Так вышло...

      Прошел месяц или чуть больше с того момента, когда Арсений сказал, чтоб Дима просто плыл по течению. И он именно так и делал. Дружил с Сережей, помогал ему на уроках, иногда гулял с ним. Часто ходил в кофейню к Арсению, там была какая-то атмосфера, что ему становилось спокойно и хорошо. Ещё больше сдружился с Арсом, узнал, что когда-то он сбежал из дома, и что бариста это он временно, скоро станет актером. В один из дней познакомил его с Антоном, сам Шастун стал ходить в эту кофейню с Ирой, ведь это действительно романтичное место. В тот самый день, когда произошло знакомство двух парней на «А», забежала Алина за кофе, посмотрев на Антона, сказала всего одну фразу «Не наш» и махнула рукой. Только на следующий день Дима узнал от Арсения, что «нашими» Алина называет всех людей нетрадиционной ориентации и, мол, стоит ей только посмотреть на человека, то сразу знает «наш» или «не наш». Вот так прошел этот месяц, Дима даже не заметил, как это произошло. Сейчас вовсю шли осенние каникулы, и он часто гулял то с Антоном, то с Сережей.

***

      Дима открыл глаза и потянулся, широко зевая. Взяв очки с тумбочки, он повернулся на правый бок, отмечая, что у него болит горло. Сев на кровать, у него резко сдавило виски. Дима взял телефон и на дисплее увидел, что сейчас пол одиннадцатого утра, значит, мама на работе. Он медленно поплелся в ванную, держась за голову. Умывшись, Дима достал из аптечки градусник, сбросив его, засунув его под подмышку, ушел на кухню. Поставив чайник, он сел на стул и стал ждать.       «37,9» показывает градусник, который Дима крутил в руке. «Да, заболеть на каникулах, могу, умею, практикую» – подумал Дима, стал заваривать себе чай. Весь день он провалялся в постели, выпив терафлю, он надеялся, что ему будет лучше, но к вечеру ко всему ещё прибавился и насморк. Когда мама пришла с работы, то в обморок чуть не упала, когда увидела, в каком состоянии её единственный ребенок. Тут же принялась его лечить, в ход пошли и грелка, и малиновое варенье, и чеснок, который уже лежал нарезанный на блюдце у его кровати. Вот он сейчас лежит весь в салфетках, пьет чай с медом, пока ему не пришло смс.       Сережа. 18:57. Го завтра в кино?

Поз. 18:58. С радостью, да я заболел. Прости, никак.

      Сережа. 19:04. А, ну лечись.

Поз. 19:05. Спасибо большое)

      Ответа не последовало, Дима глубоко вздохнул, отложил телефон. Вернулся к питью чая и просмотра телевизора, пытаясь отвлечься. Но не получилось, он держал в руках чашку и думал, что было бы, если он не болел, то тут же побежал бы с Серёжей в кино, и что похоже, Сережа не очень расстроился, что он заболел. «Неужто ему все равно?» – подумал Дима, как телефон опять завибрировал. Он потянулся, надеясь, что это Сережа.       Шастун. 19:21. Поз, идешь завтра гулять?       Дима погрустнел, что это Антон.

Поз. 19:23. Нет, я заболел.

      Шастун. 19:24. Как так, чувак? Что-то серьёзное?

Поз. 19:25. Просто простуда. Сам в шоке, братан.

      Шастун. 19: 26. Ну, я тебя завтра навещу.

Поз. 19:26. Нет, не стоит.

      Шастун. 19:27. Это не вопрос, а утверждение! Я приду, и точка)       Дима закатил глаза, отмечая, что Антон был как всегда.

Поз. 19:28. Окееей.

***

      Утром Дима проснулся, отмечая, что ему все ещё хреново. А когда узнал, что уже двенадцать часов дня, офигел, сколько он проспал. Заварив себе чай, он вернулся в кровать и стал смотреть странные шоу по тв, пока не раздался звонок в дверь. Дима медленно доковылял до входной двери, за которой кто-то настойчиво жал на звонок, не спросив, кто, открыл её, потому что знал на сто процентов, кто за ней. На пороге стояли Антон с Ирой. – Поз, мы думали, ты сдох, – сказал Антон. – Думать надо меньше, а соображать больше, – ответил Дима, пропуская ребят в квартиру. – Мы принесли тебе апельсинчиков, – сказала Ира, разуваясь. – Спасибо, – сказал Дима, – чай будете? – Да, – ответил Антон. – Пошли на кухню тогда, – проговорил Дима, медленно идя на кухню, а ребята за ним. – Как ты себя чувствуешь? – спросила Ира, пока Антон доставал апельсины на стол. – Относительно хуево, – ответил Дима, ставя чайник. – Какая у тебя температура? – спросил Антон, садясь на один из стульчиков рядом с Ирой. – Вчера вечером было тридцать восемь и одна, сегодня ещё не мерил, – ответил Дима, начиная делать чай, – Спасибо, что пришли навестить. – Судя по твоему лицу, ты ждал кого-то другого, – Дима не ответил, лишь кинул взгляд на него, – давайте, угадаем с одно раза, – улыбнулся Антон, – Матвиенко. – Нет, – ответил резко Дима. – Говна пакет, – ответил Антон, – он знает, что ты болеешь? Давай, я ему напишу, – уже взял телефон в руку Антон. – Знает, – отвечает Дима, наливая кипяток в кружки. – И что он? – спросила Ира. – Сказал, мол, ну, лечись, – ответил Дима, ставя на стол кружки. – Мудила он, твой Сережа, – ответила Ира, а Антон кивнул. – Он не мой, – ответил Дима, присаживаясь.

***

      Ребята побудут пару часиков, а потом уйдут то ли в кино, то ли к Антону домой, то ли в кофейню. Диме не особо было интересно, поэтому он пропустил эту информацию мимо ушей. Он закрыл за ними дверь и пошел обратно в кроватку, где уснул до самого вечера, пока на своем горячем лбу не почувствовал сухие губы. Дима медленно поднимает тяжелые веки и видит перед собой маму. – Сынок, ты весь горишь, – сказала мама, поправляя одеяло, – температуру мерил? – Дима качает головой, – давай, меряй, – сует ему градусник.       Дима послушно выполняет указания и прикрывает глаза, а открывает только тогда, когда мама забирает градусник у него из-под подмышки. – Дим, тридцать девять и пять, – сказала мама, – сейчас принесу жаропонижающие, и опять поспишь.       Мама ушла, а он потянулся к своему телефону. Дима надеялся увидеть хоть какую-нибудь весточку от Сережи, но там он видит два пропущенных от абонента «Арс». Он хмурится, с чего бы Арсению звонить ему. Дима, выпив лекарство и дождавшись, когда мама уйдет из его комнаты, позвонил Арсению. – Дим, – послышался голос Арса. – Привет, Арс, – сказал хриплым голосом Дима. – Что у тебя с голосом? – забеспокоился Арсений. – Приболел, – ответил Дима, – ты мне звонил, что-то случилось? – Ты не приходил несколько дней в кофейню, – отвечает Арсений, – я решил узнать, не случилось ли что, вдруг тебя твой Сережа обидел, а ты там бухаешь. – Нет, – протянул Дима, – я эти два дня болею, из дома не выхожу. – Сильно болеешь? – спросил Арс. – Температура, горло болит, насморк, – ответил Дима, – обычная простуда. – У меня завтра выходной, я к тебе приду, – сказал Арсений, – так сказать, навещу больного. – Не нужно, Арс, – отвечает Дима. – Да ладно, не чужие же люди, – улыбнулся Арсений, – всё, скинь адрес в смс. – Хорошо, – тоже улыбается Дима.

***

      Дима спал ночь. плохо, ворочался, его кидало то в озноб, то в жар. Он несколько раз просыпался, ему снились бредовые сны с участием его и Сережи, каким-то боком там был и Арс, и даже Воля. Проснулся он от хлопка входной двери, говорящий о том, что мама ушла на работу. Из-за насморка Дима ночью дышал через рот, теперь там было так, словно кошки нагадили. Поэтому он побежал чистить зубы, а потом пошел делать себе чай. Арсений написал вчера, что будет около двенадцати, поэтому время у него было, и потратил Дима его на бессмысленное листание ленты в ВК. – Так, кто тут у нас больной? – спросил Арсений, когда Дима открыл дверь. – Я, – улыбнулся Дима, пропуская его в квартиру. Парни прошли на кухню, когда Арсений разделся. – Я принес тебе, – начал говорить он, доставая из пакета продукты, – варенье клубничное и малиновое, печенки шоколадные, ты же больной, надо же баловать больного, ещё вот конфетки и яблоки, витаминчики, так сказать, – улыбнулся Арсений. – Спасибо большое, – засмущался Дима, – Ты так потратился на меня, не стоило. – Что значит, не стоило? – удивился Арсений, – ты заболел, я пришел навестить тебя и принес гостинцев, тем более, ты важный для меня человек, – улыбнулся Арсений, видя, как смущается Дима, что его щечки порозовели, – иди, обниму, – Арс расправил руки для обнимашек. – Ты заразишься, – ответил Дима. – У меня хороший иммунитет, – говорит Арс, не убирая рук, – ну, – Дима подошел, и Арсений заключил его в теплые объятья. Дима дышал ему в шею, пока он обнимал его за плечи, сам Арс удобно положил свою голову на Димину. – Чай будешь? – отстраняясь, спросил Дима. – Ага, – отвечает Арс, выпуская из объятий Диму, отмечая, что его щеки стали ещё более розовые, улыбнулся.       Дима заварил им обоим чай с мятой, и они принялись поедать вкусняшки, которые принес Арс. – Тебя что-то беспокоит? – спросил Арсений, видя, что Дима хочет что-то рассказать, но не решается. – Ну, – пожал плечами Дима, опуская взгляд, – что я буду тебе опять жаловаться. – Я же твой личный психолог, – улыбнулся Арс, – давай, рассказывай. – Ну, смотри, ты пришел меня навестить, Антон с Ирой вчера приходили, а Сережа даже не написал, не спросил, как я себя чувствую, – не поднимая взгляда, говорит Дима, – неужели ему так наплевать на меня, даже как на друга? – Может, ему некогда, дела там, – ответил Арсений, хотя понимал, что Сереже, действительно, все равно на Диму, но не хочет его расстраивать, – может, ещё напишет. – Может, – пожимает плечами Дима. – Да, а если нет, не расстраивайся, – говорит Арсений, – наплюй и разотри, оно этого не стоит. Дима поднимает взгляд и смотрит в голубые глаза Арсения. – Да, наверное, ты прав, – говорит Дима.

***

      Дима выздоровеет ровно к тому дню, когда закончатся каникулы, то есть, через четыре дня. Сережа все-таки напишет один раз, позовет гулять, но Дима ответит, что все ещё болеет, и Матвиенко пожелает здоровья ему. Дима будет рад и этому. К нему придет ещё один раз Антон, но уже без Иры, и два раза Арсений, не забывая принести сладостей.       Первая неделя второй четверти, пролетела очень быстро, Дима даже не заметил ни будней, ни выходных. И вот уже понедельник. Позов покурил с Антоном за школой и пошел на урок. Когда он зашел в класс, за партой сидел Сережа и активно переписывался с кем-то, но как только Дима приземлился на свое место, он тут же отложил телефон. – Привет, Поз, помнишь, какой завтра день? – сразу же спросил он. – Привет, – ответил Дима, конечно, он помнит, что у Сережи завтра день рождения, ведь он над подарком неделю думал, – завтра у тебя день рождения. – Молодец, – улыбнулся Сережа, – но праздновать мы будем в субботу, на съемной хате, ты приглашен. – Хорошо, я буду, – улыбнулся Дима, – а кто ещё будет? – Несколько наших одноклассников и мои друзья из бывшей школы, – ответил Сережа. – А подарок мне когда тебе подарить? – уточнил Дима. – Лучше завтра, – улыбнулся Сережа, – а в субботу хорошенько бухнем.

***

      Волновался ли Дима? Очень. Вдруг Сереже не понравится его подарок, он так долго думал, выбирал, купил упаковку, красиво сложил. Потом Дима выдохнул и, с фразой «Будь что будет», положил подарок в рюкзак, и лег спать. – Привет, – улыбнулся Сережа, пожимая руку Диме. – Привет, – ответил рукопожатием, а потом полез за подарком, – С Днем Рождения тебя! – Спасибо, – ответил Сережа, перенимая подарок, а потом подошел к окну в школьном коридоре и, положив его на подоконник, начал разрывать упаковку. Дима стоял рядом и смотрел, как быстро это делает Сережа. Когда он раскрыл подарок, то Сережа увидел две черные футболки с принтами мультфильмов, – О, класс! – вскрикнул он, – я люблю такие, – улыбнулся Сережа. – Да, я заметил, – потер шею Дима, – понравилось? – Очень, – ответил Сережа, складывая их обратно, – спасибо! А потом подошел и обнял Диму, прям в школьном коридоре. Сам Позов сиял ярче солнца.

***

      Весь вторник и среду Дима вынашивал в себе идею, а не признаться ли ему Сереже. Ведь такой повод подворачивается, и почему-то именно сейчас он был уверен, что есть шанс услышать взаимность от Сережи. Да, он боится, как и раньше, но что-то внутри трепетало, вселяло надежду на лучшее. Может, он сам себе это внушил, или сам Сережа, когда крепко его обнимал, но надежда была и она грела сердечко.       В среду, когда Дима сделал уроки, а за окном было уже темно, он пошел в кофейню к Арсению. Ему срочно требовалась его помощь. – Я решил признаться Сереже, – выдохнул Дима, когда садился на барный стул.       Арсений, который стоял спиной и не видел, кто вошел, вздрогнул от резкого обращения. Повернувшись и увидев Диму, он улыбнулся. – С чего вдруг? – спросил он. – У него день рождения, – ответил Дима, – в субботу будет пьянка-гулянка, я подумал, это шанс. – Ну, да, шанс, – качнул головой Арсений, – а если не выйдет, можно отмазаться, типа был пьян. – Ну, да, – подтвердил Дима, а потом, поджав губы, стал крутить браслет на руке, – Арс. – Что? – спросил Арсений. – А если… – замялся Дима, – выпадет шанс поцеловать его? – Ха, – улыбнулся Арс, – так, целуй. – Так, я не умею, – тихо выдохнул Дима. – Как? – удивился Арсений, – ты что, ни разу не целовался? – Дима покачал головой, – даже с девочками? – Дима опять покачал головой, – ну, так это не проблема. – Что? – повел бровью Дима, смотря в глаза Арсу. – Я научу тебя, – сказал он.       Арсений прошелся глазами по пустому залу, подошел к табличке и перевернул ее на «Закрыто». Открыв дверь служебного помещения, Дима смотрел на него не отрываясь. – Пошли, – сказал Арсений и исчез за дверью.       Диме ничего не оставалось, как пойти следом. Служебное помещения оказалось небольшой комнатой с коробками, столом, вешалкой для одежды и маленьким диванчиком, на котором уже сидел Арсений. – Садись, – похлопал он рядом с собой, и Дима сел, – на самом деле, целоваться легко, просто если не попробуешь, не узнаешь, как это, – улыбнулся Арсений. Дима смотрел на него и молчал, а внутри него все кричало «Что вообще происходит?», – попробуй поцелуй меня сам, – подвинулся ближе он.       У Димы потели ладошки, а Арсений просто сидел и спокойно смотрел на него. – Ты можешь не смотреть, ты меня смущаешь, – тихо сказал Дима. – Хорошо, я закрою глаза, – ответил Арсений и тут же выполнил это.       Дима собрался с духом, шумно выдохнул, быстро чмокнул в губы Арса и отстранился. На что Арсений засмеялся, а Дима стал красный как помидор. – Ну, первый шаг положен, – сказал Арсений, смотря на раскрасневшегося Диму, отмечая, что он такой милый сейчас. – Говорил, что не умею, – сказал Дима, пряча лицо в ладони, он готов был провалится под землю.       Арсений аккуратно взял его руки в свои, чуть сжимая. Дима поднимает взгляд на улыбающегося Арсения. Карие глаза встречаются с голубыми. Арс медленно начинает преодолевать расстояния между ними, чтоб не пугать Диму резкими движениями. Дима же дышал через раз, смотрел, не отрываясь, в голубые глаза, которые сияли, манили, затягивали. И вот когда между их губами оставалось буквально пару сантиметров, Дима сам накрывает губы Арсения. Арс проводит языком по губам Димы, но не углубляет поцелуй, начинает посасывать нижнюю губу. Дима полностью расслабляется и кладет руки на шею Арсения. Сам же Арс подтягивает его за талию к себе. Дима начинает повторять на ним, тоже проводя языком по его губам. Арсений отстраняется с пошлым причмокиванием. – Отлично, – говорит Арс, проводя ладонью по щеке Димы, – теперь с языком, – увидев, что Позов напрягся, парень продолжил, – просто расслабься и повторяй за мной.       Дима кивнул, а Арсений потянул его за талию, усаживая к себе на колени. Утягивает его в поцелуй, но углубляет не сразу, только когда Дима расслабляется и сам чуть приоткрывает рот. Арсений прижимает его к себе и проникает языком в его рот, проходится по ряду зубов, по нёбу, а потом уже и по языку Димы. Арс изучает своим языком его рот, а Дима пытается повторять за ним. Вот сейчас Дима целовался с Арсением, не думая ни о чем, ему было спокойно, он уже перестал переживать, ему ничего не хотелось. Он не думал о Сереже, не думал о том, как теперь будет общаться с Арсением, сейчас он об этом не думал. Пока Арс не отстранился от его губ. – Как-то так, – пожал плечами он, – ничего сложного, как видишь. – Спасибо, – сказал Дима, слезая с его колен, – ты настоящий друг. – Да, друг, – сказал Арсений шепотом, а потом встал и сказал громко, – пойду, кофейню открою, до двенадцати же, – и быстро ушел.       Дима остался сидеть на диванчике, вытерев губы тыльной стороной ладони, он спросил у самого себя. – Что это было вообще?

***

      Вечеринка по поводу дня рождения Матвиенко проводилась на съемной квартире какого-то друга Сережи, Дима не особо вникал, просто пришел по нужному адресу и все. Людей было человек двадцать, может, больше, и одни парни. Несколько его одноклассников, а всех остальных Дима не знал. Но во время попойки, узнал, как больше половины зовут. Сколько прошло времени, Дима не знал, но уже был порядком пьян. Только в этот раз он не стал совершать прежних ошибок и каждый раз закусывал. Он успел и потанцевать, и поговорить со многими парнями, и выпить почти с каждым.       Как конкретно так произошло, что они с Сережей стояли в узком коридоре, Дима не помнил. Да, и это его мало волновало, ведь это шанс поговорить без лишних ушей. Они стояли, облокотившись об стены прям напротив друг друга. Сережа что-то печатал в телефоне, а Дима смотрел на него, не отрываясь. «Это твой шанс, не проеби его» – подумал Дима. – Бля, Фролова не пришла, – сказал Сережа, убирая телефон, – а обещала. – Девушки такие не постоянные, – сказал Дима, а про себя радуясь, что Оксана не пришла, – Сереж, хотел спросить. – Ну, спроси, – улыбнулся Сережа. – Как ты относишься к людям с нетрадиционной ориентацией? – спросил Дима на выдохе. – Да, никак, – пожал плечами Сережа.       Ненадолго наступает молчание, Диму колотит изнутри, он боится, дышит учащённо, а потом сглатывает и выдыхает. – Сереж, я…люблю тебя, – он опускает взгляд. – Что? – спросил Сережа тихо.       Дима поднимает взгляд на него, пытаясь дышать ровно. Он, быстро преодолев расстояние между ними, накрывает губы Сережи своими и закрывает глаза. Но Сережа не ответил на поцелуй, а схватил за горло Диму и впечатал в стену. Сам Дима смотрел удивленно на Сережу, который, судя по всему, был зол.