Кафе... Любовь... Убьёт или спасёт?

— Боже! Мередит! С тобой всё хорошо?! — вскрикивает Мэл, подбегая ко мне. Он обнимает меня и прижимает к себе, как можно крепче. Пытается согреть своими объятиями, и ему это удаётся. Оставшийся на коже холод, что куртка не успела забрать, мгновенно растворился в объятиях возлюбленного. — Мэл… — шепчу я, и слёзы текут ещё сильнее. Всё сказанное Левой, эти мысли, что добивали окончательно — они ужасно мучали, оставляя неприятный осадок на душе. Чувствовала, что не хочу терять Бочарова, но становилось так обидно, и, главное, из-за чего? Из-за правды! — Прошу, не плачь. Малышка, что он с тобой сделал? — интересовался Костя, злившийся всё больше. Он был просто вне себя от ярости, но что был этот гнев? Лишь пустой звук и ничего реального… — Мэл… Я прошу тебя, любимый, успокойся. Просто, давай поедем домой. — Всхлипывая, говорю я, пытаясь успокоить его рвущийся наружу поток эмоций, видеть который абсолютно никому не нужно было. — С тобой всё хорошо? Маленькая моя, если он тебя обидел, то скажи мне прямо сейчас! Я пойду и сейчас же его придушу! — какие слова, какая речь! А что на деле? Абсолютно ничего. Ну согласитесь, не пойдёт он никуда, ведь просто среди этих квартир не сможет найти нужную. — Костя, правда, уже всё хорошо. Просто поехали домой. — Немного успокаиваясь, твержу я, делая вид, что всё нормально. А на самом деле у меня уже у самой бушевал шквал эмоций внутри, которые просто жаждали выброса, но я им это не позволяла, оставляя всё под своим контролем. — Точно? — переспрашивает он, и это начинает бесить. Если он хочет меня разозлить, то ему удаётся всё лучше. — Точно. Мэл, пожалуйста, поехали уже! — прикрикиваю я, пытаясь унять это дурацкое желание Кости показать себя сильным и смелым мужчиной. Как глупо и по-детски… — Ладно. Пойдём к машине. — Он берёт меня за руку и тут же, словно от удара током отдёргивает. Что, холода испугался? Бедненький маленький мальчик. Боится отморозить свои пальчики? Какой недотрога… — Ды ты вся холодная! — вскрикивает он и снимает свой плащ. Ох ты ж ёлки палки! Мужик включился! Да ладно, серьёзно? Даже не верится! — Нет, спасибо, не надо. Мэл, ты же замёрзнешь! — проговорила я, как и подобает любящей девушке, но хорошо, хоть, он додумался не послушаться. Юху! Мозг, однако, есть! Не всё ещё потеряно! — Плевать на меня. Тебе должно быть тепло! — он накрывает меня своим плащём и, приобнимая, ведёт к машине. Нет, всё же это очень мило. Заботится… Как только мы сели, он сразу начал осыпать меня вопросами, чем снова выбесил. Не хочу я на них отвечать, разве я не чётко дала понять? Разве показала это не так ясно? — Мередит, скажи, только честно, он делал что-нибудь с тобой? Он тебя трогал? Он как-то оскорблял? Я прошу! Не таи в себе. Тебе будет легче, если ты всё расскажешь. Малышка… Точно всё хорошо? — он это так выпрашивает…Что же в этом интересного, объясните? Всё равно ничего Курбатов не сделает больше, так зачем это? — Костя… Я тебя люблю. — Буквально вжимаюсь я в его грудь и прижимаю к себе. Всё же, сердце не обманешь. Обиды обидами, а объятия и любовь всегда согревают душу. — Мэр, я тебя тоже люблю. Милая моя, хорошая. Тише… Ну всё. Всё уже позади… Он тебя не тронет, слышишь? — говорит это так успокаивающе, что невольно начинаешь верить, и то чувство неприязни уходит. — Поехали быстрее к дому. Там уютнее, безопаснее… — шепчу я. Хочу домой… В стены, что за такой короткий срок стали родными, в которых я чувствую себя спокойно. — Да, конечно. Потерпи немного. Тут просто ехать очень долго. Ты… Ты, если хочешь, то можешь пока поспать. Тебе необходим сон. Мы когда приедем, я тебя разбужу. — Он дурак? Серьёзно думает, что после такого я смогу спать? А может, он думает, что я там с Курбатовым чаёк попивала и мило беседовала?! — Да не могу я спать… Не могу! — прикрикиваю я, чтобы вернуть его в реальность. Мне плохо, и в этом состоянии меньше всего я хочу тратить минуты жизни на сон. — Тогда… Тогда просто прикрой глаза. Или… Не знаю. В общем, делай, что хочешь. Если что, то я тебя готов выслушать. — Сказал Костя, и мы отправились к дому. Мы доехали за полтора часа. Всё это время мы просто ехали молча. Он будто постоянно хотел начать говорить что-то, что могло бы меня успокоить, но, видя, что у меня уже нет слёз, не произносил в итоге ничего. А может, просто боялся, что в таком состоянии я его за любое слово убью. Мы зашли в подъезд, и как только дверь в квартиру открылась, на Мэла сразу налетели с расспросами: — Ну что? Где она? Что с ней? — но тут, из-за Костиной спины показалась я, ведь, как я поняла, речь шла именно обо мне. Ну вот, сейчас будет очередная порция нотаций от Артёма и распросы от Насти… — Боже мой, Мередит! — буквально напрыгнул на меня с объятиями Козуб. Он прижал меня к себе так крепко, что я, казалось, сейчас просто задохнусь. Вот прямо почувствовала, как внутренности сжались, но на удивление, это было даже немного приятно. Я чувствовала себя спокойно в его объятиях. — Мередит! Ну тебя же просили! Не уходи никуда! — воскликнула Полищук и тоже обняла меня. Я прямо чувствовала каждой клеточкой, насколько сильно они переживали. Тут я вспомнила одну важную деталь и начала копошиться в карманах, после чего протянула телефон Козубу. Его собственность, как никак. — Это, вроде как, твой, — чуть улыбнулась я, когда увидела, что глаза того наполнились ещё большей радостью. Ещё бы, телефон-то не из дешёвых… Так ещё и со всеми контактами. — Откуда он у тебя? Я думал, что его выбросили! — удивлённо смотрел он на меня, проверяя свой мобильник на наличие всех контактов, и обрадовался ещё больше, когда увидел, что симка и вся остальная информация на месте. — Не спрашивай ни о чём, пожалуйста. Давайте… Давайте просто забудем сегодняшний день, как страшный сон. — Предложила я, но тут же словила на себе гневный взгляд Кости. Он просто метал в меня искры. — Как это… Как это забыть?! — воскликнул Мэл. — Такое забыть невозможно! У меня чуть сердце из груди не выскочило! Мы же с Артёмом просили! Просили тебя никуда не уходить! — снова начинал истерить Мэл. Я заметила, как по его щеке скатилась слеза. Вот и все его переживания вышли на поверхность. Его руки тряслись и он нервно притопывал ногой, пытаясь сбросить всё накопившееся волнение. — Мэл… Но мне же с телефона Артёма позвонили… — оправдывалась я. Действительно, а что я ещё могла делать? — А голос? По голосу ты не догадалась?! А если бы тебе с моего телефона позвонили, ты бы тоже пошла?! Я не понимаю! Почему нельзя думать, прежде чем что-то делать! Как можно быть такой безответственной! — кричал он. Ну всё, если ты хотел окончательно вывести меня из себя, то ты добился своего. — А знаешь что! Буду учиться быть ответственной! А ты сегодня спишь на диване! Для профилактики! — вскрикиваю я и убегаю в комнату, где нет, не начинаю реветь, как уже можно было подумать. Я зарываюсь с головой под одеяло и подушку. При этом, нащупав свои наушники, я надеваю их и включаю свой любимый плейлист, постепенно погружаясь в свои мысли. Пытаюсь разложить всё по полочкам, а не оставлять всё, как есть. Не должны быть мысли в беспорядочном хаосе. Я безответственная?! Нет, это я безответственная?! Как будто, если бы ему Козуб позвонил, то он бы не пошёл! Нашёлся, блин, умный! Да как он может? Сам он безответственный! И… И вообще! Всё! Я обиделась! Пусть помучается! Хотя… Он ведь и так уже намучался. Он же переживал за меня… А может, Лёва прав? Может, я действительно ему до фени? Может. Может, он и не любит меня вовсе? Нет! Ну что за дурацкие мысли! Я же вижу, что он действительно меня любит! Я же вижу это… Ведь вижу же? Я засыпаю и моментально проваливаюсь в сон. Такой странный, такой пугающий… Я в каком-то здании. Серые, непокрашенные стены, нет окон. Многоэтажная коробка, которая ещё только строится. Я иду по длинным коридорам, которые ведут меня в какие-то отдалённые участки этого здания. Но вдруг я слышу знакомый голос и один не известный мне: — Отпусти его! Отпусти сейчас же! — вскрикивает кто-то. Это что, Курбатов?! — Почему это? Ты же сам хотел от него избавиться! — Не в этом плане! Да и вообще! Не хочу я этого больше! Всё зашло слишком далеко! Отпусти его! — Почему это я должен его отпустить? Я привык доводить дела до конца. — Отвечает кто-то. Я подхожу к щели и вижу, как Мэла держит какой-то парень. Прямо под сердце Косте упирается дуло пистолета. На противоположной стороне стоит Лева, в руках у которого тоже пистолет, но нацелен он уже на того парня. — Я повторяю ещё раз, отпустил его, быстро! Я не хочу делать ему больно! Так же, как и не хочу делать больно ей! — вскрикивает Курбатов — Ну уж нет! Пускай этот щенок прощается с жизнью! — Не смей его трогать! — кричу я, вбегая в помещение. Господи... Откуда во мне столько храбрости? — А это ещё что за дура?! — пистолет уже направлен на меня. И тут… Мэлу удаётся вырваться… Но. Не тут-то было. Полиция. Звук выстрела из пистолета. Пуля летит прямо в меня. Но тут… Вскрики… — Нет! Перед собой я уже вижу только чёрную спину… А после больница, и слова: — Нам очень жаль. Нам не удалось его спасти…