственная. – Этими неосторожными словами он породил новый слух, что в свою очередь возродил ещё несколько.       Девушка запнулась, чувствуя угрозу в его взгляде и словах.       – Габриэль, прости её и дай ей пройти. Пожалуйста. – Королева-консорт подоспела на помощь. Воин отошёл в сторону, переведя свой взгляд на Корнелию.       – Вы, оказывается, хороший управленец, несмотря на юный возраст?       Корнелия немного смутилась.       – Я-я просто не мешаю людям делать то, что они умеют. Здесь средневековье. – Теперь уже Габриэль не понял о чём она. – Тут…всё легче, чем в моём мире. Тем более, что Элион вырвала коррупцию с корнем. По крайней мере в столице. Так что мне в принципе легко. Следить чтобы налоги поступали вовремя, доходы превышали расходы, субсидировать нужные направления. – Корнелия выпустила на волю улыбку. – Думаю, пока у меня получается!       – Где сейчас Её высочество?       – Она внизу. В лаборатории.       Габриэль молча направился для доклада.       «Я и так слишком много времени провёл здесь»       Корнелия направилась вместе с ним.       – Пока я занята столицей, Элион может заниматься учёбой. Она совершенствует свои силы. Чем больше людей будет ей помогать, тем лучше.       – Проблема в доверии, стражница. Меня создали как раз потому, что она не могла никому доверять.       – Э-это…извини, я не хотела приуменьшить твою значимость. Я уверена, ты по-прежнему нужен ей.       Габриэль чувствовал странное жжение внутри. Одновременно с этим, его руки словно наливались тяжестью, опускались вниз и он ощущал, будто что-то упустил, проиграл. Его настроение ухудшала окружающая атмосфера и непонятный гнев. Рациональная часть его сознания понимала, что сейчас он способен натворить глупостей – того, что Элион не закладывала в него. Поэтому он молчал, сцепив зубы.       Спускались довольно долго. Они вошли в широкий прямоугольный зал, к которому примыкали различные комнаты для волшебных экспериментов и различных опытов. Высокие потолки и потребность в удалённости от жилых помещений и была причиной долгого спуска. И по этой же причине Элион было лень выходить отсюда. Переместив библиотеку и матрасы, королева полностью поселилась в лаборатории. Даже Корнелия не знала, чем она здесь занималась.       – С возвращением, Габриэль. Чем порадуешь?       Рыцарь оглянулся на свою спутницу. Его алые глаза недобро сияли.       – Благодарю, что составили компанию.       – Элион, я хотела напомнить…       – Да, я помню, спасибо. Габриэль, мы пришли к выводу, что необходимо уменьшить количество жертв среди повстанцев.       – Миледи, я щажу всех, кто хочет сдаться.       – Теперь мы перестаём их убивать. Пусть ютятся у себя в норах. Мы переходим к дипломатии. Твоя задача разведка и контроль за действиями стражниц. Только в случае, если они открыто пойдут войной, мы выступим. А пока, пусть существуют.       – Я-я понял…– Соврал Габриэль.       Элион улыбнулась Корнелии, и та побежала и дальше украшать дворец. Только она скрылась из виду и двери за ней запахнулись, Габриэль опустился на колено:       – Королева, прошу простить, я соврал.       – Ничего не понял? Да? – Она слегка улыбнулась. – Я не хочу, чтобы они захлёбывались от страха при виде меня.       – Но вражеская пропаганда будет очернять вас, повстанцы будут усиливаться и занимать позиции…       – Что они такое без стражниц? Мы покажем им добрую часть меня.       – Мы должны показывать обе стороны, миледи. Повстанцы видят в дипломатии слабость. Они привыкли воевать со всеми, будь то вы или Фобос. Повышать уровень жизни людей, попутно показывая смерти неугодных – так народ поймёт, что сопротивляться глупо, нужно лишь чуток подождать, и всё станет лучше, чем было! Игнорируя болезнь, её не вылечить. А повстанцы – это и есть болезнь.       – Ты стал таким умным! Но опять-таки. Без стражниц, повстанцы — это просто люди.       – Боюсь, что это не совсем так, госпожа. – Из-за наплечной сумки он достал один из трофейных мечей. – Эта магия – не ваша. Я проверил донесения о победах врага над нашими отрядами, и оказалось, что кто-то ввозит волшебное оружие на Меридиан и отдаёт его повстанцам. Я думаю, что это…       – Нерисса! – Фыркнула Элион. – Фобос не вступил бы в сговор с отребьем. А вот эта ведьма никаких средств не чурается. Да и заколдовать сотню другую сабель ей по силам. – Элион выставила вперёд меч и из него полился поток пламени. Не густо, но в бою обычных людей, даже десяток таких даст существенное преимущество.       – И…Миледи, я не слишком сильно уверен в следующих теориях…Но в деревне, где я нашёл оружие, стражницы помогали повстанцам сбежать. Оружие было в тайнике, и поэтому я предположил, что девушки не знали о том, что повстанцев курирует Нерисса.       Элион принялась расхаживать из стороны в сторону.       – Либо Стражницы объединились с Нериссой, либо девочки не знают о том, что повстанцам помогает эта сучка и среди них есть предатели. И то хреново и то. Стражницы нужны мне. Они фигура, пусть ходят. Но они не должны быть её фигурой. Ещё и Фобос предал меня…       – Госпожа, я бы хотел уточнить по поводу королевы-консорта и…       – Ты мой. Только мой. Не думай о ней.       – И госпожа…Возможно это лишь моё предположение, но в замке слишком много земли и цветов. А она ведь…       – Стражница земли. Ты думаешь, что моя жена хочет предать меня? Скажи честно, Габриэль. – В глазах у Элион появилась боль.       – Мне тяжело делать выводы. Лишь я один был создан вами ради вас и ваших планов. Все остальные заняты прежде всего собой и своими интересами.       – А что насчёт тебя? – Эти слова поставили его в тупик. – Чего хочешь ты? Тебя устраивает, что ты просто мой инструмент? Чего ты достигнешь для себя?       – А мне другого ин е нужно. Что есть в этом мире, что бы могло затмить вас и ваши цели? Если вам нужна моя выгода – то пусть я буду вашей рукой, и так останусь в вечности. Вместе с вами. Мои амбиции – все рядом с вами, повелительница. И в ином я смысла не вижу.       – А как же путешествия, другие женщины, власть, деньги?!       Габриэль улыбнулся.       – В своих путешествиях я созерцаю ваше царство, хочу лишь прокатится на лошади с вами. Никто другой не нужен. Да и в деньгах то я не особо нуждаюсь!       Элион опустила плечи и смотрела в пол. Она сама бы так никогда не сказала и не верила ни единому его слову. Просто не могла. И её мучило это противоречие. Этот гомункул был создан для того, чтобы быть верным. Абсурдно верным. И, пусть и подпорченный ублюдочной ведьмой, таким он и оставался. А она просто не могла позволить себе снять защиту с этого участка крепости, что ограждала её душу и останки трезвого ума.       Габриэль обнял её. Нежно, словно ускользающий порыв ветра, он взял её за плечи и позволил уткнуться в его доспех. Убедившись, что она не оттолкнёт его, воин сжал девушку крепче, учитывая доспехи на руках. Габриэль уткнулся в её волосы, наслаждаясь их запахом. В этот странный, но приятный момент, он ощутил нечто, что направляло его дальше. Вдоль спины, его рука поднялась к её шее, потом, пальцами по щеке, отодвигая волосы, упавшие на её волшебное личико. Придерживая за талию, он поцеловал свою королеву. Она не ответила ему сразу, и его сердце повисло над пропастью на тонком канате. Спустя миг, сравнимый с вечностью, её губы открылись, и они слились в долгом поцелуе. Габриэль чувствовал ответный пыл, раскалявший его собственную страсть. В секунды, его руки начали блуждать по её телу. Она отстранилась, схватил его руки. Какую-то секунду эта ведьма смотрела ничего не понимающими глазами, заставив своего защитника вновь разволноваться. Элион начала медленно перемещать его ладони. Одну она оставила на груди, а вторую привела к ягодице.       – Вот так, солнышко. – Бесёнок внутри неё вновь взыграл, глаза стали метать искры, а Габриэль не знал, что необходимо сделать. Парень опять воззвал к своему внутреннему помощнику. Почему-то он решил, что на ней слишком уж много одежды. Рука на ягодице сжалась, вызвал у девушки вздох радости. Рука с груди переместилась на плечо, в ней появился кинжал, и точным движением, не раня шёлковую кожу, срезала лямку платья. Элион всё так же улыбалась, всё больше распаляя как его, так и себя. Сейчас девушка радовалась его вниманию и властью над ним. Её подчинённый сейчас был так же безумен, как и она, и откажи ему сейчас, его сердце и разум навечно потонут в море несбывшихся желаний. Но Элион милосердная госпожа.       Половина платья упала, оголив часть её торса. Теперь Габриэль мог ласкать её грудь.       – Хихихи! – Одним мановением пальца девушка исправила его оплошность. Броня рухнула на пол, слетев с него, словно неосязаемая. Габриэль покраснел, но Элион не хотела ждать пока пройдёт его вина. Она поцеловала парня, не давая ему впасть в самокопания.       Обе руки теперь держали её на весу, а девушка обхватила его ногами. Краем глаза он увидел стол и понёс девушку к нему.       Нависнув над Элион, Габриэль снял штаны, а руками подтянул платье, оголив намокшие трусики. Сдвинув их в сторону, он вставил свой дрожащий член, вызвав у неё стон удовольствия. Стараясь обуздать свою похоть, парень попытался быть сдержанным, но посмотрев в её глаза, Габриэль понял свою ошибку. Навалившись, он впился в её губы и увеличил темп, заставив Элион взрываться стонами удовольствия. Королева впилась ему в спину, ногами всё сильнее сжимая своего партнёра.       Скоро они оба кончили. Элион обнимала его, не выпуская из себя. Сам же Габриэль не особо спешил уходить. Он повернул голову, а она словила его губы, поцеловав.