ТАК НЕ БЫВАЕТ

Ну, что сказать для начала? Много дней не давал покоя любимый фанфик замечательного автора Амалии: «Постель не повод для знакомства». Позже, к хроническому заболеванию «Амалия» присовокупилось острое заболевание с диагнозом «Greza». Основной D/S: тяжелая неизлечимая НРК-мания. То, что предлагается Вашему вниманию – это есть не что иное, как бред бабушки (непутевой старушенции), страдающей бессонницей. Уверена, что в нем смешается все: канон и «околоканон» НРК, мотивы из произведения Амалии «Постель не повод для знакомства» и грезы от Greza(ы). Со всей ответственностью заявляю, что рук вышеназванным дамам не закручивала, просто вежливо попросила разрешения чуть-чуть, самую малость пошалить с их творениями и применила волшебное слово «пожалуйста»! Воспитанные, интеллигентные дамы отказать не посмели. Думаю, каждая улыбнулась и решила: «Чем бы бабушка не тешилась, лишь бы спокойно спала». P.S. Дописывала, когда внимательно стала вчитываться в строчки стихов Maria_Mujer". Автор разрешила использовать ее творение в моих фантазиях. Глава 1. «А любовь, Кать... Знаешь, это все равно что американские горки. Сначала ты поднимаешься на самый верх, тебе кажется, что ты почти на небесах, а потом петля и стремительно летишь вниз. И ничего с этим не поделать, Катюш. Это жизнь...» Юлиана Виноградова ТАК НЕ БЫВАЕТ. Тук, тук, тук… - Войдите, - предложил сидящий в президентском кресле Андрей Жданов. Дверь открылась. - Меня зовут Екатерина Пушкарева… *** А из телефона, с включенным динамиком, все еще слышен голос директора «Ллойд-Мориса»: - пунктуальная, безотказная. Все банковские системы знает. Она то, что надо! На вырост – передай, пусть берет. Все бумаги будут в идеальном порядке. Отчетность вовремя… Тук, тук, тук…- Войдите, - предложил сидящий в президентском кресле Андрей Жданов.Дверь открылась.- Меня зовут Екатерина Пушкарева. *** Очки на носу Андрея Жданова, который еще сутки назад, в это время, был Антоном Львовичем Гомильштейном, плавно, самопроизвольно поползли вверх, без помощи хозяина покидая переносицу. Глаза из темных, превращались прямо таки в черные, и пятая точка стала приподниматься над президентским креслом. Всем туловищем Андрей подался вперед, потерял всякое ощущение действительности, переместился в другое измерение, туда, где была пешеходная зебра, мягкая большая кровать, которая так понравилась этой полудевочке-полубабушке, и набор « Сделай сам».Тактильные ощущения напомнили бесплотное содержание балахонов, когда он пытался приподнять с земли существо, бросившееся ему под бампер; и как, чуть позже, этот утенок, поверженный двумя глотками виски, принимая его за папу, спал в его объятиях.Зрительные – вспомнились тоненькие косточки в широких обшлагах его серого халата.Слуховые ощущения напомнили ее всхлипывания и тихие жалобы на судьбу: - У меня опять не получилось. Меня никуда не берут. Мне очень нужна работа. Очень… И, вспомнил, что ему было жаль эту бедняжку. Приличную работу ей найти непросто, как не подбадривай. Завернут еще на уровне фотографии на резюме и, как сочувствуя этому странному нелепому созданьицу, предложил тост: - Давайте выпьем за то, чтобы вас приняли. Вот я в вас – верю! Честное слово! *** Беседа текла между вчерашней нелепой знакомой Жданова-младшего и его отцом так, как если бы они были давно знакомы, были на одной волне, разговаривали на понятном только им, двоим, языке. С трудом вырвавшись из картинок вчерашнего дня, стал вслушиваться в голос не то Светочки, не то Клавочки: - У вас самые большие показатели в области производства готового платья, вы участвуете в крупнейших международных выставках. Вы шьете по заказам крупных международных брендов. Знаю ваш актив, производственную базу… « Антону Львовичу» стало ясно, что то, о чем уверенным голосом вещает Клавочка-Светочка, он знает только потому, что обязан это знать в силу профессиональной необходимости . - А откуда вы это знаете? - сквозь вязкий туман в сером веществе Андрея Павловича, прорвался голос отца. - Я читаю экономические журналы! Голос Клавочки твердый, уверенный. Со знанием дела соискательница продолжала: - Я могу отслеживать банковские документы, систематизировать их, собирать информацию о продажах, запасах. Обо всех новостях, что касаются рынка. Собранную информацию анализировать… Дальше Андрей уже слушать не мог. У него лопались сосуды головного мозга, и пришло осознание того, почему на резюме нет фотографии. Ее фотографии нет не потому, что что личиком не вышла, а оттого, что подпольщики свою легенду не афишируют! Андрей видел уважение, которое его отец выражал этой девочке. Очень редко в голосе Павла Олеговича звучали такие мягкие, добрые, вселяющие в собеседника чувства уверенности и высокой самооценки, нотки. И последнее, что отложилось в извилинах будущего президента компании «Зима-Летто» - что именно неумение варить капучино, объединяет бывшего Президента компании и будущего секретаря нового. Но, решил, что оба, и Светочка и отец, теоретически прекрасно представляют отличие капучино от латте. Варить это – должны другие, те, кто не представляет, как систематизировать и отслеживать банковские документы, и вообще, это может сделать хорошая кофе–машина. Ощутил, как это общее, зародившееся между старым и малым, неожиданно стало создавать стену. По эту сторону от этой толстой, несокрушимой стены остались его отец, известный в мире моды бизнесмен, и странная девочка в нелепых одеждах; а он, Андрей Жданов – одинокий, по ту сторону от нее, этой высокой, световодонепроницаемой и пулекамненепробиваемой стены. Очень захотелось туда, на ту сторону, где есть понимание, тепло, и рождалось что-то такое, что царапало маленькими коготочками где-то там, что видимо и называют душой. Где-то глубоко в подкорке Жданчика зародилась первая тень непонятного чувства, которому еще нескоро найдется определение - ревность. Остро, болезненно, как маленькому мальчику, захотелось, чтобы отец также внимательно слушал его, не отрывал от него взгляда и, ничто не уронило бы его акции в глазах родного человека.Не вслушивался в то, что говорит соискательница; понял на уровне подсознания, что отныне, нисколько не кривя душой на злободневные Кирины вопросы: «Что?», будет отвечать: - Встреча и переговоры. Идем со Светочкой. - «Где»? - У Светочки. - «Когда»?- Как только отвезу домой Светочку. И, уж совсем некстати, вспомнилось, как на второй день после сделанного им предложения Кире, на стоянке автосервиса, нагадала ему старая цыганка с младенцем на руках: - «Она придет к тебе служанкой, ты будешь думать, что она твой друг, а она будет считать себя твоей любовницей, ты убьёшь ее, и она исчезнет, но вернется – твоей госпожой». Поднял голову, внимательно посмотрел на отца, склонившегося над девушкой, и потряс головой, как бы отгоняя видение. Но воочию видел ту ехидную улыбочку друга, которой он провожал удаляющуюся от их машины цыганку с детьми; смотрел на Ромкины руки, спокойно лежащие на кожаной оплетке рулевого колеса, а в ушах стоял смешок Малиновского.