Хитрость и Наивность

      Полночь. Я около «одинокого» дерева. «Почему именно здесь?» — задаюсь этим вопросом я долго, ведь местность пустая из-за того, что здесь был Тенистый Каньон, до него очень долго идти, да и в целом нет ни единой души. Помню, мама рассказывала, это дерево посадила она после смерти Дарклинга, в знак вечной памяти о нем и в шутку, что дерево так же долго живет, как и жил Дарклинг. Меня напрягает мысль о том, что я ускакала прочь от стражи Малого Дворца, меня будут искать. И не простые какие-нибудь солдаты, а наверняка сам Николай Ланцов. Ну ничего, по мере поступления проблем буду их решать, а пока отдохну.       Ощущение пустоты не покидает меня. Давит на меня со всех сторон, хотя ничего вокруг нет. Я не вижу ни домов, ни деревень, ни лошадей — ни-че-го. Но также тут и уютно, каким бы странным чувством это не казалось. Ветра, который постоянно поднимает песок, постоянно мешая что-либо увидеть, нет. Небо усыпано звездами. Они такие яркие. Кажется, что их и пересчитать легко.

***

      Прошло 10 минут. Где самый опасный враг Равки, который чуть не начал гражданскую войну? Не думала, что такой мужчина может так просто опоздать. Посижу-ка я под этим деревом и составлю ему компанию.       Дерево такое старое и сухое, кажется, что оно не встречало ни единого дождика. Думается мне, любого проходимца это дерево пугает, ведь я не вижу ни следов от обуви, ни от копыт лошади, ни от колес. Тут есть только следы моей лошади и мои отпечатки. Одиночество всегда сопровождало меня: в школе, на праздниках, на улице, даже тут. Я пугаю людей, как и это дерево. Мы выглядим непредсказуемо: большое дерево в любую секунду может упасть на человека, а я — не проконтролировать свою силу, которая чревата обидчику смертью.       — Наша участь — одиночество… Да, дерево? — задала я ему вопрос. Да, конечно оно мне не ответит, но я часто разговариваю с пустотой, надеюсь она мне когда-нибудь ответит.       Что-то отвлекло мое заседание с самой собой же. Это был легкий шелест передвигающихся по земле ног. Он был не от меня и не от лошади, которая благополучно спала. Родители? Деревенские? Фъерданцы? Кто это? Я ухватилась за ножик, который дала мне мама. Звук стремительно приближается. Я понимаю где находится человек. Тихо поднимаюсь, чтобы точно попасть в грудь. Моя же грудная клетка от страха быстро поднимается и опускается. Я не знаю что делать. Человек все ближе.       И вот, он уже тут. Незнакомец слева, я тихо обхожу толстый ствол дерева справа, чтобы оказаться за спиной человека. Меня совершенно не слышно. Я обошла дерево, готова была накинуться на человека, но он остановил меня.       — Детям ножи не игрушка, — выхватил оружие у меня из рук мужчина с кварцевыми глазами, которые были ярче звезд на небе, с темными волосами, которые обрамляли его лицо, казалось, волнистые волосы придавали ему определённой искры. Белая кожа настолько идеальна, что шрамы на ней только придавали определенный шарм, а не уродовали. Сразу понятно кто это — Дарклинг, человек с темной магией, как у меня.       — Если бы ваше темное высочество не опоздало, я бы не накинулась, — сказала я довольно-таки дерзко, из-за чего сильно ущипнула себя за руку. — Так и зачем ты меня позвал сюда?       — Вся в маму: ни грамма уважения и политкорректности, — Дарклинг вздохнул, и на его лице я увидела грустную улыбку, наверное скучает о Святой Алине. Возможно, если бы они были муж и женой, то он ее называл бы «солнцем». И вот у меня такая же улыбка… — Я хочу тебя обучать. Ты способная девушка.       — Но откуда ты знаешь, что я «способная» девушка? Моя сила постоянно выходит из-под контроля, — сказала я это, перебив его. Да простят меня боги, но это моя защитная реакция. Не могу не говорить с людьми без должной агрессии и дерзости. — Да и мою маму ты брал на обучение. Только вышло так, что ты «умер», — показала я кавычки, так как я поняла, что он довольно-таки живой. — Не боишься умереть снова? А?       — Со мной ты можешь не превращаться в дерзкую девчонку. Я же вижу тебя настоящую, — ухмыльнулся Дарклинг. Но его лицо быстро поменяло настроение, и он протянул ко мне руку, начал сверлить меня своим взглядом.        — Дай руку, — это был приказ, который я выполнила по привычке, так как на тренировках и тестах я должна была выполнять беспрекословно любые команды, ведь за всем этим наблюдал мой папа. Как только до его руки осталось несколько сантиметров, я остановилась, страх резко начал переполнять меня. Но Александр оказался умнее и просто приподнял свою ладонь, соприкоснувшись с моей. Из меня сразу вышла тьма, полностью окутавшая дерево, которое было очень большим. Через облако черного дыма я увидела блеск в глазах Дарклинга. Он был удивлен и рад моей силе. Глаза были полны безумства, что напугало меня, и я оттянула руку. — У тебя холодные пальцы… Боишься меня?       — Я пенсионеров не боюсь, — ну ему же больше 200 лет, так что по сути я права. — Они у меня всегда холодные.       — Я знаю, у меня тоже самое. А вот у солнечной силы, — он не хотел больше вспоминать маму, так как ему причиняло это боль, — теплые руки… — была небольшая пауза, но Дарклинга как будто заново осенило. — Ты видела, что ты можешь? Тем не менее ты сможешь больше, только пойди вместе со мной… — нас перебил звук бренчащего и стреляющего оружия, который разносился неподалёку от нас. Яркие вспышки от выстрелов напугали меня. На лошадях сидели Николай и его солдаты, но внутри них толпы какой-то свет. — Так что? Времени у нас мало.       — Да, я с тобой, — после моих слов Дарклинг снял с себя маленький черный шелковый мешок и кинул мне в руки.       Я раскрыла его. Там был черный кафтан.