Этот прекрасный мир

И, улыбаясь, мне ломали крылья, Мой хрип порой похожим был на вой, И я немел от боли и бессилья И лишь шептал: «Спасибо, что живой». © Владимир Высоцкий

      Двухэтажный домик, ухоженная лужайка перед самим домом и деревянной верандой, выложенная из разноцветных камешков тропинка до деревянных ступенек и эта нелепая застеклённая вывеска возле почтового ящика, на которой были разноцветные отпечатки ладоней хозяев дома. Судя по размерам, благодаря которым они и отличались, в доме живут три человека: большой отпечаток правой руки голубого цвета слегка с подтёками; жёлтый отпечаток женской руки и самый маленький из них — зелёного цвета.       Большая лохматая собачка, которая на всех парах с высунутым языком бежала на встречу к хозяевам неуклюже перебирая лапками, которые, казалось, были слишком коротковаты для неё. Чёрная шёрстка подрагивала, а большие, наполненные любовью и радостью, глаза сверкали. Вслед за псом выбежал и мальчишка лет десяти, но радостная и широкая улыбка вмиг исчезла, когда из-за широкой спины отца показалась блондинистая макушка. Мальчик замер на месте, расширяя тёмно-серые глаза. Прозрачную коробочку, в которой можно было рассмотреть паука, ребёнок спрятал в карман своей иссине-чёрной кофточки, которая была чуть великовата. Лёгким движением рук дотянув рукава до запястья, он медленным шагом направился навстречу родителям. Белые кроссовки были заляпаны грязью вперемешку с каплями красной краски. Ткань тёмно-зелёных шароваров была безнадёжна испорчена теми же красками. Тёмные волосы беспорядочно торчали в разные стороны, придавая ребёнку вид «хулигана». Мальчик недовольно устремил свой взгляд исподлобья на чужую и незнакомую ему девочку.       Конец августа выдался весьма не своеобразным для Крокуса — дождь прекратился только вчера, а до этого шёл почти одиннадцать дней без остановки. Погода преподносила сюрпризы жителям в этом году в виде чёрточки на термометре ниже отметки двадцать один. Температура хоть и выше комнатной, но родители заставляли своих детей одеваться потеплее — тёплые кофты и штаны можно было увидеть у большинства ребят. Дэни, как ранее назвал мальчика мужчина, когда тот подошёл поближе, не был исключением.       Дэни Дэйбисс много раз слышал разговоры своих родителей о том, что скоро в их семье появится ещё один человек. Мальчик видел недовольный взгляд отца и радостную улыбку матери, и понимал, что не все согласны на пополнение. Собственно, он тоже был против — делить любовь родителей с кем-то ещё ему никак не хотелось.       Люси понурым взглядом осматривала владения семьи Дэйбисс, частью которой является теперь и она. Женщина, по совместительству — приёмная мать, уговорила своего супруга и он, выказывая своё огромное недовольство и неодобрение, всё-же согласился. Девочка держала в правой руке маленький прозрачный пакет со своими вещами — белыми носками с мордочками котиков на голенище, парой резинок, чёрной шапкой, которая досталась девочке от прежних приёмных родителей и нежно-розовым платочком с подписью: «любимой дочке…»       Приёмная мать Люси настояла на том, чтобы девочка не брала с собой из детского дома, по её словам, «эти грязные и ужасные тряпки…», поскольку всё необходимое она купит дочери сама. Женщина мечтательно улыбнулась, представляя, как они вдвоём с Люси ходят по магазинам и выбирают себе одежду и аксессуары. Честно признать, Клара всегда хотела иметь девочку, но судьба решила иначе, наградив её мальчиком-хулиганом.       Первое знакомство с братом выдалось запоминающимся: мальчик выхватил пакет из рук Люси и со всей силы швырнул на дорогу, показывая всем своим видом недовольство и нежелание дружить и вообще общаться с ней. Импульсивно топая ножкой, он злобно скалился на девочку, выглядывая из-за спины отца. Дэни уверен, что отец не одобряет присутствие в доме нового члена семьи, поэтому и ищет поддержки у своего родителя. Что не скажешь о Кларе, которая пригрозила своему сыну и дала хорошего подзатыльника, махая указательным пальцем перед носом сорванца.       Люси, делая первый шаг на деревянную ступеньки, внимательно осматривает ветвистые перила с листиками деревьев, которые издали выглядят настоящими. Ступенька под маленькой ногой девочки, обутой в поношенные кроссовки, начинает протяжно поскрипывать, но этот звук не приносит дискомфорта. На самой веранде находились три подвесных кресла из белых, похожих на паутину, спинок, внутри которых находились мягкие подстилки цвета дерева; средних размеров белый кругленький столик, на котором находились прозрачная ваза с розовыми герберами и приличной толщины книжка.       Клара, пропуская внутрь мужчин, озорно подмигнула Люси и кивком указала на дверной звонок. Девочка непонимающе уставилась на белую кнопочку, которая была расположена на кирпичной стене. Женщина заверила свою дочь, что есть такой обычай в их семье — звонить в звонок новым членам семьи, мол, семья тогда будет крепкая и счастливая.       Новая семья — новые правила, которым придётся подчиняться.       Дэйбисс с улыбкой на губах пропустила девочку вперёд, закрывая за собой дверь. Цвет стен и потолков в доме были только приятных светлых оттенков из-за которых чувствуется расслабленность и спокойствие.       Девочка обвела новую семью уставшим взглядом и опустила голову вниз, рассматривая обувь: большие кожаные ботинки чёрного цвета стояли чуть поодаль друг от друга; белые кроссовки мальчика были доказательством того, что ребёнка воспитывают с огромной любовью и совершенно не ругают за его неряшливое поведение, а вот бежевые туфли на невысоком каблуке стояли как положено — ровно. Люси вздохнула и прикрыла глаза. Когда-то у неё тоже была семья.       Присев на корточки, девушка начала развязывать шнурки.       А что такое «семья»? Это когда нетрезвый отец, приходя с работы в позднее время, начинает кричать и буянить, а мать со слезами на глазах пытается его успокоить? Или может быть, семья — это, когда жена встречается с другим мужчиной, скрывая это от своего мужа? Скорее всего это бесконечные ссоры; каждый пытается подстроить другого под себя, при этом сходя с ума. С каждым разом, каждый раз… Они сходят с ума.       Что тогда делать ребёнку?       Девочка беззвучно выдохнула, наклоняя голову в бок. Карие глаза расширились от удивления. Клара, присев на пол, начала развязывать шнурки на другой ноге, при этом тепло и нежно улыбаясь. Лицо женщины излучало добро и будто бы светилось. Сейчас Люси могла рассмотреть её: бледная кожа, большие карие глаза, высокий лоб, вздёрнутый нос и тонкие губы. Приёмная мать не была похожа на настоящую, но от неё исходил приятный запах. Этот запах успокаивал…       Что делает эта женщина? Почему она так улыбается? Люси никак не могла найти причины этой улыбки, но про себя отметила, что её новые «родители» странные.       Схватив девочку за руку, женщина воодушевлённо кивнула в сторону комнаты в дальнем углу и потянула за собой. Клара оставила Люси перед дверью и, попросив подождать её, быстро направилась на второй этаж. Кареглазая девушка проводила свою новую «маму» холодным взглядом.       Моргнув, она перевела свой взгляд на дверь голубого оттенка и на табличку, на которой красовалась ванная. Люси вздохнула. Приёмная мать решила искупать девочку. Просто спокойно стоять не имело смысла, поэтому она начала осматриваться: за спиной девушки находилась лестница, которая ведёт на второй этаж, а напротив двери в ванную комнату — красивый стеклянный столик на котором находилась маленькая статуя в виде чёрной кошки, которая, казалось, пронзительным взглядом смотрела прямо на девушку. Подле самой двери лежал ковёр в виде овала, на котором небрежно были оставлены отпечатки разных цветов хозяев дома.       Девушка опустилась на колени, аккуратно касаясь кончиками пальцев красный отпечаток ступни, по-видимому, детской, если сравнивать с двумя другими, которые существенно отличались от предыдущей. Люси никак не могла понять причину этого ребяческого поведения. Они же взрослые люди, так почему?       Она быстро поднялась, когда услышала топот ног — это была её приёмная мать. Клара, напевая себе под нос какую-то мелодию, несла в руках большое махровое полотенце приятного салатового оттенка, а сверху лежали аккуратно сложены вещи, видимо, для девочки. Дэйбисс приготовила их заранее — сходила в магазин одежды и приобрела комплект пижамы для девочек-подростков. Видимо, женщина, не взирая на упрямство мужа, твёрдо решила удочерить девочку.       Улыбнувшись Люси, она открыла дверь и вошла внутрь. Девушка последовала примеру матери и проследовала за ней, аккуратно наступая на дверной коврик. Ванная комната поражала: всё светилось и блестело, а сама ванна выглядела такой дорогой и была в форме полумесяца с прозрачным стеклом. Подле неё стояли два красивых растения, происхождение и название которых Люси, к сожалению, не знала. Хоть на полу и была плитка с разными причудливыми узорами, он был тёплым. Большое зеркало, которые было в форме сердца, висело над раковинами. Девочка поежилась. Как же мерзко.       Звук воды привлёк внимание кареглазой. Клара, повесив полотенце на специальную сушилку для вещей, вздохнула и попросила девочку подойти к ней. Видимо, женщина настолько увлеклась своей новой дочерью, что уже и забыла, что девочка вполне себе самостоятельная и сможет сама снять с себя грязную одежду. Опасливо глядя на кареглазую, она всё же решилась подойти к ней.       Дэйбисс легкими движениями избавилась от грязной одежды, выбросив их в мусорное ведро. Одобрительно кивнув самой себе, женщина осмотрела тело девочки: худые ноги, руки, виднелись рёбра и следы побоев, кожа бледная. Хмыкнув, она улыбнулась и взглянула в глаза Люси — они были опущены. Прикусив губу, женщина выдохнула. Ей было больно смотреть на такое состояние своей, теперь уже, своей дочери.       Закатав рукава своей белой блузки, женщина добавила в воду пену для ванны с ароматом персиков и проверила её температуру. Набрав нужное количество воды, хозяйка дома, взяв девочку за руки, помогла той забраться в ванную. Кожа Люси покрылась множеством мурашек и она невольно вздрогнула, ощущая не сильно горячую воду.       Люси не могла понять это чувство, но та вещь, которой женщина аккуратно натирала спину девочке была мягкой и приятной. Клара старалась не давить, но и в тоже время — тереть так, чтобы полностью отмыть грязную и потную кожу кареглазой девушки. Она чувствовала тепло и это не тепло её тела, а тепло души. Люси на секунду, всего-лишь на секунду, стало очень хорошо и приятно. Она вновь ощутила это чувство. Чувство теплоты дома, заботы, любви.       То, что люди называют «семья».       По крайней мере, именно так должен ощущать себя ребёнок, имеющий заботливых и любящих родителей.       Проведя рукой по воде, она захватила чуть-чуть пены и поднесла к лицу. Пена начала потихоньку исчезать с руки, а Люси вспомнила причину того, почему она молчит. Молчит уже четыре года.       Опустошенный взгляд девушки слегка напугал женщину, которая уже мыла её правую руку. Клара стиснула зубы, опуская взгляд на розовую мочалку. Ей жутко хотелось узнать причину такого поведения дочери и помочь, хоть чем-нибудь! Возможно, это из-за прежних приёмных родителей, но, а вдруг это из-за настоящих? Она же потеряла их в пять лет. В это время ребёнок восприимчив к происходящему вокруг него.       Дэйбисс взглянула на лицо девушки и судорожно выдохнула.       Обычно такие дети взрослеют чересчур быстро. И речь не о физическом развитии.       Женщина прекрасно это понимала, поэтому решила для себя, что обязательно поможет Люси забыть своё прошлое и начать жить настоящим. Ведь, для чего ещё нужны родители? Чтобы воспитывать и баловать своих детей, наблюдая, как они растут и становятся взрослыми людьми.       Выдавив из баночки шампунь, Клара растёрла его в руке и нанесла на золотистые волосы Люси. Нежно и мягко касаясь кожи головы ребёнка, женщина чувствовала себя самой настоящей матерью. Ведь она всегда мечтала о девочке. Всегда…       Женщина об этом уже думала, смотря на приёмную дочь, но неужели в этом детском доме происходит что-то неладное? Ребёнок грязный, в ссадинах и синяках, в поношенной одежде… Обычно люди, которые приходят за детьми, при виде дорогой обстановки детдома перестают обращать внимание на то, во что одеты ребята. Какой хитрый ход! Но Клару такая обстановка нисколечко не удивила и не заинтересовала, ведь её муж зарабатывает приличные деньги. А вот синяки на руках у Люси её заинтересовали: хоть она и потеряла родителей два раза, не могла же она нанести синяки на тыльную часть ладоней?       Смыв тёплой водой пену с головы кареглазой, Дэйбисс вздохнула и еле заметно улыбнулась. Одного раза было недостаточно, чтобы вымыть ребёнка.       А ещё… эти ссадины на животе и спине. Как она их получила? Приёмная мать была взволнованна и раздражена: в этом детдоме определённо что-то творится!       Закончив водные процедуры, Клара начала вытирать мокрые волосы полотенцем. Женщина хотела продолжить и дальше, но увидев пристальный взгляд дочери, отдала ей и улыбнулась, радуясь тому, что Люси наконец убрала безучастное выражение лица и показала хоть что-то.       Новая пижама была чуть-чуть больше, чем надо, но девушку это не расстроило. Она внимательно осмотрела себя и поняла, что эти вещи довольно удобные и уютные, а ещё… они новые. Девочка уже и забыла запах новой одежды. Как же давно это было…       Вдруг Люси расширила глаза на несколько секунд, но затем приняла обычное выражение лица, как будто ничего не произошло. Мама забеспокоилась и поинтересовалась у девочки и каково же было её удивление и радость, когда кареглазая попросила её об одолжении. Возможно, это одолжение и не звучало, как одолжение, но Клара именно так его и восприняла, протягивая девушке средства личной гигиены.       — Если у тебя появится какой-либо вопрос, я с удовольствием на него отвечу. — С милой улыбкой сообщила Клара и подмигнула ей. Дэйбисс расцвела на глазах, ведь наконец-то её мечта стала явью. — Люси… давай дружить?       Вопрос прозвучал слегка неуверенно и тихо, но девочка услышала его. Скорее всего Клара очень хотела, чтобы Люси начала говорить, но подняв глаза на девочку, Дэйбисс прикусила нижнюю губу и свела брови к переносице. Карие глаза, наполненные болью, смотрела в пол, а губы были сжаты в тоненькую полосочку; плечи подрагивали, говоря о том, что она вот-вот заплачет. Хоть она не говорит и не часто показывает эмоции, но это выражение лица человека, который потерял что-то ценное в своей жизни, кого-то ценного…       Сжав кулаки, кареглазая женщина вздохнула, поднимаясь с колен. Без лишних слов прижимая к себе девочку, женщина слышала её попытки сдержаться и не заплакать, но тело изредка подрагивало. Приёмная дочь не обняла её в ответ, она просто стояла уткнувшись носом в плечо женщины.       Прежде чем выйти из ванной комнаты, женщина шепнула Люси, чтобы та не задерживалась и шла кушать, ведь Клара действительно постарается и приготовит что-то по истине вкусное, чтобы порадовать нового члена семьи.       «Точно… когда я мыла Люси, то заметила странные синяки небольших размеров на внутренней стороне бедра… может это только мои догадки, но надо отвести её к врачу, на всякий случай…» — кивнула сама себе женщина, спеша на кухню.       Какой бы не был сильный человек, он всё-равно нуждается в заботе и тепле. И Люси не исключение. Возможно, девочка привыкла к такой жизни, но она всё ещё ребёнок, у которого мало счастливых воспоминаний. Ребёнок, у которого не было детства, она с самого начала должна была быть сильной. Выбора просто не было. Говорят, что выбор есть всегда… чушь! Какой выбор у ребёнка в пять лет? Что он может сделать? Что?       Клара печально вздохнула и покачала головой. Если нет счастливых воспоминаний, то почему бы не создать их, верно?       Дэни, усевшись за обеденный стол, опустил на него голову и вздохнул, глядя на маму. Мальчику не нравилось такое отношение его мамы к этой… девочке! Мама всегда хотела девочку и об этом знают чуть ли не все! Мальчика это жутко злило... ну что поделать, если родился он, а не какая-нибудь девочка? Не любить что ли теперь его? Раздражённо цыкнув, мальчуган, спрыгнув со стула, направился в сторону ванной комнаты. И что можно так долго делать?       Хмыкнув, Дэни вспомнил, как женщина частенько наряжала его в девчачьи платья и фотографировала. Хлопнув по лицу, он вздохнул. Возможно, мама была бы счастлива без него?.. Нет! Глупость какая! Мальчик потряс головой и ухмыльнулся. Мама определённо любит его куда больше этой наглой девчонки! Да! Так и должно быть!       Резко открыв дверь, он хотел уже было что-то крикнуть своей «сестре», но не смог выговорить ни слова.       Почему? Почему эта девчонка лежит на полу?