Наивная пироманка

      Перекошенное от гнева и ярости лицо Элион не свидетельствовало про её желание говорить. Телекинетический удар подтвердил это утверждение. Фобос прикрыл компанию щитом, а девушки направились в атаку. Мощь удара Элион снесла стены зала и крышу, разворотив крыло замка. Ворвался ветер. Спасаясь от падающих камней, стражницы оказались под щитом принца, чем и воспользовалась королева. Она перенаправила все обломки на них и швырялась огненными шарами. Щит натужно скрипел.       Ветер и молния встретили куски замка, разрушая и искривляя траекторию, вода встретила огненные шары. Растения из вазонов начали расти и укреплять рушащийся замок. Стражницы были решительны. Здесь должна была состояться решающая битва. Фобос направил энергетическую бурю, заставив сестру отшатнуться. Миг слабости сразу обернулся контратакой – все пять стихий мощным потоком ударили в королеву.       – Аааааагррр! – С чудовищным рыком, Элион схватила фибры заклинания Фобоса и обратила его против него. Буря помчалась обратно, молотом врезавшись в щит. Девочки поспешили ответить.       – В разброс! – Воспользовавшись поутихшей бурей, Вилл отдала команду. Пять стражниц, пользуясь последствиями телекинетического удара Элион, разлетелись. Тарани, подобно дракону, выдохнула пламя.       – Огонь – это моя стихия! – Сжав кулак, Сердце Меридиана вырвала пламя из-под контроля стражницы и сжала его в бейсбольный шар.       – Ну, уж нет! – Ирма водяным змеем потушила как сам шар, та и злобные намерения Элион. Но та лишь улыбнулась. Пламенные лезвия десятками помчались в сторону стражницы воды, а та приняла их на водный щит. Элион вытянула руку, и обломки камней ударили девушку в спину.       – Гх! – Водный и ветряной барьеры смягчили удар. – Спасибо, Хай Лин!       Ураган поднял обломки и воду, метнув их во врага. Вилл ударила молнией, наэлектризовав лужи на земле. Элион сжала зубы, но успела отразить большую часть урона. Фобос приготовил мощную фронтальную атаку. Его сестра ударила кулаком по земле, обрушив пол. Из-за потери устойчивости колдующим, монструозная магическая конструкция вспыхнула, не достигнув своего завершения и сила высвободилась, снова впившись в замок. Древняя цитадель громко отозвалась. На Элион стали падать остатки верхних этажей.       – Дьявол! Мы должны позаботиться о людях внизу! – Сказал Фобос.       Хай Лин наполнила грудь воздухом:       – Эвакуация! Эвакуация! – звуковые волны разнеслись воздухом по всем этажам замка. – Пока что это всё что я смогу сделать. Ветер и так отправил обломки в Элион…Но это похоже не помогло.       Корнелия уклонилась от выпущенного камня, как и другие девочки. Окружённая магическим щитом, королева Меридиана выползала из завала. Её руки уже горели волшебной энергией. Начался новый раунд.       Последовали обмены ударами. Элион трансформировала пол в лаву, заставив стражниц постоянно летать. Вспышкой света она ослепила Хай Лин, и та ударилась о стену. Поток воды остудил лаву, но стражница Воздуха всё равно пострадала от пара. Вилл метнула молнию, но ту встретила ладонь Элион. Искрами заряд озарил помещение и распался. Та же судьба ждала и остальные разряды. Смеясь, Элион выпустила свои молнии. Все стражницы попали под удар. Подобно метеору, Элион сорвалась с места, в одной руке удерживая клинок-молнию, а второй продолжая испускать разряд. Щит Фобоса принял на себя удар и приказал долго жить. Второй удар должен быть отправить Фобоса на суд его родителей, но гравитационная воронка сместила траекторию удара, впитав в себя как саблю, так и разряды электричества. Тут же, он высвободил сворованное электричество, ударив им Элион. Та заорала. Большой ожог украсил её бок. Второй рукой девушка призвала пламя, но поток пылающей ярости был встречен холодной решимостью Фобоса. Королева продолжала наращивать температуру, искренне желая обратить брата в прах.       Этого хватило, чтобы стражницы пришли в себя. Наэлектризованный поток воды ударил её в спину, гася пламя и укрепляя ледяной щит Фобоса.       

***

      Нерисса подвесила восстанавливающегося рыцаря в воздухе. Она была у себя дома. Волшебница начала медитировать в поисках нового портала.       «Могучие эвокации просачиваются сквозь Завесу. Это травмирует её. Скоро появится целая горсть порталов. Стало быть, Стражницы Завесы накинулись на королеву Элион…Я не могу позволить им победить. Никому из них. Буду наблюдать, а затем добью обе стороны»       – А ты, голубчик, побудешь тут, пока я не прикончу твою любимую королеву.       Вспышки порталов вспыхнули недалеко от Хитерфильда, и Нерисса полетела туда.       Габриэль раскрыл глаза. Он пришёл в сознание и притворялся спящим, а ведьме, судя по всему, не было особо интересно с ним копаться. Немного подождав, он уколол себя небольшим кинжалом, поглотив заклинание.       «Чёрт, я всё ещё не могу сражаться…Может у неё есть какие-то волшебные предметы? Главное, чтобы Нерисса не вздумала вернуться»       Переведя дух и дав собственным механизмам исцеления поработать, парень поднялся на ноги, аккуратно ощупывая пол шпагой, прежде чем ступать. Первым делом он добрался до кухни и употребил все, что смог найти. Затем пошёл за поиском волшебства.       «Она спешила, думаю, что уже должна была пересечь границу миров»       Габриэль ткнул первый необычный предмет. Зелёная пластинка на шпаге сразу погасла.       «Хммм…У меня осталось полтора изумруда. Нужно поберечь их»       Поглощённых сил хватило на то, чтобы привести себя в порядок. Сконцентрировавшись, Габриэль почувствовал отдалённые отзвуки портала.       «Два километра в сторону Хитерфилда»       

***

      Фобос оттачивал своё мастерство годами. Имея таланты ко всем видам волшебства, как и его сестра, он стремился покорять новые вершины, дабы обрести уверенность в своих силах и достичь абсолюта. Поэтому его магическое чутьё было острым. Ещё тогда, когда девушки рассказали ему об их столкновении с ведьмой, он понял, что бывшая стражница не оставит их в покое. Нужно было лишь ждать и беречь силы.       И его ожидание оправдалось. Скрываясь в тенях, ведьма смотрела за битвой. Она как раз появилась тогда, когда Элион вылезала из завала.       «Пока существуют эти две женщины, Меридиану не будет покоя. Мама, папа, извините нас. Мы не оправдали ваших надежд и убили сотни наших подданных. И всё это из-за меня. Есть вещи, которые не должно прощать. Есть раны, которые трудно забыть. Пришла пора избавить этот мир от стольких недостойных отпрысков»       – Все вместе! – Решительно крикнул Фобос. Элион злобно зыркнула на него, но это ничего не изменит. Молния, вода, огонь, земля и воздух с разных сторон направились к Элион. Фобос испустил энергию, переливающуюся цветами радуги. Элион окутала себя всевозможными щитами.       Две коварные дамы не учли одного фактора.       Элион увидела, что атака Фобоса, хоть и наносила различные эффекты, заставляя её щит подстраиваться, но была слаба. Изо всех её оппонентов, только он всё ещё жалел сестру.       Нерисса увидела незащищённую спину принца и находящуюся в осаде сестру.       Каждая из них увидела шанс. Но не только они были коварны и решительны.       Гром и молния сошли с небес по воле Нериссы, огненный выпад пришёл со стороны Элион.       Хлопок и всё завертелось.       – Чего?       – Что происходит?!       Стражницы были в шоке. Их волшебная сила вытекала. Вокруг Фобоса засиял волшебный круг. Он расширился, впитав элементы и став икосаэдром. Различные письмена и коды заклинания возникали на гранях. Две колдуньи мигом оказались рядом с Фобосом. Их глаза выражали неизмеримый ужас и страх. Лишь принц спокойно улыбался. Схватив их за руки, он впечатал их судьбу в камень.       Троица стояла внутри сжимающегося икосаэдра. Из них начал литься свет, сливаясь в шарики, парящие на уровне их груди.       Нерисса пыталась выбраться. Она толком не потратила силу, и пыталась найти способ вторгнуться в заклинание. Элион пошла по другому пути. Она чувствовала, что волшебство питается из её резервуара, а потому попыталась перекрыть вентили. Когда это ей не удалось, она наоборот открутила их до предела. И это тоже не помогло.       Девушки не понимали, что как только ловушка схватила их, собственные разум и воля уже не подчинялись им.       Обессиленные стражницы могли лишь наблюдать, как камень прилипает к периметру икосаэдра, физически воплощая вечную опочивальню.       

***

      С момента своего чудесного преображения, Фобос всё думал о том, как остановить сестру. Он мог объединиться со стражницами и убить её. Но ему не хотелось лишать её жизни. Девочка заслуживала перевоспитания, как и он сам. Тем более, что она была его творением. И в её поступках он виноват не меньше.       Нериссу ему тоже необходимо остановить. Это его долг как принца. Один он не смог бы справится ни с одной, ни с другой. А совместное со стражницами Завесы уничтожение, стало бы сигналом одной из двух оставшихся проблем Меридиана. Поэтому ему нужно было создать такую ситуацию, при которой можно было бы нейтрализовать сразу две цели. И, когда все пять стражниц оказались вместе, Фобос понял, что сейчас та самая ситуация. Заклинание печати решит их проблему.       Печать запрета упокоения – средство, что применяли против тех, кого чрезвычайно трудно убить, но нужно остановить. Она запечатывала и колдующего и его цель, питаясь их силой.       Печать хватала жертв, основываясь на некоторых условиях, заранее заданных заклинателем. Маг уровня Фобоса мог вставить такие условия в самый последний момент, идеально подстроив их под ситуацию. И он выбрал совершение колдуньями магического действия косвенно или полностью направленного на вред Фобосу. Как только эти условия выполнены, не имеет значения, где находится цель – магия притянет их к нему. Это впечатывалось на причинно-следственном уровне, так, что совершение условия было причиной, а притяжение – следствием. Стоило Фобосу прикоснуться к ним, и ритуал разорвал душу и тело. Она выливалась в сферический сосуд, пронизанный волокнами заклинания. И пока душа существует, печать не будет разрушена. Сосуд необычайно хрупкий, любое покушение на целостность заклинания, мгновенно вызовет трещины в нём. Тело опутывалось магическими нитями, превращаясь в мумию.       Фобос решил, что это лучший вариант.       Проведение ритуала требовало невероятное количество энергии и наличия всех четырёх базовых элементов. А также квинтэссенции, как основы жизни.       Икосаэдр взлетел, растворяясь в голубом небе. Габриэль мог лишь бессильно смотреть на то, как королева навечно покидает его.       

***

      Он спрыгнул с лошади. Первый меч павшей королевы смотрел прямо перед собой. Вольные отряды Меридиана расступились перед ним. Но не то чтобы он замедлил свой шаг, если бы они не отошли.       Последнее оккупированное село ждало его. Импровизированный частокол и башни внушали опаску только людям, обделённым милостью королевы. Габриэль перешёл черту попадания стрелы. Он не останавливался до самых ворот.       – Выходите. – Никого не было видно, но воин знал, что они все слушают его. Он в очередной раз сказал заученные слова.       Спустя пару часов, отряд солдат-гомункулов покинул деревню, присоединившись к своим братьям. Несколько обозов и десятки солдат. Их осталось немного после того, как армия тьмы, заточённая Нериссой, вырвалась наружу, поглотив немало повстанцев.       Затем начались междоусобные бойни. Выжившие повстанцы не были героями войны, стражниц было мало. В конце концов, появился Габриэль. Он собрал остатки солдат-гомункулов под своё руководство и вместе они пришли на помощь стражницам, став «миротворцами». Благо, что войны происходили не по всему миру, а около окрестностей столицы.       «Единый мир распался. Меридиана больше нет. Меры городов объявили себя правителями, люди умирают и воюют. Ничего не стало лучше, несмотря на гибель Элион. Но все так рады! Мы свободны! Ууууууу!»       Габриэль сплюнул. Прямо сейчас он не видел ничего хорошего. Говорилось, что люди начали организовываться, принимать решения. Создавались первые рынки, новые торговые пути.       «Зачем это всё? Мир отстал в своём развитии с момента гибели Элион…»       Сейчас он занят сопровождением всех своих сородичей. Это была последняя деревня, находившаяся под контролем гомункулов.       «Удивительно, как меняются люди, когда им это необходимо. Год назад, все боялись королевского замка, а о сотрудничестве с такими как я, и речи быть не могло. Но стоило нам навести порядок, как селяне радостно приветствуют нас у деревень, дети бегут к нам, а старейшины расхваливают и сравнивают с бывшими повстанцами, что внезапно обратились преступниками и ворами. Когда Элион вознеслась на престол, повстанцы держались в узде. Но стоило им только почуять отсутствие общей цели и центральной власти, так они и скатились к базовым потребностям и тому, что умеют лучше всего – партизанить по лесам и грабить»       Когда Габриэль решил выступить, отряд прибыл в столицу. Её рыцарь защитил первым делом. Это был дом его королевы. Так же это был центр экономической, политической и социальной жизни Меридиана. Хочешь или нет, но все ждут вестей из столицы. Так что то, кто держал столицу, был главным. На пару недель Габриэль был единоличным правителем столичного региона. Потом пришли стражницы и повстанцы. Они обладали и численным и качественным преимуществом, так что пришлось сдаваться. Или, точнее, заключить мир. Привидение региона в порядок вкупе с отвагой в боях против иномирных тварей, впечатлило людей, и великодушный Калеб с его восстановительным советом предложили им план по развитию.       «Я должен был убить стражниц, пока они были без сил…»       Но это было лишь оправданием. На самом деле, главные проблемы были внутри самого легиона Габриэля. Они не понимали своей цели, не знали Элион так, как знал её Габриэль.       «Они не знали её правления… Никогда не общались с ней не понимали…Интересно, одобрили бы они её правление?»       В поведенческую матрицу гомункулов было вбито подчинение Элион. Но что значит это «подчинение»? Кому они должны служить? Кто такая Элион и какая её воля? Если она желала абсолютной, индивидуальной власти, то как она теперь её достигнет? И как они ей помогут? А если она желала процветания для своего мира…То получается, что сотрудничество с населением, которым и были повстанцы Калеба, виделось правильным. Такие мысли были нередки среди легиона. А Габриэль был слишком разбит. Он беспокоился о руинах королевства Элион. Воплощением старого мира он видел своих собратьев и столицу. Поэтому боролся за них. А раз уж его товарищи хотели найти свой путь в мире, то, как он мог навязывать им что-то, что было им чуждо?       Время шло быстро. Политический центр сместился в Веридитас. Лишь Габриэль чувствовал себя всё тем же. Его легион таял. Кто-то нашёл себя в ремесле, кто-то нанимался в охрану порядка. Они были способными учениками, и вскоре могли найти себя практически на любом поприще.       Столица пустела. Или так ему казалось. Без нависающего замка мир казался иным. Он часто смотрел в небо, ведь руины замка причиняли боль. Габриэль смог вовремя пресечь утечку ценностей и имущества из замка, разыскать многих воров и убить их, после невероятно долгих пыток.       Первый меч оглянулся. К нему подходил Дитрих, один из самых верных и способных подчинённых.       – Командир, Вильгельм и Дрей покинули наши ряды. Они…просили передать, что благодарят вас за всё…       – Я действительно так угрюм и страшен, что со мной боятся попрощаться? Или так жалок, что не хотят видеть?       Дитрих не знал что сказать.       – Сир, они просто…слишком уважают вас и ваше служение королеве. Вы сказали, что это только ваше бремя, но все боятся оскорбить вас. Как ни как, вы наш старший брат.       – Ахахахахаах! Давно я такого не слышал!       Габриэль поднялся с парапета и отряхнулся.       – Ладно. Дит, я рассказал тебе всё что мог, привёл к тебе учителей и экономистов. Ты ведёшь нашу казну, смотришь за персоналом и занимаешься нашим штабом. Благодаря тебе я смог заниматься своими делами, мучится мыслями и самобичеванием. Спасибо тебе!       Дитрих не понимал – оскорбление или похвала сейчас прозвучала?       – Нас покинула уже треть…Нет, неправильно так говорить. Они не покинули нас. Наши братья живут и наслаждаются жизнью. И мы должны тоже. И даже я. Дитрих, я доверяю тебе бремя командования нашим отрядом. Развивай город, верни ему славу или распусти отряд, преврати это место в руины и живи в любом уголке мира. Но содержимое замка отправь в города и деревни. Эти картины – наша культура. И наши потомки должны знать нашу историю, обычаи и законы. Времена меняются, но помнить о них мы должны.       – Н-но, Первый меч…       – Последний. Последний меч королевы Элион. Теперь Первый меч – это ты, друг.       Он смахнул с парапета и пошёл в руины. Они были неприкосновенны, и кроме стражи там никого не было. Кивнув им, Габриэль обошёл помещения дворца. Он искал что-то, что можно взять с собой на память. Что-то что несло в себе великую суть, значение. В конце концов, он остановился на собственном амулете, что всегда носил на шее.       «Стало быть для меня тут ничего нет? Я…не зря не захотел прощаться. Лучше мне исчезнуть, как дым на ветру. Как и Элион, я не могу быть пламенем, лишь тлеющим углём»       – Уже уходишь?       Лысый мужчина стоял на полуразрушенном балконе.       – Скажи, ты знал обо всём этом?       – И, да, и нет. Я вижу много вариантов. Тогда я выдираю тот, к которому мы должны прийти и делаю так, чтобы мы пришли к тем выборам, что ведут нас к лучшему.       – Стало быть, мы сделали жизнь лучше?       – А как ты думаешь?       – Мы сделали её иной. Будет и худо и хорошо.       – Будет жизнь.       – А если бы Элион…       – А как ты думаешь?       – Мы были бы мертвы. Она умирающее солнце, что вовлекло бы нас всех.       Оракул промолчал. И это сказало многое.       – Ты свободен. Найди свою цель, не давай кому-то навязывать её тебе. Сейчас ты сможешь понять, любил ли ты её. И потом понять – готов ли ты открыть своё сердце для других? Ты слишком юн чтобы решить, пламя ты или дымок. Проживи жизнь, посмотри мир.       Амулет загорелся голубым.       – Когда решишься, он перенесёт тебя туда, куда ты хочешь. Посети Басилиаду, там очень интересно! А потом…может навести Землю.       Габриэль начал спуск. Во внутреннем дворе его уже ждали. Некоторые даже не скрывали слёз. Его легион пришёл прощаться.       «Всё же, так лучше…»       

***

      – Все же, летняя сессия самая сложная! – Хай Лин махнула рукой однокурсницам.       – Эй, видели там красавчика с шейком? Он за воротами был. Такой симпотный, бледный как вампир!       Хай Лин остановилась, а затем рванула прочь. Её сердце билось всё чаще. Они встретились глазами, и на её лице засияла улыбка.