***
После этого разговора с мамой я некоторое время переваривала полученную информацию. Было тяжело осознать открывшуюся правду. Но, спустя несколько дней, я решилась на отчаянный поступок. – Мам... – Да, милая. С тобой всё в порядке? – Конечно. Но... у меня к вам с папой будет просьба. Точнее... я хочу вашего разрешения. – Разрешения на что? - сходу спросил вошедший в комнату отец (называть его отчимом я так и не смогла). – Я хочу съездить в Англию... Алан с Эдит переглянулись. – Это опасно, Эмма! – Но ведь Люсиль уже нет в живых. – Дело не в этом... После тех событий я больше не видела Томаса, - голос мамы немного дрожал. - И не знаю, как он может теперь себя повести в отношении тебя. Он может быть неадекватен. – Мам, я не знаю, как это объяснить, но... меня просто тянет туда. Я прошу меня понять и отпустить. Я с надеждой смотрела то на маму, то на отца. И если на мамином лице читалась тревога и страх, то папа, казалось, был абсолютно спокоен. Но это было только поверхностно - на самом деле в его душе бушевал ураган из эмоций. С одной стороны он понимал, что это опасно, и отпускать меня в столь дальнее путешествие ему категорически не хочется, а с другой стороны было понятно, что раз я решилась, то отговаривать меня, а тем более не пускать, нельзя. – Алан?! - мама явно надеялась на то, что отец найдёт слова, которые смогут остановить мой порыв. – Ты ведь для себя уже всё решила, Эмма? - спросил он. Я молча решительно кивнула. – Ты уже взрослый, самостоятельный человек, и я не смею тебе запрещать. Тем более ты имеешь право встретиться с родным отцом. – Я вас безумно люблю. И я обещаю, что буду очень осторожна! Поцеловав обоих родителей, я умчалась собираться в путь-дорогу. – Алан, ты так просто её отпустишь? - Эдит явно была расстроена решением супруга. – Эдит, милая! Она взрослая девушка, и сама вправе решать, что ей делать. К тому же, ты ведь сама знаешь, что если уж наша дочь что-то решила, то она не отступится. Даже если мы будем категорически против её идеи. – Пожалуй ты прав... - Эдит было тяжело смириться с тем, что её маленькая девочка выросла. - Придётся её отпустить. – Не волнуйся, милая! Я постараюсь уговорить её ехать вместе с её гувернанткой. – Да, если бы она поехала не одна, это было бы прекрасно. – Всё будет хорошо, дорогая. На том было и решено.***
Уже через три дня я спешила на пароход. В дорогу я взяла только самое необходимое. Было и тревожно, и волнительно. Отец уговорил меня ехать с моей гувернанткой. Сначала я была против, но теперь же мысленно поблагодарила папу - вдвоём отправляться в путешествие было не так страшно. Позади остался родной Буффало, впереди меня ждал Кумберленд и встреча с человеком, который и сломал, и одновременно спас маме жизнь.***