Наивная пироманка

      Как обмануть всевидящего? Как обмануть того, кто знает, что будет обманут? Это непростой вопрос, но Нерисса всегда стремилась решать проблемы, и подогреваемая многолетней ненавистью, она ломала своим стремлением любые мыслимые преграды.       Во-первых, необходимо узнать врага, его образ мыслей. Нерисса не тешила себя иллюзиями: её враг – Оракул и Совет Конракара.       Во-вторых, нужно понять, что он хочет.       В-третьих, нужно использовать это против него.       И в-четвёртых – контрразведка.       Нерисса понимала, что среди всех угроз вселенскому порядку, она явно выделялась, как своими знаниями, опытом, так и связью с самим советом и его непогрешимыми Стражницами. Ореол несогласия, борьбы и неповиновения был вокруг образа Нериссы. Диктаторы видели в ней путь к их собственной свободе от уз Совета. Некоторые искали в ней помощи в борьбе с установленным порядком, ущемляющим их. В конце концов, не все Сердца были у добрых людей. А добрых людей можно было обратить во тьму. И Нерисса была в этом мастером. Чудища из лесов Калибана, кузнецы из подземелий Мории, смертепоклонники из Хатовара – неполный список её самых главных друзей. Одни дали заточить себя в оружиях, которые выковали другие, а питались они жизнями владельцев, благодаря заклинаниям, наложенным третьими. Сожрав их, по команде Нериссы, твари проникли в Меридиан, а благодаря небольшим внушениям, оказались в нужных местах.       Оракул наверняка хотел сделать что-то. Но не мог, ведь концентрация на одном мире затеняла всеобщую перспективу и в «тень» попадали миры, что так же нуждались во внимании. Его предвидение не всегда работало так, как хотелось. Он не мог постоянно видеть будущее отдельной планеты, отдельного человека. Слишком большая нагрузка даже для такого существа, как Оракул. И всё же он видел перспективу, в которой мироздание существовало, а его обитатели были счастливы и живы. Или только живы. Это была цена, с которой он должен был смирится. Все счастливы не будут.       Так же неплохо было поискать в «тенях» знания и способы. Древние заклинания. Так, Нерисса смогла «подключится» к Оракулу, и увидеть будущее, счастливое будущее, и то, что нужно для его достижения.       Она узнала о шкатулке. А также она знала, что Оракул не узнал её в облике Волжебницы. Сдвинув ножи Габриэля, она отдалила время прихода парня к той точке, где он должен был встретится с Оракулом. А когда он дошёл, встреча «Габриэля» и Оракула уже состоялась, и ловким заклинанием, шкатулка и память о встрече оказалась в голове парня.       В итоге, встреча случилась, гомункул получил шкатулку, а видение сбылось.       Сам же предмет декора служил хранилищем для энергии. Каждый из изумрудов отвечал за сохранение энергии, равной количеству запасов принца Фобоса или стражницы на пике силы. Двух хватило бы, чтобы оставить Элион без сил на некоторое время. Можно было использовать их, высасывая доли энергии, но для этого необходимо было мастерство, которого у Габриэля нет. Как только шкатулка поглотила достаточное количество энергии, Изумруд лопался, символизируя наполнение шкатулки на треть. Это устройство было недоделанным, простым хранилищем без цели.       Зная наперёд о силах шкатулки, Нерисса подготовила ритуал, который подвязала к ней. Теперь, энергия передавалась ведьме, а не просто оставалась внутри шкатулки.       И теперь, благодаря парню, шкатулка передавала Нериссе магическую энергию Фобоса, Корнелии и Тарани.       Растерянная многочисленными атаками, погибелью замка и брата, Элион стала отступать. Её фантазия бурлила гневом, но она не мог найти достойного выражения. Ярость – плохой советчик.       Хлопком девушка наполнила магический щит ещё большим количеством энергии, что бы он не проседал под горными породами, скинутыми на неё Нериссой. Королеву толкали в землю, в шаре оставалось всё меньше воздуха. Элион вспомнила об одном заклинании, но ей требовалось время и концентрация.       И того и другого у неё не было. Разум девушки подвергался саморазрушению, собственная слабость разрывала её изнутри. Она чувствовала себя маленькой. Точно такой же, как в ночь смерти её родителей. Элион стремилась к силе и власти. Вполне естественные стремления для того, кто однажды потерял всё, находясь при этом в беспомощном состоянии. Девочка стала сильнее, взрослее. Но этого всё равно было мало. Когда-то, она хотела доверять. Но, это было ложью. Это было слабостью. Глупостью. Доверие – это открытая дверь для вора и убийцы. Это место для удара ножом. Ей нужен был полный контроль над окружающей реальностью. И чем больше контроля, тем больше понимания, что реальность несравнимо больше её. Больше самой возможности осознать то, что тебя окружает. И эта бесконечность не давала ей покоя. Когда же будет конец, при которым она сможет успокоится и расслабится? Будут ли угрозы из-вне реальности?       Эти вопросы вновь терзали её голову. Малышка, символ её человечности, страдала в огне, порождённом внешней Элион, социопаткой и убийцей.       Нужна ли ей человечность? И что это вообще такое? Люди способны и на зло, и на добро. Так что же такое – быть человеком? Разве злые люди – не люди? Разве добрые люди – не люди?        «– Миледи, столица отбита.» – Сквозь помехи она услышала голос Габриэля. «– Ваша армия хорошо справилась, ущерб от монстров устраним, сейчас мы полностью отбили все поселения, бои ведутся в лесах и горах с отступающими монстарми. Замок разрушен, но три стражницы у нас, как и Сердце Кондракара. Шкатулка обезврежена»       Элион испытала небольшое облегчение. Пусть им и удалось сохранить её государство, но без правителя оно всё равно не нужно.       «– Габриэль…Чего, по-твоему, стоит цель, если она недостижима? Стоит ли ради неё бороться?»       «– Я…не знаю, госпожа. Моя цель – служение вам, и пока я борюсь ради неё – я живу. Мне кажется, что любая цель, которая важна человеку, достойна своего пути, как ни как, мы все разные и судим по тому, как чувствуем»       Элион улыбнулась. Она уже не нуждалась в притворной лести или раболепии. Его слова помогли ей утвердить ответ в её сердце.       «Пути превыше цели, и какой бы несбыточной была мечта, мы живём пока следуем своему пути, меняясь и меняя нашу цель» – подумала Элион. «Нет нужды заморачиваться по поводу конечного результата, ведь он всегда один – смерть. Главное, как мы живем. Я хочу делать то, что приносит мне радость, и если вся вселенная должна стонать от боли для этого – пусть так и будет!»       Элион собралась с мыслями и чувствами.       «– Габриэль, отойди подальше от города и сунь Сердце Кондракара в шкатулку!»       Он так и сделал. Поток энергии, связывающий мироздание, хлынул в Нериссу. Ведьма дико заржала, выплескивая всё больше силы и сплетая всё более причудливые заклинания. Элион оставалось лишь держаться, создавая последнее заклинание.       И всё же она улыбалась. Хождение по лезвию выводило ощущения на новый уровень.       Любой волшебник имеет запас собственной энергии, который восстанавливается со временем. Сердца имеют огромный, планетарный запас, который ещё и восстанавливается гораздо быстрее, если они находятся на своей планете. Но всё же, даже имея целую планету, полную жизни, никто не мог вместить в себя больше энергии, чем позволяло его тело и тренировки.       Сердце Кондракара было особенным сердцем, ведь оно связывало миры. Его энергия была бесконечна, а поток огромен.       И вскоре, распирающая радость Нериссы сменилась ужасом. Она осознала. Сердце в шкатулке направляло в неё столько сил, что она просто не могла контролировать их. Бесконечный, вечный поток, превышающий её саму, как и любого, кто существует в этой вселенной. Вместо того, чтобы по капельке черпать волшебство, подобно Стражницам Завесы, Нерисса имела полный карт-бланш. Ведь так работало её собственное заклинание.       Ведьма понимала, что ей необходим резерв сил для сражения с Элион в Меридиане. Её план был прост: гомункул передаёт шкатулку своей королеве, та сжирает её мощь, и пока Элион восстанавливается, Фобос, или сама Нерисса, убивают её. А с приобретённой мощью, Нерисса побеждает выжившего и становится владычицей Меридиана. А дальше – вся вселенная. Но пошло всё не так.       – Аааааааа! – Нерисса кричала от боли, пока её тело лопалось от передозировки волшебной силы.       Элион кометой вырвалась из-под завалов, выпустив заготовленный ментальный клинок. Заклинание ударило в голову Нериссы, сбив её и без того шаткий контроль. Девушка не могла оставить сопернице хоть какой-то шанс на выживание. Королева помчалась от места взрыва со всей возможной скоростью.       Спустя пару секунд, бывшая стражница завесы скончалась в огромном взрыве. Взрывная волна раскидала землю, оставив гигантскую воронку, а затем, словно в чёрную дыру, земля начала стягиваться, образовав сферу в месте гибели стражницы, а оставшиеся груды замерли в воздухе вокруг летающего шара.       Элион лежала в паре километров. Это было странно, но для волшебника вполне возможно – взрыв распространялся не по кругу, а за королевой Меридиана, словно вела его злая предсмертная воля.       Девушка лишилась ног по колени, но исцеляющее заклинание уже работало.       В голове вновь проснулся голос Первого меча. Он скакал к ней.       

***

      Как обмануть всевидящего? Как обмануть того, кто знает, что будет обманут? Что он видел? Как Габриэль получит шкатулку, или что Нерисса получит шкатулку? Значит ли, что позволив себя обмануть, он обманул обманщика?       Кто знает.       Сердце Кондракара выпорхнула из оплавленной шкатулки. Не было стражниц, способных воззвать к нему или услышать его зов. Оно пустило горькую слезу, не последнюю и не первую. Сердце исчезло в портале. Напоследок, по завету Оракула, оно укрепило Завесу, наложив новый магический контур. Пленённые стражницы тоже пропали, несмотря на старания их пленителей.       Элион ехала на лошади, прижавшись к спине Габриэля. Мелкая тряска укачивала. Лечащее заклинание забирало много сил, которых и без того осталось немного. Она признавалась себе, что хотела оказаться в перине где-то далеко отсюда и заснуть под чутким наблюдением своего рыцаря. Был ли это момент слабости? Возможно. Но вдруг это была сила – пойти на риск, поставив свою жизнь на кон, уснуть, зная, что есть враги, жаждущие твоей смерти.       «И всё же, есть обязанности королевы…»       Столица была потрёпана, но самое угнетающее чувство внушал дворец, а точнее его отсутствие. Величественное строение, образец всех архитектурных веяний на протяжении всей истории существования Меридиана, был разрушен. Библиотека с различными фолиантами, личные покои Элион и подземные лаборатории уцелели.       «Если отбросить мишуру, то получается, что самое важно в целостности»       Девушка ощутила изменения в Завесе.       «Теперь я уже узница высшего уровня, да?»       Элион понимала, что, взрыв летел за ней не зря. Но даже так, ей указали на её место. Нерисса металась с планеты на планету, становясь угрозой мировому порядку, собирая террористические и повстанческие движения – и всё это ради того, чтобы свергнуть власть Кондракара.       Элион же была лишь потенциальной угрозой, при этом, она была ещё и угрозой самой себе. Мелкая девчонка, шалунья, играющая со штуками вне её понимания. Как ни как, играясь с проводкой, можно как себя убить, так и весь дом обесточить. Величественные лбы Кондракара оставили её на потом. Пусть она играется, долбится о Завесу. Новые стражницы придут за ней. Ей никогда не будет покоя.       – Хихихихихи! – Элион приободрилась, приосанилась, и посмотрела в небо. Её взгляд был наполнен безумием и мраком, жаждой крови и злобой. Казалось, что даже без волшебства, один взгляд мог убить. Это была Элион.       «Мы встретимся, Оракул»